Самостоятельная

Самостоятельная Социология как наука об обществе 3

Работа добавлена на сайт bukvasha.ru: 2015-10-30
Гипероглавление:
по социологии
Структура социологического знания.
Основные функции социологии.
Структура социологического знания
 Объекты социологии и элементы социологического знания
            Уровни социологического знания
Основные функции социологии
Познавательная функция
Практическая функция    
Идеологическая функция   
Тема 2: «Классическая западная социология XIX - начала XX вв.»
Основоположник социологии - О. Конт.
Органическая теория общества Г. Спенсера.
Теория социального реализма и научный метод в социологии Э. Дюркгейма.
Понимающая социология М. Вебера.
 Основоположник социологии - О. Конт
или социальная философия О. Конта
Закон интеллектуальной
Проблема коллективности       
 Понимающая социология М. Вебера
Тема 3: «Социологическая теория марксизма»
От идеалистического к материалистическому пониманию исторического процесса.
Определяющая роль способа производства в жизни общества.
Общество - целостный социальный организм.
Общественно-экономические формации, или исторические типы общества.
Марксистская социология и современность.
 Общество - целостный социальный организм
            Сферы общественной жизни
 Общественно-экономические формации, или исторические типы общества
Развитие общества как объективный и закономерный процесс
Проблема диалектики исторического процесса       
 Марксистская социология и современность
Тема 4: «Социологическая мысль в России
второй половины
XIX - начала XX вв.»
Социологические взгляды  революционных демократов.
Анархизм М. Бакунина и П. Кропоткина.
Субъективный метод в социологии.
Психологическое направление в русской социологии.
Легальный марксизм.
 Субъективный метод в социологии
 Легальный марксизм
Плюралистическая социология М. Ковалевского
Социологический неопозитивизм П. Сорокина
Социальная  стратификация и социальная мобильность 
Тема 5: «Современная западная социология»
Академическая социология. Классификация современных социологических направлений
Неопозитивизм.
Структурно-функциональный анализ Т. Парсонса.
Социология конфликта.
Неопозитивизм
 Структурно-функциональный анализ Т. Парсонса
 Социология конфликта
Феноменологическая социология
 Символический интеракционизм
 Теория действия
Тема 6: «Теория социальной структуры общества»
Социальная структура общества и ее элементы. Социальные отношения и типы социальных структур.
2. Социальная мобильность. Проблема гражданского общества.
3. Актуальные проблемы развития социальной структуры современного общества.
 Социальная структура общества и ее элементы
 Социальные отношения и типы социальных структур
Социальные отношения
Типы социальных  структур
 Актуальные проблемы развития социальной структуры современного общества
Тема 7: «Этническая социология»
1. Этническая общность. Этнос. Народ. Нация.
2. Национально-этнические отношения.
3. Национальный вопрос в современных условиях.
Этническая общность. Этнос. Народ. Нация
 Типы этнических общностей
Национально-этнические отношения
 Национальные интересы   
Национальный вопрос в современных условиях
Тема 8: «Социология культуры»
1. Культура и ее функции.
2. Социологическая классификация культуры и закономерность ее развития.
3. Массовая культура и субкультура.
4. Проблемы культуры в современной России.
 Культура и ее функции
Социологическая классификация культуры и закономерность ее развития
Массовая культура и субкультура
Массовая культура
Проблемы культуры в современной России
Тема 9: «Социальные институты и организации»
Социальные институты.
2. Социальные организации.
 Социальные институты
 Социальные организации
Тема 10: «Социология семьи»
Брак и семья - социальные институты.
Важнейшие функции семьи.
3. Тенденции развития семейно-брачных отношений.
 Брак и семья - социальные институты
 Важнейшие функции семьи
Репродуктивная  функция  
 Воспитательная  функция
Хозяйственно-экономическая функция 
Рекреационная функция
 Тенденции развития семейно-брачных отношений
 Причины разводов
Тема 11: «Социология личности»
Концепции личностей
Ролевая концепция.
 Поведенческая концепция
Деятельностный  подход
Социализация личности
Социальная типология личности
Личность и общество в переходный период
1. Феномен общественного мнения.
2. Функции общественного мнения.
 Феномен общественного мнения
общественного
Функции общественного мнения
 Мировое общественное мнение
Тема 13: «Социология конфликта»
1. Конфликт и различные подходы к его изучению.
2. Функции и классификация социальных конфликтов.
3. Механизм социального конфликта.
4. Управление конфликтом.
 Конфликт и различные подходы к его изучению
Общая теория конфликта
Источники   конфликтов    
Функции и классификация социальных конфликтов
Позитивные и негативные
функции конфликтов
 Механизм социального конфликта
Разрешение  конфликта
Управление конфликтом
Методы    разрешения    конфликтов
Социальные конфликты в современной России
Тема 14: «Социологическое исследование: понятие и виды, программа и выборка»
1. Социологическое исследование и его виды.
2. Программа социологического исследования.
3. Применение выборочного метода.
4. Рабочий план социологического исследования.
             Социологическое исследование и его виды
социологических
Виды   социологического
Определение объема выборочной  совокупности    
Рабочий план социологического исследования
Тема 15: «Методы социологических исследований»
1. Анкетный опрос.
3. Наблюдение. Эксперимент.
4. Анализ документов.
 Анкетный опрос
Классификация  вопросов анкеты       
Правила   ведения беседы
Наблюдение. Эксперимент
Анализ документов
Классификация документов
           Традиционный  анализ   
Контент-анализ
Тема 16: «Анализ эмпирических данных»
инструментария
Кодирование и обобщеиие информации
 Шкала измерений
о социологическом исследовании 




МУНИЦИПАЛЬНОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ

«Институт права и экономики»

Экономический факультет

Рассмотрено и рекомендовано                            

На заседании кафедры                                         

Гуманитарных и   социальных

дисциплин                                                            

ПРОТОКОЛ № ____________                           

дата ______________________

зав.кафедрой_______________

__________________________
Курс лекций

по социологии
Разработчик:

канд. пед. наук., доцент____________А. В. Кидинов.
Липецк 2005 г.


 
           КУРС ЛЕКЦИЙ
            ПО СОЦИОЛОГИИ



семестр

Затраты времени, час

Контрольные

мероприятия


Всего

Виды аудиторной работы

Самост работа

Зачет

Экзамен

Зада ния



Лекции

Практ.

Лабор.

Итого

























1

100

36

18





46



+











































Всего

100

36

18





46















Темы курса

Количество аудиторных часов

Самостоятельная работа

Всего

В том числе

Лекции

Практические занятия

Тема 1 .

Социология как наука об обществе

2

2



3

Тема 2.

Классическая западная социология Х1Х-начала ХХв.

5



3

2

4

Тема3. Социологическая мысль в России второй половины XIX- начала Х1Хв.

5

3

2

4

Тема 4.

Теория социальной структуры общества

3

3



4

Тема 5.

Социальные институты и организации

5

3

2

3

Тема 6.

Этническая социология

3

3



4

Тема 7.

Социология культуры

5

3

2

3

Тема 8.

Социология семьи

4

2

2

3

Тема 9.

Социология личности

4

2

2

3

Тема 10.

Социология конфликта

5

3

2

3

Тема11. Социологическое изучение общественного мнения

4

3

1

4

Тема12. Социологические исследования

5

3

2

4

Тема 13.

Методы социологических исследований

4

3

1

4

Всего

54

36

18

46


.

Тема 1: «Социология – как наука об обществе»
План лекции:

1. Структура социологического знания.

2. Основные функции социологии.

Рекомендуемая литература:

1. Социология: Учебник для студентов высших учебных заведений/ Под ред. проф. В.Н. Лавриненко; 2-е изд. – М.: ЮНИТИ-ДАНА, 2000.

2. Кравченко А.И. Социология для экономистов: учебное пособие для вузов. – М.: ЮНИТИ, 2000.

3.  Радаев В.В. Экономическая социология. – М.: Аспект-Пресс, 2000.

4.  Учебный социологический словарь/ Под ред. С.А. Кравченко. – М.: Экзамен. 1999.

 

Социология есть наука об обществе. Этот ее основной смысл выражает и термин «социология», образованный из ла­тинского слова societas
(общество)
и греческого logos (учение). Этот термин ввел в науку французский ученый и философ Нового времени Огюст Конт (1798—1857), которого нередко на­зывают основоположником социологии как самостоятельной науки об обществе. До этого различные учения о функциони­ровании и развитии общества выступали как составные части общефилософских концепций мыслителей Востока и Запада. Своеобразные, порой весьма оригинальные, взгляды на разви­тие общества, проблемы политики, морали, науки, религии и искусства были высказаны в учениях древнеиндийских, древне­китайских и древнегреческих философов, европейских мысли­телей Средних веков и Нового времени.

Выступая как часть тех или иных философских учений, со­циология не ограничивалась лишь проблемами общества как целого, движущих сил его развития и т.п. Она касалась всех сторон развития общества, в том числе проблем государства, политики, права, экономики, морали, искусства, религии, других сторон общественного развития, которые впоследствии стали предметом изучения отдельных наук.

Однако с развитием общества, по мере накопления знаний об отдельных его сторонах социология постепенно теряла роль единой универсальной теории общества. От нее отпочковались политология, правоведение, политическая экономия, этика, эс­тетика и ряд других наук. И сама она стала развиваться как са­мостоятельная наука по отношению не только к выделившимся из нее отраслям знаний, но и к универсальным философским системам прошлого.

Предметом внимания и изучения социологии все более ста­новились фундаментальные основы развития общества как целостного социального организма, взаимодействие его объек­тивных и субъективных сторон, диалектика материального и духовного в историческом процессе, факторы социального прогресса, проблемы гражданского общества, гуманизма и со­циальной справедливости. В результате в XIX в. появился рад общесоциологических концепций, предлагающих то или иное решение указанных проблем. Среди них наибольшее признание получили социальные теории Георга Вильгельма Фридриха Гегеля, Огюста Конта, Герберта Спенсера, Карла Маркса, а впоследст­вии Эмиля Дюркгейма, Макса Вебера, Габриеля Тарда, Лестера Уорда и других социологов.

Каждый из этих мыслителей внес существенный вклад в на­учное объяснение исторического процесса. Их концепции об­щественного развития, содержащие глубокие и оригинальные ответы на поставленные жизнью и наукой вопросы, сохраняют свое значение для решения современных социальных проблем, поэтому в дальнейшем мы рассмотрим их подробнее.

Выделившись из универсальных философских систем и раз­виваясь как самостоятельная наука, социология тем не менее не утратила своего философского содержания. Она получила возможность расширить общесоциологический, т.е. по сути фило­софский, анализ развития общества и существенно углубить исследования.

В своих наиболее фундаментальных положениях и выводах общетеоретическая социология выступает и как философская наука. Она исходит из соответствующих философских предпо­сылок и базируется на определенном мировоззрении, в кото­ром ведущую роль играет та или иная философская концепция. С позиций данной концепции решаются, скажем, проблемы движущих сил развития общества, направленности социальных процессов, взаимодействия личности, социальных групп и об­щества, материального и духовного в историческом развитии, т.е. наиболее фундаментальные проблемы жизни и развития общества. Методология их решения по сути дела предопределя­ет решение прочих социологических проблем, в том числе ме­нее общих и даже проблем частного характера.

Мировоззрение социолога и методология, которую он при­меняет в своих исследованиях, свидетельствуют об органиче­ской взаимосвязи философии и социологии, хотя обе эти от­расли знания выступают как самостоятельные. На самостоятельный характер социологии указал в свое время французский социолог Э. Дюркгейм. В работе «Метод социологии» он писал, что социология представляет собой «особую и автономную нау­ку», направленную на объективное изучение социальных фак­тов. Такого же мнения о характере и значении социологии как науки придерживаются многие ее видные современные представи­тели, в том числе. Лазарсфельд, Р. Мертон, Т, Пирсоне и др. Од­нако, объявляя социологию нефилософской наукой, они при объяснении многих социальных явлений прибегают именно к философской аргументации, в том числе из области позитивиз­ма, прагматизма, интуитивизма и т. д. Ив этом нет ничего удивительного. Сама логика углубленного социологического анализа каких-то общественных явлений приводит к необходи­мости философского осмысления вытекающих из данного ана­лиза выводов и обобщений. Итак, современная социология — это самостоятельная наука об об­ществе как целостной социальной системе, ее подсистемах и отдельных элементах. Любое общественное явление предстает как элемент социальной системы, каковой выступает общество. В рамках этой системы анализируются все социальные явления и процессы, взятые в их взаимодействии. Как системное образование общество олицетворяет собой некие особые качества по сравнению с его элементами и любой их суммой.  Еще древние говорили, что целое больше суммы входящих в него частей:

Это значит, что целое обладает новыми качествами, которые механически не сводимы к сумме его элементов, обнаруживают некий «интегративный эффект». Эти новые качества, присущие целому, обычно обозначаются как системные, или интегративные качества.

В силу присущих ему интегративных качеств общество об­ладает собственной определенностью и самостоятельностью по отношению к составляющим его субъектам, социальным ин­ститутам, сферам общественной жизни и т.д. Это обстоятельст­во особо фиксируется и обосновывается социологией, которая изучает прежде всего механизмы функционирования общества, взаимодействие между различными субъектами, организациями и социальными институтами. Социология вскрывает и изучает также законы общественного развития. В силу этого ее можно охарактеризовать как науку о законах функционирования и развития социальных систем, о проявлениях данных законов в деятельности субъектов — больших и малых социальных групп и общностей людей, а также отдельных личностей. Все это ха­рактеризует суть и особенности социологии. С философией же она продолжает иметь связь, поскольку, во-первых, многие со­циологические проблемы осмысливаются с философских пози­ций, во-вторых, общетеоретическая социология непосредствен­но смыкается с воззрениями, относящимися к области соци­альной философии. Этим во многом определяется научность социологии, показателями которой, по мнению социологов разных школ и направлений, являются, в частности, признание объективных основ функционирования общества и закономер­ного характера его развития, правильное истолкование взаимо­действия объективных факторов исторического процесса и соз­нательной деятельности людей.

Наиболее видные философы и социологи прошлого века пытались вскрыть объективные социальные связи и закономер­ности. Так, немецкий философ Г.Ф. Гегель поставил и по-своему решал проблему обнаружения «объективных оснований исторического процесса». Он показал, что интересы, воля, желания, действия людей, как правило, разно-направлены; но хаос случайностей — только внешний рисунок ис­тории, за которым скрывается внутренняя логика исторического процесса, его объективная закономерность. Тем самым были обозначены «контуры научной методоло­гии», важнейший принцип которой состоял в том, чтобы идти не от субъективных намерений участников исторического про­цесса, в том числе самых выдающихся, а от внутреннего объектив­ного основания, которое делает историю единым, в самом себе упорядоченным процессом и определяет характер индивидуальных целей и субъективных воль.

Такой подход к анализу социальных явлений имеет большое методологическое значение и для современной социологии.

К. Маркс творчески продолжил гегелевский подход к обна­ружению и анализу объективного основания исторического процесса, преодолевая в то же время гегелевскую мистифика­цию исторической закономерности как саморазвития абсолют­ной идеи. На закономерный характер развития общества ука­зывали также французские мыслители К. Сен-Симон и О. Конт. Они пытались научно обосновать представления об обществе как едином социальном организме, развивающемся по объек­тивным естественным законам. Вместе с тем они показали роль сознания и в особенности позитивного научного мышления в развитии общества.

Представители так называемого социального дарвинизма (Г. Спенсер, У. Самнер, Л. Вольтман и др.) переносили действие законов естественного отбора и борьбы за существование на развитие общества. При всех различиях указанных направлений в социологии их объединяют идеи объективной обусловленно­сти развития общества природными и социальными факторами, а также закономерного характера исторического процесса.

Предметом любой науки являются соответствующие объек­тивные связи и законы развития природы и общества. Подобно тому как, скажем, физика, астрономия, химия, биология изу­чают законы неорганической и органической природы, социо­логия изучает законы развития общества. Последние составля­ют одну из основных проблем марксистской социологии, на что указывают представители других социологических направ­лений. Основное внимание марксистской социологии направ­лено на изучение объективных законов материального произ­водства и их воздействия на социальную, политическую и ду­ховную сферы общественной жизни и общество в целом. Она по-своему истолковывает проблему движущих сил социального процесса, представляет развитие общества как закономерный исторический процесс.

Разумеется, было бы неверно относиться к каждому поло­жению марксистской социологии как к истине в последней ин­станции. Именно такое к ней отношение характерно для кон­сервативно-догматического направления среди марксистов как в науке, так и в политике. Это гасит всякое творческое начало в развитии и применении марксистской социологии. В то же время было бы легкомысленно отбрасывать те положения, ко­торые стали достоянием современной мировой социологиче­ской мысли. В свое время на значение этих положений автори­тетно указал один из наиболее влиятельных социологов нынешнего столетия М. Бебер, хотя многие положения марксист­ской социологии он отвергал. Впоследствии положительное значение марксизма отмечали видные американские социологи и экономисты Р. Миллс и Дж. Гелбрейт, многие другие предста­вители западной социологии. В целом марксистская социоло­гия продолжает вносить свой позитивный вклад в развитие со­временной социологической мысли, в том числе в уяснение предмета и содержания социологии как самостоятельной науки. Ее возможности в данном отношении увеличиваются по мере освобождения от догматических и идеологических стереотипов. Тем не менее ко всем ее положениям, как и к положениям других направлений современной социологии, необходимо от­носиться критически, учитывая при этом, насколько они отве­чают сегодняшнему уровню развития социологической науки, а также объективным данным общественной практики.

1.

Структура социологического знания

Структура социологического знания представляет собой взаимо­связь всех теоретических, а также так называемых прикладных поло­жений социологии на том или ином этапе ее развития. Среди них имеются наиболее фундаментальные, составляющие главное содер­жание социологических концепций, школ и направлений. Основопола­гающую роль при этом играет тот круг общественных явлений, кото­рые исследует социология, выявляя существующие между ними связи и отношения. Не менее важное значение имеет глубина их исследова­ния, определяющая соответствующий уровень социологического зна­ния в тот или иной исторический период.

            Объекты социологии и элементы социологического знания

Внимание социолога может быть направлено на любое яв­ление общественной жизни. Это может быть общество в целом с присущими ему многообразными социальными связями и от­ношениями между людьми, материальной и духовной культу­рой или же одна из сфер общественной жизни — экономиче­ская, социальная, политическая, духовная. Это могут быть большие и малые социальные группы и национальные общности людей (классы, нации, народности, профессиональные и демо­графические группы, включая различные группы молодежи, женщин, представителей старшего поколения, производствен­ные и иные коллективы, политические партии, профсоюзы, творческие организации).

Предметом внимания социологии могут быть отдельные личности, их потребности, интересы, ценностные ориентации, а также семьи как ячейки общества и так называемые малые группы с их устойчивыми и неустойчивыми социально-психологическими связями, в том числе группы по интересам, соседей, друзей и т.д. Как видим, круг объектов социологии как науки весьма широк и разнообразен, что в немалой степе­ни определяет структуру социологического знания.

Структура социологического знания — не просто совокуп­ность информации, представлений и научных понятий об об­щественных явлениях и процессах, а определенная упорядочен­ность знаний об обществе как динамично функционирующей и развивающейся социальной системе. Она предстает как система взаимосвязанных представлений, понятий,  взглядов,  теорий о социальных процессах разных уровней, будь то жизнедеятельность отдельных людей, соци­альных групп или общества в целом.

Социологические представления и научные знания, равно как и их структура, формируются в зависимости от ряда факто­ров, в том числе:

1) круга объектов, изучаемых социологией; 2) глубины и широты научных обобщений и выводов, де­лаемых в рамках социологических теорий на основании анализа данных о тех или иных социальных явлениях и процессах, и др.

Если исходить из объектов, на изучение которых направлена социология, то следует начать с общества как целого, ибо чело­век, как и любая социальная группа, социальные организации и институты, материальная и духовная культура — словом, все, что есть в обществе, является продуктом его развития и имеет социальную природу. Да и к естественной природе люди отно­сятся исходя преимущественно из своих социальных — эконо­мических, эстетических и других потребностей и интересов. Даже потребности человека в пище или продолжении рода не относятся к чисто природным. Это его биосоциальные по сво­ему содержанию потребности. Они имеют биологическую осно­ву, но выступают в социальной форме и удовлетворяются соци­альными способами на основе развития материального произ­водства и чаще всего в рамках семьи.

Подход к любому социальному явлению как к элементу общества и через само общество, рассмотрение его как части функционирующей и развивающейся социальной системы — один из важнейших методов научной социологии.

Таким образом, исходный элемент структуры социологи­ческого знания — знания об обществе как целостном социальном организме. Это знания" о системе общественных отношений, их содержании и механизме их взаимодействия. Понимание при­роды и сущности общественных отношений позволяет глубже осмыслить суть взаимодействия имеющихся в обществе соци­альных субъектов. Знания об обществе включают в себя пони­мание объективных законов его развития, представления об основных сферах жизни общества и их взаимодействии, о взаимовлиянии материальной, политической и духовной куль­туры.

Другим элементом структуры социологического знания вы­ступает взаимосвязь представлений о функционировании и разви­тии отдельных сфер общественной жизни, в том числе экономи­ческой, социальной, политической, духовной. Социолог не должен подменять экономиста, политолога, правоведа, этика или искусствоведа. У него свой угол зрения на процессы, про­исходящие в данных сферах общественной жизни. Прежде всего он исследует возможности жизнедеятельности и социаль­ного самоутверждения в каждой из этих сфер личности или со­циальных групп, в том числе молодежи, различных групп рабо­чего класса, крестьянства, интеллигенции, служащих, предпри­нимателей.

Важным элементом структуры социологического знания яв­ляются знания о социальном составе населения страны и социаль­ной структуре общества, т.е. о классах, больших и малых соци­альных, профессиональных и демографических группах, их месте и взаимодействии в системе экономических, социальных и политических отношений, а также о нациях, народностях, других этнических группах и их отношениях между собой.

Еще один элемент структуры социологического знания — научные представления, взгляды, теории, относящиеся к полити­ческой социологии. Здесь внимание социолога направлено на уяснение реального положения различных социальных групп общества в системе политических отношений и прежде всего в системе отношений власти. Не менее важно для социолога на­хождение путей и способов осуществления субъектами граж­данского общества их социально-политических прав и свобод, достаточных для того, чтобы реально влиять на происходящие в обществе политические процессы. Под этим углом зрения рассматривается деятельность различных политических партий и движений, функционирование всей политической системы общества.

Важным элементом структуры социологического знания яв­ляются научные представления и выводы социологов о деятельно­сти существующих в обществе социальных институтов, таких, как государство, право, церковь, наука, культура, институты брака, семьи и т.д.

Социальным институтом в социологии принято называть нечто подобное органу в живом организме: это узел деятельно­сти людей, сохраняющийся стабильным на протяжении опре­деленного периода времени и обеспечивающий стабильность всей социальной системы.

Каждый специфический «узел» устойчивой и весьма суще­ственной деятельности людей играет важную роль в функцио­нировании общества. Разумеется, существуют объективные предпосылки появления и функционирования каждого из на­званных институтов. Они обладают соответствующей внутрен­ней организацией и занимают свое место в общественной жиз­ни, выполняя при этом специфические функции. Взаимодейст­вуя между собой, они обеспечивают функционирование обще­ства.

Существуют и другие элементы структуры социологического знания, выделенные в соответствии с объектами изучения социо­логии, например, научные представления, взгляды и теории, ка­сающиеся жизнедеятельности производственных коллективов, так называемых неформальных групп и организаций, а также малых групп межличностного общения и отдельных личностей.

Все перечисленные научные представления, понятия, взгля­ды и теории о различных социальных явлениях и процессах связаны между собой и образуют единую и достаточно слож­ную структуру социологического знания, которая более или менее адекватно отражает все стороны общественной жизни в их связи и взаимодействии и в конечном счете научно воспро­изводит общество как целостную социальную систему.

            Уровни социологического знания

Исходя из масштабов, отражаемых в социологических взглядах и теориях общественных явлений, в структуре социо­логического знания можно выделить отдельные уровни:

1)   общесоциологические  теории,   или   общетеоретическая социология;

2)  специальные социологические теории, которые нередко характеризуются как частные;

3) конкретные социологические исследования.

Эти три уровня социологического знания различаются глу­биной социологического анализа общественных явлений и ши­ротой делаемых при этом обобщений и выводов

На уровне общесоциологических теорий делаются научные обоб­щения и выводы о наиболее глубоких причинах возникновения и функционирования тех или иных социальных явлений, о движущих силах развития общества и т.п. На общетеоретиче­ском уровне формируются теории общественной, прежде всего производственной, деятельности людей, выявляется роль труда в развитии общества (что было показано Г. Гегелем, К. Сен-Симоном, К. Марксом и другими мыслителями).

Важным разделом общетеоретической социологии являются теории общественных отношений, раскрывающих природу и содержание экономических, политических, правовых, нравст­венных, эстетических, религиозных и других отношений между социальными субъектами.

На общетеоретическом уровне социологического анализа выявляются сущность общественных отношений, их специфи­ческая роль и механизм взаимодействия, а также характеризу­ются общественные отношения в зависимости от их субъектов (социально-классовые и национальные отношения, отношения между обществом и личностью и т.д.). Совокупность всех ука­занных выше отношений образует определенное общество, ко­торое выступает как система данных отношений. Их наиболее полный охват и глубокий научный анализ возможны только на уровне общесоциологических теорий или (что то же самое) об­щетеоретической социологии.

На этом же уровне исследуется взаимодействие экономиче­ской, социальной, политической, духовной и других сфер жиз­ни общества, вскрываются их взаимосвязи и взаимозависимо­сти (например, воздействие современной научно-технической революции на социальную структуру общества, сферу науки и культуры). Анализируются взаимодействия экономики и поли­тики, политики и права, производственной и экологической сфер жизни общества, промышленного и сельскохозяйствен­ного производства и т.д.

На уровне общесоциологических теорий каждое социальное явление рассматривается с точки зрения его места и роли в обществе, его многообразных связей с другими явлениями. Оно рассматривается в системе взаимодействия глобальных соци­альных факторов, каковыми выступают указанные выше обще­ственные отношения и соответствующие сферы общественной жизни, а также объективные законы развития общества. В этом суть и основная особенность исследования общественных яв­лений и процессов на уровне общетеоретической социологии, выступающей в виде совокупности, точнее, системы общесо­циологических теорий.

Данные   теории   касаются   отдельных   сфер общественной жизни,  социальных групп  и институтов.  Их познавательный ракурс намного уже, чем общесоциологических, и ограничен как правило, теми или иными под­системами общества. В качестве таковых могут выступать, на­пример, экономическая и социальная сферы жизни общества. В этом случае исследуются проблемы социально-экономи­ческих отношений, производственной деятельности людей, главным образом ее социальные аспекты, а также условия тру­да и социальной защиты различных категорий населения, во­просы народного образования, здравоохранения, быта и отдыха людей, социального обеспечения и т.д.

Цели исследования заключаются в том, чтобы на основе использования статистических материалов, данных социологи­ческих исследований и другой информации получить исчерпы­вающие представления относительно указанных сфер общественной жизни или же их отдельных сторон, а также сделать на­учно обоснованные выводы об оптимальном решении имею­щихся проблем, в том числе связанных с повышением эффек­тивности управления социально-экономическими процессами. Аналогичные цели ставятся и тогда, когда объекты социологи­ческого изучения -  политическая и духовная сферы жизни общества. Разумеется, в каждом таком случае преследуются и специфические цели, обусловленные особенностями процессов, происходящих в той или иной сфере общественной жизни.

В процессе применения специальных социологических тео­рий возможно (а нередко и необходимо) обращение к общесо­циологическим теориям, чтобы какие-то социальные явления или события осмыслить с более широких позиций, в рамках целого, каковым выступает общество. Но и в этом случае глав­ное внимание будет уделено той сфере жизни общества, в ко­торой эти события происходят, прежде всего анализу механиз­ма функционирования этой сферы, происходящих в ней про­цессов, а также решению возникающих здесь специфических социальных проблем.

В соответствии со своей природой специальные социологи­ческие теории органически сочетают в себе теоретический и эмпирический (т.е. направленный на анализ текущих практиче­ских данных) уровни исследования. Эти теории обосновывают способы непосредственного практического влияния людей на те или иные стороны их жизни, производственной, политиче­ской и иной деятельности, их общественного, семейного и личного быта. Они обосновывают также пути улучшения дея­тельности различных социальных институтов. Другими слова­ми, специальные социологические теории направлены на ре­шение практических проблем сегодняшнего дня и ближайшего будущего.

Перечислим некоторые основные параметры специальных социологических теорий и их применения. Это

1) исходные теоретические и методологические положения, на которых строятся данные теории и которые ложатся в осно­ву проводимых исследований и обработки их результатов;

2) система понятий, которыми оперируют специальные со­циологические теории;

3) формулируемые теоретические обобщения и выводы, а также вытекающие из исследований и осмысленные в рамках специальных социологических теорий научные и практические рекомендации, касающиеся широкого круга проблем, в том числе повышения эффективности управления различными со­циально-экономическими, политическими и духовными про­цессами.

Специфика данных теорий заключается именно в том, что они органически связаны с практикой.

Среди отраслей знания, основное содержание которых со­ставляют специальные социологические теории, можно выде­лить социологию труда, социально-классовых отношений, со­циологию молодежи и социологию семьи, этническую социо­логию, или социологию национальных отношений, социологию города и социологию села, социологию политических отноше­ний, социологию религии, социологию культуры, социологию личности. Во всех этих случаях объектом социологического изучения выступают определенные сферы общественной жиз­ни, различающиеся между собой как по содержанию домини­рующих в них общественных отношений, так и по действую­щим субъектам, в качестве которых выступают классы, нации, группы молодежи, население города и села, политические пар­тии и движения и т.д.

Каждая из названных выше отраслей социологии в той или иной степени разработана усилиями ученых разных стран. В частности, это теории функционализма и социального действия американских социологов Т. Парсонса и Р. Мертона, основы­вающиеся во многом на концепциях Э. Дюркгейма, М. Вебера и П. Сорокина, а также социально-психологические исследова­ния, начиная, скажем, с работ Г. Тарда и Л.Ф. Уорда вплоть до работ ныне здравствующих ученых в этой области, прежде всего в США и Западной Европе, а также об исследованиях в области политической и духовной культуры, проведенных Г. Алмондом, П. Сорокиным и другими видными современными социологами Запада.

Развивая специальные социологические теории, которые Р. Мертон подробно характеризует как «теории среднего уровня», мы получаем возможность предметного анализа различных облас­тей общественной жизни, деятельности людей и функционирова­ния социальных институтов. В итоге можно получить данные, имеющие немаловажное теоретическое и практическое значение.

Следующий уровень социологического зна­ния представлен конкретными социологи­ческими исследованиями. Они проводятся в виде анкетирования, устных опросов, на­блюдений и т.д. Исследования могут проводиться в рамках со­циологии, экономических, правовых и других наук с целью по­лучения объективных данных о различных сторонах социаль­ной действительности, а также с целью изучения обществен­ного мнения, т.е. получения сведений об отношении населения (в том числе отдельных социальных групп) к тем или иным со­бытиям общественной жизни, их мнений относительно каких-то социальных проблем, способов их решения и т.д. Данные этих исследований могут служить основанием для выработки рекомендаций относительно решения текущих и перспектив­ных задач общественной и государственной жизни, деятельно­сти различных социальных групп, трудовых и иных коллекти­вов, политических партий и движений. Они могут быть осмыс­лены на уровне специальных и общесоциологических теорий и использованы в решении актуальных, порой весьма существен­ных проблем развития общества.

Давая объективную информацию о тех или иных сторонах общественной жизни, конкретные социологические исследова­ния могут помочь выявить существующие противоречия, а так­же тенденции развития определенных социальных явлений и процессов. То и другое очень важно для научного понимания и решения социальных проблем, управления общественными процессами или, во всяком случае, для их всестороннего учета.

Главное в конкретном социологическом исследовании — получить объективную информацию о том, что происходит в обществе, какой-то его сфере и как это воспринимается людьми. Конкретные    социологические    исследования    составляют важную область эмпирической социологии, направленной на изу­чение каждодневной практической деятельности людей, ее объ­ективных и субъективных сторон. Они заключаются в сборе фактов и материалов, наблюдениях и экспериментах, других способах получения данных о социальной действительности и их осмыслении. Все это суть моменты эмпирического познания действительности.

В настоящее время под влиянием роста образования и куль­туры, развития науки и технических средств познания постоянно совершенствуется эмпирическое (опытное) знание людей различных сторон социальной действительности. Умножаются и усиливаются теоретические компоненты эмпирического знания, его связь с теоретическим мышлением.

Эмпирическое познание явлений общественной жизни сформировалось в особую науку — эмпирическую социологию, которая развивается прежде всего в США и странах Европы. Получила она развитие и в нашей стране.

Охарактеризованные выше уровни социологического знания — общесоциологические теории, специальные социологические теории и конкретные социологические исследования — не изо­лированы друг от друга. Напротив, они органично взаимодей­ствуют между собой, образуя единую и целостную структуру социологического знания, хотя роль их в данной структуре не­одинакова. В ходе конкретных социологических исследований получают различного рода информацию о текущих процессах современной жизни, которая затем осмысливается на уровне специальных и общих социологических теорий. Это позволяет научно осознать процессы, протекающие в отдельных сферах общественной жизни и в целом в обществе. В то же время об­щесоциологические теории используются для решения проблем на уровне специальных социологических теорий и конкретных социологических исследований.

2

Основные функции социологии

Познавательная функция

Эта функция социологии заключается в ис­следовании социальных явлений с целью  получить адекватные научные представле­ния о их сущности и содержании, связи с другими явлениями, характере и закономерностях развития. Первостепенное значе­ние социология придает изучению общественных отношений, складывающихся между различными субъектами, анализу объ­ективных и субъективных сторон их деятельности, а также ана­лизу функционирования социальных институтов.

Система представлений и понятий о социальных процессах фиксируется на уровнях социологического знания. На каждом из них данные процессы отражаются с разной сте­пенью глубины. На уровне общесоциологических теорий делаются более масштабные научные обобщения и выводы по сравнению со специальными (частными) социологическими теориями. Функция же конкретных социологических исследований заключается в сбо­ре первичных данных, характеризующих повседневную практику людей, и в их эмпирическом анализе.

Познавательная функция социологии заключается также в том, чтобы на основе анализа социальных процессов выработать науч­ные прогнозы их дальнейшего развития в сфере материальной, политической или духовной жизни общества. Такие прогнозы могут иметь долговременный или текущий характер: на уровне общесоциологических теорий речь может идти о глубоком предви­дении тенденций развития общества в ближайшем и отдаленном будущем, в рамках специальных социологических теорий могут быть выработаны полезные прогнозы.

Практическая функция     Практическая функция социологии состоит в том, чтобы на основе эмпирического и теоретического  анализа  социальных  явлений и процессов разработать практические рекомендации, на­пример, по усилению стимулирования и повышению эффек­тивности деятельности людей в сфере материального производ­ства, совершенствованию экономических и политических от­ношений и деятельности соответствующих социальных инсти­тутов.

В конечном счете эти рекомендации направлены на улуч­шение механизма социального управления, повышение его эф­фективности на всех уровнях — от управления коллективом до управления делами общества. В большей или меньшей степени это делают все современные общества, особенно наиболее ци­вилизованные. Ни одно из них не пускает на самотек развитие экономики, социально-классовых и национальных отношений, политической системы общества. Их развитие совершается под определенным воздействием соответствующих управленческих структур, деятельность которых обеспечивается научно. Услож­нение современных обществ и условий их развития (экономических, экологических, политических и других) усили­вает потребность целенаправленного воздействия на социаль­ные процессы. Свою роль здесь может играть и нередко играет социология, которая выполняет значительную работу, начиная от проведения так называемых социологических замеров функ­ционирования различных сторон общества и получения пер­вичной социологической информации до выработки научно обоснованных выводов и рекомендаций.

Важное практическое значение имеют социологические прогнозы относительно ближайшего и отдаленного будущего общества, научные предвидения развития экономики, социаль­ной, политической и духовной сфер общества.

Идеологическая функция    Одна  из  важных  функций  социологии            идеологическая,   поскольку   социология   в той или иной форме выражает интересы определенных социальных групп, классов, политических пар­тий и движений. Этого невозможно избежать, даже если поставить цель полностью избавиться от идеологического подхода в конкретных социологических исследованиях и в формулирова­нии положений специальных социологических и общесоцио­логических теорий. Ведь социолог занимает определенное со­циально-классовое положение и нередко входит в ту или иную политическую партию. Он осмысливает исследуемые им соци­альные процессы, общественные отношения и деятельность различных субъектов с позиций определенного мировоззрения, формирование которого зависит от его социального положения.

Формулируемые социологом выводы и обобщения, касающие­ся тех или иных сторон общественной жизни, затрагивают не только интересы той социальной группы, к которой он принадле­жит, но и интересы других социальных групп, в том числе клас­сов. Тем самым данные выводы и обобщения приобретают идео­логическое содержание, некий идеологический оттенок.

Разумеется, неправильно, когда научный подход подменяет­ся идеологическим, что нередко наблюдалось в недавнем про­шлом советской социологии. Для ученого-социолога всегда ва­жен объективный анализ общественных явлений. Однако его социальный статус есть момент самого этого анализа, что неизбежно отразится на его выводах и обобщениях относитель­но исследуемых общественных явлений и процессов. В этом смысле социология всегда идеологически ориентирована. А чтобы не допускать идеологических перекосов, надо избегать чрезмерных идеологизации и политизации как в ходе социо­логических исследований, так и при формулировании выводов и обобщений, в том числе теоретических. Полезно также соот­носить их с общечеловеческими ценностями.

Функции социологии,  как и структура социологического знания, указывают на ее место в системе общественных и гуманитарных  наук.

Так, общесоциологические теории, рас­крывающие социальную структуру общества, закономерности его развития, взаимодействие объективных и субъективных факторов исторического процесса, играют немаловажную ми­ровоззренческую и методологическую роль в объяснении про­блем истории, политологии, правоведения, социальной психо­логии, этики и других наук.

Общетеоретическая социология способствует рассмотрению проблем данных наук в широком социальном контексте, выяв­лению места и роли изучаемых ими явлений в обществе и в ис­торическом процессе. Тем самым она вырабатывает общетеоре­тические подходы и методологию научного анализа и истолко­вания данных явлений.

Определенное значение для целого ряда наук имеют поло­жения и выводы, сформулированные на уровне специальных социологических теорий. Они могут касаться проблем труда, быта, различных видов деятельности людей. Эти вопросы рас­сматриваются и другими науками, в том числе экономически­ми, экологическими, педагогическими и т.д. Однако специаль­ные социологические теории имеют свой ракурс рассмотрения данных проблем. В этом смысле они дополняют данные других наук, вооружают их своими выводами и способствуют всесто­роннему исследованию соответствующих явлений.

Специальные социологические теории раскрывают соци­альные аспекты трудовой, политической и иной деятельности людей, условия их социального (например, городского или сельского), семейного и личного быта. Они отражают возмож­ности социального самоутверждения личности и различных со­циальных групп в системе экономических, политических, пра­вовых и других общественных отношений. Речь идет о специ­фических свойствах этих отношений, прежде всего о заключен­ных в них возможностях жизнедеятельности людей, удовлетво­рения их насущных потребностей и интересов. Обоснованные выводы, сделанные на уровне специальных социологических теорий, могут иметь то или иное значение для различных об­щественных и гуманитарных наук.

Конкретные социологические исследования проводятся в рамках многих общественных и гуманитарных наук с целью получить оперативные' данные о тех или иных процессах обще­ственной жизни или же выявить отношения людей к этим про­цессам. Социология разрабатывает технику и методику подоб­ных эмпирических исследований, обработки их результатов.


.

Тема 2: «Классическая западная социология
XIX
- начала
XX
вв.»

План лекции:

1. Основоположник социологии - О. Конт.

2. Органическая теория общества Г. Спенсера.

3. Теория социального реализма и научный метод в социологии Э. Дюркгейма.

4. Понимающая социология М. Вебера.

Рекомендуемая литература:

1. Социология: Учебник для студентов высших учебных заведений/ Под ред. проф. В.Н. Лавриненко; 2-е изд. – М.: ЮНИТИ-ДАНА, 2000.

2. Кравченко А.И. Социология для экономистов: учебное пособие для вузов. – М.: ЮНИТИ, 2000.

3.  Радаев В.В. Экономическая социология. – М.: Аспект-Пресс, 2000.

4.  Учебный социологический словарь/ Под ред. С.А. Кравченко. – М.: Экзамен. 1999.
1.

 Основоположник социологии - О. Конт

Основателем социологии как самостоятельной и целостной науки об обществе стал французский ученый и философ — по­зитивист Огюст Конт (1798—1857), энциклопедически образо­ванный мыслитель. Конт выступал против того, чтобы считать общество простой совокупностью индивидов, которые рассмат­ривались многими мыслителями как своего рода «социальные атомы», существующие чуть ли не автономно по отношению друг к другу.

Согласно такому пониманию, развитие отдельных людей как бы предшествует развитию общества. Чем более развиты отдель­ные индивиды с точки зрения их способностей к производствен­ной, духовной и иной деятельности, нравственных, политических и других качеств, тем, следовательно, совершеннее будет и обще­ство. Значит, чтобы развивать общество, надо прежде всего разви­вать отдельных людей. Так рассуждали, в частности, некоторые представители французского и немецкого Просвещения, в том числе Вольтер, Руссо, Лессинг, Гердер и др.

С этим трудно спорить. Ведь уровень развития отдельных людей, их деловых качеств и культуры — действительно важный фактор развития общества, решения возникающих в нем проблем. Сегодня мы это ясно видим на примерах нашего об­щества, видим, какую роль в решении самых разнообразных проблем играют деловые качества, политическая компетент­ность и духовная культура людей, особенно тех, которые ре­шают ключевые вопросы нашей жизни, видим, что все эти ка­чества в людях надо развивать.

Но как это сделать? Сами по себе эти качества ни в ком раз­виваться не могут. Необходимо как минимум наличие таких соци­альных институтов, как воспитание и образование, благодаря которым люди могут овладеть знаниями и опытом предшествующих поколений, выработать в себе соответствующие социальные каче­ства. Необходимо включение людей в - разнообразные виды обще­ния, чтобы они могли осуществлять на современном уровне про­изводственную, политическую и духовную деятельность — писате­ля, художника, композитора, ученого .

Решающую роль общества, социальной среды в формирова­нии личности отмечали французские мыслители XVIII в. Голь­бах и Гельвеции. Они считали, что не только навыки в той или иной области деятельности, но и характер людей формируется обстоятельствами их социальной жизни. Следовательно, обще­ство если не во всем, то во многом формирует людей по своему образу и подобию. И чтобы изменить людей, сделать их более совершенными и гармонично развитыми, надо изменить само общество, его социальные и политические институты, а также системы образования и воспитания. Человек может играть малую или большую роль в обществе, но лишь как социальный субъект, а не как автономно развивающаяся и абсолютно свободная в своих действиях личность. Он действует на основе и в пределах общества, на базе выработанных в обществе правил и норм поведения, выполнение которых общество обеспечивает через соответствующие социально-политические и другие ин­ституты.

О. Конт поддерживал и развивал именно такой подход к обществу и его развитию. Он поставил и решал проблему функ­ционирования и развития общества как целостного социального организма. Согласно его взглядам, общество определяет развитие и деятельность всех составляющих его субъектов, будь то личность, сословие или класс, упоминания о которых часто встречаются в его работах.
Социология, или социальная философия О. Конта      

 Конт ввел в научный оборот понятие социология, обозначающее учение об обществе, которое он нередко называл еще социальной философией. Последнее поня­тие близко по значению понятию «философия истории», кото­рое употреблял Гегель в своем учении о развитии общества и исторического процесса в целом. Конт пользовался также по­нятиями социальная статика для истолкования структуры об­щества и социальная динамика, с помощью которого раскрывал механизм функционирования и разви­тия общества. В итоге он разработал целую систему понятий, вошедших в соз­данную им социологию, посредством которых он выразил и обосновал свои взгляды на общество и исторический процесс. Этому посвящены многие его работы, среди которых особое место за­нимают «Курс позитивной философии» в шести томах и «Система позитивной политики» в четырех томах.

Конт называл свою философию и социологию позитивными, пояс­няя при этом, что они полностью базируются на данных науки - не на воображении или догадках, а на научных наблюдениях. Он вошел в историю науки и философии как основоположник позитивизма — одного из наиболее влиятельных и поныне на­правлений в области философии и социологии.

Закон интеллектуальной эволюции человечества

Центральным звеном философско-социологических взглядов О. Конта является от­крытый им, как сам он писал, «великий ос­новной закон интеллектуальной эволюции                   человечества». Об открытии этого закона он возвещает на первых же страницах «Курса позитивной фило­софии», а также в других своих работах.

Согласно этому чрезвычайно важному для понимания со­циологии Конта закону, познавательная деятельность людей и в целом их общественное сознание прошли через три стадии  своего развития: теологическую, метафизическую и позитив­ную.

На теологической стадии, или, как пишет Конт, в теологи­ческом состоянии, человеческий ум за каждым явлением при­роды и жизни людей усматривал сверхъестественные силы. Это по сути дела фетишистское проявление религиозного сознания, которое затем сменяется политеизмом (многобожием), когда за тем или иным явлением видят действия различных богов. Другими словами, на теологической стадии развития общест­венного сознания доминирует религиозная мифология. Человек стремится к абсолютному познанию поражающих его вообра­жение явлений и в конечном счете объясняет их действием аб­солютных сверхъестественных сил. В конце теологической ста­дии осуществляется переход к единобожию (монотеизму). К тому же место религиозного воображения начинает занимать опытное знание о связях и зависимостях явлений внешнего мира и жизни людей. Но теологический дух, по словам Конта, был необходим для «постоянного почитания моральных и по­литических идей», т.е. вопросы морали и политики решались во многом на базе религиозного сознания, прежде всего пропове­дуемых религиозных ценностей.

На метафизической стадии, или в метафизическом состоя­нии, человеческое сознание, по Конту, больше оперирует не воображением, а понятиями, отражающими реальные процессы внешнего мира. Однако из-за слабого развития науки эти по­нятия довольно-таки абстрактны. Различного рода явления объясняются путем выделения неких абстрактных сущностей, выражением которых якобы являются предметы внешнего, в том числе социального мира. В качестве «общей сущности» на­зывались природа, космос, материя, дух как источники всех те­лесных и духовных явлений. Метафизический метод, ориенти­рующийся, по словам Конта, на познание реальных явлений, «упрощал теологию и мало-помалу разлагал ее». В то же время он не давал исчерпывающей картины природных и социальных явлений и не позволял окончательно избавиться от мифов.

На позитивной стадии, или в своем позитивном состоянии, человеческое сознание в своих суждениях и выводах исходит преимущественно из научных наблюдений. Теологический и абстрактно-метафизический подходы к миру все более сменя­ются открытием и исследованием его законов, т.е. «постоян­ных отношений, существующих между наблюдаемыми явле­ниями» Знание этих законов необходимо, чтобы учитывать и предвидеть их действие. Истинная наука, говорил Конт, соче­тает наблюдение и предвидение, которое «составляет во всех отношениях главную черту положительной философии». В ра­циональном предвидении он видел практическое назначение позитивной философии и социологии.

Истинное положительное мышление заключается преимущест­венно в способе видеть, чтобы предвидеть, изучать то, что есть и отсюда заключать о том, что должно произойти согласно общему положению о неизбежности естественных законов. Таково учение Конта об интеллектуальной эволюции чело­вечества и роли науки в историческом процессе.

Представляют интерес взгляды Конта на закономерный и Прогрессивный характер развития общества. Последнее, по его мнению, подчиняется в своем развитии биологическим, а также «астрономическим» законам, т.е. законам космоса, движения небесных тел и планет. Он писал о влиянии на развитие обще­ства климата и расового состава населения. Однако главное влияние на развитие общества оказывает, по Конту, интеллек­туальная эволюция человечества как эволюция его сознания. Первичность сознания людей и его решающее воздействие на развитие общества — таков основной подход основоположника позитивизма О. Конта к решению социальных проблем. При этом особую роль он отводил науке как высшему проявлению интеллектуальной эволюции.

В учении о социальной динамике Конт характеризует развитие общества как закономерное и прогрессивное. Он указывает на большую роль в этом процессе общественного разделения труда и, в частности, политической деятельности, исследованию которой он посвятил свой труд «Система позитивной политики». Обосно­вывая идею социального прогресса, Конт писал: Человечество беспрерывно развивается во время хода цивили­зации с физической, нравственной, умственной и политической точек зрения.

При этом интеллектуальная эволюция человечества опреде­ляет содержание и направленность всех сторон прогрессивного развития общества, является как бы внутренней субстанцией этого процесса.

Гармонизация общества

Важное значение имеют воззрения Конта на проблемы гармонизации в развитии общества  и  его  стабильности.   Гармония  в обществе есть гармония «между целым и частями социальной системы», а также согласованное взаимодействие всех сторон жизни общества — политической, экономической, духовной, биологической и др. По мнению Конта, социальной гармонии можно достигнуть с помощью науки, которая должна найти нужный механизм взаимодействия между всеми частями общества. Гармония в обществе, подчеркивал он, это также наилучшее сочетание интересов разных личностей и социальных слоев. Значение политической власти состоит именно в том, чтобы мудро согласовывать интересы социальных субъектов. В этом видел Конт главное достоинство политиков. Гармония в обще­стве, считал он, достигается тогда, когда «политические учреж­дения, с одной стороны, нравы и идеи — с другой, гармониру­ют между собой». В гармонии общества Конт видел основное условие его стабильности, возможность нормального развития в нем каждого сословия, каждого народа, каждого человека.

Как видно, проблемы, которые решались в социологии О. Конта, весьма актуальны в настоящее время. Не утратили своего значения и методы решения им этих проблем с точки зрения его представлений об обществе как о целостном соци­альном организме, о закономерном и прогрессивном развитии общества, о роли в этом развитии общественного разделения труда, политической деятельности людей, науки и духовной культуры. Весьма актуальны сегодня взгляды Конта на факторы гармонии в обществе и его стабильность, а также на роль поли­тиков в согласовании интересов различных социальных групп и личностей. Эти и многие другие положения социологии Конта помогают глубже осмысливать современные проблемы развития нашего общества. Все это делает учение О. Конта важным дос­тоянием современной социологии. Именно в силу актуальности проблем, поставленных в социологии Конта, и научной про­дуктивности их решения его учение было усвоено и продолже­но многочисленными последователями.

2.

Органическая теория общества Г. Спенсера

Многие идеи О. Конта, прежде всего его позитивистские установки на использование в философии и социологии дан­ных наук о природе и обществе, а также его представления об обществе как целостном социальном организме воспринял и развил английский мыслитель Герберт Спенсер (1820—1903).

Как и Конт, Спенсер был широкообразованным ученым, одним из выдающихся умов своего времени. Он создал ряд фундаментальных трудов по философии, социологии, психо­логии и другим наукам. В своем основном сочинении «Системе синтетической философии» он глубоко и подробно изложил свои взгляды на эволюцию природных и социальных явлений. Эти взгляды он обосновал также в труде «Основные начала». Г. Спенсер является основателем органической школы в со­циологии. Свою органическую теорию общества и понимание социальной эволюции он подробно изложил в сочинении «Научные, поли­тические и философские опыты».

Суть органической теории общест­ва заключается в том, что оно рас­сматривается как единая система взаимодействия природных, прежде всего биологических, и социальных факторов. Согласно этой теории, все стороны общественной жизни орга­нично связаны между собой и не мо­гут функционировать вне данной связи. Только в рамках целостного социально-природного организма проявляются подлинное значение любого социального института и социаль­ная роль каждого субъекта.

Спенсер рассматривал общество как организм, развиваю­щийся по естественным, главным образом биологическим, за­конам. Он уподобил общество живому биологическому орга­низму, обосновывая такой подход с помощью следующих дока­зательств: 1) как живые организмы, так и любые общества в процессе их роста и развития увеличиваются в своей массе; 2) те и другие усложняются; 3) их части приходят во все боль­шую зависимость друг от друга; 4) те и другие продолжают жить как целые, хотя составляющие их единицы (скажем, люди в обществе и клетки в живом организме) постоянно появляют­ся и исчезают.

Легко заметить, что система приводимых доказательств сходства общества с живым организмом целиком опирается на естественные обстоятельства и не принимает во внимание спе­цифические социальные качества общества. В подтверждение разрабатываемой им органической теории общества Спенсер приводит ряд любопытных сравнений. Так, правительство в го­сударстве уподобляется им мозгу человека: подобно тому, как мозг «руководит» жизнедеятельностью организма, правительст­во руководит жизнедеятельностью общества, исчисляя и балан­сируя интересы взаимодействующих между собой сословий и других социальных групп, а также политических партий. Тор­говля в обществе сравнивается с кровообращением в живом организме, а кровяные тельца — с деньгами. Телеграфные про­вода, несущие информацию и способствующие жизнеобеспече­нию общества, сравниваются с нервной системой живого орга­низма. Проводя сравнение до мелочей, -  писал Спенсер, — мы находим, что эти крупные аналогии влекут за собой множество мелких, гораздо более тесных, нежели можно ожидать.

 Теория эволюции

Представляет интерес теория эволюции  Г. Спенсера, в том числе социальной. В эволюции он выделил следующие основные моменты: переход от простого к сложному (интеграция), переход от однородного к разнородному (дифференциация); переход от неопределенного к определенному (возрастание порядка). «Что такое социальная эволюция?» - ставит вопрос Спенсер. И отвечает на него в том духе, что социальная эволюция есть прогрессивное развитие общества по пути его усложнения и совершенствования дея­тельности социальных институтов, прежде всего политических. Он показывает объективную обусловленность социальной эво­люции потребностями людей. Это, пишет он, наблюдается вовсех областях общественной жизни, в том числе в области раз­вития государственной власти. Правительственная эволюция является результатом социальных потребностей. Конститу­ции не создаются, они сами вырастают, — утверждает он, под­черкивая обусловленность развития политических процессов потребностями и интересами людей.

С точки зрения Г. Спенсера, в процессе социальной эволю­ции увеличивается значение коллективной деятельности людей и разного рода социальных институтов. Он писал:

Прогресс в человеческих обществах всегда происходит в на­правлении поглощения индивидуальных действий действиями корпоративных органов.

В ходе социальной эволюции, совершающейся совместными усилиями людей разных поколений, изменяются многие функ­ции общества, которые в свою очередь возрастают в размере, в разнообразии, в определенности и сложности.

Г. Спенсер далек от фаталистического понимания эволюции как абсолютно неподвластной человеку. Напротив, он посто­янно   подчеркивал,   что   социальная   эволюция   совершается людьми в процессе их деятельности, ставил и решал вопросы мотивации социального поведения и деятельности людей. Бо­лее того, он заявлял, что общество не будет развиваться, если не создать условия для нормальной физической и духовной деятельности индивидов.  В то же время каждый гражданин должен смотреть на себя с точки зрения не только субъектив­ной, исходя из своих желаний и стремлений, но и объек­тивной, понимая свое место в обществе как «одной из мно­гочисленных общественных единиц».  Как член общества он должен   действовать   в   направлении   улучшения   социальной жизни. По Спенсеру, альтруистические действия так же необ­ходимы, как и эгоистические.

Проблемы  гармонии и стабильности в обществе       Нельзя обойти вниманием взгляды Г. Спенсера на проблемы равновесия, гармонии и стабильности   в обществе, которые до него в обществе ставил и решал О. Конт. Социальное равновесие истолковывалось Спенсером как результат приспособительных действий, гармонии интересов, а также компромиссов в действиях людей и социальных институ­тов. Равновесие устанавливается как некая сбалансированность во взаимоотношениях людей и выступает как фактор стабиль­ности общества. Спенсер анализирует многочисленные прояв­ления социального равновесия, в том числе равновесия между эмоциями людей и их образом действий, между народонаселе­нием и средствами существования, между спросом и предложе­нием, наконец, между функционированием государственных учреждений и поведением граждан, обществом и личностью. Со времен Конта и Спенсера эта проблема постоянно решается в западной социологии.

Спенсер излагает свое видение проблемы распада общества как процесса, обратного социальному равновесию, гармонии и стабильности. Распаду общества предшествует его упадок, -писал он. Этот процесс совершается прежде всего под воздей­ствием внутренних причин, а также внешних. Последние ха­рактеризовались Спенсером как некое «новое движение извне». Распадение общества начинается с прекращением эффективной деятельности государственных институтов, включая институт власти, армию, прогрессивные в прошлом организации. Стано­вится малоэффективной деятельность «промышленных клас­сов», движению масс мешают единицы, прежде всего из числа политиков. При распадении общества, продолжает Спенсер, происходит «уменьшение интегрированных движений и возрастание движений дезинтегрированных (центробежных)». Растет беспорядок, правительство часто предпринимает неподготовленные и даже нелепые действия, «прерывается течение промышленных и торговых процессов, на­ходящихся в тесной связи со всем политическим организмом».

Стоит оценить актуальность данных высказываний Спенсе­ра, глубину и четкость его суждений. Картина распада (распадения) общества отражена им всесторонне и глубоко и дает немало дл» понимания современных процессов, происхо­дящих также и в нашем обществе. Многие суждения и взгляды Г. Спенсера могут помочь нашим современникам глубже разо­браться в содержании сегодняшней жизни. Это касается его органической теории общества как целостной системы, обос­нования путей достижений социального равновесия, гармонии и стабильности, его учения о социальной эволюции как закономерного и прогрессивного развития общества, а также реше­ния многих проблем более частного характера.

3.

Теория социального реализма и научный метод в социологии Э. Дюркгейма

Наиболее значительный представитель социологического по­зитивизма конца XIX — начала XX в. — французский социолог Эмиль Дюркгейм (1858—1917). Сам он неоднократно подчерки­вал значение социологических воззрений О. Конта и Г. Спен­сера, критически им осмысленных и развитых. Дюркгейм про­должил разработку теории общества как единого социального организма, такой системы, элементы которой должны гармо­нировать между собой ради сохранения целого.

Дюркгейм энергично выступил против индивидуалистиче­ских и психологических подходов в объяснении явлений обще­ственной жизни, согласно которым основную роль в поведении людей и в целом в историческом процессе играют внутренние, осознанные и неосознанные, психические факторы, т.е. влече­ния, желания, стремления и интересы людей. В своей теории социального реализма он исходил из того, что природу социаль­ных явлений следует объяснять социальными факторами, что исходным моментом анализа поведения людей, их разнообразной деятельности является, общество как система взаимодействий ин­дивидов, социальных групп и соответствующих социальных инсти­тутов. Большую роль здесь играют непосредственная и более ши­рокая социальная среда. Таковы основные положения разработан­ной Дюркгеймом доктрины социального реализма.

    Э. Дюркгейм был сторонником разработкинаучного метода в социологии, заключающегося,  по его словам,  в рационалистиче­ском, т.е. строго логическом, объяснении явлений обществен­ной жизни. В предисловии к одному из своих основных трудов «Метод социологии» он подчеркнул, что его «главное намере­ние состоит в том, чтобы распространить на человеческое по­ведение научный рационализм», т.е. дать ему научное объяснение. Он писал, что его предшественники в области социо­логии уделяли основное внимание построению различных, не­редко умозрительных теорий развития общества и мало зани­мались разработкой научного метода изучения социальных фактов. Даже в работах Г. Спенсера, по словам Дюркгейма, «вопрос о методе не занимает никакого места». Глава из курса позитивной философии О. Конта — «почти единственный оригинальный и значительный труд, который мы имеем по данному вопросу», — утверждал Дюркгейм.

И он приступил к разработке метода социологии. Социо­логия, пишет он, есть наука о социальных фактах под которы­ми он понимал прежде всего политические, правовые, мораль­ные, религиозные и другие идеи, нормы и ценности, выраба­тываемые коллективным сознанием людей и заставляющие от­дельных индивидов действовать в соответствии с этими идея­ми, нормами и ценностями. Конечными причинами социаль­ных явлений выступают, по Дюрктейму, идеи и духовные цен­ности людей, которые они реализуют на практике. В них он находит источник всякой социальной эволюции. Речь идет об идеях и духовных ценностях как проявлениях коллективного сознания.

По отношению к отдельным людям социальные нормы, ценности и другие проявления общественного сознания суще­ствуют объективно. Каждый человек застает уже сложившими­ся определенные политические, правовые, моральные и другие нормы, ценности и социальные установки. Он должен их усво­ить и реализовать на практике. В соответствии с этим Дюрк­гейм указывает на два основных признака социальных фактов: их объективное существование по отношению к отдельным ин­дивидам и их принудительное воздействие на людей. Тем самым Дюркгейм исходил из понимания человека как социального су­щества, развитие и деятельность которого проходят под опре­деляющим воздействием на него социальных норм и предписа­ний.

Так ставится и решается Дюркгеймом вопрос о социальной обусловленности поведения людей. У социальных фактов об­щая духовная природа и сущность. Все они - проявления группового или массового сознания. Их воздействие на людей в конечном счете организовано сознательно и осуществляет­ся через социальные институты, в том числе правовые, религи­озные и т.д. В этой связи Дюркгейм писал, что социальный факт есть лишь там, где существует определенная организация. Он существует как нечто общее и существенное в поведении людей и воплощается в организации их производственной, по­литической, правовой и другой деятельности. Таким образом, в учении Дюркгейма о социальных фактах содержатся важные положения для понимания взаимодействия общества и лично­сти, показана роль группового, коллективного сознания. Все это, по его мнению, составляет истинный предмет социологии как науки.

Актуальный характер имеет учение Дюркгейма о различиях нормального и патологического в обществе, о социальных бо­лезнях и их преодолении. Убедительно звучит высказанное им положение о том, что важно найти «объективный критерий, неотделимый от самих фактов и позволяющий нам научно раз­личать здоровье от болезни в разных разрядах социальных яв­лений».

Социальное здоровье, по Дюркгейму, заключается в нормаль­ном развитии жизненных сил индивида, коллектива или обще­ства, в их способности адаптироваться к условиям среды и ис­пользовать ее для своего развития. Это дает им «шансы на долгую жизнь». То, что способствует развитию общества и благосостоянию людей, должно быть признано полезным и не­обходимым. Болезнь общества может зародиться в любой его сфере. Если же оно больно целиком, лечить его надо ком­плексно. Большое значение придает Дюркгейм моральному и политическому оздоровлению общества, внедрению во все его сферы социально здоровых и эффективных стимулов деятель­ности и общения людей.

Дюркгейм пытается уточнить вопрос об источниках соци­альной эволюции. Указывая на ограниченность взгляда, со­гласно которому источник развития общества лежит в психо­логической организации человека, в его стремлении реализо­вать себя или же в «потребности личного счастья» (этот взгляд в разной степени разделяли О. Конт и Г. Спенсер), Дюркгейм считает решающими социальные истоки развития общества, прежде всего коллективное сознание и коллективную (общест­венную) деятельность людей. Это позволило ему более подроб­но проанализировать механизм функционирования и развития общества. В этой части его труды до сих пор имеют немалую научную ценность.

Проблема коллективности       

Представляет интерес анализ Дюркгеймомпроблемы коллективности. Коллективность  трактуется им как «основной фактор соци­альности»,  естественное лоно жизнедеятельности людей.  Он писал, что коллектив, общество, его социальные институты в решающей степени воздействуют на развитие каждого челове­ка. Социальная жизнь, по Дюркгейму, «прямо вытекает из ее коллективного существа», имеет общественную природу и сущ­ность. В силу самого факта коллективного существования ин­дивидов они воздействуют друг на друга и выступают как соци­ально ориентированные в своих действиях личности. При этом они придерживаются определенной социальной (политической, правовой, моральной) дисциплины, что, по мнению Дюркгейма, является весьма существенным фактором общественной жизни. Дюркгейм допускает «построение социологии, которая видела бы в дисциплине существенное условие всякой общей жизни, основывая ее на разуме и истине». Сегодня, как и во времена жизни Дюркгейма, это звучит весьма актуально.

Разрабатывая проблемы социальной теории и метода, Дюркгейм, естественно, касается проблемы взаимодействия со­циологии и философии. Он признает, что социология «возникла из великих философских доктрин» и почти всегда опирается на какой-нибудь философский подход. Однако, пишет Дюркгейм, социология давно стала самостоятельной наукой, имеет свой предмет и должна заниматься своим делом. Труды самого Дюркгейма сыграли заметную роль в становлении и развитии социологии как самостоятельной науки.

4.

 Понимающая социология М. Вебера

Выдающуюся роль в развитии социологии в конце про­шлого и начале нынешнего века сыграл немецкий мыслитель Макс Вебер (1864—1920). В настоящее время социология Макса Вебера переживает настоящее возрождение. Вновь осмыслива­ются и переосмысливаются многие стороны его философско-социологических взглядов. Берутся на вооружение разработанная им методология социального познания, концепции пони­мания, идеальных типов, его учение о культуре, этике, социо­логии религии. Сегодня западные социологи рассматривают Вебера «в качестве одной из тех ключевых фигур, обращение к которым открывает перспективу плодотворного обсуждения фундаментальных вопросов социологической теории».

На      философско-социологические взгляды  Вебера  оказали  влияние  вы­дающиеся мыслители разных направ­лений.     В    их    числе    неокантианец Г. Риккерт,   основоположник   диалектико-материалистической    философии К. Маркс,     такие     мыслители,     как Н. Макиавелли, Т. Гоббс, Ф. Ницше и др. Свои взгляды Вебер изложил в та­ких работах, как «Протестантская эти­ка и дух капитализма»,  «Хозяйство и общество»,    «Объективность   социаль­но-научного   и   социально-политичес­кого  познания»,  «Критические  иссле­дования в области логики наук о куль­туре», «О некоторых категориях пони­мающей социологии»,  «Основные со­циологические понятия» и др.

С точки зрения М. Вебера, социология должна изучать прежде всего поведение и социальную деятельность человека или группы людей. Однако не всякие их поведение и деятель­ность являются предметами изучения социологии, а только та­кие, которые, осмыслены ими с точки зрения целей и средств их достижения, ориентированы на других субъектов, т.е. учитывают влияние на них своих действий и их ответную реакцию на это. Если действие рассчитано на ответную реакцию не со стороны других людей, а скажем, со стороны машин или природы, оно, по Веберу, не считается социальным. Не являются таковыми и подражательные действия.

Социальные действия составляют, по Веберу, систему их сознательного, осмысленного взаимодействия. В таком качестве они образуют предмет внимания так называемой понимаю­щей социологии, заключающейся в том, что если действия чело­века осмыслены и внутренне ориентированы на что-то, то социолог должен разобраться не только в содержании этих дейст­вий и в их возможных последствиях для других людей, но пре­жде всего в субъективных мотивах этой деятельности, в смысле тех духовных ценностей, которыми руководствуется действую­щий субъект. Другими словами, надо осмыслить, понять со­держание духовного мира субъекта социального действия. В та­кой роли социология выступает как понимающая (социология понимания).

М. Вебер создал и развил концепцию понимающей социо­логии, задачи которой, по его мнению, заключаются в том, чтобы понять и объяснить 1) посредством каких осмысленных действий люди пытаются осуществить свои стремления, в ка­кой степени и по каким причинам им это удавалось или не удавалось; 2) какие понятные социологу последствия имели их стремления для «осмысленно-соотнесенного поведения других людей».

Вебер исходит из того, что понимание социальных действий и внутреннего мира их субъектов может быть как логическим, т.е. осмысленным с помощью понятий, так и чисто эмоцио­нальным. В этом случае оно достигается посредством «вчувствования», «вживания» социолога во внутренний мир субъекта социального действия. Он называет этот процесс сопереживани­ем. Тот и другой уровни понимания социальных действий, из которых складывается общественная жизнь людей, играют свою роль. Однако более важно, по Веберу, логическое понимание социальных процессов, их осмысление на уровне науки. Их по­стижение на уровне «вчувствования» он характеризовал как подсобный метод исследования.

Проблема    ценностей    

В своей социологии понимания Вебер не мог обойти проблему ценностей, в том числе моральных, политических, эстетических, религиозных. Речь идет прежде всего о понимании сознатель­ных установок субъекта на указанные ценности, которые опре­деляют содержание и направленность его поведения и деятель­ности. В то же время социолог сам исходит из определенной системы ценностей, что неизбежно сказывается на ходе и ре­зультатах его исследований.

М. Вебер предложил свое решение проблемы ценностей. В отличие от Риккерта и других неокантианцев, рассматриваю­щих указанные выше ценности как нечто надисторическое, Вебер трактует ценность как «установку той или иной историче­ской эпохи», как «свойственное эпохе направление интереса». Тем самым ценности из области надисторической переносятся в историю. Эта трактовка ценностей имеет важное значение для реалистического объяснения сознания людей, их социаль­ного поведения и деятельности. Она сыграла важную роль в развитии Вебером теории социального действия.

Теория  социального    действия   

 Важнейшей  составляющей данной теории является концепция идеальных типов. Вебер трактовал идеальный тип как «интерес эпохи, выраженный в виде теоретической кон­струкции». Это некая идеальная модель того, что наиболее по­лезно человеку, что объективно отвечает его интересам в со­временной ему эпохе. В этом отношении в качестве идеальных типов могут выступать моральные, политические, религиозные и другие ценности и вытекающие из них установки поведения и деятельности людей, правила и нормы их поведения, а также традиции социального общения.

Идеальные типы Вебера характеризуют как бы сущность оп­тимальных общественных состояний — состояний власти, меж­личностного общения, индивидуального и группового сознания и т.д. В силу этого они выступают как своеобразные критерии, исходя из которых необходимо вносить изменения в духовную, политическую и материальную жизнь людей. Поскольку иде­альный тип не совпадает полностью с тем, что есть в обществе, и нередко противоречит действительному положению вещей (или же последнее ему противоречит), он, по словам Вебера, в той или иной мере несет в себе черты утопии.

И все-таки идеальные типы, выражая в своей взаимосвязи систему духовных и иных ценностей, выступают как социально значимые явления. Они способствуют внесению целесообраз­ности в мышление и поведение людей и организованности в общественную жизнь.

Учение М. Вебера об идеальных типах не потеряло своей актуальности. Оно служит для его последователей своеобразной методологической установкой социального познания и реше­ния практических проблем, связанных, в частности, с упорядоченностью и организованностью элементов духовной, матери­альной и политической жизни.

М. Вебер выделял следующие типы социального действия: целерациональный, ценностно-рациональный, аффективный и традиционный.

Целерациональное действие — это когда человек ясно пред­ставляет себе цель действия и средства ее достижения, а также учитывает возможную реакцию других людей на свои действия. Критерием рациональности является успех.

Ценностно-рациональное действие совершается через созна­тельную веру в этическую, эстетическую или религиозную цен­ность определенного поведения.

Аффективное действие происходит через аффекты, т.е. бес­сознательные психологические импульсы и чувства.

Традиционное действие осуществляется через привычку. В этой классификации степень осознанности наращивается от аффективных и традиционных социальных действий к цен­ностно-рациональным и целерациональным. В реальном пове­дении людей чаще всего присутствуют все указанные типы или виды действий. Каждый из них отличается своей мотивацией, а нередко содержанием и механизмом осуществления социаль­ного действия. Необходимы научные представления о них, что­бы учитывать все это. Вебер отмечает, что эти четыре идеаль­ных типа, т.е. теоретически смоделированные им виды соци­альных действий, не исчерпывают всего их многообразия. Но поскольку их можно считать самыми характерными, то знания о них могут быть весьма полезными для теоретиков и практи­ков не только из области социологии. Вебер исходил из того, что в историческом процессе растет степень рациональности социальных действий. Особенно это видно в развитии капитализма.

Рационализируется способ ведения хозяйства, рационализиру­ется управление как в области экономики, так и в области поли­тики, науки, культуры — во всех сферах социальной жизни; ра­ционализируется образ мышления людей, так же как и способ их чувствования и образ жизни в целом. Все это сопровождается ко­лоссальным усилением социальной роли науки, представляющей собой, по мнению Вебера, наиболее чистое воплощение принципа рациональности.

Воплощением рациональности Вебер считает правовое госу­дарство, функционирование которого целиком базируется на рациональном взаимодействии интересов граждан, подчинении их закону, а также общезначимым политическим и моральным ценностям. Правовое государство развивается на основе целерациональных и ценностно-рациональных действий управляю­щих и управляемых. Похоже, что и в этом случае речь идет о теоретической конструкции идеального типа государства, не всегда и не во всем совпадающей с социальной действительно­стью. И все же идея правового государства как рационального сочетания интересов субъектов гражданского общества весьма плодотворна и заслуживает внимания как теоретиков, так и практиков.

Как видно, Макс Вебер касался в своих трудах широкого круга проблем из области теории и методологии социологии, оставив в их разработке заметный след. Возрождение его уче­ния происходит именно потому, что он высказал глубокие суж­дения о решении сложных проблем, которые стоят перед нами сегодня. Нельзя не согласиться с Вебером в том, что «признаком научного познания является объективная значи­мость его выводов, т.е. истина».

С позиции истины, пишет Вебер, приходится признать, что мировоззрение каждого человека связано с «интересами своего класса».

Не будучи сторонником материалистического понимания истории, Вебер в то же время высоко ценил учение Маркса о роли экономических отношений в жизни общества, никогда не искажал и не упрощал это учение. Он писал: анализ социальных явлении и культурных процессов под углом зрения их экономической обусловленности и их влияния был и -при осторожном, свободном от догматизма, применении — оста­нется на все обозримое время творческим и плодотворным науч­ным принципом.

Таков вывод этого глубоко мыслящего философа и социо­лога, который он сделал в работе под примечательным назва­нием «Объективность социально-научного и социально-поли­тического познания».

Научность и объективность у Вебера не расходятся между собой. Ему присущ трезвый и уважительный подход к взглядам и теориям своих оппонентов. Это выдающийся мыслитель и современное возрождение учения Вебера вполне оправдано. Многие высказанные им идеи получают свое дальнейшее раз­витие не только в странах Запада.
Тема 3: «Социологическая теория марксизма»
План лекции:

1. От идеалистического к материалистическому пониманию исторического процесса.

2. Определяющая роль способа производства в жизни общества.

3. Общество - целостный социальный организм.

4. Общественно-экономические формации, или исторические типы общества.

5. Марксистская социология и современность.

Рекомендуемая литература:

1. Социология: Учебник для студентов высших учебных заведений/ Под ред. проф. В.Н. Лавриненко; 2-е изд. – М.: ЮНИТИ-ДАНА, 2000.

2. Кравченко А.И. Социология для экономистов: учебное пособие для вузов. – М.: ЮНИТИ, 2000.

3.  Радаев В.В. Экономическая социология. – М.: Аспект-Пресс, 2000.

4.  Учебный социологический словарь/ Под ред. С.А. Кравченко. – М.: Экзамен. 1999.

1.

От идеалистического к материалистическому пониманию исторического процесса

Многие домарксистские и современные социологические теории исходили и исходят из того, что человеческое общество развивается в конечном счете при определяющем влиянии не­коего духовного начала: мирового разума или же мировой воли, Бога, а также благодаря сознанию самих людей. Последние не­редко характеризуются как проводники воли Бога или же кос­мического разума и вместе с тем как творцы культуры, которую они создают исходя из своих интересов, целей и идеалов. Оп­ределяющим при этом выступает сознание, производным от которого оказывается бытие людей, их культура и образ жизни. Многие представители социологии как науки об обществе основными субъектами исторического процесса объявляют от­дельных индивидов, действующих исходя из своего понимания окружающего мира, своих целей и способностей к той или иной деятельности.

Марксистская социология базируется на ином подходе. Как отмечали Карл Маркс (1818—1883) и  Фридрих Энгельс (1820—1895), предпосылки, с которых они начинали исследовать исторический процесс, — это живые люди с их по­требностями и интересами, находя­щиеся между собой во взаимном об­щении и взаимодействии. Совокуп­ность общественных связей и отноше­ний всех социальных субъектов обра­зует то или иное общество. Через сис­тему присущих ему общественных от­ношений, условий материального про­изводства, политических и других со­циальных институтов общество в ре­шающей степени определяет содержа­ние и направленность деятельности людей, воздействует на формирование и развитие каждого человека.

В таком подходе заключается «сведение индивидуального к социальному», что характеризовалось В.И. Лениным (1870—1924) как важнейший принцип марксистской социологии и явилось первым решающим шагом к определению и осмыслению объ­ективной социальной основы деятельности и поведения людей и тем самым к материалистическому пониманию истории.

Следующий шаг в этом направлении заключался в обосно­вании роли материальных побудительных сил деятельности лю­дей. Маркс и Энгельс никогда не отрицали роли сознательных мотивов производственной, политической и других видов дея­тельности. Напротив, они придавали большое значение содер­жанию и направленности этих мотивов. В истории общества, писал Энгельс, действуют люди, одаренные сознанием, поступающие обду­манно или под влиянием страсти, стремящиеся к определенным целям. Здесь ничто не делается без сознательного намерения, без желаемой цели.

Однако с точки зрения марксизма, намерения и цели лю­дей, вся система их внутренней мотивации в области экономи­ческой, политической и иной деятельности обусловлена в ко­нечном счете объективными факторами исторического процес­са, находящими свое обобщенное выражение в действии объек­тивных социальных законов. Исходя из этого делается вывод, что «идеальные побудительные силы», т.е. внутренние мотивы деятельности людей, отнюдь не являются последними причи­нами исторических событий. Поэтому важно исследовать, что кроется за этими идеальными побудительными силами, «каковы побудительные силы этих  побуди­тельных сил». В связи с этим Энгельс отмечал, что непоследовательность  заключается не в том, что признается существование идеальных побудительных сил, а в том, что останав­ливаются на них, не идут дальше к их движущим причинам. К последним Маркс и Энгельс относили прежде всего мате­риальные условия жизни общества и вытекающие из них мате­риальные потребности и интересы социальных субъектов.

Материальные потребности и интересы обусловливают пове­дение и деятельность людей, их стремления, психологический настрой, идеи и теории. Маркс писал, что он пришел к мате­риалистическому пониманию истории, осмысливая, в частно­сти, роль и значение материальных интересов в жизни и дея­тельности социальных субъектов.

При этом имеются в виду как их личные, так и общие мате­риальные интересы. Последние, будучи интересами больших и малых социальных групп, выражают, по словам Маркса, «взаимную зависимость индивидов, между которыми разделен труд». Другими словами, различное положение социальных групп в системе общественного разделения труда обусловливает их различные материальные интересы, которые выступают в качестве побудительных сил их производственной и иной дея­тельности.

Преодолевая «иллюзии больших и малых робинзонад», мар­ксизм сосредоточивает свое внимание на общественном бытии людей и их общественном сознании. Обоснование диалектиче­ского взаимодействия общественного бытия и общественного соз­нания составляет одну из фундаментальных сторон материали­стического понимания истории. Общественное сознание истол­ковывается как отражение общественного бытия людей в ходе их общественной практики, различных видов их социальной деятельности. Тем самым объясняются природа, сущность и содержание общественного сознания, показывается его объек­тивное социальное основание, каковым выступает обществен­ное бытие людей.

Итак, общественное бытие истолковывается как реальный процесс жизни людей, их общественная практика, содержание которой отражается в общественном сознании. Последнее, по словам Маркса, не имеет собственной истории, ибо оно производно от общественного бытия и отражает его историю. Субъ­ектами собственного сознания выступают различные социаль­ные группы людей и общество в целом, а также отдельные личности, являющиеся носителями общественного, группового и индивидуального сознания.

Надо сказать, что как классический, так и современный марксизм не отрицают ни самого факта существования инди­видуального сознания, ни его роли и значения в жизни и дея­тельности людей. В то же время марксизм по-своему раскрыва­ет диалектику взаимодействия общественного и индивидуаль­ного сознания, отдавая определенный приоритет первому. По­казывается не только социальная природа индивидуального сознания, но и существенное влияние на его формирование общественного сознания, проявляющегося в соответствующих взглядах тех или иных социальных групп, общественной психо­логии и идеологии, духовной культуре общества.

С точки зрения марксистской социологии общественное сознание, будучи производным от общественного бытия людей, имеет также свою логику развития, вбирает в себя то жизненно важное, что накоплено в области науки, искусства, морали, ре­лигии и т.д. Преемственность есть одна из важнейших законо­мерных сторон развития общественного сознания. Трудно пе­реоценить значение науки и искусства, передовых идей в об­ласти морали, политики и права в развитии современного об­щественного сознания и общества в целом. И это их значение постоянно повышается.

2.

Определяющая роль способа производства в жизни общества

Согласно материалистическому пониманию истории, важ­нейшим содержанием общественного бытия людей является производство материальных благ, благодаря которому удовлетво­ряются их разнообразные материальные и другие потребности.

В конечном счете «способ производства материальной жизни обусловливает социальный, политический и духовный процес­сы жизни вообще». Он в разной степени воздействует на раз­витие указанных сфер жизни общества. В этом смысле способ производства выступает как материальная основа существова­ния и развития общества — системообразующее начало, связы­вающее в единое целое все проявления общественной жизни.

Способ производства предстает как единство двух его основ­ных сторон: производительных сил и производственных отно­шений. К производительным силам относятся прежде всего сами люди с их знаниями, навыками и опытом производственной деятельности, а также применяемые ими средства производства -орудия и предметы труда, производственные здания, сооруже­ния, источники энергии, транспортные средства и т.д. Произ­водственные отношения — это те отношения, в которые вступа­ют люди в процессе производственной деятельности. Прежде всего это их отношения по поводу средств производства. В за­висимости от того, кому они принадлежат, разные люди зани­мают различные места в процессе производства, скажем, одни будут хозяевами производства, другие — наемными работника­ми. Производственные отношения проявляются также в обмене деятельностью между людьми, который реализуется на базе су­ществующего разделения труда и отношений собственности на средства производства. Наконец, производственные отношения — это отношения людей по поводу распределения созданного общественного продукта, его обмена и потребления, содержа­ние которых определяется в конечном счете отношениями соб­ственности на средства производства.

Марксистская социология дает всестороннее обоснование раскрытого ею диалектического взаимодействия производи­тельных сил и производственных отношений. Несмотря на то, что в производственные отношения вступают люди, наделен­ные сознанием и ставящие перед собой вполне определенные цели, эти отношения формируются под решающим воздействи­ем объективных условий производственной деятельности, к ко­торым относятся объективные потребности людей и самого производства, а также уровень развития и характер производи­тельных сил. Именно производительные силы общества непосредственно определяют содержание производственных отно­шений. Они объективно требуют установления таких производ­ственных отношений, которые бы в наибольшей степени спо­собствовали развитию производительных сил, их оптимальному использованию и тем самым содействовали бы повышению экономической эффективности производства, наиболее полно­му удовлетворению потребностей людей.

Этим требованиям и должны соответствовать складываю­щиеся производственные отношения. Если последние не спо­собствуют развитию и эффективному использованию произво­дительных сил, то в обществе возникают тупиковые, кризисные экономические ситуации, происходит спад производства. Все это ставит общество перед необходимостью замены изживших себя производственных отношений новыми, более прогрессив­ными, которые отвечали бы современным потребностям разви­тия производительных сил. Эта объективная необходимость ра­но или поздно осознается людьми и реализуется на практике. Чем раньше это происходит, тем лучше. В противном случае, когда процесс обновления производственных отношений затя­гивается или, что еще хуже, осуществляется неумело, общество несет большие экономические и социальные издержки, а большинство его граждан вынуждено переживать трагедию обездоленности и нищеты.

Необходимо способствовать внедрению таких форм произ­водственных отношений, которые реально способствуют росту производства и тем самым повышению жизненного уровня на­рода. Разумеется, для социологии остается важной задача выяв­ления наиболее сильных мотивов производственной деятельно­сти людей, а также формирования у всех работников соответст­вующей системы ценностных ориентации.

Показав роль и значение материального производства в жизни общества, марксистская социология в немалой степени способствовала научному анализу исторического процесса, его объективных законов. Речь идет об объективных законах разви­тия самого материального производства и его воздействии на другие стороны общественной жизни, общества в целом. От­крытие и анализ данных законов существенно ускорили пере­ход от идеалистического понимания истории к ее материали­стическому пониманию.

3.

 Общество - целостный социальный организм

С точки зрения марксистской социологии общество пред­стает прежде всего как система общественных отношений: эко­номических, политических, правовых, нравственных, религиоз­ных и др. В данном случае в основу классификации общест­венных отношений положено их социальное содержа­ние.

Если же исходить из их субъектов, то можно выделить отношения между социальными группами, в том числе классовые и национальные отношения, а также отношения между людьми города и деревни, умственного и физического труда, семейные отношения, отношения между личностью и обществом, лично­стью и социальной группой, коллективом, межличностные от­ношения.

Все общественные отношения органически связаны между собой и выражают взаимозависимость и взаимодействие людей, находящихся в прямом и косвенном общении друг с другом. Объективной основой данных отношений и их взаимосвязи яв­ляются прежде всего общественное разделение труда и развитие различных видов деятельности людей. Так или иначе, но в марксизме за исходный пункт в исследовании общества берутся не просто индивиды, а их социальные связи и отношения, опо­средующие различные виды деятельности. Общество, по словам Маркса, «выражает сумму тех связей и отношений, в которых индивиды находятся друг к другу». Структура общества пред­стает как структура (взаимосвязь) присущих ему общественных отношений.

Все общественные отношения делятся, согласно марксизму, на материальные и идеологические.

Материальные отношения складываются и проявляются не­зависимо от сознания и воли людей. Это прежде всего их эко­номические, производственно-технологические отношения, а также их материальные отношения к природе.

Идеологические отношения (этот термин ввел в социологию В. И. Ленин) «прежде чем им сложиться, проходят через сознание людей», т.е. складываются сознательно. К ним относятся политические, правовые, нравственные, эстетические, религи­озные отношения между людьми. Разумеется, и данные отно­шения имеют объективную основу и возникают из объективных потребностей людей. Однако с самого начала они строятся людьми сознательно на основе политических программ, право­вых и нравственных норм, религиозных идей, сознательно формулируемых теми или иными идеологами, политическими или же религиозными деятелями и т.д.

Что же касается объективной основы становления идеоло­гических отношений, то она находится не только в сфере их непосредственных проявлений (политики, права, морали и т. д.), но в конечном счете в материальной сфере жизни обще­ства. По словам Маркса, правовые отношения, как и формы государства, не могут быть поняты ни из самих себя, ни из так называемого общего развития человеческого духа. Напротив, «они коренятся в материальных жизненных отношениях», со­вокупность которых Гегель по примеру английских и француз­ских мыслителей XVIII в. называет гражданским обществом. Анатомию гражданского общества, пишет Маркс, следует ис­кать в политической экономии. Ленин также считал, что идео­логические отношения представляют собой надстройку над ма­териальными общественными отношениями, что те или иные политико-юридические формы в конечном счете коренятся в таких «первоначальных отношениях», как производственные.

Формируясь под непосредственным воздействием сознания людей, а в конечном счете под влиянием их экономических от­ношений, идеологические отношения получают затем объек­тивное существование как важные составляющие социальной действительности. Их функционирование осуществляется через соответствующие политические, правовые, религиозные и другие организации и институты. В таком толковании данного вопроса, как неоднократно подчеркивал Ф. Энгельс, нет ничего от упрощенного экономического детерминизма, отрицающего значение неэкономических факторов общественного развития.

Их роль и значение как раз огромны и постоянно возрастают. Однако речь идет об объективной зависимости всех сторон жизни общества от его материального экономического основа­ния.

Такой методологический подход нашел выражение в учении марксизма о взаимодействии экономического базиса общества и надстройки. Экономический базис характеризуется как сово­купность экономических отношений — реальная экономиче­ская структура общества. Надстройка — это политические, пра­вовые, нравственные, эстетические, религиозные и другие взгляды социальных субъектов, а также соответствующие этим взглядам и реализующие их на практике общественные отно­шения, организации и учреждения. Все эти элементы над­стройки взаимодействуют между собой и влияют, часто весьма активно, на развитие экономического базиса и всего общества. В этом заключается одно из фундаментальных проявлений субъективного фактора общественного развития, роль которого постоянно возрастает, особенно в настоящее время.

            Сферы общественной жизни

Исходя из учета содержания общественных отношений, анализа экономического базиса и различных видов надстройки — политической, правовой, религиозной и т.д. — современные социологи-марксисты выделяют соответствующие сферы обще­ственной жизни, в том числе экономическую, социальную, по­литическую, духовную.

Экономическая сфера жизни общества — это нечто более широкое, чем экономический базис. Она включает в себя в полном объеме производство, распределение, обмен и потреб­ление материальных благ. Это сфера функционирования способа производства, непо­средственного воплощения в жизнь современного научно-технического прогресса, товарно-денежных отношений, удов­летворения материальных потребностей и интересов людей. Здесь непосредственно воплощаются в действительность эко­номическое общественное сознание и деятельность институтов управления экономикой. Есть необходимость изучения указанных объективных и субъективных факторов функционирования экономики в их единстве, что и позволяет выделить их в осо­бую сферу общественной жизни. Многие современные социо­логи направляют свои усилия на исследование происходящих здесь социально-экономических процессов.

О социальной, политической и духовной сферах более или менее подробно пойдет речь в следующих главах. Сейчас отме­тим только, что социальная сфера — это сфера взаимодействия имеющихся в обществе больших и малых социальных групп и национальных общностей по поводу социальных условий их жизнедеятельно­сти.

Прежде всего имеется в виду следующее: создание необхо­димых условий для производственной деятельности людей; со­блюдение социальной справедливости в потреблении создавае­мых в обществе материальных и духовных благ; разрешение противоречий, вытекающих из социального расслоения обще­ства; регулирование социально-классовых и национальных от­ношений, в конечном счете - регулирование взаимодействия социальных интересов указанных выше субъектов. Именно это составляет основной объект внимания исследующих данную сферу социологов и основной объект социальной политики го­сударства.

К политической сфере относится прежде всего совокупность функционирующих в обществе политических отношений, в рамках которых действуют различные политические партии, организации, государственные и иные политические институты. Их деятельность направлена на реализацию политических интересов различных субъектов — социальных групп и слоев, наций, личностей. Эти их интересы связаны с осуществлением отношений власти, а также политических прав и свобод. Поли­тическая сфера — это по сути дела сфера функционирования политической системы общества, посредством которой различ­ные социальные субъекты воплощают в жизнь свои политиче­ские взгляды и цели. Как известно, идущие в настоящее время социальные процессы предельно политизируют общественное сознание людей, повышают их политическую активность. В ре­зультате усиливаются роль и значение политической сферы в жизни современного общества.

Духовную сферу общественной жизни составляют наука, об­разование, воспитание, мораль, искусство, религия, т.е. утвер­ждение духовных начал в поведении и деятельности каждого человека.

Достижению этой цели в той или иной степени подчинена деятельность многих социальных институтов, решающих задачи образования и воспитания молодежи и остальных слоев обще­ства, а также задачи развития науки и культуры. Основная про­блема заключается в том, как в современных условиях сохра­нить и обогатить духовный мир людей, побудить каждого чело­века действовать во имя высоких и благородных идеалов как в своих интересах, так и в интересах других людей, ближних и дальних. В этом заключается важнейшее проявление духовного здоровья человека и всего общества, способного помочь решить самые сложные задачи общественной жизни, утвердить под­линное достоинство каждой личности, равно как и достоинство народа, общества и государства. Все говорит о том, что значе­ние духовной сферы для развития современного общества, рав­но как и для его будущего, невозможно переоценить. К иссле­дованию происходящих здесь процессов все чаще и настойчи­вее обращаются ученые, философы, религиозные деятели, со­циологи, другие представители культуры.

Изучение функционирования и развития наиболее крупных сфер общественной жизни, в основу которого положено выде­ление важнейших и в общем однородных социальных процес­сов, весьма важно для характеристики и анализа общества как единого социального организма. Единство общества заключает­ся не в его монолитности. Оно представляет собой внутренне расчлененную целостность и потому имеет свою структуру. Де­ление общественной жизни на указанные сферы позволяет изу­чать общество именно как структурную целостность, выявлять содержание и особенности функционирования данных сфер, их объективное соотношение и взаимную зависимость. Исходя из научных представлений о характере их взаимодействия можно сознательно воздействовать и на развитие всего общества. Про­блема научного управления обществом — одна из центральных в марксистской социологии, хотя она не была эффективно реше­на на практике.

4.

 Общественно-экономические формации, или исторические типы общества

 Учение марксизма об обществе как целостном социальном организме нашло свое выражение в понятии общественно-экономической формации. Это понятие отражает типичные и вместе с тем сущностные призна­ки социально однородных обществ, имеющих свой экономиче­ский базис, особую социальную структуру, политическую над­стройку и духовную жизнь. Разумеется, одна и та же общест­венно-экономическая формация по-особому проявляется в раз­личных странах, однако это касается, скорее, ее второстепен­ных признаков, обусловленных чаще всего особенностями ис­торического развития той или иной страны.

Общественно-экономическая формация выступает как кон­кретно-исторический тип общества с присущими ему способом производства, социальной структурой, политической системой и духовной жизнью. Та или иная общественно-экономическая формация может объединять общества, находящиеся на разных уровнях развития и в разной степени выражающих ее призна­ки. Однако наиболее существенные признаки этих обществ едины, в силу чего они и представляют собой одну и ту же об­щественно-экономическую формацию, развивающуюся по од­ним и тем же объективным законам. Учение об общественно-экономических формациях, которое в настоящее время подвергается критике, в каких-то пунктах вполне обоснованной, тем не менее имеет немаловажное зна­чение для анализа общественной жизни и в целом историче­ского процесса. Прежде всего оно представляет общество как целостную социальную систему, все элементы которой нахо­дятся в органической связи и диалектическом взаимодействии между собой. В сравнении с позитивистскими воззрениями О. Конта и Г. Спенсера учение марксизма об обществе как едином социальном организме более тщательно разработано и дает о нем более конкретные представления. Выявлены взаи­мозависимости различных общественных отношений и сфер общественной жизни, показана объективная основа развития общества, каковой является способ общественного производства.

Развитие общества как объективный и закономерный процесс

На основе такого подхода социология мар­ксизма обосновывает положение об объек­тивных законах развития общества. К ним относятся прежде всего закон определяю­щей роли способа производства в развитии общества, закон соответствия производст­венных отношений характеру и уровню развития производи­тельных сил, закон определяющей роли экономического базиса по отношению к надстройке, закон первичности бытия и вторичности общественного сознания. Можно соглашаться или не соглашаться с толкованием указанных объективных социальных законов, однако учение о них составляет важный раздел разра­ботанного марксизмом материалистического понимания исто­рии.

Учение об общественно-экономических формациях и объ­ективных законах развития общества позволило марксистской социологии представить развитие человечества как объективный и закономерный естественно-исторический процесс, в котором одна общественно-экономическая формация сменяется другой, более прогрессивной. В связи с этим Маркс и Энгельс в ряде своих работ указывали на такие общественно-экономические формации, как первобытно-общинная, рабовладельческая, фео­дальная, капиталистическая и коммунистическая. Каждая из них отличается присущим ей способом производства и прежде всего системой производственно-экономических отношений. Этим в конечном счете определяются особенности социальной структуры, политической системы и духовной жизни в каждой формации. В итоге каждая из них выступает как качественно определенный тип общества.

Согласно марксизму, смена общественно-экономических формаций происходит под влиянием главным образом эконо­мических факторов, коренящихся в способе производства, с которыми связаны другие факторы данного процесса, в том числе социально-политические, идеологические и относящиеся к области духовной культуры. По своей сути это революцион­ный процесс, в ходе которого один тип общества сменяется другим. Материальной предпосылкой данного процесса, т.е. социальной революции, является углубляющееся и обостряющееся несоответствие устаревших экономических отношений и прогрессивно развивающихся производительных сил общества. Последним становится тесно в рамках старых производствен­ных отношений, их развитие замедляется, что вызывает кри­зисные ситуации в развитии способа производства. Настоя­тельно заявляет о себе объективная необходимость замены ста­рых производственных отношений новыми, которые давали бы широкий простор развитию производительных сил, обеспечи­вали подъем общественного производства и решение связанных с этим других проблем развития общества.

В этом и заключается объективная диалектика перехода об­щества от одной общественно-экономической формации к другой, исторически более прогрессивной, позволяющей более полно удовлетворять потребности и интересы людей.

Проблема диалектики исторического процесса       

Этой проблеме в марксизме  уделяется  большое внимание. Ленин называл диалектику живой душой марксизма. Это полно­стью относится к характеристике, данной им марксистской социологии. Сам он много раз показывал образцы применения и развития диалек­тики при анализе сложных социальных явлений. Этого, однако, нельзя сказать о многих его соратниках и последователях, ко­торым, по его же словам, явно не хватало диалектики и взгля­ды которых с большим сомнением можно отнести к вполне марксистским.

К основным проблемам социальной диалектики, или диа­лектики исторического процесса, марксизм относит, например, такие, как:

    взаимодействие объективных и субъективных факторов общественного развития;

    взаимодействие производительных сил и производствен­ных отношений;

    взаимодействие экономических, политических и других общественных отношений и соответствующих сфер об­щественной жизни;

    взаимодействие субъектов исторического процесса;

   взаимодействие индивидуального и социального;

    проявление побудительных сил и мотивов деятельности людей, взаимосвязь их потребностей и интересов;

    отрицание и преемственность в общественном развитии.

Каждая из этих проблем заключает в себе множество дру­гих. Их творческое решение составляет основное содержание социальной диалектики марксизма, применение которой пони­мается как важнейшее условие научного анализа исторического процесса. В этом отношении она сохраняет свое значение и в современных условиях. Отход от диалектики, догматизация по­ложений любой социологической теории есть отход от объек­тивного научного анализа социальных процессов. Это ведет к тупиковым ситуациям не только в теории, но и на практике, в том числе в политике тех или иных партий, деятельность кото­рых сказывается на развитии общества. Примеров этого более чем достаточно. Их немало в истории развития нашего общест­ва в последние десятилетия и в настоящее время.

Значительный вклад в разработку проблем материалистиче­ского понимания истории и социальной диалектики внесли Г. В. Плеханов (1857—1918) и В.И. Ленин. Каждый из них по-своему соединял теорию марксизма с революционным движением масс. При этом Г.В. Плеханов был более умеренным, а В.И. Ле­нин — более радикальным политиком прежде всего в своей практической революционной деятельности.

5.

 Марксистская социология и современность

Мы уже говорили о значении социальной диалектики марк­сизма. Немаловажное значение имеет и ряд фундаментальных мировоззренческих положений, составляющих основное содер­жание материалистического понимания истории. Представляет­ся, что марксистская социология и в современных условиях от­носится к числу наиболее основательных социологических уче­ний, несмотря на ее массированную и чрезвычайно острую критику со стороны современных оппонентов, хотя эта критика отчасти справедлива. Однако в другой ее части она чрезмерно идеологизирована и, следовательно, не вполне объективна. В этой части она нередко бывает поверхностной, непрофессио­нальной, но главное — субъективной. Это проявляется в мно­гочисленных извращениях марксизма и надуманных обвинени­ях в его адрес. В то же время у марксистской социологии и сегодня есть много сторонников. Немало и таких ученых, кото­рые в целом не разделяют марксистскую социологию, однако признают отдельные ее положения, высоко оценивают научную основательность и логическую стройность марксизма.

Мы уже упоминали о высокой оценке марксистского учения об обществе, которую при весьма взыскательном и критичном к нему отношении дал такой выдающийся мыслитель двадца­того столетия, как Макс Вебер. Высоко оценили марксистскую социологию видные американские ученые Райт Миллс и Джон Гелбрейт. Объективный анализ, высокая оценка марксистской социологии даны во многих публикациях. Приведем один при­мер. Содержательный анализ зарубежных учебников по социо­логии,  вышедших  в  последнее десятилетие. Проанализи­ровав большое число этих учебников, автор обращает внима­ние на стремление многих ученых — создателей учебников по социологии дать объективную оценку различных социальных теорий, в том числе и марксистской. Показательно, что сво­бодные от догматизма и идеологической предвзятости зарубеж­ные, в частности американские ученые, не просто признают Маркса, а считают его «одним из основоположников социоло­гии». Они чтят его как «крупнейшего ученого, детально про­анализировавшего систему общественного развития и доказав­шего, что в его основе лежит экономический фактор». В одном из учебников сказано:

Во-первых, в работах Маркса подчеркивалось значение эконо­мических факторов, определяющих социальную жизнь... Вторая ключевая идея Маркса состоит в том, что системы веры и мысли -это продукт той эпохи, в которой они локализованы... Третья главная идея — это концепция отчуждения труда. Столетие спустя после того, как Маркс писал об этом, социологи продолжают ис­пользовать его концепцию.

Во многих учебниках подчеркивается громадное влияние Маркса на последующее развитие социологической мысли и утверждается,  что  без   Маркса не  было  бы  ни  Вебера,  ни Дюркгейма, ни их последователей.

Как видно, многие зарубежные, в том числе американские, ученые считают необходимым дать объективный анализ марк­систской социологии. В этом духе они просвещают свой народ, прежде всего студентов и молодежь. Это не только научно оп­равдано, но и, так сказать, социально рентабельно, поскольку способствует формированию у тех, кто изучает социологию, правильной ориентации в системе существующих социологиче­ских направлений и школ.

В то же время необходимо отметить, что не все положения марксистской социологии подтвердились на практике в полном объеме и являются достоверными во всех отношениях. Так, учение об общественно-экономических формациях наиболее полно подтвердилось в развитии лишь ряда европейских стран, в которых произошла последовательная смена указанных марк­сизмом исторических типов общества. На других континентах этого в такой классической последовательности не происходи­ло. В развитии ряда стран, в том числе России, не было рабо­владельческого строя. Некоторые страны в последние десятиле­тия совершали переход от феодального уклада общественной жизни к социалистическому, минуя капитализм. Сегодня про­исходит невиданный пока еще в истории переход ряда бывших социалистических стран к капитализму, что объективно ставит под сомнение положение марксизма о коммунистической фор­мации как наиболее жизнеспособной и прогрессивной. Во вся­ком случае это положение нуждается в новом подтверждении.

Все большее число ученых высказываются в духе так назы­ваемой конвергенции (сближения) капиталистических и социалистических обществ, обосновывают необходимость со­здания некоего «третьего» типа общества, которое вобрало бы в себя достоинства капитализма и социализма. Все это заставляет воспринимать марксистское учение об общественно-экономи­ческих формациях с определенными оговорками и поправками. Правда, марксисты никогда не утверждали (если не брать дог­матиков от марксизма), что развитие общества во всех случаях Целиком следует указанной схеме смены формаций. Сам Маркс обращал внимание на так называемый азиатский способ производства, не похожий ни на одну из указанных им ранее форма­ций. Как уже отмечалось, марксова теория общественно-эко­номических формаций указывает 1) на целостный характер лю­бого общества как единый социальный организм, 2) на общее направление исторического процесса. Эту теорию следует при­менять с учетом данных современной науки.

 Необходимо сочетать марксистский формационный подход в анализе исторического  процесса с так называемым цивилизационным  подходом,  заключающемся во всестороннем учете роли и значения разного рода исторических цивилизаций в общественном развитии. Они могут быть выделены по разным основаниям. В связи с этим можно говорить, например, о европейской и азиатской цивили­зациях, христианской и мусульманской, современной индуст­риальной цивилизации и т. д.

Цивилизационный подход к исследованию общества и в це­лом исторического процесса преодолевает ограниченность формационного подхода и в то же время дополняет его. Он бо­лее основательно выражает происходящие в современном мире интеграционные процессы в области производства, экологии, культуры, всеобщую взаимозависимость народов и их общие, выходящие за рамки отдельных общественно-экономических формаций интересы. В то же время цивилизационный подход имеет свои границы, скажем, он направлен более на анализ различных культур, чем социально-экономических отношений. Так что при социологическом анализе соответствующих про­блем имеет смысл применять оба указанных подхода — формационный и цивилизационный — в их диалектическом сочета­нии.

Необходимо отказаться от догматического узкоклассового подхода к анализу проблем общественного развития. Это вовсе не означает игнорирования реально существующих в обществе классов и их интересов. Взаимодействие рабочего класса, кре­стьянства, крупных и мелких предпринимателей играет важ­нейшую роль во всех сферах жизни современного общества. Однако стоит полнее учитывать роль в обществе других соци­альных групп, особенно интеллигенции, молодежи и т.д., а также сложный и неоднородный состав самих классов, их объ­ективное деление на отдельные слои, различающиеся между собой по характеру деятельности, уровню доходов и образу жизни. Другими словами, необходим более адекватный анализ социальной структуры современного общества. Это предпола­гает учет деятельности всех больших и малых социальных групп и наблюдаемой сегодня активной динамики перемещения лю­дей из одних социальных групп в другие. При этом следует иметь в виду основные положения разработанных западными социологами теорий социальной стратификации (т.е. деления общества на отдельные слои) и социальной мобильности (перехода людей из одних социальных слоев в другие).
Тема 4: «Социологическая мысль в России второй половины XIX
- начала
XX
вв.»

План лекции:

1. Социологические взгляды  революционных демократов.

2. Анархизм М. Бакунина и П. Кропоткина.

3. Субъективный метод в социологии.

4. Психологическое направление в русской социологии.

5. Легальный марксизм.

6. Плюралистическая социология М. Ковалевского.

7. Социологический неопозитивизм П. Сорокина.

Рекомендуемая литература:

1. Социология: Учебник для студентов высших учебных заведений/ Под ред. проф. В.Н. Лавриненко; 2-е изд. – М.: ЮНИТИ-ДАНА, 2000.

2. Кравченко А.И. Социология для экономистов: учебное пособие для вузов. – М.: ЮНИТИ, 2000.

3.  Радаев В.В. Экономическая социология. – М.: Аспект-Пресс, 2000.

4.  Учебный социологический словарь/ Под ред. С.А. Кравченко. – М.: Экзамен. 1999.
1.

Социологические взгляды  революционных демократов

Революционные демократы выражали идеи широкого на­правления социологической мысли в России. Они были хорошо знакомы с различными направлениями западной философии и социологии, усвоили диалектику Гегеля как «алгебру револю­ции» (по словам Герцена), выступали за творческое усвоение достижений западной культуры и использование их в условиях России. Помимо прочего, речь шла об использовании опыта функционирования политических и правовых институтов за­падной демократии. Но для этого сама Россия должна была стать демократической страной. А это предполагало коренное преобразование   всей   системы   общественных   отношений экономических, политических, правовых и др.

Конечной целью указанных преобразований, как ее представ­ляли себе революционные демократы В. Белинский, А. Герцен, Н. Чернышевский, Н. Добролюбов, является переход к социали­стическому обществу, который мог совершиться путем «народной революции». В этом заключались общие черты их воззрений на раз­витие общества, которые, конечно, не исключают тех или иных особенностей формирования их социологических концепций.

 Социологические воззрения В.Г. Белинского     В.Г. Белинский (1811 — 1848) как революционный мыслитель прошел путь от идеалистической диалектики Гегеля, исходя из ко-торой он провозгласил, что весь мир, в том числе  общественный,   вполне  разумен   и   представляет  собой «дыхание единой вечной  идеи»,  к революционному демократизму, т.е. системе взглядов о необходимости революционного преобразования общества на демократических началах в интересах самых широких народных масс. Он выступил как решительный   сторонник   идеи   отрицания старых порядков в жизни общества новыми. «Отрицание — мой Бог», — провозгласил он в одном из писем к своему другу, русскому писателю В. П. Боткину   (брату   известного   русского   художника М.П. Боткина и не менее известного русского терапевта С. П. Боткина). Речь шла о диалектическом отрицании всего отжившего и социально вредного и утверждении того, что жизнеспособно и полезно для общества.

Под влиянием западной социалистической литературы (прежде всего работ Ш. Фурье и К. Сен-Симона), а также ре­волюционных событий в странах Западной Европы в 40-х годах XIX в., у Белинского сформировались твердые убеждения в не­обходимости преобразования российского общества на прин­ципах социализма. Эти убеждения он выразил с присущими ему страстью и воодушевлением:

Главной движущей силой развития российского общества Белинский считал крестьянство и интеллигенцию, которая должна просвещать крестьянство и другие слои общества, ор­ганизовывать и направлять их на борьбу за построение нового, более справедливого и прогрессивного общественного строя, каковым ему виделся «крестьянский социализм». Сама интел­лигенция должна активно участвовать в становлении и разви­тии нового общества. Как видно, роль интеллигенции в разви­тии общества оценивалась Белинским очень высоко, равно как и отдельных личностей из ее среды, способных к творческой деятельности и осознавших свою историческую ответствен­ность перед народом.

В.Г. Белинский твердо верил в лучшее будущее российского и других народов, которое, по его мнению, неизбежно наступит на основе развития науки и воплощения в жизнь идеи соци­альной справедливости. В этом проявился его исторический оптимизм. Он был глубоко убежден в том, что развитие обще­ства или, как он писал, социальности должно вести к улучше­нию условий жизни каждого человека и к обогащению его ду­ховного мира. Речь шла о социалистическом обществе, путь к которому, как он считал, не всегда мирный. Однако, писал Бе­линский, нет ничего благороднее и значительнее, чем способ­ствовать появлению данного общества.

Революционный демократизм А.И. Герцена

            Большой вклад в разработку идей революционного демократизма внес А.И. Герцен (1812—1870). Как и В.Г. Белинский, он под­верг острой критике феодально-абсолю­тистский строй современной ему России и прежде всего суще­ствовавшее крепостное право. В своей борьбе против крепост­ничества Герцен вскрыл противоречия коренных интересов российского крестьянства и помещиков.

В   сохранении   феодальной   монархии   и  крепостничества А.И. Герцен видел признак вопиющей отсталости России отразвития стран Запасной Европы, что отнюдь не отвечало ин­тересам ее народов. Он призывал к преобразованию общест­венного и государственного строя России на принципах демо­кратии и свободы личности, к распро­странению в стране достижений ми­ровой культуры. Это, по мнению Гер­цена, способствовало бы ускоренному развитию экономической, политиче­ской и духовной жизни российского общества, не нанося вреда его само­бытной культуре, чего боялись русские славянофилы.

Критикуя   славянофилов,   активно выступавших против перенесения на российскую почву деятельности поли­тических  и  правовых  институтов за­падной   демократии,    Герцен    писал, что     «славянофильство,     ожидавшее спасения России только при восста­новлении      византийско-московского А.М, Герцен строя, не освобождало, а только связывало; шло не вперед, а назад». В то же время он подчеркивал, что «славянофилы ни­когда не были сторонниками правительства».

По мнению Герцена, главное в развитии общества заключа­ется в обеспечении гражданских прав и свобод каждой лично­сти. Этого не было в царской России. Русская история, писал Герцен, была, по сути «историей самодержавия и власти», в то время как «история Запада являлась историей развития свобо­ды и права». Тем не менее Европа «не разрешила антиномии  между личностью и государством», хотя и «поставила себе задачею это разрешение». «Россия также не нашла этого решения».

Уезжая в Западную Европу в начале 1847 г., Герцен надеял­ся найти там ответы на мучившие его вопросы о путях разви­тия России, способах преобразования и совершенствования общественной жизни. Однако при всех достижениях западной демократии в целом же западная действительность разочарова­ла его. Она была далека от реального воплощения лозунгов Ве­ликой французской революции 1789 г. о свободе, равенстве и братстве всех людей. В реальной жизни западных стран Герцен увидел несвободу трудящихся масс, их эксплуатацию различ­ными слоями городской и сельской буржуазии, отсутствие со­циального равенства. Свое глубокое разочарование увиденным он выразил, в частности, в произведении «С того берега», со­стоящим из ряда очерков, первый из которых («Перед грозой») был написал в конце 1847 г., т.е. до Французской революции 1848 г., а остальные после этой революции — в 1848—1850 гг. А. И. Герцен писал, что революция во Франции в 1348 г. потер­пела поражение прежде всего потому, что народ в своей основ­ной массе не поддержал ее и ее «демократических» вождей, ин­тересы которых были далеки от его интересов. «Народ не с ва­ми, — заявил Герцен французским буржуазным демократам, — потому что в вашей свободе он не находит своей». По его ут­верждению, свобода народа может быть достигнута только в ре­зультате подлинно народной революции и переходе к действи­тельно демократическому обществу.

Исходя из данных посылок, Герцен приходит  к заключению о необходимости борьбы народных масс против буржуазного общественного  и  государственного  строя.   Эта  его  позиция пришла в резкое столкновение с позицией западных и россий­ских либеральных демократов.  Последние, /провозглашая ло­зунги о необходимости борьбы за свободу и права личности, за широкую демократию, на деле боролись лишь за свою свободу и свои права, т.е. за права узкой группы буржуазии, стремя­щейся  подчинить  своим  интересам деятельность  остальных слоев общества я главных институтов буржуазного государства.

Либералы стремились внести лишь незначительные измене­ния в формы правления государства в собственных интересах, не меняя по существу складывающихся общественных отноше­ний, что не отвечало интересам трудящихся масс.

Как и Белинский, Герцен пришел к выводу, что интересам большинства народа соответствует социалистическое устройство общества. Он все более проникается убеждением в том, что «только социализм принесет миру обновление, которое не смогла дать революция 1789 года». При этом он считал, что российские условия более чем западные могут способствовать переходу к социалистическому обществу. По его словам, запад­ное общество пропитано индивидуалистическим сознанием и мещанским духом, а российский народ более склонен к об­щинным формам отношений между людьми и ему больше при­суще коллективистское сознание, что вполне соответствует принципам социалистического общежития.

А.И. Герцен считал, что путь к социализму в России лежит через развитие русской общины, складывающихся внутри нее общественных отношений. Русская община, основанная на общинном владении землей, влияла в той или иной степени на различные стороны жизни российского общества, в том числе на экономические отношения между людьми, психический склад народа, традиции его бытовой культуры, его нравствен­ные устои и идеологию.

Учет особенностей исторического развития российского общества, в том числе роли и значения в его жизни общины и общинного образа жизни, легли в основу учения Герцена, о «русском социализме». Характерно, что, раскрывая значение об­щины для развития социалистических основ жизни общества, Герцен в то же время указывал, что без свободы личности об­щина не сможет реализовать свой социальный потенциал. Без этого она не спасет от закрепощения отдельных входящих в нее личностей. «Без свободы личности ничего нет устойчиво­го», — утверждал мыслитель. По Герцену, община может стать основой социалистического жизнеустройства общественной жизни лишь в том случае, если в ней будут максимально соче­таться интересы общества и личности.

Переход к социализму может быть осуществлен только в ре­зультате революционной борьбы широких народных масс. Об этом Герцен говорил и писал постоянно. При этом он подчер­кивал, что необходимо сформировать у народа революционное сознание, решимость к борьбе за новое общество.  «Рабская психология» делает невозможной эту борьбу. «Мы, — пишет Герцен, — упрекаем народ в той же степени, как и правитель­ство, за то состояние, в котором находимся». И далее: «рабство его  развращает». В борьбе за социализм в России особую роль, по мнению Герцена, должна сыграть российская ин­теллигенция. В этой борьбе вполне возможно сотрудничество рос­сийских западников и славянофилов — «это мост, на котором, — писал он, — мы можем подать друг другу руку».   

 Социологические взгляды Н.Г. Чернышевского       Социологические взгляды русских революционных демократов  получили дальнейшее развитие в трудах Н.Г. Чернышевского (1828—1889). Вслед за Герценом он критиковал либеральные взгляды на преобразование россий­ского общества. Он считал, что земельная реформа, проведен­ная «сверху» по рецептам российских либералов, не облегчит положения крестьян, а укрепит положение помещиков, многие из которых переведут свои хозяйства на рельсы капиталистиче­ского развития. Большинство же крестьян превратится в наем­ных сельскохозяйственных рабочих. Чтобы при отмене крепо­стного права интересы крестьянства были учтены и реализова­ны, необходимо, считал Чернышевский, повышение социальной активности самого крестьянства вплоть до его революционных выступлений в защиту своих социальных прав и свобод.

Н.Г. Чернышевский    указывал    на «четыре основных элемента  в крестьянском деле», чьи ин­тересы так или иначе задевала земель­ная реформа: власть, до толе имевшая бюрокра­тический характер; просвещенные лю­ди всех сословий, находившие нужным уничтожение крепостного права; по­мещики, желавшие отсрочить это дело из-за опасения за свои денежные инте­ресы, и, наконец, крепостные крестьяне, тяготившиеся этим правом Что касается власти, то она пред­полагала «сохранить сущность крепо­стного права, отменив его формы».

Действительно, отменив крепостное право лишь формально (ибо многие повинности крестьянства еще оставались, а в пер­вые два года после издании Манифеста 1861 г. сохранялись барщина и оброк), власти сохранили экономическую зависи­мость крестьян от помещиков и создали новые предпосылки для упрочения этой зависимости. Пошли крестьянские бунты. И «несмотря на все меры внушения и усмирения», крестьяне «остались в уверенности, что надобно ждать им другой, на­стоящей воли». К борьбе за их «настоящую волю» призывал Чернышевский как самих крестьян, так и российскую интел­лигенцию.

Надо сказать, что отмена крепостного права рассматрива­лась Чернышевским как исторически необходимый процесс, отвечающий интересам прогрессивного развития общества. Он считал, что неизбежным следствием ликвидации крепостниче­ства должно стать не только подлинное освобождение кресть­янства от власти помещиков, но и расширение социальных свобод вообще в России. А это в свою очередь будет способст­вовать развитию творческой активности людей во всех сферах общественной жизни и прежде всего в сфере труда.

Некоторые иные социальные предпосылки развития творче­ской и заинтересованной деятельности людей в сфере матери­ального производства анализируются Чернышевским в его ра­боте «Капитал и труд». В нем утверждается, что «личный инте­рес есть главный двигатель производства» и что «энергия про­изводства» строго пропорциональна степени участия в нем личного интереса. И далее: энергия труда, то есть энергия производства, соразмерна праву собственности производителя на продукт. Из этого следует, что производство находится в наивы­годнейших условиях тогда, когда продукт бывает собственностью трудившихся над его производством.

Вывод  Чернышевского  таков:  основной  идеей учения  о производстве должна стать идея о совпадении труда с правом собственности производителя на продукты его труда; другими словами, — «полное соединение качеств собственника и работ­ника в одном и том же лице». Это по сути дела обоснование социалистического принципа в области экономических отно­шений между людьми. Именно такой принцип частично реали­зовался  в русской  сельскохозяйственной  общине,     считал Чернышевский. Он энергично выступил в защиту русской об­щины, в том числе общинного владения землей.

В своем труде под примечательным названием «Критика философских предубеждений против общинного владения» Чернышевский утверждает, что общинное владение становится единственным способом доста­вить огромному большинству земледельцев участие в вознагражде­нии, приносимым землею, за улучшения, производимые в ней трудом.

Это, по его мнению, во многом объясняется тем, что тре­буются все большие вложения капитала в улучшение земли. А это не всегда под силу частному собственнику. Общине это сделать легче. Тем самым «общинное владение представляется нужным не только для благосостояния земледельческого клас­са, но и для успехов самого земледелия».

Как и Герцен, Чернышевский указывал на общину не только как на основу развития новых экономических отношений, но и как на источник развития духовных устоев русского народа, его нравственного и религиозного сознания. В целом же русская община воспринималась им как основа будущего социалисти­ческого общества. При этом принципы «общинности» распро­странялись им далеко за пределы сельского производства и об­раза жизни. Он считал, например, что фабрики и заводы долж­ны принадлежать «товариществам трудящихся», противопос­тавляя тем самым коллективную собственность трудящихся на средства производства капиталистической частной собственно­сти.

Революционный демократ Н.Г. Чернышевский выступал за установление в России демократической республики, за свобо­ду и социальное равенство всех слоев общества, за равноправие мужчин и женщин. Большое значение придавал он развитию духовной культуры русского народа, гордился его вкладом в мировую культуру. Говоря о необходимости овладения дости­жениями Западной культуры, он в то же время много сделал для развития русского национального самосознания, призывал к глубокому усвоению произведений классиков русской литера­туры, в том числе А.С. Пушкина, Н.В. Гоголя и других. Все это имеет прямое отношение к социологическим воззрениям Чер­нышевского, поскольку касается его отношения к духовной сфере жизни и развития общества.

Он считал, что «просвещение приносит народу и благосос­тояние, и могущество», что образование есть «самое великое благо для человека».

Не лишена интереса и актуальности сегодня характеристика Чернышевским образованного человека. Он писал: Образованным человеком называется тот, кто приобрел много знаний и, кроме того, привык быстро и верно соображать, что хо­рошо и что дурно, что справедливо, а что несправедливо... кто привык мыслить, и, наконец, у кого понятия и чувства получили благородное и возвышенное направление, то есть приобрели силь­ную любовь ко всему возвышенному и прекрасному.

Н.Г. Чернышевский так характеризовал роль и значение произведений А.С. Пушкина в формировании духовного мира личности:

Читая поэтов типа Пушкина, мы приучаемся отвращаться от всего пошлого и дурного, понимать очаровательность всего доб­рого и прекрасного, любить все благородное; читая их мы сами делаемся лучше, добрее, благороднее.

Он постоянно указывал на социальное значение русской литературы, писал, что «в нашем умственном движении она иг­рает более значительную роль, нежели французская, немецкая, английская литература в умственном развитии своих народов». Поэтому на русской литературе «лежит более обязанностей, нежели на какой бы то ни было другой литературе». Все это звучит весьма актуально в настоящее время.

Рисуя картину социалистического общества, Чернышевский характеризовал его как общество социальной свободы, подлин­ной демократии и высокой духовности. Свои мысли об этом он изложил в романах «Пролог» и «Что делать?», в ряде своих фи­лософских произведений и литературных статей.

Будущее светло и прекрасно, — восклицал мыслитель. — Лю­бите его, стремитесь к нему, работайте для него, приближайте его, переносите из него в настоящее, сколько можете перенести.

В этих вдохновенных строках из романа «Что делать?» вы­ражены, скорее, мечты о будущем обществе. Вообще во взгля­дах Чернышевского на будущее социалистическое общество есть немало утопического, почерпнутого из произведений за­падных социалистов-утопистов, которые он глубоко изучал. С другой стороны, он высказал много ценных, обоснованных на уровне науки своего времени идей, касающихся совершенство­вания общества и человека, которые делают его произведения актуальными и в наше время.

Н.Г. Чернышевский считал, что к социалистическому обще­ству в России можно прийти путем «народной революции», которую он противопоставлял «самодержавной реформе». Движу­щими силами этой революции должны стать, по его убежде­нию, широкие народные массы, в том числе крестьянство, представители нарождавшегося фабрично-заводского пролета­риата и прогрессивная российская интеллигенция. При этом он не отрицал значения прогрессивных реформ, которые бы вели к существенным изменениям общественных отношений в эко­номической, политической и других областях жизни общества в интересах всего народа.

Революционные демократы В.Г. Белинский, А.И. Герцен, Н.Г. Чернышевский, а также НА. Добролюбов, Д.И. Писарев и другие высказали много глубоких и социально значимых идей, касающихся по сути дела всех сторон жизни общества. Их взгляды сыграли важную роль в развитии социологической мысли в России в XIX столетии. Многие из них были усвоены и развиты представителями следующих поколений российских мыслителей.

2.

 Анархизм М. Бакунина и П. Кропоткина

Теоретическое содержание и практическая направленность анархизма были всесторонне обоснованы в трудах русских мыс­лителей и революционеров Михаила Бакунина и Петра Кро­поткина, которые в свою очередь опирались на труды таких за­падноевропейских теоретиков анархизма, как Ш. Фурье, М. Штирнер и П. Прудон. Как считал Михаил Бакунин (1814—1876) суть анархии выражена в словах:  «предоставьте вещи их естественному течению».

Отсюда одна из центральных идей анархизма — идея свободы личности как ее естественного состояния, которое не должно нарушаться никакими государственными институтами. «Ос­тавьте людей совершенно свободными, — говорил Ш. Фурье, — не уродуйте их ... не бойтесь даже их страстей; в обществе сво­бодном они будут совершенно безопасны».

Исходя из того, что личность должна быть свободной и ей нельзя ничего навязывать, Бакунин в то же время указывал на «всецело социальный» характер свободы, ибо она может быть осуществлена «только через общество» и «при самом строгом равенстве и солидарности каждого со всеми». Общество долж­но предоставить условия для полноценного развития каждого человека, что и определяет реальные возможности его социаль­ной свободы. Но есть и другие проявления свободы человека, а именно «бунт против всякой власти - божеской и человече­ской, — если эта власть порабощает личность».

Человек, по словам Бакунина, вступает в противоречие с обществен­ными институтами, ограничивающими его свободу. Тем более он борется с государством как аппаратом чиновни­ков, перерастающим в их бюрократи­ческую корпорацию, подавляющую народ и существующую за счет его порабощения. Сегодня это звучит весьма актуально.

Государство, по Бакунину, — это всегда власть меньшинства, противо­поставленная народу сила. Оно оста­ется «законным насильником воли людей, постоянным отрицанием их свободы». В конечном счете оно явно или неявно закрепляет «привилегии какого-нибудь меньшинства и реальное порабо­щение огромного большинства». Массы людей не понимают этого из-за своего невежества. Их же действительные интересы заключаются в устранении государства, которое их порабощает. На это и должен быть направлен их «справедливый бунт свобо­ды».

Восприняв ряд социалистических идей Прудона, Бакунин развил их в своей теории социализма и федерализма. Основные из этих идей сводятся к тому, что социализм как общественный строй должен быть основан на личной и коллективной свободе, на деятельности свободных ассоциаций. В нем не должно быть никакой правительственной регламентации деятельности людей и никакого покровительства со стороны государства, последнее вообще должно быть устранено. Все должно быть подчинено удовлетворению потребностей и интересов личности, коллекти­вов промышленных и иных ассоциаций и общества как сово­купности свободных людей. Отношения между всеми субъекта­ми общества строятся на принципах федерализма, т.е. их сво­бодного и равноправного союза.

Социалист-анархист, по заявлению Бакунина, живя для са­мого себя, в то же время служит всему обществу. Он естествен, умеренно патриотичен, но зато всегда очень человечен. Такая вот занимательная характеристика свободного анархического социалиста.

Рисуя картину свободного социалистического общения, Ба­кунин в то же время резко критикует «государственный социа­лизм», в котором государство регулирует все процессы эконо­мического, политического и духовного развития общества. Та­кой социализм, по мнению Бакунина, обнаружил свою полную несостоятельность. Будучи сугубо «регламентаторским» и «деспотическим», он далек от цели удовлетворять потребности и законные стремления большинства людей. Государство обна­ружило себя банкротом перед социализмом, «оно убило веру, которую социализм в него имел». Тем самым стала ясна несо­стоятельность теорий государственного или доктринарного со­циализма.

Социализм не умер, утверждает Бакунин. Он осуществит себя «путем частных экономических ассоциаций» и будет спо­собен обеспечить каждому человеку материальные и духовные средства для его свободного и всестороннего развития.

Идеи анархизма получили свое дальнейшее развитие    в    работах    Петра    Кропоткина (1842—1921), который утверждал, что анархизм есть нечто большее, чем простой спо­соб действия или же идеал свободного общества. Анархизм, кроме того, представляет собой «философию как природы, так и общества». Как и Бакунин, Кропоткин резко выступал про­тив государства и «государственного социализма», считал, что трудящиеся сами в состоянии «выработать строй, основанный на их личной и коллективной свободе». Теоретик анархии счи­тал возможным установление «безгосударственного коммуниз­ма» на основе «союза сельскохозяйственных общин, производ­ственных артелей и ассоциаций людей по интересам».

Этот свободный «анархический ком­мунизм» в отличие от государственного авторитарного коммунизма мыслился Кропоткиным  как  общество  равных между собой людей,   целиком  осно­ванное на самоуправлении. Оно дол­жно состоять из  множества союзов, организованных   для    всякого    рода производства: земледельческого, про­мышленного, умственного, художест­венного и т.п. Таков социалистиче­ский анархизм на практике. Речь шла о создании самоуправляющегося фе­дерального союза свободных ассоциа­ций людей,  отношения  между кото­рыми строились бы на принципах солидарности, справедливо­сти и безначалия и регулировались бы в основном моральными нормами.

Проблемам нравственного регулирования отношений между людьми П. Кропоткин придавал большое значение. Он считал, что нравственные чувства глубоко коренятся в биологической природе людей. В процессе общественной жизнедеятельности эти их чувства получают дальнейшее развитие и обогащение, приобретают социальный смысл и значение. Таковы изначаль­ные нравственные чувства взаимной поддержки и солидарно­сти, лежащие в основе морали.

На Кропоткина, как и на Бакунина, оказали значительное влияние идеи Прудона о справедливости как «высшем законе и мере человеческих деяний», способные определять направлен­ность деятельности и поведения людей. Из идеи справедливости выводились понятия свободы и равенства. Кропоткин пи­сал:

... принцип, в силу которого следует обращаться с другими так же, как мы желаем, чтобы обращались с нами, представляет собой не что иное, как начало равенства, т.е. основное начало анархиз­ма. Равенство — это справедливость. Равенство во всем — сино­ним справедливости. Это и есть анархия.

И еще: становясь анархистами, мы объявляем войну не только отвле­ченной троице: закону, религии и власти. Мы вступаем в борьбу со всем этим грязным потоком обмана, хитрости, эксплуатации, развращения, порока — со всеми видами неравенства, которые влиты в наши сердца управителями, религией и законом. Мы объ­являем войну их способу действовать, их форме мышления.

Принцип равенства толкуется как уважение к личности. Оказывая нравственное влияние на личность, нельзя ломать человеческую природу во имя какого бы то ни было нравствен­ного идеала. Мы, подчеркивает Кропоткин, ни за кем не при­знаем этого права; мы не хотим его и для себя.

Мы признаем полнейшую свободу личности. Мы хотим пол­ноты и цельности ее существования, свободы развития всех ее способностей.

Таковы теоретические и практические установки анархизма, изложенные его российскими вождями. Они опровергают те стереотипы в представлении об этом течении русской и миро­вой общественной мысли, которые навязывались нам до не­давнего времени официальной литературой. Последняя пре­подносила анархизм как явление теоретически и практически сугубо негативное, оправдывающее под флагом анархистского понимания свободы всякие беспорядки и потому в основе сво­ей разрушительное.

Внимательное знакомство с этим течением и его объектив­ный анализ приводит к несколько иным выводам. Хотя одна из центральных идей «полнейшей свободы личности» — в значи­тельной степени умозрительна и наивна, как и идея уничтоже­ния всякого государства, ибо не дано убедительного ответа на вопрос, как это реально можно сделать (все ограничивается умозрительными построениями на этот счет), тем не менее многие положения анархизма не лишены достоинств. Это идеи справедливости, равенства и свободы личности, самоуправле­ния, а также идея федерального характера взаимоотношений разных социальных союзов и организаций. Не случайно анар­хизм имел и имеет в настоящее время немало сторонников и последователей.

И все-таки в России анархизм не стал доминирующим те­чением общественной мысли, в том числе и в области социо­логии. Наибольшее влияние на умы людей анархизм имел в 70-х годах прошлого столетия. Затем влияние пошло на убыль. В начале 80-х годов российская философско-социологическая мысль по сути дела отмежевалась от анархизма, а в ряде случа­ев открыто порвала с ним. В дальнейшем были свои приливы и отливы влияния анархизма на общественное сознание, обу­словленные исторической обстановкой и, конечно же, тем, что отдельные идеи анархизма до сих пор не утратили своей при­влекательности в силу их либеральной и гуманистической на­правленности.

3.

 Субъективный метод в социологии

Заметное влияние на становление и развитие общественной мысли в России оказала социология народничества. Виднейшими ее представителями были Петр Лавров и Николай Михайлов­ский. Они придерживались так называемого субъективного ме­тода в социологии, который получил всестороннюю разработку в их многочисленных трудах.

 Суть субъективного метода П. Лавров (1823-1900) раскрывает так: Волей или неволей приходится прилагать к процессу истории субъективную оценку, т.е., усвоив тот или иной нравственный идеал, расположить все факты истории в перспективе, по которой они содействовали или противодействовали этому идеалу, и на первый план истории вы­ставить по важности те факты, в которых это содействие или про­тиводействие выразилось с наибольшей яркостью.

В развитии нравственного идеала он видел «единственный смысл истории и «единственный закон исторической группи­ровки событий».

Основную задачу социологии П. Лав­ров усматривал в изучении мотивов деятельности личностей и их нравст­венных идеалов. При этом особое внимание уделялось анализу «соли­дарных», как он писал, действий лю­дей, направляемых их общими интере­сами. Социология, по словам Лаврова, изучает и группирует повторяющиеся факты солидарности между людьми и стремится открыть законы их солидар­ных действий. Она ставит себе теоре­тическую цель: понять формы соли­дарности, а также условия ее упроче­ния и ослабления при разном уровне развития людей и форм их общежи­тия.

Под солидарностью Лавров понимал «сознание того, что личный интерес совпадает с интересом общественным» и «что личное достоинство поддерживается лишь путем поддержки достоинства всех солидарных с нами людей». Солидарность — это «общность привычек, интересов, аффектов или убежде­ний». Все это обусловливает сходство поведения и деятельно­сти людей.

Разумеется, поведение и деятельность людей определяются многими объективными обстоятельствами природными и социальными. Этого Лавров не отрицал. Однако главными факторами, направляющими деятельность людей, он считал их внутренние мотивы, идеалы и волю. А потому «объективный» анализ явлений общественной жизни, т.е. постижение «правды-истины», легко соединялся с субъективным, оценочным подхо­дом к ним. Данный подход заключался в нахождении «правды-справедливости», призванной осветить путь к обществу, в ко­тором бы гармонически сочетались интересы всех людей. В этом и заключается социальная направленность субъективного метода в социологии.

В своих работах П. Лавров ставил и по-своему решал целый ряд фундаментальных проблем социологии, в том числе о дви­жущих факторах исторического процесса, его объективной и субъективной сторонах, роли личности в истории, механизме и направленности общественного прогресса. Он размышлял о «социологических законах» развития общества, которые он пы­тался истолковать с позиций того же субъективного метода. Для этого, пояснял он, надо стать на место страждущих и на­слаждающихся членов общества, а не на место бесстрастного постороннего наблюдателя происходящих в обществе событий. Только тогда станет ясной закономерная направленность воли людей и их действий.

Основным двигателем истории, по мнению П. Лаврова, яв­ляются действия критически мыслящих личностей, составляю­щих передовую часть интеллигенции.

Развитие критической мысли в человечестве, ее укрепление и расширение есть ... главный и единственный агент прогресса в че­ловечестве, — писал он.

Разработку субъективного метода в социологии продолжил Николай Михайловский  (1842—1904). Он прямо заявлял, что «объективная точка зрения, обязательная для естествоиспытателя, совершенно непригодна для социологии», что в социологии этот метод бессилен. А бессилен он потому, что невыполним. Ведь социолог - не бесстрастный наблюда­тель и истолкователь тех явлений, которые он исследует. Он неизбежно оценивает их, и не только с познавательных, но и иных, прежде всего нравственных позиций, принимает их или отвергает. Поэтому, делает вывод Н. Михайловский, «в социо­логии неизбежно применение субъективного метода». Подоб­ный метод породил его субъективную социологию. По характери­стике Н. Бердяева, Н. Михайловский — «самый талантливый сторонник субъективного метода» и «главный его творец».

Михайловский всесторонне обосновал концепцию о суще­ствовании правды-истины и правды-справедливости. Сам он по этому поводу высказывался так:

Безбоязненно глядеть в глаза действительности и ее отраже­нию — правде-истины, правде объективной, и в то же время, со­хранять и правду-справедливость, правду субъективную — такова задача всей моей жизни.

Он развивает учение о двуединой правде, органически сочетающей в себе объективную и субъективную правду. С позиций этой двуединой правды он рассматривает проблемы обществен­ной жизни и различных наук, в том числе социологии, этики, эстетики, политики и т. д.

При этом он постоянно подчерки­вал, что субъективный метод в социо­логии не означает произвольного тол­кования явлений общественной жиз­ни. Эти явления надо осмыслить на­учно, а для этого необходимо опирать­ся на объективную правду науки. Вме­сте с тем объективный анализ соци­альных явлений неизбежно дополняется субъективными оцен­ками их со стороны социолога исходя из его нравственных и иных позиций. Другого быть просто не может. К тому же и са­ми явления общественной жизни — политические, экономиче­ские, нравственные и другие — несут в себе, писал Михайлов­ский, большой заряд субъективности, идущей от сознания, чувств и воли субъектов, вызывающих к жизни эти явления и выступающих в качестве творцов истории.

Можно указать на две основные стороны субъективного ме­тода в социологии, 1) Этот метод направлен на возможно более полный учет многообразных помыслов и чувств людей, той «критической мысли в человечестве», о которой говорил П. Лавров. К тому же необходимо учитывать субъективную по­зицию самого социолога, исследующего те или иные общест­венные явления. 2) Субъективный метод направлен на поиск оптимальных «форм солидарности между людьми», т.е. такого общественного устройства, при котором каждая личность, все классы и сословия смогут удовлетворять свои разносторонние потребности, свободно действовать и развиваться. Эта важная сторона субъективного метода народничества нередко остава­лась в тени либо вообще замалчивалась в литературе, из-за чего сам этот метод трактовался весьма односторонне. Исходя из требований научной объективности, мы должны указать на обе стороны субъективного метода в социологии, чтобы полнее и правильнее судить о его содержании, теоретической и практи­ческой направленности.

Много внимания уделял Михайловский решению проблемы взаимодействия личности и общества. На первом плане у него, разумеется, личность, обладающая своей особой индивидуаль­ностью и неповторимостью. Критически мыслящие личности с их более или менее яркими индивидуальностями являются главными действующими лицами в обществе, определяют раз­витие его культуры и переход к высшим формам обществен­ного устройства. «Социологическая теория борьбы за индиви­дуальность проходит красной нитью через его произведения», — писал НА. Бердяев.

Сосредоточив усилия на защите индивидуальности, Михай­ловский как бы опускает, не анализирует проблему влияния социальной среды на формирование социальных потребностей и интересов человека и тем самым на его поведение. Он боль­ше привлекает внимание к сформулированному им закону ан­тагонизма между быстро развивающимся и усложняющимся обществом и превращение личности в носителя его частной функции. В результате развития общественного разделения труда не только крестьяне, но и рабочие превращаются в одно­сторонне развитых людей, в «палец от ноги общественного ор­ганизма».

Михайловский считает, что указанный антагонизм можно преодолеть путем предоставления личности большей свободы и самостоятельности по отношению к обществу. Он обосновыва­ет принцип верховенства личности над обществом. Критикуя этот несколько прямолинейный подход, Г. В. Плеханов предло­жил, пожалуй, более гибкое решение проблемы взаимодействия личности и общества в плане создания условий для гармониче­ского сочетания их интересов.

Исходя из своих мировоззренческих установок, Михайлов­ский анализирует вопрос о взаимодействии «героев и толпы». Этот вопрос он решает больше в социально-психологическом плане. Героем он называл человека, увлекающего своим при­мером на хорошее или дурное дело. Толпа же — это масса лю­дей, способная увлекаться примером, опять-таки высоко благо­родным или низким или же нравственно безразличным. Под­ражание масс своему герою - явление, по Михайловскому, почти гипнотическое. Теряется независимость в восприятии происходящих событий и в собственных суждениях, растет внушаемость. Толпа легко подчиняется своим вождям, слепо верит им, теряет способность критически относиться к их сло­вам и делам. Представляется, что высказанные сто лет назад эти суждения Михайловского не потеряли своей актуальности и в настоящее время.

Во многом сохраняет свое теоретическое и практическое значение теория общественного прогресса Михайловского, его критика позитивиста Г. Спенсера, который по сути дела игно­рировал особенности развития общества по сравнению с при­родой. Михайловский же считал, что в основе развития обще­ства лежат не биологические, а социальные процессы, в том числе разделение труда, борьба нового уклада общественной жизни со старым, передовых и реакционных идей и общест­венных идеалов. Он указывал на прогресс общества и прогресс личности. Ни один из этих видов прогресса не должен осуще­ствляться за счет другого. Важно, чтобы общество в своем раз­витии создавало необходимые условия для всестороннего раз­вития каждой личности. Это было бы справедливо и нравст­венно, что и зафиксировано в «формуле прогресса» Н. Михай­ловского, которая во многом согласуется с пониманием обще­ственного прогресса П. Лавровым.

Оба этих мыслителя, выдающиеся представители русского революционного народничества, оказали значительное влияние на развитие социологической мысли в России. Они «завершили течение русской мысли, идущее от Герцена и Белинского», и стали «властителями дум эпохи вхождения в народ и кающего­ся дворянства».

4.

 Психологическое направление в русской социологии

Психологическое направление в социологии России сложи­лось в 1890-х годах. Именно в это время вышли фундаменталь­ные труды наиболее ярких его представителей Е. Де-Роберти, Н. Кареева и др. В теоретическом отношении их труды базиро­вались на идеях, высказанных французами Г. Тардом и Г. Ле-боном, немцами М. Лацарусом, X. Штейнталем, американцами Л. Уордом и Ф.Гиддингсом, а также русскими социологами П. Лавровым и Н. Михайловским, которые также были склон­ны к известной психологизации в объяснении явлений общест­венной жизни.

Главные труды Евгения Де-Роберти и Николая Кареева ка­сались фундаментальных проблем общественного развития — его изначальных причин и движущих сил, основного содержа­ния и направленности, прогресса и регресса в развитии обще­ства, роли масс и личности в истории и т.д. Все эти проблемы решались ими исходя из признания главной роли в поведении и деятельности людей их индивидуальной и коллективной психологии.Теоретический и методологический подходк исследованию общественных явленийЕ.В. Де-Роберти (1843—1915) развивал в своих трудах «Социология», «Социальная психика», «Новая постановка основных вопросов социологии», «Философия и ее задачи в XX веке» и др. Его работы по теоре­тической социологии тесно смыкались с работами по социаль­ной психологии и философии.

Де-Роберти нередко называют представителем позитивист­ской философии. В соответствии с основными установками философско-социологического позитивизма Де-Роберти стре­мился «поднять эмпирическое  знание обще­ственных фактов на высоту точной теории». При этом он за­являл, что «всемирная история рас, народов, государств являет­ся колоссальным по своим размерам сплошным социологиче­ским опытом». В духе позитивизма Конта он называл социоопытной наукой об обществе, как и В. Парето, говорил о необходимости использовать экспериментальный метод «в изучении социальных явлений и ввести этот метод в так назы­ваемые нравственные и политические науки».

В своей психологической социологии Де-Роберти исходил из того, что все общественные явления представляют собой ре­зультат деятельности людей, которая направляется присущими им психическими факторами, прежде всего их желаниями, эмоциями, страстями, образом мыслей, волей и т.д. Делается вывод, что «все общественные явления в известной мере сов­падают о явлениями собственно психическими». Поэтому со­циология как опытная наука об обществе должна быть тесно связана с психологией, предметом которой является психиче­ская деятельность людей, определяющая их социальную дея­тельность. Правда, Де-Роберти пояснял, что психическая дея­тельность людей развивается под влиянием биологических фак­торов и их социальной деятельности. Однако ведущим звеном в данном взаимодействии он называл именно психическую дея­тельность людей.

Основную цель социологии Де-Роберти видел в познании «законов психического взаимодействия». Он писал, что социо­логия делает свои выводы на основе постижения психологиче­ских механизмов деятельности и поведения людей и законов их психического взаимодействия.

Говоря о психическом взаимодействии людей, Де-Роберти, указывал на значение как индивидуальной, так и коллективной психики. Последняя предстает как совокупность коллективных восприятий, чувств, настроений, образа мыслей тех или иных социальных групп, определенных масс людей и национальных общностей.

В Западной Европе проблемы коллективной психологии ис­следовали Э. Дюркгейм, Г. Лебон, М. Лацарус, X. Штейнталь, В. Вундт и другие мыслители. Многие из них характеризовали коллективную психологию как психологию народов и масс. Де-Роберти глубоко проанализировал влияние коллективной пси­хики людей на поведение и деятельность различных социальных групп и слоев, в том числе семьи, племени, касты, класса, нации и т.д. По его мнению, социология по своему содержа­нию во многом совпадает с социальной психологией, значение которой он раскрывает в своем труде «Социальная психика».

Е.В. Де-Роберти считал, что коллективная психика, прояв­ляясь в поведении людей, тем самым воплощается в их морали, определяет нравственные нормы и принципы человеческой жизнедеятельности. По его мнению, индивидуальная и кол­лективная психика людей, их психический склад воплощаются во всех проявлениях их духовной и материальной культуры, в системе экономических, политических и других институтов функционирования общества.

Существенный вклад в обоснование роли и  значения психологических факторов в раз витии общества внес историк и социолог Н.И. Кареев (1850-1931).

Как и у Е.В. Де-Роберти, теоретическая социология Н.И. Ка­реева постоянно соединяется с философией и психологией, в том числе социальной психологией.

В работе «Основные направления социологии и ее совре­менное состояние» Н.И. Кареев указал на две основные сторо­ны социологии: 1) социология выступает как система взгля­дов «на то, что нужно прежде всего видеть в обществе и как понимать его природу»; 2) она решает вопрос о том, какие методы могут быть применены к изучению общественных яв­лений.

Социология, — писал Кареев, — исходит из определенного мировоззрения, из общей картины общества, которая создается социальной философией. В то же время она должна опираться не на произвольные умозрительные построения, а на факты и науку.

Необходимо пользоваться более методом объективным, а не субъективным, т.е. наблюдать, классифицировать социальные фак­ты по тем или иным реальным основаниям, а не заниматься про­извольными построениями. Надо изучать явления такими, каковы они есть, избегать субъективных подходов и оценок.

Подобно другим представителям психологического направ­ления в социологии, Кареев указывал на важное значение пси­хологии в объяснении общественных явлений, ибо последние, по его мнению, всегда имеют психологическую основу. Ведь они выступают как продукт деятельности людей, в результате которой воплощаются их чувства, воля и представления о чем-либо, их инстинкты, интуиция и образ мыслей.

Н.И. Кареев обращал внимание на три основные стороны духовного бытия человека, а именно: на его ум, чувства и во­лю. Он отмечал, что в деятельности и поведении людей, а зна­чит, во всей их общественной жизни, большую роль играют интеллектуальная, эмоциональная и волевая стороны их духов­ного мира и было бы неверно делать ставку на одну из них, как это наблюдается у рационалистов, эмпириков и волюнтаристов. По мнению Кареева, психическая жизнь человека вытекает из его «психической природы» и обусловлена ею. Эта зависи­мость проявляется в деятельности людей и в их взаимоотноше­ниях. При этом психологического объяснения требуют их по­лезные и вредные поступки, а также «справедливые и неспра­ведливые общественные явления». Как и Де-Робертк, Кареев считал, что психические взаимодействия людей лежат в основе их общественного развития,  ибо  обусловливают их экономиче­ские, политические и другие взаимодействия, результатом ко­торых выступает развитие всех сфер жизни общества и его со­циальных институтов.

Особую роль в психических взаимодействиях людей играет опять-таки их индивидуальная и коллективная психика. В этом оба мыслителя — Н.И. Кареев и Е.В. Де-Роберти — придержи­вались единого мнения.

Коллективная психология, — писал Н.И. Кареев, — должна показать, что и народный дух, и всякая культурная среда, и какое бы то ни было групповое и классовое самосознание суть не что иное как результат психического взаимодействия между отдель­ными индивидуумами.

Коллективная психология, по Карееву, лежит в основе раз­вития духовной культуры, которая представляет собой «результат коллективного творчества и психического взаимодейст­вия». В конечном счете психические взаимодействия между людьми являются основой всей общественной жизни, «Без из­вестной психической основы, — уточняет он, — практические отношения между людьми были бы невозможны». Это касает­ся экономических, политических и других «практических от­ношений», возникающих между отдельными людьми и соци­альными группами. Все эти отношения базируются на взаимо­действии индивидуальной и коллективной психологии людей.

Исходя из данных положений он строит свою теорию общест­ва. Последнее, в его представлении, выступает как система психи­ческих и практических взаимодействий между людьми. С учетом этого следует осмысливать взаимоотношения личности и общест­ва, а также другие проблемы общественной жизни, такие, как раз­деление труда, обмен услугами и продуктами человеческой дея­тельности, борьбу классов, систему политической власти, подчи­няющей все части общества единому целому. Все эти и многие другие проблемы можно понять, лишь глубоко осмыслив значение психологического фактора в деятельности и поведении людей и в развитии общества.

Так рассуждали представители психологического направления русской философии и социологии. Представленное в трудах Е.В. Де-Роберти, Н.И. Кареева и других мыслителей это направ­ление оказало существенное влияние на развитие общественной мысли в России.

5.

 Легальный марксизм

Своеобразным выражением либеральной буржуазной мысли стало такое теоретическое и идеологическое течение, как ле­гальный марксизм.

Буржуазный либерализм в лице легального марксизма ис­пользовал целый ряд марксистских идей, преимущественно из экономической теории Маркса, для обоснования исторической неизбежности развития капитализма в России. В борьбе против идеологии народничества легальные марксисты обосновали объективный и закономерный характер развития в России ка­питалистического способа производства и связанной с ним технической, экономической и духовной культуры. Все это они рассматривали как прогрессивный процесс, а для доказательст­ва постоянно прибегали к марксистской теории исторического процесса и марксистской терминологии.

Наиболее видными представителями легального марксизма были П. Струве (1870—1944), М. Туган-Барановский (1865— 1919), а также Н. Бердяев (1874—1948) и С. Булгаков (1871— 1944), взгляды которых в дальнейшем развивались в направле­нии идеологической и религиозной философии.В трудах «Критические заметки к вопросу об экономическом развитии России» П. Струве  и «Русская фабрика в прошлом и настоящем» М. Туган-Барановского обосновыва­лись положения о фундаментальном характере действия объек­тивных экономических законов. В связи с этим показывалась неизбежность развития капитализма во всем мире, в том числе в России. Речь шла о развитии в России капиталистического рынка, конкуренции, технической реорганизации производст­ва, роли в обществе новых социальных групп, в том числе классов, прежде всего буржуазии и рабочего класса. Большой фактический материал анализировался и обобщался на основе марксистской методологии. Струве и Туган-Барановский вы­ступали тогда на стороне «объективной науки» против субъек­тивного метода в социологии.

В дальнейшем в их работах все более отчетливо проявляют­ся тенденции оправдания капитализма и своего рода его аполо­гии. Они уже не настаивают на разделяемом ими ранее поло­жении марксизма о неизбежном переходе от капитализма к со­циализму. Исчезает и эйфорически восторженное отношение к марксизму как к «великой и богатой содержанием системе на­учных взглядов»1. Напротив, они все более критически оцени­вают учение Маркса, в том числе его материалистическое по­нимание истории и экономическую теорию.

Их философско-социологические взгляды все более обосно­вываются с помощью идеологических концепций. В духе со­временного им неокантианства, объявляющего основополагающим и руководящим началом в жизни людей некие «надысторические» духовные ценности, прежде всего мораль­ные, они утверждают, что прогресс общества всецело определя­ется развитием культурных ценностей человечества. П. Струве пишет, что он впервые предпринял попытку «внести» в марксизм идеи неокантианства, предвосхищая крити­ческий поворот бернштейнианства на Западе. Речь идет об одном из социа­листических течений, идеологом кото­рого был Э. Бернштейн. Этому тече­нию, ставившему во главу угла борьбу трудящихся за их экономические ин­тересы, стремились придать, так ска­зать, этическую направленность. По своей теоретической и идеологической платформе легальный марксизм был близок к бернштейнианству.

П.Б.Струве   Отвергнув   «экономический   материализм» Маркса, прежде всего его учение о решающей роли способа производства в развитии общества и о законе соответ­ствия производственных отношений людей характеру и уровню развития их производительных сил, легальные марксисты от­бросили и его учение о классовой борьбе и социальной рево­люции. Они придерживались эволюционистских взглядов по­степенного совершенствования капитализма, придания ему бо­лее цивилизованных форм. Речь шла о процессе развития ка­питализма «в форме продолжительного, непрерывного процесса социальных преобразований». Другого пути они не видели. Видимо, не случайно легальных марксистов называли доктри­нерами капитализма.

С позиций буржуазного эволюционизма Струве рассматри­вал проблему взаимоотношения классов и политических пар­тий. Универсальной формой разрешения противоречий между ними он считал компромисс. «Развитие демократии, — писал он, — есть высшая школа компромисса». С учетом особенно­стей нашего времени и исторического опыта следует признать, что данное положение заслуживает серьезного внимания.

Став одним из лидеров партии конституционных демокра­тов (кадетов), Струве характеризовал эту партию как «не­классовую» — не в смысле отрицания классов и классовой борьбы, а в смысле приоритета в программе ее деятельности общенациональных и общечеловеческих интересов. Он прида­вал большое значение деятельности буржуазного государства, способного, по его мнению, наладить нормальную экономиче­скую и политическую жизнь общества и разрешать социальные конфликты.

Крупнейший теоретик легального марксиз­ма М.И. Туган-Барановский, энциклопедиче­ски  образованный  мыслитель,  создал  ряд фундаментальных трудов по теории социа­лизма,  развитию капиталистического  про­изводства и социально-политических отношений. В его трудах «Современный социализм в своем историческом развитии», «В поисках нового мира», «Социализм как положительное учение» и некоторых других содержится глубокий анализ различных со­циалистических и коммунистических учений, дана их класси­фикация.  Рассматривая такие  учения,  как  «государственный социализм» школы Сен-Симона и ее последователей, «синдикальный социализм» Луи Блана и Лассаля,  «коммунальный», или   «кооперативный»   социализм   Оуэна  и   Фурье,   «анархи­ческий социализм» Годвина,  Прудона и Кропоткина, Туган-Барановский дает им глубокие яркие характеристики, сохра­няющие значение для их понимания и по сей день. Ведь в на­стоящее время многие из этих учений имеют своих сторонни­ков, желающих воплотить их на практике.

Исследуя эти учения, Туган-Барановский высказал глубокие суждения о положительных и отрицательных сторонах того об­щественного устройства, которое могло бы существовать на их основе. Так, отвергая излишнюю регламентацию деятельности личности и ограничение ее свободы, что вытекало из учений о государственном и коммунальном социализме, он указывает на ряд содержащихся в этих учениях положительных идей: част­ного и группового (кооперативного) предпринимательства; со­единения крупного и мелкого производства; освобождения производства от чрезмерной государственной «опеки; общест­венного самоуправления в трудовых ассоциациях, общинах, фалангах; распределения по труду: «от каждого по способно­стям, каждой способности по ее труду». Будучи крупным со­циологом и экономистом, Туган-Барановский глубоко и, как бы сказали сегодня, профессионально обосновывает современ­ное значение этих идей.

Во многих своих трудах он пытается дать объективный ана­лиз капиталистического строя, свободный от какой-либо пред­взятости. Он выступает против капиталистической эксплуата­ции человека человеком, поскольку она порождает и закрепля­ет социальное неравенство и антагонизм интересов. По его мнению, эксплуатация — это не только экономическое явле­ние, как эксплуатация труда других людей, а всякое использо­вание личности в ущерб ее интересам.

Вместе с тем Туган-Барановский считал, что капитализм за­ключает в себе широкие возможности развития. Частная собст­венность на средства производства, свободное предпринима­тельство и здоровая конкуренция способны, по его мнению, постоянно побуждать людей к техническому и технологическо­му обновлению производства и совершенствованию его органи­зации. Это ведет к повышению экономической эффективности капиталистического производства и тем самым к расширению возможностей удовлетворения материальных и духовных по­требностей большинства членов общества, включая трудящиеся классы. Все это должно способствовать установлению в обще­стве   гармонических   отношений  между  всеми  социальными группами на основе сочетания их экономических и социальных ресурсов. Так что в конечном счете Туган-Барановский высту­пает за всестороннее развитие и совершенствование капитали­стического общества и за решение на его основе всех социаль­ных и политических проблем жизни людей.

Обосновывая эти взгляды, он подверг критике многие по­ложения марксизма. Прежде всего он выразил свое несогласие с положением о решающей роли материального производства в жизни общества. Первоначально хозяйство действительно «господствовало над жизнью общества», но затем оно «подпадает под зависимость от других факторов, прежде всего науки». Отсюда он делает вывод, что «с ходом истории соци­альное преобладание хозяйственного момента должно падать». На первый план, писал он, все более выступают наука и духов­ная культура, «все формы общежития и даже формы хозяйства становятся продуктом свободного сознания людей, заключаю­щего в себе самом свои непреложные законы».

Свои выводы о решающем значении в жизни человечества непреходящих духовных ценностей и повышении роли «психи­ческих факторов общественной жизни» Туган-Барановский де­лает под влиянием неокантианства, а также психологического направления в социологии, представленного работами Уорда и других социологов. В частности, он ссылается на положения Уорда о том, что имеют место «два рода социального прогресса - пассивный, естественный, генетический и активный, искус­ственный, телеологический». Соглашаясь с Уордом, он обос­новывает вывод о возрастании роли активного социального на­чала в развитии общества, о доминировании в нем духовной культуры над материальным производством.

Туган-Барановский отверг расширительное толкование классовой борьбы, согласно которому она определяет содержа­ние всех или почти всех потребностей и интересов людей. «Класс» в его понимании — это понятие, применимое лишь в сфере экономики. Оно обозначает группы людей, объединен­ных общностью экономических интересов. Это понятие что-то разъясняет в области экономических отношений, но не при­годно для объяснения процессов в других сферах жизни обще­ства, особенно в науке, культуре, духовной жизни.

Будучи крупным экономистом, Туган-Барановский неодно­кратно высказывал свое несогласие с выводами Маркса о тен­денции обнищания рабочего класса. Ссылаясь на реальные факты, он доказывал, что уровень жизни рабочего класса в пе­редовых капиталистических странах неуклонно повышается, что успехи капиталистической промышленности идут на пользу рабочим. Рост производительности труда, писал он, ведет и к росту благосостояния рабочих.

Как уже отмечалось, Туган-Барановский предпочитал со­циализму цивилизованный капиталистический строй. Интерес­но, что черты последнего он готов был развивать и в социали­стическом обществе, если таковое станет реальностью. По его мнению, социалистическое хозяйство, если когда-либо и утвер­дится, то «не вполне лишится стихийных регулирующих сил рынка». «И при социалистическом хозяйстве продукты будут покупаться и продаваться по рыночной цене, диктуемой сооб­ражением спроса и предложения».

Подобные идеи он развивает в целом ряде своих работ, в том числе посвященных кооперации, таких, как «Социальные основы кооперации», «О кооперативном идеале», считая, что свободная кооперация гораздо ближе к общечеловеческому идеалу, чем «социализм наших дней», что «современный со­циализм имеет узкоклассовый характер» и «не исключает клас­совой вражды, как и классовой солидарности». Кооперация же «стоит выше каких бы то ни было классовых интересов», а ее идеал есть внеклассовый идеал. Она «отрицает какую-либо власть человека над человеком, власть большинства над мень­шинством, совершенно так же, как и власть меньшинства над большинством».

Как считал Туган-Барановский, в социалистическом обще­стве должны получить большое развитие производительные ар­тели. Трудовые же кооперативы могут действовать также на го­сударственных предприятиях. Особое значение он придавал свободной сельскохозяйственной кооперации, через которую крестьяне могут прийти к крупному и эффективному сельско­хозяйственному производству. Он утверждал, что кооператив­ная организация хозяйственной жизни не ниже, чем государст­венная, и в то же время имеет свои преимущества. А потому свободная кооперация найдет в социалистическом обществе  широкое применение. Таковы были выводы этого выдающего­ся социолога и экономиста первой половины XX в. Остается лишь пожалеть, что его работы, в том числе по кооперации, были до сих пор преданы забвению либо подвергались необос­нованной и тенденциозной критике. От этого много потеряли как теория, так и практика экономических и социальных пре­образований в нашей стране.

6.

Плюралистическая социология М. Ковалевского

Значительный вклад в развитие русской социологической мысли внес М.М. Ковалевский (1851—1916). Разносторонне об­разованный и широко мыслящий ученый, чьи научные интере­сы касались обширного круга вопросов социологии, истории, государствоведения, права, этики, психологии и других наук, он пользовался широким признанием ученого мира в России и за ее пределами, был избран вице-президентом, а затем пред­седателем Международного института социологии.

Теоретические предпосылки социологических воззрений М. Ковалевского восходят к социологии О. Конта. «Что такое социология?» С этого вопроса начал М. Ковалевский свой двухтомный труд «Социология». И ответил: «Родоначальник ее, Конт считал социологию наукой о порядке и прогрессе челове­ческих обществ». Однако порядок в обществе бывает не все­гда. Да и прогресс в смысле поступательного развития не всегда имеет место. И Ковалевский дает свое определение социологии как науки об организации и эволюции человеческого общест­ва. Организация общества и его эволюция — таковы два ос­новных раздела социологии, которые начиная с Конта характе­ризуются как социальная статика и социальная динамика.

М. Ковалевский подходил к социологии прежде всего как к науке, а не как к концепции человеческих идеалов. Поэтому в отличие от народников Лаврова и Михайловского и некоторых других теоретиков он отделяет правду-истину от правдысправедливости и исходит из того, что для социологии главное есть правда-истина.  Он  глубоко  воспринял  учение  Конта об обществе как целостном социальном организме и о закономерном характере его развития. Без учения о закономер­ности общественных явлений, писал он, немыслимо было бы возникновение са­мой науки об обществе.

С представлениями о закономер­ном характере развития общества, без которых, по словам Ковалевского, со­циология как наука не состоялась бы, органически связаны представления о поступательности исторического про­цесса и социальной преемственности, в ходе которой человеческие знания, опыт, культура передаются и развива­ются от одной исторической эпохи к другой. Он приводит слова Лейбница о том, что настоящее несет на себе бремя прошлого и чревато будущим.

Идеи закономерного и поступательного характера историче­ского процесса, как и социальной преемственности, — важные стороны эволюционистской концепции Ковалевского, согласно которой общество более или менее плавно (эволюционно) пе­реходит от одного своего состояния к другому. Таким же обра­зом, по его мнению, происходит развитие отдельных областей общественной  жизни   и   различных   социальных   институтов. Эволюцию государственного строя он связывал с целым рядом факторов общественной жизни, в том числе с эволюцией хо­зяйства и «форм экономического быта», с развитием политиче­ских отношений классов и других социальных групп, с эволю­цией политических идей и общим прогрессом культуры. Такой эволюционный взгляд на развитие общества был направлен как против необоснованных и поспешных радикальных изменений в нем, так и против «не менее опасного застоя».

Ковалевский указывает на роль многих факторов общест­венного развития: экономических, демографических, политиче­ских, психологических, нравственных, религиозных и т.д. Од­нако ни одному из этих факторов не придается постоянного решающего значения. В различных ситуациях им отводятся разные роли, и любой из них может выйти на первый план. В этом и заключается мировоззренческий и методологический смысл социологического плюрализма М. Ковалевского.

Важную роль в социологии Ковалевского играет историко-сравнительный метод. Сравнивая развитие народов разных стран и эпох, можно обнаружить некоторые общие законы их исторической эволюции. В связи с этим Ковалевский писал, что «на одинаковых ступенях развития в каждом человеческом обществе развитие происходит по одинаковому внутреннему закону». Историко-сравнительный метод позволяет выявить и эти законы, и специфические особенности в развитии разных народов и их культур.

Сравниваемые явления брались Ковалевским, как правило, не в статике, а в динамике, в их исторической эволюции, что позволяло изучать как общие закономерности исторического процесса, так и специфические особенности развития тех или иных обществ. На данной основе увеличилась возможность со­циологического прогнозирования и исторического предвиде­ния, что повышало практическое значение социологии. Это для Ковалевского было чрезвычайно важным.

В своих социологических воззрениях он разделял многие положения биологической школы в социологии и прежде всего «органической теории общества», идущей от Конта и особенно Спенсера. Ковалевский утверждал, например, что такой важ­ный социальный фактор, как общение, начинается еще в среде животных. Даже учитывая большое различие между биологиче­ским и социальным общением, он обращал внимание на «многие общие черты» и писал, что в определенных отношени­ях животный и человеческий мир укладывается в общий про­цесс эволюции.

Весьма высоко ставил Ковалевский психологическую школу в социологии. Он в целом разделял теорию подражания Тарда, находил подтверждающие ее примеры. Так, он писал, что «русские верховники времени Анны Иоанновны пытались под­ражать аристократическим порядкам в Швеции и тем самым укреплять основы своего бюрократического господства». Таких подражателей на иностранный манер немало и теперь. В то же время Ковалевский считал необходимым и полезным такое за­имствование опыта других народов, при котором не терялись бы культура и самобытность народа. Такое заимствование предполагает элементы самостоятельности и творчества.

Подобно Тарду, Ковалевский рассматривал подражание как органическое проявление личностной и социальной психологии людей и потому как важнейший фактор их общественной жиз­ни. Он считал, что «основы социологии не могут лежать вне психологии» (имеется в виду прежде всего коллективная, соци­альная психология). Речь шла о том, чтобы изучать «психологию народов». Это необходимо для более глубокого понимания духовного состояния народов, разностороннего проявления их культур.

Положительное отношение к многим социологическим на­правлениям и школам, стремление понять их и обнаружить связи между ними, равно как и готовность применять их уче­ния при анализе тех или иных общественных явлений - еще одно проявление социологического плюрализма М. Ковалев­ского. Каждое направление в социологии по-своему показывает значение тех или иных факторов в развитии общества, будь то биологический, демографический, экономический, политиче­ский или психологический фактор.

В своих основных социологических трудах «Современные социологи» и «Социология» М. Ковалевский говорит о множе­ственности факторов общественного развития. В качестве со­циально значимых факторов у него фигурирует и биологиче­ский, и космический, и политический, и многие другие. Он указывал на необходимость обнаружения одновременного и па­раллельного воздействия этих факторов на развитие обществен­ных явлений. В этом заключается одно из основных методо­логических требований его социологической концепции.

С позиций подобного плюрализма, т.е. необходимости учета влияния на развитие общества многих факторов, он подвергал критике односторонность доктрин Спенсера, Дюркгейма, Тарда и других социологов. Более того, он считал, что в методологи­ческом плане нет смысла говорить о более или менее важных факторах. Каждый из них может выступать в роли главного, сопутствующего или второстепенного в зависимости от ситуа­ции и ракурса рассмотрения того или иного общественного яв­ления.

Исходя из основных установок социологического плюра­лизма. М. Ковалевский разрабатывал теорию общественного прогресса, которую иногда называют ядром его социологии. Он писал, что основным законом социологии является закон про­гресса. Задача же социологии состоит в том, чтобы «раскрыть те перемены в общественном и политическом укладе, в кото­рые вылился этот прогресс, и те причины, которыми он обу­словлен».

Обосновывая закономерный и в целом прогрессивный, по­ступательный характер развития человеческого общества, Кова­левский не отрицал ни многих фактов застоя или топтания об­щества на месте, ни попятных, регрессивных движений, кото­рые также бывают в истории. Но побеждает все-таки «закон прогресса» — всеобщий социологический закон, проявляющий­ся «в расширении сферы человеческой солидарности». В этом он видел основное содержание общественного прогресса.

В своей теории общественного прогресса Ковалевский ис­ходил из того, что все народы проходят одни и те же стадии развития, но не одновременно. Это обстоятельство делает не­обходимым использование историко-сравнительного метода. С помощью этого метода можно получить представление о про­шлом народов, ознакомившись с современной общественной жизнью отсталых стран, а также о будущем последних, учиты­вая достижения современных передовых стран.

По Ковалевскому, «все народы участвуют в мировом про­грессе», который должен привести к их объединению в единое «мировое солидарное общество». Обосновывая эволюционный характер общественного прогресса, он отвергал марксистскую теорию классовой борьбы и социальной революции, считал, что при нормальном течении общественной жизни столкновения классовых и других социальных интересов предотвращаются соглашением, компромиссом, при котором руководящим нача­лом всегда является идея солидарности всех членов общества.

Социологический плюрализм Ковалевского служил теорети­ческим обоснованием его политической платформы умеренного либерализма, основная направленность которого заключалась в преобразовании экономической и политической системы россий­ского общества по образцам западных буржуазных демократий.

7.

Социологический неопозитивизм П. Сорокина

Достойным продолжением развития социологической мыс­ли в России начала XX в. стали работы выдающегося русского социолога П.А. Сорокина (1889—1968). Его социологические воззрения формировались преимущественно под влиянием ра­бот Э. Дюркгейма, М.М. Ковалевского и Е.В. Де-Роберти.

В конце 1922 г. П. Сорокин был вынужден эмигрировать за границу, сначала в Германию, затем в Чехословакию, а с конца 1923 г. в США, где он жил и работал до последних дней своей жизни. Американский период научной деятельности П. Соро­кина характеризуется множеством работ, получивших широкое международное признание. Среди них «Социология револю­ции», «Современные социологические теории», «Социальная и культурная мобильность», фундаментальный четырехтомный труд «Социальная и культурная динамика» и многие другие. Надо, однако, сказать, что социологическое учение П. Сороки­на исходило в целом из одних и тех же принципов, поэтому выделение в нем русского и американского периодов весьма условно.

В «Системе социологии» П. Сорокин подробно разъясняет научные принципы, на которых основан этот труд. Он считает, что 1) социология как наука должна строиться по типу естест­венных наук. Ни о каком противопоставлении «наук о приро­де» и «наук о культуре» не может быть и речи. Различны объекты изучения тех и других наук, но методы изучения этих объек­тов одни и те же; 2) социология должна изучать мир таким, ка­ков он есть. Всякий нормативизм, т.е. субъективное вмешательство в науку с позиций нравственных и других норм, должен быть изгнан из социологии. В этом смысле Истина должна быть отъ­единена от Добра, Справедливости и подобных  принципов и  норм;  3) со­циология   должна   быть   «объективной дисциплиной»,   т.е.   изучать   реальные взаимодействия людей, доступные объ­ективному   измерению   и   изучению; 4)  поскольку социология  хочет  быть опытной и точной наукой, она должна прекратить    всякое    «философствова­ние»  в смысле создания умозритель­ных, не доказанных наукой построе­ний. В этом отношении, писал П. Сорокин, хорошая статисти­ческая диаграмма стоит любого социально-философского трак­тата; 5) разрыв с философствованием означает и разрыв с иде­ей монизма, т.е. сведения любого явления к одному какому-нибудь началу. Ибо, как утверждал еще М. Ковалевский, мо­низм в социологии — это попытка решать бесконечно сложные задачи общественных явлений по методу уравнения с одним неизвестным. Вместо монизма Сорокин провозгласил последо­вательный социологический плюрализм.

Таковы «основные и руководящие принципы» социологии П. Сорокина. Опора на реальный опыт и научные данные — это ис­ходные  позиции  социологического   позитивизма,   обоснованные О. Контом, Э. Дюркгеймом и другими представителями этого на­правления. П. Сорокин всегда отстаивал их и развивал в новых исторических условиях XX в. на новом уровне научных знаний. П. Сорокин делил социологию на теоретическую и практическую.                Теоретическую   социологию   он   в   свою очередь делил  на три отдела:  социальную аналитику, социальную механику и социальную генетику.  Социальная аналитика изучает строение (структуру) социального явления и его основные формы. Предмет социальной механики (или социальной физиологии) — процессы взаимодействия лю­дей, иными словами, — поведение людей и тех сил, которыми оно вызывается и определяется. Социальная генетика изучает развитие социальной жизни, ее отдельных сторон и институ­тов. Понятно, что развитие социального явления определяется его строением (структурой) и взаимодействием с другими явле­ниями, так что социальная генетика как бы содержит в себе социальную аналитику и социальную механику.

Практическая социология характеризуется П. Сорокиным как прикладная дисциплина. Опираясь на законы, которые форму­лирует теоретическая социология, она должна помогать обще­ству и человеку управлять социальными силами в соответствии с поставленными целями. Практическая социология проявля­ется в сущности как социальная политика, направляет и обосновывает последнюю.

Объектами изучения неопозитивистской социологии Соро­кина являются прежде всего социальное поведение и деятель­ность людей, социальные группы и структура общества в це­лом, а также происходящие в нем социальные процессы. В то же время вся общественная жизнь и все социальные процессы могут быть разложены, по словам Сорокина, на явления и про­цессы взаимодействия двух или большего числа индивидов. Вот эти-то взаимодействия людей и объявляются им непосред­ственным предметом изучения социологии. Речь идет о «психико-рефлекторном» взаимодействии индивидов, прояв­ляющемся внешне в их поведении и деятельности.

В этом заключается существенное отличие неопозитивист­ской социологии Сорокина от классического позитивизма Кон-та. Если позитивистская социология Конта направлена прежде всего на изучение общества как целостного социального орга­низма, то предметом непосредственного изучения неопозити­вистской социологии Сорокина выступает взаимодействие двух или более лиц, образующих так называемые малые группы. Из такого рода элементарных взаимодействий складываются, как он считал, разного рода социальные процессы.

Взаимодействие двух индивидов характеризуется Сороки­ным как простейшее социальное явление. Оно имеет место тогда, «когда изменение психических переживаний или внеш­них актов  одного индивида вызывается пере­живаниями и внешними актами другого». Такие взаимодейст­вия называются Сорокиным «социальными клеточками», из ко­торых образуются все остальные, более или менее сложные общественные явления.

Анализу простейших социальных взаимодействий и посвя­щен по сути весь первый том «Системы социологии» П. Соро­кина. Во втором ее томе исследуются «сложные социальные аг­регаты», разного рода социальные группы, их строение и взаи­модействия.

П. Сорокин предложил свои критерии классификации соци­альных групп — односторонние и многосторонние. В соответст­вии с этими критериями выделяются социальные группы по одному какому-либо признаку, например языку, территории, полу, возрасту, или же по многим признакам. По многим при­знакам выделяются классы, нации и другие сложные, часто со­циально неоднородные группы.

Социальная  стратификация и социальная мобильность  Неоднородность общества, его объективное деление на разные социальные группы нашли свое отражение в теории социальной
стратификации   и   социальной  мобильности
П. Сорокина.   Согласно   этой  теории   все общество делится на различные слои — страты, которые раз­личаются между собой по уровню доходов, видам деятельности, политическим взглядам, культурным ориентациям и т.д. К ос­новным формам социальной стратификации (или расслоения об­щества) Сорокин отнес экономическую, политическую и про­фессиональную. По его мнению, социальная стратификация — это естественное и нормальное состояние общества. Она объ­ективно обусловлена существующим общественным разделени­ем труда, имущественным неравенством, разными политиче­скими ориентациями и т.п.


Меняя профессию или вид деятельности, свое экономиче­ское положение или политические взгляды, человек переходит из одного социального слоя в другой. Этот процесс получил название социальной мобильности. П. Сорокин подразделяет соци­альную мобильность на горизонтальную и вертикальную.

Горизонтальная мобильность означает переход человека из одной социальной труппы в другую, находящуюся в целом на том же уровне социальной стратификации, скажем, когда сель­ский житель становится городским, однако профессия и уро­вень доходов у него остаются прежними. Вертикальная мобиль­ность — это переход людей из одного социального слоя в дру­гой в иерархическом порядке, например, из низшего слоя об­щества в более высокий или же обратно — из высшего слоя в низший.

Объективной основой существования вертикальной мо­бильности выступает, в частности, экономическое неравенство людей, «которое выражается в различии доходов, уровня жиз­ни, в существовании богатых и бедных слоев населения».

При этом люди, принадлежащие к высшему слою в каком-то одном отношении, обычно принадлежат к тому же слою и по другим параметрам, и наоборот. Представители высших экономи­ческих слоев одновременно относятся к высшим политическим и профессиональным слоям. Неимущие же, как правило, лишены гражданских прав и находятся в низших слоях профессиональной иерархии. Таково общее правило, хотя существует и немало ис­ключений.

Как считал Сорокин, социальная мобильность — такое же естественное и неизбежное явление, как и социальная страти­фикация, на основе которой она существует. Это касается как восходящей, так и нисходящей социальной мобильности, в процессе которых люди перемещаются вверх или вниз по соци­альной лестнице. Он обосновал такое понятие, как «социальное пространство», суть которого раскрывается через понятия «высшие и низшие классы», «продвижение по социальной ле­стнице», «социальная дистанция» и др.

Большое значение П. Сорокин придавал вопросам социаль­ного равенства. В 1917 г. в Петрограде вышла его книга «Проблема социального равенства». К этой проблеме он постоянно обращался в своих последующих работах. Указывая на сложный и многосторонний характер проблемы социального равенства, он считал, что главное в ней — это предоставление каждому человеку материальных и духовных благ «по его за­слугам», т.е. «по степени его личного социально-полезного тру­да». Однако этим экономическим содержанием проблема со­циального равенства не исчерпывается. Важно, писал Сорокин, чтобы стало реальностью равенство всех перед Законом, равен­ство для занятия публичных должностей, право на равные по­литические блага — избирательное право, свобода слова, печа­ти, союзов, совести и т.д. Исключительное значение имеет «более или менее равномерное распределение знаний и образо­ваний», без чего, по его мнению, вообще невозможна эгали­тарная, т.е. основанная на социальном равенстве, система об­щества.

П. Сорокин был глубоко убежден в том, что все возникаю­щие в обществе проблемы следует решать на основе разумного управления, сознательного разрешения социальных противоре­чий и предоставления каждому человеку возможностей для творческого самовыражения. Он был противником всяких со­циальных потрясений, в том числе революций, и выступал за нормальный, как он писал, эволюционный путь развития. В сво­ем труде «Социология революции» он утверждал, что более или менее благополучное развитие общества после разрушающей его революции наступает благодаря его «возврату к своим цен­ностям, пошлым инстинктам и традициям, созидательному труду, сотрудничеству, взаимопомощи и единению всех его членов и социальных групп».

В «Социальной и культурной динамике» Сорокин анализи­рует развитие культур народов, разрабатывает теорию ценно­стей. Понятие «ценность» выступает как одно из важнейших в его социологии. С помощью этого понятия объясняется пове­дение индивидов и социальных групп, их взаимодействия по самым разным направлениям. Большое значение придается общечеловеческим ценностям, на основе которых возможно сотрудничество народов. Именно к этому всегда – призывал П. Сорокин как ученый и общественный деятель. На склоне своих лет он выступил с идеей конвергенции, согласно которой в будущем капиталистический и коммунистический, как он пи­сал, типы общества сольются в некое третье интегральное об­щество, которое «объединит большинство позитивных ценно­стей и освободится от серьезных дефектов каждого типа».

П.А. Сорокин вошел в историю как один из самых выдаю­щихся в области социологии мыслителей XX в.

Тема 5: «Современная западная социология»
План лекции:

1. Академическая социология. Классификация современных социологических направлений.

2. Неопозитивизм.

3. Структурно-функциональный анализ Т. Парсонса.

4. Социология конфликта.

5. Феноменологическая социология.

6. Символический интеракционизм.

7. Теория действия.

Рекомендуемая литература:

1. Социология: Учебник для студентов высших учебных заведений/ Под ред. проф. В.Н. Лавриненко; 2-е изд. – М.: ЮНИТИ-ДАНА, 2000.

2. Кравченко А.И. Социология для экономистов: учебное пособие для вузов. – М.: ЮНИТИ, 2000.

3.  Радаев В.В. Экономическая социология. – М.: Аспект-Пресс, 2000.

4.  Учебный социологический словарь/ Под ред. С.А. Кравченко. – М.: Экзамен. 1999.
1.

Академическая социология. Классификация современных социологических направлений

Современный этап (50-е годы — настоящее время) знамену­ется созданием академической социологии, ориентированной прежде всего на решение познавательных и практических про­блем и опирающейся на прочный фундамент эмпирических фактов. В этот период происходит окончательное утверждение и общественное признание социологии. Она становится равно­правной университетской дисциплиной наряду с философией, экономикой и историей. Социологические факультеты в 60-х годах становятся одними из самых популярных среди факульте­тов социально-гуманитарного профиля. Начинается массовая подготовка дипломированных социологов. Социологи пригла­шаются в качестве советников-консультантов при разработке правительственных проектов и крупных социальных программ национального и международного уровня. Однако с 70-х годов наблюдается некоторое снижение «социологического бума».

Современная западная социология — чрезвычайно сложное и противоречивое образование, представленное множеством различных школ и течений. Они отличаются друг от друга сво­ей теоретической направленностью, политической ориентаци­ей, временем возникновения, исторической судьбой. Сущест­вовало и существует немало попыток систематизации совре­менных социологических воззрений. Один из наиболее плодо­творных вариантов классификации современных социологиче­ских направлений предложен шведским социологам П. Монсоном, выделяющим четыре основных подхода к решению во­проса о взаимосвязи личности и общества.

Первый подход и вытекающая из него социологическая традиция исходят из примата общества по отношению к от­дельному индивиду и сосредоточивают свое внимание на изу­чении закономерностей «высокого» порядка, оставляя в тени сферу субъективных мотивов и смыслов. Общество понимается как система, которая возвышается над индивидами и не может быть объяснена их мыслями и действиями. Логика рассуждений при обосновании такой позиции примерно такова: целое не сводится к сумме его частей; индивиды приходят и уходят, ро­ждаются и умирают, а общество продолжает существовать. Эта традиция берет свое начало в социологической концепции Э. Дюркгейма и еще раньше - во взглядах Г. Спенсера и О. Конта. Из современных течений к ней относятся прежде всего школа структурно-функционального анализа (Т. Парсонс) и теория конфликта (Л. Козер, Р. Дарендорф).

Второй подход, напротив, смещает центр своего вни­мания в сторону личности, утверждая, что без изучения внут­реннего мира человека, его побудительных мотивов и смыслов невозможно создать объяснительную социологическую теорию. Эта традиция связана с именем немецкого социолога М. Вебера, а из современных социологов можно назвать представите­лей таких направлений, как символический интеракциониэм (Г. Блюмер), феноменология (А. Шюц, Н. Лукманн) и этномето-дология (Г. Гарфинкель, А. Сикурел).

Третий подход сосредоточивается на изучении самого механизма процесса взаимодействия общества и индивида, за­нимая как бы серединную позицию между двумя первыми под­ходами. Одним из основателей этой традиции считается ранний П. Сорокин, а одной из современных социологических кон­цепций — теория действия, или теория обмена (Дж. Хоманс).

Наконец, четвертый подход — марксистский. По типу объяснения социальных явлений он схож с первым подходом. Однако принципиальное отличие состоит в том, что в русле марксистской традиции предполагается активное вмешательст­во социологии в преобразование и изменение окружающего мира, тогда как три пер­вые традиции рассматривают роль социологии скорее как ре­комендательную.

Рассмотрим кратко некоторые из наиболее влиятельных со­временных социологических направлений.

2.

Неопозитивизм

По-прежнему достаточно распространенным и популярным течением в современной западной социологии, в первую оче­редь благодаря американскому влиянию, остается неопозити­визм. Он не представляет собой единой школы, это скорее не­кая общая и весьма влиятельная ориентация, сторонники кото­рой называют себя представителями научной социологии или естественно-научного направления в социологии.

Становление неопозитивизма относится к 20-м годам на­шего столетия и связано с выработкой «стандартной концепции науки». Она предполагает реализацию следующих принципов:

    социальные явления подчиняются законам, общим для всей   действительности          природной    и    культурно-исторической;

    методы социального исследования должны быть такими же строгими, точными и объективными, как методы ес­тествознания;

    субъективные аспекты человеческого поведения (мотивы, ценностные ориентации и пр.) можно исследовать только через их открытое проявление;

    истинность научных понятий и утверждений должна устанавливатъся на основе эмпирических процедур;

    все социальные явления могут и должны быть описаны и выражены количественно;

    социология как наука должна быть свободна от ценност­ных суждений и связи с идеологией.

Благодаря своей прикладной эмпирической ориентации неопозитивизм активно разрабатывал и осваивал различные ме­тоды социологического исследования: включенное и невклю­ченное наблюдение, метод использования личных документов, шкалирование, панельный метод, латентный, кластерный, кон­тент-анализ и др.

В рамках неопозитивизма (П. Лазарсфельд) были сформу­лированы основные требования к проведению социологиче­ского исследования, которые можно считать нормами социоло­гической культуры:

    отбор понятий и их точная интерпретация;

    формулирование гипотез;

    описание методов исследования;

    описание данных и результатов исследования;

    аргументация выводов;

    приглашение к дискуссии по исследуемой теме.

Неопозитивизм достиг пика своей популярности в 40—50-х го­дах, после чего наступил некоторый спад. Возрождению неопо­зитивизма в конце 70-х — начале 80-х годов способствовала общественно-политическая обстановка: требование надежной информации и научной экспертизы социальных явлений стало государственным заказом. Социология ответила на это усиле­нием прикладной функции, воплощенной прежде всего в соци­альной инженерии, и расширением поля прикладных исследо­ваний. Вместе с тем предпринимаются попытки преодоления эмпиризма и описательности (Г. Бейлок, Д. Коэн, Д. Уиллер). На передний план выступают следующие неопозитивистские положения:

    наиболее адекватной формой выражения социологиче­ской информации является язык математики;

    основываясь на методологическом единстве наук, социо­логия должна  использовать  новые  логико-методологи­ческие средства для анализа данных;

    социология -  этически нейтральная сфера социальных исследований.

Таким образом, усиление спроса на социальную информа­цию создает финансовую основу и благоприятный политиче­ский климат для развития неопозитивизма. Но нельзя не ви­деть и ограниченности этого направления, связанной с отсутст­вием фундаментальной теоретической базы.

3.

 Структурно-функциональный анализ Т. Парсонса

Понятие структурно-функционального анализа употребляется в двух значениях: 1) как объединяющее название школы в со­циологии, которую основал и возглавил Т. Пирсоне (1902---1979У; 2) как метод исследования, по которому изменения элемента системы должны рассматриваться в связи с изменениями всей системы. Нас интересуют именно концептуально -теоретические взгляды Т. Парсонса и его последователей.

Главной побудительной причиной всех научных усилий Парсонса была попытка найти и сформулировать принципы такой системы, которая бы­ла бы предельно абстрактной и на­столько всеобщей, что она никогда не могла бы устареть. Поэтому ключ ко всей концепции Т. Парсонса — кате­гория равновесия, ибо общество, по Парсонсу, может существовать и само­сохраняться только в равновесии. На­рушение равновесия означает дестаби­лизацию или гибель социальной сис­темы. Отсюда основная задача социологии -- дать рекомендации по стаби­лизации общества, т.е. по поддержанию равновесия.

Ни одна социальная система, будь то общество в целом, ка­кая-то производственная единица или отдельный индивид, не могут выжить, если не решены ее основные проблемы:

    приспособление к окружающей среде (адаптация);

    формулирование целей и мобилизация ресурсов для их достижения (целеполагание);

   поддержание внутреннего единства и упорядоченности, пресечение возможных отклонений (интеграция);

   обеспечение внутренней стабильности, равновесия, само­тождественности системы (латентностъ — поддержание образца).

На уровне общества в целом функцию адаптации осуществ­ляет экономика, функцию целеполагания — политика, функ­цию интеграции — право и культура, латентную функцию -институты социализации (семья, школа, церковь и т. д.).

Пытаясь ответить на вопрос, благодаря чему возможна со­вместная жизнь людей или общественный порядок, Т. Парсонс приходит к выводу, что связывают общество не экономические отношения, а то, что делает возможным само существование этих отношений, а именно: общность ценностей людей и взаим­ное соблюдение правил социального поведения, «правил игры». Так Парсонс выходит на одну из своих центральных категорий — категорию социального действия. Его специфика в отличие от физического и биологического действия заключается в

а)   символичности  (наличии таких механизмов регуляции действия, как язык, традиции, ценности и др.);

б) нормативности (что указывает на зависимость индивиду­ального поведения от принятых в данном обществе правил и норм);

в) волюнтаристичности (что проявляется в зависимости со­циального действия от субъективных «определений ситуации»).

Разрабатывая модель социального действия, Парсонс счита­ет, что ее основными составляющими элементами являются деятель, ситуация и ориентация деятеля на ситуацию.

Предполагается, что деятель (в этой роли может выступать как отдельный индивид, так и социальная группа) обладает ак­тивностью и способен проанализировать ситуацию, поставить перед собой цель (пусть не всегда реалистичную), определить способы и методы достижения этой цели. Ситуация — это раз­нообразные физические, культурные, социальные факторы, ко­торые актуальны для субъекта в данный момент и от которых зависит его действие. При этом партнеры по взаимодействию ориентированы на ожидания друг друга и стремятся получить одобрение со стороны значимых других.

Окончательно структуру социального действия определяют:

   система норм и ценностей, которая в общих чертах соот­носит цель с ситуацией, ограничивая выбор средств, за­давая диапазон, набор возможного и невозможного;

   принятие индивидуальных решений о путях достижения целей;

   существующие средства и условия.

Таким образом, формализованная модель системы социального действия включает четыре подсистемы: социальную, культур­ную, личностную, органическую. Социальная подсистема обес­печивает интеграцию действий множества индивидов. Культура содержит наиболее общие образцы действий, принципы выбора целей, ценностей, верований, знаний, т.е. смыслы, реализуе­мые в действии, и средства прочтения этих смыслов. Организм в этой схеме может рассматриваться как подсистема, обеспечи­вающая физическими и энергетическими ресурсами деятеля для взаимодействия со средой. Тем самым действие приобрета­ет упорядоченный характер и освобождается от внутренних противоречий.

Развитие общества носит, по Парсонсу, эволюционный ха­рактер и описывается с помощью категорий дифференциации (неизбежно возникающей и прогрессивно нарастающей неод­нородности внутри системы) и интеграции (росту целостности системы благодаря появлению и упрочению новых взаимодо­полняющих связей и координации между частями).

Парсонс различает три типа общества:

    примитивный, в котором дифференциация выражена не­значительно;

 промежуточный, связанный с появлением письменности, социального  расслоения,  выделения культуры в само­стоятельную область человеческой деятельности;

  современный, характерной чертой которого является отде­ление правовой системы от религиозной, формирование административной бюрократии, рыночной экономики и демократической избирательной системы.

Но концепция общественного развития в структурно-функциональном анализе недостаточно подробно проработана, поскольку Т. Парсонс считал, что «общая теория процессов изменения социальных систем невозможна при настоящем со­стоянии знаний».

4.

 Социология конфликта

В противовес структурно-функциональным теориям, ориен­тированным на социальное равновесие и рассматривающим конфликт односторонне, как дисфункцию, как помеху или уг­розу социальной системе, ряд современных исследователей (К. Миллс, Л. Козер, Р. Дарендорф и др.) видят в конфликте естественную и прогнозируемую составляющую социального организма (см. гл. 18).

Американский социолог Л. Козер определяет социальный конфликт как «борьбу за ценности или статусные привилегии, за власть и дефицитные ресурсы, в которой цели противостоя­щих сторон состоят не только в овладении ими, но и в нейтра­лизации или устранении своего соперника». Конфликт, по его мнению, - важнейший элемент социального взаимодействия, каждое общество, хотя бы потенциально, содержит конфликты.

В качестве основных функций социального конфликта вы­деляются:

   интеграция социальной структуры;

   сохранение солидарности внутри групп;

   укрепление межчеловеческих отношений;

   управление социальными изменениями.

В этом же русле развивает концепцию социального кон­фликта немецкий социолог Р. Дарендорф (р. 1929). Логика его рассуждений такова: социология занимается изучением поведе­ния людей в точке пересечения общества и отдельного челове­ка. При этом общество трактуется как любой вид социальной связи, от самой узкой (контактная группа) до самой широкой (человечество в целом). Основу взаимодействия в системе «индивид-общество» составляют нормы, которые задают роле­вое поведение. Понятие «социальная роль» — очень важное понятие в социологии Дарендорфа, поскольку в нем фокусирует­ся сразу несколько принципиальных моментов:

                 отдельному индивиду роль пред­писывается, задается, т.е. по от­ношению   к   нему   она   носит нормативно-принудительный ха­рактер.

Социальные роли суть принуж­дение отдельного человека, все равно, переживается ли оно им как оковы его частных желаний или как опора, дающая гарантии;

    и   на   уровне   индивида,   и   на уровне общества существует ие­рархия ролей;

    роль  — это  воплощение  власт­ных   отношений   на   поведенче­ском уровне.

Неравенство ролей, порождаемое социальным неравенством (а градации социального неравенства проводятся по самым различным параметрам, таким, как престиж, доход, уровень образования и т.д.), ведет к конфликту. Способами разрешения социального конфликта не могут быть ни его игнорирование, ни подавление. Конфликт вообще нельзя «разрешить», но на него можно воздействовать, его можно регулировать посредством переговоров, посредничества, арбитража и т.д.

Острота конфликта и оперативность его регулирования за­висят от типа социальной структуры, степени ее открытости. Чем более жестким и закрытым является общество, тем меньше возможностей для социальной мобильности (как вертикальной, так и горизонтальной), тем меньше, следовательно, вероят­ность конструктивного регулирования конфликта и тем выше потенциал социальной напряженности.

Таким образом, наиболее адекватной для регулирования со­циальных конфликтов формой общества является демократиче­ское, открытое, высокомобильное общество, в котором развер­тывание и протекание конфликтов предельно формализовано.

В последние 10—15 лет заметно усилился интерес к кон­цепции социального конфликта, особенно в США. Там интен­сивно развиваются новые подходы, учитывающие многомер­ность социальных отношений и многоуровневость полей кон­фликта.

5.

Феноменологическая социология

Феноменологическая социология (А. Шюц, П. Бергер, Т. Лук-манн) исходит из того положения, что восприятие мира и кон­кретных фактов зависит от того, как человек интерпретирует, определяет для себя те или иные события. Способ истолкова­ния ситуации, определение того, что возможно, допустимо, а что абсолютно исключено, зависит от системы ценностей ин­дивида, которую он усвоил в процессе социализации, от его жизненного опыта.

Австрийский социолог А. Шюц (1899—1959) подчеркивает, что разница ценностных и смысловых значений обусловлена спецификой социализации и зависит от принадлежности индиви­да к той или иной культуре, социальному слою, профессио­нальной группе. Социально нормированные «конструкции ми­ра» очень вариативны.

Возникает вопрос: возможно ли в таком случае объективное понимание мотивов человеческих действий, т.е. их субъектив­ного смысла? Если да, то на основе чего оно возникает? Воз­можность понимания, утверждает Шюц, заложена в самой ос­нове повседневной жизни, в «мире повседневности». Именно это позволяет решить главную, по мнению Шюца, задачу со­циологии — понять процесс становления объективности соци­альных явлений на основе субъективного опыта индивидов. Но социолог, создавая теоретическую модель жизненного мира, должен придерживаться следующих правил (Шюц называет их постулатами).

1. Постулат релевантности (представительности). Модель социального мира должна учитывать только те моменты, кото­рые фиксируют типичные связи и отношения исследуемого предмета, оставляя без внимания «избыточное» содержание, которое не связано непосредственно с изучаемой проблемой.

2.  Постулат адекватности. Социологическая модель и со­держащиеся в ней знания, мотивы, планы, действия должны быть выстроены таким образом, чтобы с точки зрения здравого смысла они тоже воспринимались как «разумные и понятные».

3.  Постулат логической последовательности. Понятия, кото­рыми пользуется социологическая наука, следует согласовывать друг с другом, и основанные на них высказывания не должны противоречить друг другу.

4.  Постулат согласования. Социолог не изобретает мир за­ново, он строит свою объяснительную модель таким образом, чтобы ее можно было эмпирически проверить.

Феноменологическая социология впервые рассматривает повседневность как основу и необходимую предпосылку иссле­дования в социальных науках и как тему, предмет этого иссле­дования.

6.

 Символический интеракционизм

Одним из наиболее интересных и продуктивных течений в современной западной социологии является символический интеракционизм. Его основатель, американский социолог и психолог Дж. Мид (1863—1931), вдохновленный идеями Ч. Дар­вина, пытается создать специальную теорию человеческой эволю­ции. Для этого необходимо в первую очередь решить фундамен­тальный вопрос: что отличает человека от животных и что де­лает его личностью? По Миду, специфика человека определя­ется отсутствием у него развитой системы инстинктов как ос­новных регуляторов поведения. Именно поэтому человек обла­дает способностью изобретать и применять символы, что явля­ется основой сознательного приспособления к окружающей среде, сознательного поведения и самонаблюдения.

Главная характеристика человеческого действия, по Миду, — использование символов. Мид различает две формы или две ступени социального действия: общение при помощи жестов и символически опосредованное общение.

Общение посредством жестов представляет собой как бы со­кращенную, свернутую схему действия, когда по отдельному жесту (движению) можно восстановить действие в целом. Та­кого рода жесты, берущие на себя функцию координации пове­дения, представляют собой прообраз языка.

Символически опосредованное взаимодействие, т.е. в первую очередь взаимодействие с помощью языка, характеризуется тем, что а) порождает примерно одинаковые реакции при об­щении с любым индивидом; б) позволяет ставить себя на место другого; в) позволяет видеть себя глазами другого человека.

Возникновение символически опосредованного взаимодей­ствия Мид объясняет функционально — необходимостью коор­динировать поведение людей, так как у них нет надежных ин­стинктов, и антропологически — способностью человека к соз­данию и использованию символов.

Значимые символы могут выполнять свою координирующую функцию только в том случае, если они являются достоянием группы. Понятия «мать», «отец», «хорошо», «плохо» и т.д. в своем звучании и специфическом значении являются достояни­ем группы, откуда отдельный индивид эти значения и черпает. Человек становится членом общества по мере того, как усваи­вает образцы и нормы группового действия.

Понятие «значимый символ» относится прежде всего к язы­ку. Мид отмечает, что на самом деле партнеры по общению никогда не говорят на совершенно одинаковом языке. Вследст­вие этого часто возникают ситуации недопонимания или оши­бочного понимания, что приводит к нарушению взаимодейст­вия. Эти нарушения (искажения) могут быть исправлены с по­мощью метакоммуникации, т.е. такого общения, в процессе ко­торого партнеры сравнивают смысл употребляемых ими поня­тий и вырабатывают общую систему значений. Отсюда вытека­ет, что

   человек осуществляет деятельность в отношении объек­тов на основании тех значений, которые он им придает;

    сами значения есть продукт социального взаимодействия;

    значения возникают и изменяются посредством их ин­терпретации, переопределения.

Общество, по Миду, — это сумма лиц, с которыми индивид поддерживает отношения взаимодействия и чьи позиции, чье отношение являются для него основой самопонимания и пла­нирования собственных поступков. Возникновение общества Мид объясняет в конечном счете физиологическими причина­ми — необходимостью удовлетворения определенных потреб­ностей, прежде всего потребностей в питании и продолжении жизни. Но даже в удовлетворении физиологических потребно­стей индивид «завязан» на других людей.

Описывая реальное и идеальное общества, Мид рассматри­вает их через призму широты и качества взаимодействия. Иде­альное общество характеризуется всеобщностью норм и вовле-ченостью в процесс коммуникации всего человечества. Предпо­сылки возникновения идеального общества он видит в расши­рении мирохозяйственных связей, политических союзах госу­дарств, универсализации религий. При этом Мид подчеркивает конструктивную роль социальных конфликтов, в том числе конфликта между трудом и капиталом: в ходе этого конфликта подает голос угнетенный, лишенный слова, еще не признан­ный обществом и борющийся за свое признание класс. Таким образом, расширяется круг социальных субъектов, вовлеченных в коммуникацию, и результатом этого нового диалога может стать реорганизация общества.

Последователи Мида само социологическое исследование понимают как коммуникативный процесс, цель которого со­стоит не в создании теоретических конструкций для объясне­ния реальности, а в воссоздании, в «реконструировании» наме­рений и стратегий действующих индивидов на основе метода понимания.

7.

 Теория действия

Социологическая теория действия (или теория обмена) обя­зана своим возникновением американскому исследователю Дж. Хомансу (1910—1989). Он видит задачу эмпирической соци­альной науки в описании и объяснении связи между явления­ми. Таким образом, первый шаг — это описание. Оно возможно благодаря наблюдению, точнее, благодаря обобщению наблюдаемых связей и отношений. Такие обобщения, указывающие на предполагаемые закономерности, называют гипотезами. Второй шаг — объяснение. Чтобы объяснить эмпирические за­кономерности, необходима теория. И Хоманс пытается дока­зать, что в социологии в конечном счете возможен только один тип объяснения, а именно психологический. Поэтому централь­ной категорией его социологии является категория социального действия. Понять закономерности социального действия — значит решить главную задачу социологии.

Социальное действие, по Хомансу, — это процесс обмена, который строится по принципу рациональности: его участники стремятся получить наибольшую выгоду и миними­зировать свои затраты. Для объяснения механизма социального действия Хоманс предлагает использовать пять основных гипотез.

1.  Гипотеза успеха гласит: если при совершении определен­ного действия человек получает награду, он стремится это дей­ствие повторить. Чем чаще действие вознаграждается, тем с большей  вероятностью человек воспроизводит это действие. Соответственно,  действия,   которые  не  вознаграждаются,  не имеют тенденции к повторению. Если ранее вознаграждаемое действие при повторении не вознаграждается, то оно больше не воспроизводится. В этом случае говорят, что способ поведе­ния «гасится».

Гипотезу успеха Хоманс дополняет введением еще одной переменной - регулярности получения вознаграждения. Если какое-либо действие вознаграждается регулярно, через опреде­ленные промежутки времени, то тенденция к повторению этого действия слабее, нежели в том случае, когда вознаграждение нерегулярно.

2.  Гипотеза стимула основывается на том, что деятельность человека разворачивается не в пустом пространстве, а в кон­кретных ситуациях. Характеристики ситуации: обстановку, вре­мя,   т.е.   «сопутствующие   обстоятельства»,   Хоманс   называет стимулами. Гипотезу стимула можно сформулировать следую­щим  образом:  если  в  определенной  ситуации  определенное действие было успешным, то в будущем в похожей ситуации, в аналогичной обстановке человек будет вести себя сходным об­разом. Гипотеза стимула основана на способности человека к обобщению (генерализации), что означает: однажды усвоенное поведение применяется в сходных ситуациях.

3.  Гипотеза ценности состоит в том, что не все награды, не все результаты действия имеют для человека одинаковое значе­ние. Отсюда чем ценнее вознаграждение, тем выше вероят­ность соответствующего действия. Гипотеза ценности, сформу­лированная подобным образом, верна лишь отчасти, поскольку «измерение ценности» зависит от степени вероятности успеха. Люди довольно часто предпочитают получать меньшее, но на­дежное вознаграждение будет большим, если шансы получить его кажутся им слишком малыми. Соответственно, чем строже наказание, тем меньше вероятность действия.

4.  Гипотеза голодания насыщения: человек нуждается в поощрениях и наградах, однако чем чаще он в недавнем про­шлом получал определенные вознаграждения, тем быстрее у него развивается привыкание к ним (насыщение) и тем менее ценным будет для него каждое последующее такое вознаграж­дение.

5.  Гипотеза фрустрации -- агрессии пытается как бы сгла­дить холодную рациональность и расчетливость первых четырех положений и отдает дань роли эмоций в человеческом дейст­вии. По Хомансу, если личность не получает в результате сво­его действия ожидаемой награды или неожиданным образом «штрафуется», наказывается, то она возмущается, негодует, и в состоянии негодования наибольшей ценностью для нее стано­вится само агрессивное поведение.

С помощью этих пяти правил Хоманс пытается объяснить все социальные процессы: социальную стратификацию, поли­тическую борьбу и пр. Однако психологическое объяснение оказывается явно недостаточным при рассмотрении явлений макроуровня, и с этими трудностями сталкивается сам Хоманс.

Общее место всей западной социологической мысли 80-х — 90-х годов — идея переломного характера современной эпохи и формулировка задачи создания новой социологической теории, которая была бы способна объяснить происходящие глобаль­ные перемены в мире и спрогнозировать их течение.
.

Тема 6: «Теория социальной структуры общества»
План лекции:

1. Социальная структура общества и ее элементы. Социальные отношения и типы социальных структур.

2. Социальная мобильность. Проблема гражданского общества.

3. Актуальные проблемы развития социальной структуры современного общества.

Рекомендуемая литература:

1. Социология: Учебник для студентов высших учебных заведений/ Под ред. проф. В.Н. Лавриненко; 2-е изд. – М.: ЮНИТИ-ДАНА, 2000.

2. Кравченко А.И. Социология для экономистов: учебное пособие для вузов. – М.: ЮНИТИ, 2000.

3.  Радаев В.В. Экономическая социология. – М.: Аспект-Пресс, 2000.

4.  Учебный социологический словарь/ Под ред. С.А. Кравченко. – М.: Экзамен. 1999.
1.

 Социальная структура общества и ее элементы

Любое общество предстает не как нечто однородное и мо­нолитное, а как внутренне расчлененное на различные соци­альные группы, слои и национальные общности. Все они нахо­дятся между собой в состоянии объективно обусловленных свя­зей и отношений - социально-экономических, политических, духовных. Более того, только в рамках этих связей и отноше­ний они и могут существовать, проявлять себя в обществе. Это обусловливает целостность общества, его функционирование как единого социального организма, суть которого раскрывали в своих теориях О. Конт, Г. Спенсер, К. Маркс, М. Вебер, Т. Парсонс, Р. Дарендорф и другие социологи. Можно сказать, что социальная структура общества представляет собой сово­купность тех связей и отношений, в которые вступают между собой социальные группы и общности людей по поводу эко­номических, социальных, политических и духовных условий их жизнедеятельности.

В основе развития социальной структуры общества лежат общественное разделение труда и отношения собственности на средства производства и его продукты.

Общественное разделение труда обусловливает появление и дальнейшее существование таких социальных групп, как клас­сы, профессиональные группы, а также большие группы, со­стоящие из людей города и деревни, представителей умствен­ного и физического труда.

Отношения собственности на средства производства эконо­мически закрепляют эту внутреннюю расчлененность общества и складывающуюся внутри него социальную структуру. Как общественное разделение труда, так и отношения собственно­сти являются объективными социально-экономическими пред­посылками развития социальной структуры общества.

На большую роль разделения труда в жизни общества, в по­явлении разнообразных видов деятельности людей, развитии материального производства и духовной культуры обоснованно указывали в свое время О. Конт и Э. Дюркгейм, русские мыс­лители М.И. Туган-Барановский, М.М. Ковалевский, П.А. Со­рокин и др. Развернутое учение о роли общественного разделе­ния труда в историческом процессе, в том числе в развитии со­циальной структуры общества, содержится в социально-экономической теории марксизма, которая раскрывает также роль отношений собственности в этом процессе.

К основным элементам социальной структуры общества мож­но отнести:

   классы, которые занимают различное место в системах общественного разделения труда, отношений собствен­ности на средства производства и распределения общест­венного продукта. С таким их пониманием согласны со­циологи разных направлений;

   жителей города и деревни;

    представителей умственного и физического труда;

    сословия;

• социально-демографические группы (молодежь, женщи­ны и мужчины, старшее поколение);

    национальные общности (нации, народности, этнические группы).

Почти все элементы социальной структуры неоднородны по составу и в свою очередь делятся на отдельные слои и группы, предстающие гак самостоятельные элементы социальной структу­ры с присущими им интересами, которые они реализуют во взаимодействии с другими субъектами.

Так что социальная структура в любом обществе достаточно сложна и является предметом внимания не только социологов, но и представителей такой науки, как социальное управление, а также политиков и государственных деятелей. Важно понять, что без уяснения социальной структуры общества, без четкого представления о том, какие социальные группы внутри него существуют и каковы их интересы, т.е. в каком направлении они будут действовать, нельзя сделать ни шагу вперед в руко­водстве обществом, в том числе в области экономики, соци­альной, политической и духовной жизни.

Таково значение проблемы социальной структуры общества. К ее решению необходимо подходить на основе глубокого по­нимания социальной диалектики, научного обобщения истори­ческих и современных данных общественной практики.

 Социальные отношения и типы социальных структур

Социальные отношения Взаимосвязь существующих в обществе социальных групп и общностей людей отнюдь не статическая, а скорее динамическая, она проявляется во взаимодействии людей по поводу удовлетворения их потребностей и реализации интересов. Это взаимодействие харак­теризуется двумя основными факторами: 1) самой деятельностью каждого из субъектов общества, направляемой определенными побуждениями; 2) теми общественными отношениями, в которые вступают со­циальные субъекты ради удовлетворения своих потребностей и интересов.

Речь идет об общественных отношениях как стороне функ­ционирования социальной структуры. И эти отношения весьма разнообразны. В широком смысле все общественные отноше­ния можно назвать социальными, т.е. присущими обществу.

В узком смысле социальные отношения выступают как специфические отношения, существующие наряду с экономическими, политическими и другими. Они складываются между субъектами, в том числе между социальными группами, по поводу удовлетворе­ния их потребностей в соответствующих условиях труда, мате­риальных благах, улучшении быта и досуга, получении образо­вания и доступа к предметам духовной культуры, а также в ме­дицинском обслуживании и социальном обеспечении. Речь идет об удовлетворении потребностей в области так называемой социальной сферы жизнедеятельности людей, по­требностей воспроизводства и развития их жизненных сил и их социального самоутверждения, заключающегося, в частности, в обеспечении основных условий их существования и развития в обществе.

Важнейшей стороной функционирования социальной сфе­ры жизни общества является совершенствование возникающих здесь социальных отношений между людьми.

 Типы социальных  структур В зависимости от уровня развития разделения труда и социально-экономических отношений   исторически   складывались   различные типы социальных структур.

Так, социальную структуру рабовладельческого общества со­ставляли классы рабов и рабовладельцев, а также ремесленни­ки, торговцы, землевладельцы, свободные крестьяне, предста­вители умственной деятельности — ученые, философы, поэты, жрецы, учителя, врачи и т.д. Достаточно вспомнить яркие сви­детельства развития научной мысли и духовной культуры Древ­ней Греции и Древнего Рима, ряда стран Древнего Востока, чтобы убедиться, насколько велика роль интеллигенции в раз­витии народов этих стран. Это подтверждают и высокий уро­вень развития политической жизни в античном мире, и знаме­нитое римское частное право.

Представляют интерес свидетельства о профессиях и видах деятельности внутри рабовладельческого хозяйства в одной из стран Средиземноморья:

Помимо рабов, занятых на работах в имениях, были управите­ли, казначеи, садовники, повара, пекари, кондитеры, заведующие парадной и обычной утварью, одеждой, спальники, цирюльники, носильщики, банщики, массажисты, сукновалы, красильщики, ткачихи, швеи, сапожники, плотники, кузнецы, музыканты, чте­цы, певцы, писари, врачи, повивальные бабки, строители, худож­ники, многочисленные слуги без особых профессий.

Эта во многом типичная картина красноречиво свидетель­ствует об уровне разделения и специализации труда в древних рабовладельческих обществах, об их профессиональной и соци­альной структурах.

Социальная структура феодального общества хорошо про­сматривается в развитии европейских стран докапиталистиче­ской эпохи. Она представляла собой взаимосвязь основных классов — феодалов и крепостных крестьян, а также сословий и различных групп интеллигенции. Указанные классы, где бы они ни возникали, различаются между собой по их месту в сис­теме общественного разделения труда и социально-экономи­ческих отношений.

Особое место в ней занимают сословия. В отечественной со­циологии сословиям уделено мало внимания. Остановимся на этом вопросе немного подробнее.

Сословия — это социальные группы, место которых в об­ществе определяется не только их положением в системе соци­ально-экономических отношений, но также сложившимися традициями и правовыми актами. Этим определялись права, обязанности и привилегии таких сословий, как светские феодалы и духовенство. Во Франции, давшей классический образец деления феодального общества по сословиям, наряду с двумя указанными сословиями правя­щего класса существовало непривилегированное третье сосло­вие, в которое входили крестьяне, ремесленники, купцы, пред­ставители зарождающихся буржуазии и пролетариата. Подоб­ные сословия существовали и в других странах.

В России существовали такие сословия, как дворянство, ду­ховенство, крестьянство, купечество, мещанство. Ведущее из этих сословий — дворянство, о котором ныне много говорят и пишут, появилось в XIIXIII вв. как часть феодального воен­но-служивого сословия (дворовые люди), находившегося на во­енной службе у русских князей. С XIV в. эти дворовые люди (дворянство) стали получать за свою службу земли - поместья. В XVII в. дворянство составляло основную массу российских феодалов, в интересах которых было оформлено крепостное право, утвержденное Соборным Уложением 1649 г. в царство­вание Алексея Михайловича — отца Петра I. Много для дворянского сословия сделала Екатерина II. Ее велением в 1775 г. привилегии дворянства были закреплены так называемой Жалованной Грамотой. В этом же году был утвер­жден орган дворянского сословного самоуправления — дворян­ское собрание, просуществовавшее до 1917 г. Дворянские соб­рания собирались раз в три года и решали насущные вопросы жизни этого сословия. Существовали губернские и уездные дворянские собрания, на которых избирались предводители дворянства, исправники и другие чиновники, которые занима­лись делами дворянства.

После реформы 1861 г. позиции дворянства существенно ослабли, однако оно оставалось главной опорой царской вла­сти. Чтобы решать свои экономические проблемы в условиях становления буржуазного общества, дворянство имело свой Дворянский банк, который выдавал льготные ссуды дворянам под залог земли. С 1885 г. он назывался Дворянским земель­ным банком. Дворянство и его землевладения были ликвидиро­ваны в ходе Октябрьской революции 1917 г. В настоящее вре­мя русское дворянское сословие делает попытки возродиться.

Суть таких сословий, как духовенство, крестьянство и купе­чество, более или менее ясна широкому кругу наших людей. Что касается мещанского сословия, то оно появилось в 1775 г. на основании указа Екатерины II. Его составляли бывшие по­садские люди -  ремесленники, мелкие торговцы и домовла­дельцы. Указ разделял торгово-промышленное население на купеческое и мещанское сословия. Мещане объединялись по месту жительства в общины с правом самоуправления.

На поздних этапах развития феодального общества появи­лись буржуазия и пролетариат.

Сложную социальную структуру имеет капиталистическое общество, особенно современное. В рамках его социальной структуры взаимодействуют прежде всего различные группы буржуазии, так называемого среднего класса и рабочих. Нали­чие этих классов в целом признается всеми более или менее серьезными социологами, политиками и государственными деятелями капиталистических стран, хотя некоторые из них де­лают различного рода оговорки, касающиеся понимания клас­сов, размывания границ между ними и т.д.

Особенно много говорится о среднем классе буржуазного общества. Характеризуется он весьма своеобразно

Известно, какую остроту приобрели в настоящее время на­циональные отношения. В условиях обновления общества каж­дая нация и народность стремятся осуществить свои экономи­ческие, политические и духовные интересы.

К анализу социальной структуры общества можно подойти еще с одной стороны. Речь идет о выделении в ней больших и малых социальных групп, во-первых, складывающихся объек­тивно, т.е. в конечном счете независимо от сознания и воли людей, во-вторых, формирующихся в ходе сознательной и ор­ганизующей деятельности самих участников исторического процесса.

К первым можно отнести охарактеризованные выше соци­альные группы, в том числе классы, сословия, профессиональ­ные, демографические, а также национальные общности; ко вторым — политические партии, профсоюзные и молодежные организации, научные общества, клубы по интересам и даже группы друзей.

Среди этих социальных групп и организаций можно выде­лить формальные и неформальные организации. Формальные организации действуют чаще на основе принятых ими уставов и программ (скажем, политические партии), имеют свои посто­янно действующие координирующие и руководящие органы. В неформальных организациях все это отсутствует, и их действия осуществляются главным образом на основе личных контактов, путем организации собраний, конференций, митингов, массо­вых движений. Они создаются для достижения вполне опреде­ленных целей — текущих и долговременных.

В западной социологии особо выделяются функциональные группы, объединяющиеся в зависимости от выполняемых ими функций и социальных ролей. Это профессиональные группы, занятые в сфере политической, экономической и духовной дея­тельности, группы людей разной квалификации, группы, зани­мающие различное социальное положение — предприниматели, рабочие, служащие, представители интеллигенции, наконец, группы городских и сельских жителей, а также социально-демографические группы. Начало серьезному социологическому изучению функциональной деятельности различных социальных групп положил в свое время Э. Дюркгейм, затем оно было продол­жено в работах его последователей в европейских странах и в США. Особо следует отметить работы американских социологов Т. Парсонса, Р. Мертона и других представителей структурно-функционального анализа в современной социологии.

Усилия многих социологов направлены на изучение так на­зываемых малых групп. Они образуются на основе появления более или менее постоянных и тесных контактов между не­сколькими людьми или же вследствие распада какой-либо большой социальной группы. Нередко оба эти процесса проис­ходят одновременно. Бывает, что целый ряд малых групп появ­ляются и действуют в рамках какой-то большой социальной группы.

Количество людей в малых группах колеблется от двух до десяти, редко больше. Социологи называют оптимальные раз­меры малых групп: семь человек плюс-минус два. В такой группе лучше сохраняются социально-психологические контак­ты входящих в нее людей, нередко касающиеся существенных моментов их жизни и деятельности. Малую группу может со­ставлять группа друзей, знакомых либо группа людей, связан­ных профессиональными интересами, работающих на заводе, в научном учреждении, в театре и т.д. Выполняя производствен­ные функции, они в то же время устанавливают между собой межличностные контакты, отличающиеся психологической гармонией и общей заинтересованностью в чем-либо.

Такие группы могут играть большую роль в формировании ценностных ориентации, в определении направленности пове­дения и деятельности их представителей. Их роль в этом может быть более значительной, чем роль больших социальных групп или средств массовой информации. Тем самым они составляют специфическую социальную среду, воздействующую на лич­ность, которую социология не должна обходить своим внима­нием. Изучая взаимодействия людей в малых группах, социолог обнаруживает многие подлинные мотивы их поведения и дея­тельности.

Большую роль в изучении малых групп сыграли американ­ские социологи Ч. Кули, Э. Мейо, Дж. Хоманс, Дж. Морено и др. Выдающийся русский педагог Л. С. Макаренко подчеркивал важную роль малых групп подростков и юношей в воспитании их сверстников. В последние годы к анализу малых групп все чаще обращаются отечественные социологи.

2.

Социальная мобильность

Характерным разделом теории социальной структуры обще­ства является проблема социальной мобильности. Речь идет о пе­реходе людей из одних социальных групп и слоев (страт)1 в другие, например из городского слоя в сельский, и наоборот. На социальную мобильность населения влияют такие обстоя­тельства, как изменение условий жизни в городе или сельской местности, получение людьми новых профессий или изменение вида деятельности (скажем, предприниматель целиком посвя­тил себя политике). Все это представляет собой важный момент функционирования социальной структуры общества.

К числу причин, усиливающих социальную мобильность, от­носится изменение общественного мнения в отношении престиж­ности тех или иных профессий и вследствие этого изменение профессиональных интересов у различных групп людей. Напри­мер, большее число людей проявляют интерес к предпринима­тельской, политической и научной деятельности и гораздо меньшее — к занятию сельским хозяйством. Так в настоящее время обстоит дело во многих странах, в том числе и в России.

Интерес к характеру и содержанию труда и условиям жизни может изменяться от поколения к поколению, а может, и это происходит все чаще, у людей одного поколения. В результате интенсивнее идет процесс перехода людей из одного профес­сионального и социального слоя в другой.

Изучение социальной мобильности важно не только для ученых, но и для государственных деятелей. Необходимо пол­нее представлять себе реальную картину социальных переме­щений, знать их причины и основные направления, чтобы в нужных для общества пределах контролировать эти процессы, сознательно воздействуя на них в интересах сохранения не только необходимой социальной динамики, но и стабильности общества и улучшения жизни людей.

 Проблема гражданского общества

Проблемы социальной структуры и социальной мобильно­сти самым непосредственным образом связаны с проблемой гражданского общества. Эта проблема была поставлена евро­пейскими мыслителями XVIII в., а позднее глубоко разработана Гегелем. Он различал понятия гражданского общества и госу­дарства, характеризовал гражданское общество как относитель­но не зависимую от государства сферу реализации частных по­требностей и интересов.

Гражданское общество выступает, по Гегелю, как взаимо­действие субъектов данных потребностей и интересов, осуще­ствляющееся на основе частной собственности и всеобщего формального равенства людей. Другими словами, гражданское общество трактовалось как система общественных отношений, опирающихся на частную собственность и право. Речь шла о формировании буржуазного общества, в котором институты ча­стной собственности и права получили большой простор для своего развития.

На первый план вышла проблема человека и гражданина как носителя отношений частной собственности, гражданских прав и свобод. «Собственность и личность, — писал Гегель в разделе «Гражданское общество», — обладают в гражданском обществе признанием закона и значимостью», а право должно выступать как общезначимое. Идея общезначимости права есть по сути идея правового государства. Гегель имел в виду опять же буржуазное государство, развивающееся на основе всестороннего проявления частной собственности на средства производства и его продукты, которая защищается законом, всей системой права.

В качестве основных элементов гражданского общества Ге­гель называл: 1) системы социальных потребностей и их субъ­ектов; 2) отправление правосудия; 3) полицию и корпорации, добивающихся практического осуществления законов и актов правосудия.

Чьи интересы прежде всего реализуются в гражданском об­ществе? Отвечая на этот вопрос, Гегель писал, что речь идет прежде всего об интересах личности, каждая из которых равна перед законом, а также об интересах основных, по его мнению, сословий: земледельцев, к которым он относил дворян и кре­стьян; промышленного сословия — фабрикантов, ремесленни­ков, торговцев; так называемого всеобщего сословия — чинов­ников. Последние охраняют всеобщие интересы всех сословий, интересы общества.

Как видно, Гегель четко ставит и решает вопрос о взаимо­связи социально-экономической и правовой сфер гражданского общества, о взаимодействии субъектов социальных потребно­стей и интересов, частной собственности и права. Все это очень важно для понимания проблемы гражданского общества и для практического решения данной проблемы в современных условиях.

О гражданском обществе писал К. Маркс, считая, что граж­данское общество является областью общественных отноше­ний, которая составляет основное содержание исторического процесса. Вместе о тем он писал, что «анатомию гражданского общества следует искать в политической экономии». Это не случайно, ибо, по логике марксизма, основополагающей сфе­рой жизни общества, определяющей все остальные сферы и испытывающей в свою очередь их влияние на себе, является сфера социально-экономических отношений людей, которая как раз и составляет основное звено развития гражданского общества.

Осмысливая идею гражданского общества и беря на воору­жение то, что оставлено нам предшествующими мыслителями в области теории данного вопроса, необходимо учитывать совре­менные реалии и нынешнее состояние разработки этой про­блемы. Видимо, было бы правильно рассматривать гражданское общество как взаимодействие всех имеющихся в обществе больших и малых социальных групп, в том числе классов и составляющих их социальных групп, профессио­нальных и демографических групп, а также национальных общностей.

Следует учитывать деятельность и соответственно интересы как объективно возникающих социальных групп и слоев общества, так и тех функциональных групп и организаций, которые создаются самими людьми для реализации их политических, экономических, социальных и духовных интересов.

Разумеется, функционирование всех этих групп имеет свою экономическую, политическую и духовную основы. Экономиче­ская основа, конечно же, не сводится к отношениям частной соб­ственности, а включает в себя также корпоративную, акционер­ную собственность, коллективную собственность кооперативов и общественных организаций, а также государственную собствен­ность в тех областях экономики, где ее сохранение целесообразно и необходимо.

Все перечисленные формы собственности на средства про­изводства (и не только на них) функционируют в современных капиталистических и социалистических странах. Задача состоит в том, чтобы на этой экономической основе развивать и со­вершенствовать гражданское общество, в котором каждый гра­жданин мог бы свободно и творчески проявить себя, удовле­творить свои потребности в соответствии с той пользой, кото­рую он приносит другим людям и всему обществу. Причем лю­бой человек в реализации своих прав должен быть всесторонне защищен действующими законами и правоохранительными органами. Государство должно служить всем людям, защищать их права и гражданские свободы. В свою очередь каждый граж­данин должен выполнять свои обязанности перед другими гра­жданами — близкими и далекими, государством и обществом. При такой постановке вопроса проблема совершенствования гра­жданского общества органически увязывается с проблемой созда­ния и совершенствования деятельности правового государства. Обе эти проблемы должно решать наше общество.

3.

 Актуальные проблемы развития социальной структуры современного общества

Имеется в виду постановка этих проблем применительно к развитию социальной структуры России. До недавнего времени социальный состав СССР и всех входящих в него республик был представлен главным образом рабочим классом, крестьян­ством и интеллигенцией. Во всех республиках рабочий класс составлял большинство населения. Второй по численности со­циальной группой была, как правило, группа служащих и ин­теллигенции.

Насколько оптимальной была такая социальная структура населения, судить непросто. Во всяком случае она не обеспе­чивала должной динамики развития общества. Развивающиеся ныне новые социальные группы добавляют обществу дина­мизм, хотя направления их социальной активности иногда рас­ходятся с интересами других социальных групп и общества. Целесообразность обогащения социальной структуры общества за счет появления новых социальных групп, прежде всего предпринимателей, фермеров, кооператоров сомнений не вы­зывает. Но необходимо обогатить и активизировать деятель­ность давно существующих социальных групп, прежде всего рабочих, крестьянства и интеллигенции. Сегодня это — фунда­ментальная социально-экономическая проблема развития Рос­сии, да и других государств, входящих ранее в СССР.

Из числа новых социальных групп следует отметить новые категории кооператоров, фермеров и представителей индивиду­альной трудовой деятельности в городах и сельской местности. Но прежде всего следует упомянуть предпринимателей, заня­тых в сфере промышленного, больше финансового и посредни­ческого бизнеса, а также собственников совместных предпри­ятий. Эти социальные группы ныне активно действуют в Рос­сии. Идущие процессы разгосударствления собственности и ее приватизации умножают количество коллективных и частных собственников, больше всего в области торговли, услуг и по­среднической деятельности.

Все это существенно меняет социальную структуру совре­менного российского общества и активизирует процессы соци­альной мобильности населения. Правда, пока что названные выше новые социальные группы общества немногочисленны и влияние многих из них на развитие экономики слабое. Мизер­ным является вклад в экономику отечественных бизнесменов. То же можно сказать и о фермерах. Тем не менее новые формы хозяйственной и предпринимательской деятельности развива­ются. А это приведет к росту численности соответствующих социальных групп и, следовательно, к дальнейшим изменениям социальной структуры общества. Это же, видимо, произойдет и в других республиках бывшего СССР — ныне суверенных и не­зависимых государствах.

Можно отметить две основные тенденции в развитии соци­альной структуры современного общества: 1) активный процесс социальной дифференциации общества, появление новых со­циальных групп и слоев населения; 2) идущие во всем мире процессы интеграции в экономике, что неизбежно сказывается и на социальной структуре общества. Сближаются условия тру­да, его характер и содержание у представителей различных со­циальных групп. Следовательно, сближаются условия их жизни и структура интересов. Все это ведет к их социально-экономичес­кой, а нередко духовной и политической консолидации.

В своей социальной политике государственные деятели должны учитывать обе тенденции, которые органически взаи­мосвязаны и диалектически взаимодействуют между собой. Это необходимо для осознанного воздействия на развитие социаль­ной структуры и социальной динамики в обществе и в какой-то мере для научного управления этими процессами.

Социальная политика -  это политика, направленная на регулирование отношений между всеми социальными группами общества. Главное здесь — повышение материального благо­состояния всех социальных групп и слоев населения, обеспече­ние нормальных условий их жизнедеятельности и соблюдение при этом социальной справедливости. Решение данных про­блем составляет основное содержание социальной политики.

Разумеется, у представителей государства, политических партий и движений могут быть и бывают различия в понима­нии этих проблем и способах их решения. Однако основная и наиболее глубокая цель подлинно демократической социальной политики заключается в гармонизации отношений между всеми социальными группами. Мудрость социальной политики стоя­щих у власти политических сил должна заключаться в том, что­бы создать такие условия жизнедеятельности социальных групп, при которых их интересы были бы максимально согла­сованы, разработать и внедрить в социально-экономические и политические отношения оптимальный механизм согласования данных интересов. При этом необходимо учитывать действие объективных социальных законов и конкретных условий разви­тия общества в то или иное время.
.

Тема 7: «Этническая социология»
План лекции:

1. Этническая общность. Этнос. Народ. Нация.

2. Национально-этнические отношения.

3. Национальный вопрос в современных условиях.

Рекомендуемая литература:

1. Социология: Учебник для студентов высших учебных заведений/ Под ред. проф. В.Н. Лавриненко; 2-е изд. – М.: ЮНИТИ-ДАНА, 2000.

2. Кравченко А.И. Социология для экономистов: учебное пособие для вузов. – М.: ЮНИТИ, 2000.

3.  Радаев В.В. Экономическая социология. – М.: Аспект-Пресс, 2000.

4.  Учебный социологический словарь/ Под ред. С.А. Кравченко. – М.: Экзамен. 1999.
1.

Этническая общность. Этнос. Народ. Нация

Этническая общность — это группа людей, которые связаны между собой общим происхождением и длительным совмест­ным существованием. В процессе долгой совместной жизнедеятельности людей в рамках каждой группы вырабатывались общие и устойчивые признаки, отличающие одну группу от другой. К числу таких признаков относятся язык, особенности бытовой культуры, складывающиеся обычаи и традиции того или иного народа или этноса (в различных языках и в научной литературе терми­ны «народ» и «этнос» употребляются как синонимы). Эти при­знаки воспроизводятся в этническом самосознании народа, в ко­тором он осознает свое единство, прежде всего — общ­ность своего происхождения и тем самым свое этническое родство.

В то же время он отличает себя от других народов, которым свойственны свое происхождение, свой язык и своя культура. Этническое самосознание народа рано или поздно проявляется во всем его самосознании, в котором фиксируются его происхождение,   унаследованные  традиции,   понимание   им   своего места среди других народов.

 Типы этнических общностей

К наиболее древним этническим общностям относятся племена, жизнь и деятельность которых были основаны на родовых и социальных связях. Каждое племя обладало признаками этни­ческой общности: они отличались друг от друга своим проис­хождением, языком, сложившимися обычаями и традициями, материальной и духовной культурой — от примитивной до от­носительно высокоразвитой. У каждого племени формирова­лось свое этническое самосознание. Оно обладало этнонимом (названием). Племена - это форма организации первобытно­общинного строя, который в различные исторические эпохи существовал на разных континентах земли. Существуют они и в настоящее время в некоторых частях азиатского, американ­ского, африканского и австралийского континентов.

С разложением первобытно-общинного строя распадались и племена. С переходом к цивилизации, при которой на первый план вышли не родовые, а социальные связи между людьми, племя уступило место другому типу этнической общ­ности, — народу. Все народы как этнические общности на ста­дии цивилизации (будь то народы Древней Греции и Древнего Рима, Египта, Индии или Китая, а в более поздние периоды — народы Франции, Германии или России) всегда отличались и от­личаются поныне своими особыми социально-этническими призна­ками, в том числе особенностями своего происхождения, языка, культуры, этнического самосознания и т. д.

В отличие от племен народы достигали в эпоху цивилизации несравненно большей социально-этнической консолидации и более высокого (на несколько порядков, как фиксируют этно­графы, историки, лингвисты и другие специалисты) развития своего языка, материальной и духовной культуры. Именно в это время начали складываться национальные характеры мно­гих народов, что нашло свое выражение в их национальном сознании и самосознании. Другими словами, племена смени­лись формирующимися древними народами -  нациями, дос­тигшими своего расцвета в последующие исторические эпохи.

Формирование наций, начавшееся с разложения родоплеменного строя, завершилось с развитием машинного производ­ства и капиталистического рынка, связавшего все районы и области той или иной страны в единый экономический организм. Интенсификация экономического общения неизбежно активи­зировала политическое и культурное общение людей, что вело к консолидации их как наций, расцвету культуры и националь­ного характера.

Такой подход несколько расходится с тем подходом к про­блеме развития исторических общностей людей, согласно кото­рому первобытно-общинные племена развивались в народно­сти, а последние — в нации. При этом народности и нации на­делялись по сути одними и теми же признаками, а различались между собой по степени развития данных признаков, подчер­кивалось, что со временем народности становятся нациями.

Подобный, как выяснилось, во многом искусственный кри­терий разграничения наций и народностей не получил сколько-нибудь доказательного научного обоснования. Остается неяс­ным, какую этническую общность, будь то, например, киргизы, чеченцы, якуты, можно считать нацией, а какую - народно­стью и как определить момент перерастания народности в нацию.

Один из известных отечественных этнографов М.В. Крюков не­безосновательно утверждает, что, например, Ленин употреблял термины «нация», «национальность», «народность», «народ» в ка­честве синонимов и что противопоставление наций и народностей было введено Сталиным в 1921 г. в тезисах «Об очередных зада­чах партии в национальном вопросе». По мнению Крюкова, это было «теоретически несостоятельным и практически вред­ным», ибо искусственно порождало новые межэтнические про­тиворечия, связанные с тем, что не все этнические общности считали справедливым произвольное отнесение одних из них к нациям, а других — к народностям. Как и многие другие эт­нографы, Крюков еще несколько лет назад предлагал вернуться к употреблению словосочетания «народы Советского Союза», подобно тому как это обозначено в известной «Декларации прав народов России». В том и другом случаях термин «на­роды» заменяет термины «нации» и «народности», различие между которыми чисто условное.

Нация 

В отечественной и зарубежной литературе можно   встретить   множество   суждений   о нациях как этнических общностях, сформировавшихся задолго до капитализма. Так, французский ученый Ж.Э. Ренан (1823— 1892) считал, что нации существовали еще в начале Средних веков, «начиная с конца Римской империи или, лучше, со вре­мени разложения империи Карла Великого...».

Что же такое нация? Отвечая на этот вопрос, Ренан спра­ведливо утверждал, что нацию нельзя сводить к той или иной расе. Раса указывает «на родство по крови», а нации могут складываться в процессе совместной жизни и «перемеши­вания» представителей разных рас. «Самые большие страны — Англия, Франция, Италия — это те, в которых кровь наиболее перемешана». Именно данное обстоятельство характеризует нации этих стран. Поистине нет нации, все представители ко­торой относились бы только к одной расе.

В нациях сочетаются природные и социальные свойства. Во всяком случае нации нельзя сводить исключительно к природ­ным явлениям, как это делают некоторые ученые. Даже если допустить, что одним из существенных признаков нации явля­ется общность ее происхождения от каких-то предков, то и в этом случае следует иметь в виду, что нация отнюдь не сводит­ся к данному признаку. В качестве других ее признаков Ренан, а также немецкий историк К. Каутский (1854—1938) и другие исследователи называют общность языка, территории, эконо­мической жизни, которая, по утверждению К. Каутского, стала складываться еще в XIV в., т.е. в Средние века, и завершилась при капитализме.

Одним из признаков нации Ренан называет общность инте­ресов входящих в нее людей. Общность интересов обусловли­вается, по Ренану, общими условиями жизни, общностью исто­рии и судьбы и представляет собой могущественный фактор становления и развития нации. Со временем формируется бо­лее или менее богатый духовный мир нации, объединяющий всех ее представителей. «Нация — это душа», — заявляет Э. Ренан.

Духовные признаки нации отмечают многие мыслители. Так, французский социолог и социальный психолог Г. Лебон (1841— 1931) исходил из того, что «каждый народ обладает душевным строем столь же устойчивым, как и его анатомические способ­ности». Из этого «душевного строя» проистекают чувства наро­да, его мысли, верования, искусство, а также различного рода учреждения, регулирующие его общественную жизнь. Лебон говорил о «душе народа» и о том, что «только она... сохраняет нацию». Душа народа — это его нравы, чувства, идеи, способы мышления. Когда портятся нравы, нации исчезают, утверждал Лебон. При этом он ссылался на пример Древнего Рима. Рим­ляне, по его словам, имели очень сильный идеал.

Этот идеал — величие Рима — абсолютно господствовал над всеми душами; и каждый гражданин готов был пожертвовать для него своей семьей, своим состоянием и своей жизнью.

В этом была сила Рима. Впоследствии на первый план вы­шли стремление к роскоши, разврат, что ослабило нацию. «Когда варвары явились у его  ворот, его душа уже была мертва».

Идею «души народа» как «души нации» поддерживал и раз­вивал немецкий психолог и философ Вильгельм Вундт (1832— 1920). Он справедливо утверждал: чтобы понять душу народа, надо знать его историю. Полезными, по его словам, будут зна­ния по этнологии, искусству, науке, религии, языку и обыча­ям.

Австрийский социолог и политик Отто Бауэр указывал на естественные и культурные признаки нации. Он писал, что на­ция как «естественная общность» исходит из «физически обу­словленной наследственности, посредством которой детям пе­редаются свойства родителей». Однако главными отличитель­ными признаками нации Бауэр считал ее язык и культуру. «Общность происхождения без культурной общности всегда об­разует только расу и никогда не создает нации», — утверждал он. Национальное сознание трактуется им как осознание того факта, что люди сходятся между собой «в обладании известны­ми культурными ценностями», а также в направлении их воли, что и составляет особенности их национального характера. Тео­ретически национальное сознание есть осознание того, что я и мои соплеменники суть продукты одной и той же истории.

Развивая весьма актуальную сегодня теорию национально-культурной автономии, Бауэр видел основную задачу в том, чтобы «сделать национальную культуру... достоянием всего на­рода и таким, единственно возможном образом сплотить всех членов нации в национально-культурную общность».

Обобщая сказанное, можно утверждать, что нация — это особая историческая общность людей, харак­теризующаяся общностью ее происхождения, языка, террито­рии, экономического уклада, а также психического склада и культуры, проявляющихся в общности ее этнического сознания и самосознания. Национальное в любых своих проявлениях связано с уни­кальными этническими характеристиками нации. Эта связь может быть выражена в большей или меньшей степени, но она всегда имеет место. Так, экономические или политические от­ношения приобретают национальное содержание ровно на­столько, насколько они связаны о решением этнических про­блем жизни народов — наций. За этими пределами они могут оказаться социально-классовыми или какими-то другими от­ношениями, но не национальными. То же можно сказать и о нравственных, эстетических и других отношениях. Националь­ный характер они приобретают тогда, когда их социальное со­держание органически соединяется с этническим, «переплав­лено» с ним.

В дальнейшем будем употреблять термины «этнос», «народ», «нация» как синонимы, т.е. равнозначные по смыслу, скажем русский народ есть русский этнос и русская нация. Объем и значение данных явлений и выражающих их понятий и терми­нов по сути одинаковы. То же относится к украинскому, казах­скому, грузинскому или же французскому и немецкому наро­дам (этносам, нациям), соответствующим понятиям и терми­нам. В настоящее время многие ученые, в том числе весьма известные, демонстрируют именно такой подход к данному во­просу. Как тождественные употребляет понятия «этнос» и «народ» Л.Н. Гумилев. В.А. Тишков, известный ученый-этно­граф, предлагает вместо понятий «народность» и «нация» употреблять одно понятие — «народ».

Понятие национальность обозначает этнические признаки не только целых наций, компактно проживающих на опреде­ленных территориях, но и всех ее представителей, где бы они ни жили, в том числе на территориях других народов и госу­дарств.

2.

Национально-этнические отношения

Как отмечалось, национальные отношения всегда связаны с решением определенных этнических проблем, касающихся ус­ловий выживания и развития тех или иных этносов (народов), в том числе проблем территорий, языка, духовной жизни, тра­диций, культуры, сохранения их самобытности и т.д. В силу этого они выступают как национально-этнические отношения, а понятия «национальные отношения» и «национально-этни­ческие отношения» по сути тождественны.

Объективной предпосылкой возникновения и развития на­циональных отношений является существование отдельных на­ций (этносов, народов), отличающихся по своим этническим характеристикам, начиная с особенностей происхождения, ка­сающихся их исторической и современной родины, и кончая особенностями языка, культуры, этнического сознания и т.д. Национальные отношения не существуют как бы в чистом ви­де, в отрыве от других общественных отношений, они вплете­ны в эти отношения (политические, духовные, языковые, эко­номические, экологические) и преломляются в содержании и формах проявления данных отношений. Все эти отношения могут приобретать национальный характер, если в процессе их реализации решаются этнические проблемы существования тех или иных народов или же если экономические, политические и другие проблемы решаются в контексте национально-этнических проблем. Другими словами, социальная и этническая стороны жизни наций и национальных отношений органически взаимосвязаны.

Национальные отношения носят, как правило, комплекс­ный характер, ибо касаются регулирования многих сторон взаимоотношений между народами (этносами). Они заключают в себе более или менее богатое духовное содержание, посколь­ку вступающие в них субъекты неизбежно демонстрируют свое этническое сознание и самосознание, подчас довольно сильные страсти, присущий им настрой чувств и умов. При этом неред­ко проявляются разного рода иллюзии, заблуждения, предрас­судки и мифы. В этом — одна из особенностей проявления на­ционально-этнических отношений между народами.

Субъекты национальных  отношений   

 Субъектами национальных отношений выступают большие и малые этносы (народы). Это такие великие народы, как русский, французский, китайский и т.д., и малые (в смысле малочисленные) народы Кавказа, российского и амери­канского Севера, других регионов Земли.

В качестве субъектов национальных отношений могут вы­ступать как представители этносов (наций) и по поводу реше­ния национально-этнических проблем - разного рода соци­альные группы и слои населения.

Разумеется, среди этносов как субъектов национальных от­ношений существуют более или менее развитые с точки зрения достигнутого уровня развития экономики, государственности, культуры. Это не может не сказаться на характере их взаимоот­ношений. Данное обстоятельство породило проблему социаль­ной справедливости в национальных отношениях, в том числе в отношениях между большими и малыми народами, а также ме­жду более и менее развитыми из них.

Проблема социальной справедливости возникает в отноше­ниях между так называемыми коренными и некоренными на­циями (народами).

К коренным обычно относят нации, которые компактно проживают на тех или иных территориях и дали имя сущест­вующему государственному образованию. Исходя из этого к коренным нациям относятся, например, украинцы на Украине армяне в Армении, татары в Татарстане и т.д.

К некоренным нациям относятся так называемые националь­ные группы. проживающие на территориях коренных наций, например, те же украинцы в Литве, армяне в России, русские в Эстонии и т.д. Отсюда возникла проблема национальных мень­шинств, осуществления их прав и свобод в условиях тех нацио­нальных государственных образований, в которых они проживают.

            Межнациональные отношения могут проявляться в виде экономических, политических, языковых, культурных, экологических и других отношений между нациями. Каж­дое из этих проявлений межнациональных отношений имеет свое специфическое содержание. Дадим краткую характеристику некоторым из них.

Экономические межнациональные отношения направлены на удовлетворение экономических потребностей наций (народов, эт­носов). Они формируются как стихийно, в процессе развития, скажем, торговых связей между народами, так и на уровне межго­сударственных отношений самостоятельных государств, а также в рамках федеративных государств между республиками, автоно­миями и т.д. Объективной основой межнациональных экономиче­ских отношений являются сложившееся общественное разделение труда между различными национальными образованиями, хозяй­ственно-экономические связи между ними.

Политические межнациональные отношения в многонацио­нальном государстве касаются прежде всего участия всех наро­дов (наций) в осуществлении политической власти и решении на государственном уровне важнейших проблем их жизни. В данном случае встает вопрос о государственном устройстве: яв­ляется ли данное государство унитарным, в котором отсутству­ют механизмы представительства и реализации на государст­венном уровне интересов отдельных наций, или же оно пред­ставляет собой федерацию, в которой такие механизмы имеются.

Политические межнациональные отношения направлены, кроме того, на осуществление гражданских прав и свобод пред­ставителей различных наций. Наконец, свою роль играют на­циональные политические отношения на уровне межгосударст­венных отношений народов. Речь идет об отношениях между народами, имеющими свою национальную государственность, обладающими государственной независимостью и суверените­том. В этом случае их отношения касаются практической реа­лизации национальной независимости и суверенитета, а также их экономического, политического и культурного сотрудничества,  нахождения  путей  и  способов  оптимального решения данных вопросов.

Важнейшую роль в жизни и развитии каждой нации играют межнациональные отношения в сфере их духовной жизни. Они направлены на взаимное обогащение народов в области духов­ной культуры и в то же время на сохранение и развитие их на­циональной самобытности. Этому способствуют обмены в об­ласти народного и профессионального искусства, в том числе песенного, танцевального, музыкального, прикладного, а также сотрудничество в области литературы, современного монумен­тального искусства, живописи, архитектуры и т.п.

Национальная духовная культура, будучи, как правило, весь­ма сложным, богатым и многоплановым явлением, развивается в контексте имеющихся в данном обществе экономических, политических, нравственных, религиозных и других общест­венных отношений, испытывает на себе их влияние и в нема­лой степени зависит от них. Вместе с тем она развивается в тесном взаимодействии национальных культур многих народов, в процессе которого складывается мировая духовная культура.

Можно указать на межнациональные экологические отношения, возникающие, в частности, в связи с охраной природы на терри­ториях, где издавна живут те или иные народы. И не только охра­ны, но и воспроизводства природных ресурсов, в том числе зе­мельных, лесных, водных и др. Цивилизованное решение данных проблем все более становится важнейшим условием выживания и развития больших и малых народов (этносов). Они должны ре­шаться как на государственном, так и на общественном уровне, в том числе на уровне общественного и семейного воспитания каж­дого человека, формирования у него современной экологической культуры, привития любви к природе, бережного к ней отноше­ния. И уж конечно же, необходимо самое тесное и активное со­трудничество всех народов в области решения обострившихся в современную эпоху проблем экологии с учетом национальных ин­тересов каждого из них.

Надо сказать, что межнациональные отношения возникают и осуществляются не только на уровне целых народов (этносов, наций), но и на межличностном уровне в процессе повседнев­ного общения людей разных национальностей. Межличностные отношения нередко обладают богатым духовным содержанием, но во всех случаях это есть отношения весьма деликатного свойства. Чрезвычайно важно учитывать моральную и психо­логическую стороны этих отношений. Национальные чувства людей, как правило, весьма утонченны и легкоранимы. Здесь особенно важно проявлять такт и деликатность, уважение друг к другу. Этому в немалой степени способствует расширение знаний относительно нравов, обычаев, традиций и в целом ду­ховной культуры других народов, воспитание терпимости и уважения к представителям иных национальностей. Ярким подтверждением тяготения друг к другу представителей разных народов служат межнациональные браки. Было бы противоес­тественным запрещать их, как того требуют ярые национали­сты. Запретить их невозможно. Значит, надо создавать мораль­но-психологические, политические и другие условия для нор­мальной жизни. Одной из фундаментальных предпосылок этого является формирование у каждого человека культуры межна­ционального общения в соответствии с требованиями современ­ного цивилизованного общества.

 Национальные интересы    Национально-этнические   отношения   направлены на реализацию соответствующих интересов тех или иных этносов. В то же время они порождают сами эти интересы. Национальные инте­ресы народов касаются различных сторон их выживания, сохра­нения самобытности, развития их экономики, государственно­сти, культуры.

Объективно в интересах каждого народа (этноса, нации) та­кое развитие событий, которое способствует упрочению его по­ложения в системе отношений с другими народами, решению экономических и политических проблем, развитию духовной культуры. Другими словами, национальные интересы затраги­вают различные стороны национального самоутверждения того или иного народа (этноса). Их содержание прямо вытекает из содержания существующих национальных отношений. Можно, пожалуй, сказать, что национальные отношения проявляются как национальные интересы.

Эти интересы должны быть осознаны. Осознать их — значит осознать те обстоятельства, которые объективно способствуют национальному самоутверждению того или иного этноса (народа). Иначе говоря, следует понять то, что объективно в интересах, а что не в интересах данного этноса. Такое возмож­но только при наличии глубокого понимания содержания реально сложившихся межнациональных отношений и направлен­ности их развития в настоящее время и в перспективе. Это очень трудная задача, ведь межнациональные отношения весь­ма сложны. К тому же они складываются не только сознатель­но, но во многом стихийно: здесь в той или иной степени дей­ствуют иррациональные силы, связанные с глубинами психиче­ского склада этносов.

Ход развития межнациональных отношений зависит от множества объективных и субъективных факторов. И все-таки они имеют свою логику развития, которую нужно и можно по­нять. Но это под силу лишь глубоким, дальновидным умам, и они рано или поздно находятся у каждого народа. Они осозна­ют не только текущие или, как говорят, сиюминутные интере­сы своей нации (народа), но и ее долговременные коренные инте­ресы, которые касаются самих основ сохранения и развития данной нации, упрочения ее экономических, политических и культурных позиций в системе межнациональных отношений как в настоящее время, так и в будущем.

Понимание долговременных национальных интересов озна­чает, кроме всего прочего, понимание подлинного значения для определенных наций деятельности тех ила иных политиков, политических партий и движений, выступающих от имени этих наций (народов). Ведь интересы отдельных политических лиде­ров, партий и движений далеко не всегда совпадают с подлин­ными интересами всей нации или всего народа, большого и малого. Иными словами, то, что выгодно им, не всегда выгод­но народу, т.е. не всегда ведет к действительному улучшению экономических, политических и духовных условий его жизни. Поэтому очень важно, чтобы народы полнее и глубже осозна­вали свои общие национальные интересы и сами активно боро­лись за их осуществление.

Сознательное регулирование национальных отношений есть не что иное, как согласование интересов различных этносов (наций). Связанные с этим проблемы решаются чаще всего на государственном уровне. Максимальное согласование нацио­нальных интересов есть их гармоническое сочетание, при кото­ром каждый из данных интересов реализуется в наибольшей степени и не в ущерб другим. Достижение такого состояния -задача трудная, но выполнимая. Для ее выполнения нужны го­товность и способность нации, ее представителей понять свои подлинные интересы и интересы других наций, найти их точки соприкосновения. К тому же необходимо уметь находить взаи­моприемлемые компромиссные решения различных проблем, особенно если народы в силу географических, исторически сложившихся экономических и других условий могут нормаль­но существовать и развиваться, лишь сохраняя мир и сотрудни­чая друг с другом.

Гармонизация всего комплекса межнацио­нальных отношений возможна только при соответствующем уровне демократизма со­циально-политических и других отношений между народами, а также демократизации и гуманизации их национального сознания и деятельности политических инсти­тутов. Развитие демократизма по всем этим направлениям от­вечает подлинным интересам всех народов и расширяет воз­можности действия объективных тенденций развития межна­циональных отношений.

В чем заключаются эти тенденции? Одна из них выражается в развитии экономической и политической самостоятельности все большего числа наций, совершенствовании их государст­венности, развитии духовной культуры. Другая заключается во взаимном сближении больших и малых народов (наций), углуб­лении их сотрудничества, интеграции экономических и поли­тических структур. Подобные тенденции действуют во всем мире. За процессами размежевания следуют объединительные, интеграционные процессы. Такова реальность, которую надо глубоко осознавать. Не составляет исключения и наше россий­ское отечество. Очень важно осуществлять государственную национальную политику с учетом указанных диалектически взаимосвязанных между собой тенденций. В противном случае эта политика будет оторвана от жизни, от объективных тенден­ций развития наций и межнациональных отношений.

В рамках развивающихся в современную эпоху межнацио­нальных отношений можно выделить следующие наиболее ха­рактерные процессы:

   этническую консолидацию народов, т.е. развитие их поли­тической, экономической, языковой и культурной само­стоятельности, упрочение национально-государственной целостности;

   межэтническую интеграцию, которая заключается в расширении и углублении сотрудничества народов во всех сферах жизни ради наиболее полного удовлетворения их потребностей как в настоящее время, так и в будущем;  ассимиляцию, в ходе которой одни народы как бы раство­ряются в других, более развитых; как правило ассимили­руются малочисленные народы, со временем утратившие свой язык, обычаи, традиции, этническую культуру и ус­воившие язык и культуру другого народа, ставшие им родными.

Данные процессы происходят во всем современном мире и их необходимо учитывать при осуществлении той или иной на­циональной политики. Во всяком случае национальная полити­ка должна быть взвешенной, учитывать весь комплекс объек­тивных и субъективных факторов.

3.

Национальный вопрос в современных условиях

Выше шла речь о теоретических и методологических про­блемах, касающихся некоторых понятий этнической социоло­гии, о межнациональных отношениях, их видах и основных тенденциях развития, а также о проблемах взаимодействия на­циональных интересов, их осознании и учете в национальной политике. Мы вплотную подошли к так называемому нацио­нальному вопросу, теоретическим и практическим аспектам его решения в современных условиях.

Национальный вопрос представляет собой систему взаимо­связанных проблем развития наций (народов, этносов) и на­циональных отношений. Он интегрирует в себе основные про­блемы практического осуществления и регулирования этих процессов, в том числе территориальные, экологические, эко­номические, политические, правовые, языковые, морально-психологические. Национальный вопрос не остается неизменным, его содержа­ние меняется в зависимости от характера исторической эпохи и содержания реально сложившихся межнациональных отношений. Представляется, что в современных условиях основное содержа­ние национального вопроса заключается в свободном и всестороннем развитии всех народов, расширении их сотрудничества и гармоническом сочетании их национальных интересов.

 Ярко выраженной особенностью современной эпохи является национально-этническое
возрождение
многих народов и их стремление самостоятельно решать проблемы своей жизни. Это происходит фактически во всех регионах мира и в первую очередь в странах Азии, Африки, Латинской Америки. Весьма активно это происходило в СССР, а сегодня в Содру­жестве Независимых Государств (СНГ)- среди основных причин этнического возрождения народов и повышения их политической активности называют следую­щие: 1) стремление народов устранить все элементы социаль­ной несправедливости, ведущие к ограничениям их прав и воз­можностей развития в рамках бывших колониальных империй и некоторых современных федеративных государств; 2) реак­ция многих этносов на процессы, связанные с распространени­ем современной технологической цивилизации, урбанизации и так называемой массовой культуры, нивелирующие условия жизни всех народов и ведущие к утрате их национальной само­бытности. В ответ на это народы еще активнее выступают за возрождение своей национальной культуры; 3) желание наро­дов самостоятельно использовать природные ресурсы, находя­щиеся на их территориях и играющие важную роль в удовле­творении их жизненных потребностей.


В той или иной степени эти причины, проявляют себя в процессе современного этнического возрождения народов Рос­сийской Федерации. К ним относятся причины социально-политического характера, связанные со стремлением народов к укреплению и развитию своей национальной государственно­сти, их реакция на разрушительные действия современной тех­нической цивилизации и массовой культуры, а также реши­мость народов самостоятельно распоряжаться своими природ­ными ресурсами. Они считают, что борьба за экономическую и политическую самостоятельность поможет им более успешно решать все жизненные проблемы. Практика, однако, показала, что, во-первых, всем народам необходимо очень взвешенно пользоваться своими политическими правами, ибо каждый из них должен учитывать такие же права других народов, а во-вторых, следует всегда помнить, что национальное возрожде­ние любого народа возможно только при его тесном сотрудни­честве и реальном (а не мнимом) содружестве с другими наро­дами, с которыми у него исторически сложились экономиче­ские, политические и культурные связи.

Развивать взаимовыгодное сотрудничество между народами можно лишь на основе взаимного признания и уважения их основных прав. Эти права закреплены во многих документах международных организаций, в том числе Организации Объе­диненных Наций (ООН). Речь идет о следующих правах всех народов:

• праве на существование, запрещающем так называемые геноцид и этноцид, т.е. уничтожение в какой-либо форме какого бы то ни было народа и его культуры;

   праве на самоидентификацию, т.е. определение самими гражданами своей национальной принадлежности;

   праве на суверенитет, самоопределение и самоуправле­ние;

  праве на сохранение культурной самобытности, включая сферы языка и образования, культурного наследия и на­родных традиций;

  праве народов на контроль за использованием природ­ных богатств и ресурсов территорий их проживания, ак­туальность которого особенно повысилась в связи с ин­тенсивным хозяйственным освоением новых территорий и обострением экологических проблем;

• праве каждого народа на доступ к достижениям мировой цивилизации и их использование.

Практическое осуществление названных выше прав всех народов означает существенный шаг на пути к оптимальному решению национального вопроса для каждого из них и всех вместе. Щи этом необходимы глубокий и тонкий учет всех связанных с этим объективных и субъективных факторов, пре­одоление многих противоречий и трудностей экономического, политического и чисто этнического характера.

На многие из этих противоречий и трудностей натолкнулась реформа политической системы в СССР и в его бывших рес­публиках, в том числе и в России. Так, естественное и вполне объяснимое стремление народов к самостоятельности при его практическом осуществлении породило сильные и во многом непредсказуемые центробежные тенденции, приведшие к не­ожиданному для многих (не только граждан, но целых респуб­лик) распаду Советского Союза. Сегодня они не могут благо­получно существовать и развиваться без сохранения, как теперь говорят, единого экономического, экологического, культурного и информационного пространства. Быстротечный развал того, что складывалось столетиями и на чем было основано сущест­вование народов, не мог не отразиться на их сегодняшнем по­ложении.

Многие негативные последствия в настоящее время непред­сказуемы.   Но  некоторые  уже  видны   и  вызывают  тревогу. Именно поэтому ряд входивших в СССР республик, а теперь членов СНГ, ставят вопрос о создании структур, которые регулировали бы межгосударственные отношения между ними в области экономики, экологии, культурного обмена и т.д. Тако­ва о6ъектйвная необходимость, которая находит свое понима­ние и в России. Ясно однако, что налаживание равноправного и взаимовыгодного сотрудничества между государствами СНГ потребует решения многих вопросов, включая психологические и идеологические, связанные, в частности, с преодолением на­ционализма и шовинизма в сознании и поведении людей, в том числе многих политиков, действующих на разных уровнях за­конодательной и исполнительной власти этих государств. По-своему остро стоит национальный вопрос в Российской Федерации. Здесь есть свои достижения и пока еще нерешен­ные проблемы. Фактически все бывшие автономные республи­ки своими решениями изменили свой национально-государственный статус. Из их названий исчезло слово «автономная», и сегодня они именуются просто республиками в составе Россий­ской Федерации). Расширился круг их компетенций, повысился государственно-правовой статус в составе Федера­ции. Ряд автономных областей также провозгласили себя самостоятельными независимыми республиками в составе России. Все это одновременно повышает и уравнивает их государствен­но-правовой статус со всеми республиками в составе Российской Федерации.

Однако наряду с этими в целом положительными явлениями существуют и негативные. Прежде всего, повышение госу­дарственной   самостоятельности   и   независимости   субъектов

Российской Федерации иногда соседствует с проявлениями на­ционализма и сепаратизма как в идеологии, так и в реальной политике. Кое-кто из сепаратистов стремится нарушить един­ство и целостность российского государства, пытаясь организо­вать противостояние своей республики по отношению к цен­тральным законодательным и исполнительным органам России, проводя курс на выход их республики из состава Российской Федерации. Такие действия осуществляются исключительно в своекорыстных интересах отдельных политиков и узких групп националистов, ибо большая часть населения от этого только пострадает. Как показывает опыт, националистическая и сепа­ратистская политика отдельных лидеров, политических группи­ровок и партий наносит большой ущерб республикам, прежде всего их экономическому развитию, а также материальным, по­литическим и духовным интересам народов этих республик и всей России. Народы связаны между собой не только экономи­ческими узами, но и во многом общей судьбой, а то и кровным родством, если иметь в виду значительный удельный вес меж­национальных браков фактически во всех частях России.

Националистическая и сепаратистская политика, так же как и великодержавный шовинизм, от кого бы они ни исходили, ведут к национальным конфликтам, так как изначально на­правлены на противопоставление одних наций другим, развал их сотрудничества, создание недоверия и вражды. Межнациональные конфликты это крайнее обострение противоречий между нациями (народами), возникающих в ходе решения    политических,    территориальных,    экономических, языковых, культурных, религиозных проблем.

Речь идет о конфликтах между целыми этносами и их от­дельными представителями. Они могут возникать и действовать на социально-психологическом и идеологическом уровнях на­ционально-этнического сознания народов, а также на уровне деятельности национально-государственных институтов зако­нодательной и исполнительной власти.

Наибольшей остроты национальные конфликты достигают именно тогда, когда они происходят на межгосударственном уровне, куда их выводят некоторые политики, преследуя свои цели. Не поняв этих целей, народы дают втянуть себя в эти конфликты и в итоге сами становятся жертвами.

Разумеется, межнациональные конфликты имеют свои объ­ективные причины, нередко коренящиеся в исторически сло­жившихся условиях жизни народов. Иногда они связаны со справедливой борьбой за свои права. Как бы там ни было, всегда надо исходить из интересов всей нации, всего народа, а не из интересов своекорыстных националистических или шо­винистских групп и отдельных личностей. К тому же необхо­димо стремиться к разрешению межнациональных конфликтов демократическим способом. Свою роль здесь может сыграть и этническая социология, если она поможет обнаружить причи­ны и предотвратить развитие тех или иных межнациональных конфликтов, предложив рациональные способы их разрешения.

Способность многонационального общества вовремя пред­видеть и разрешать цивилизованными способами межнациональные конфликты -  важный показатель его гражданской  зрелости и демократизма. Этому способствует и правовое регу­лирование межнациональных отношений, составляющее важ­нейшую сферу деятельности правового государства. Всесторон­нее развитие гражданского общества, демократизация полити­ческой системы и создание правового государства - важней­шие социальные предпосылки цивилизованного решения на­ционального вопроса в современных условиях.
.

Тема 8: «Социология культуры»
План лекции:

1. Культура и ее функции.

2. Социологическая классификация культуры и закономерность ее развития.

3. Массовая культура и субкультура.

4. Проблемы культуры в современной России.

Рекомендуемая литература:

1. Социология: Учебник для студентов высших учебных заведений/ Под ред. проф. В.Н. Лавриненко; 2-е изд. – М.: ЮНИТИ-ДАНА, 2000.

2. Кравченко А.И. Социология для экономистов: учебное пособие для вузов. – М.: ЮНИТИ, 2000.

3.  Радаев В.В. Экономическая социология. – М.: Аспект-Пресс, 2000.

4.  Учебный социологический словарь/ Под ред. С.А. Кравченко. – М.: Экзамен. 1999.
1.

 Культура и ее функции

В современной литературе по философии, культурологии, этнографии, антропологии сложился своеобразный парадокс. С одной стороны, для всех этих наук понятие культура является ключевым, с другой — содержательные представления о ней далеки от четкости, определенности и однозначности. Не пред­ставляет исключения и социология. Только в одном из амери­канских справочников по социологии содержится свыше 400 определений понятия «культура».

Культура может означать «царство духа». Культура может означать определенный тип сознания или поведения, напри­мер, культура гуманитариев и культура технарей. Это достаточ­но многозначное и неопределенное слово мы применяем в его обыденном значении как синоним чего-то хорошего, ценного, безусловно, положительного.

Первоначально слово «культура» означало способ обработки земли (от лат.заботиться, взращивать, ухаживать). Переход от этого узкого понимания смысла культуры к широ­кому, происшедший в европейском общественном сознании в XVIIXVIII вв., имеет принципиальное значение, поскольку с этого времени культура становится центральным понятием ев­ропейского самосознания.

Устоявшееся понимание культуры как некой противопо­ложности природе, «натуре», восходит к эпохе Просвещения. Оно получило два истолкования: природа рассматривается как исходное состояние, далекое от совершенства, а культура — путь, средство достижения этого совершенства или, наоборот, природа — идеал гармонии, а культура — искусственное обра­зование, несущее в себе извращенность, всевозможные пороки и пр. С этим связан известный спор между Руссо и Вольтером. Руссо считал, что культура портит человека: совершенство дано ему от природы, а дальнейшее вмешательство культуры сковы­вает, угнетает человека, искажает, ослабляет отношения, а главное, вносит в них ложь. Вольтер занимал иную позицию: история человечества начинается с некоего дикого состояния, и именно культура «очеловечивает» человека.

И тот и другой взгляд на культуру имел совершенно опре­деленные последствия в плане создания социологической мо­дели общества. У Руссо это общество равных, в основе кото­рого лежат минимальные потребности его членов. У Вольтера - общество, в котором существует своеобразный культ богат­ства, как материального, так и духовного, а положение членов общества не принудительно-однообразное, но зависящее от их индивидуальных способностей и талантов. К концу XVIII в. негативные аспекты культуры практически не акцентируются, а сама культура понимается как инструмент, с помощью кото­рого человек возвышается, преодолевает свою естественно-природную ограниченность.

К XVIIIXIX вв. в Германии, а затем в России сложилась другая антитеза — культура и цивилизация. Культуре как средо­точию духовных, моральных и эстетических ценностей проти­востоит цивилизация как нечто утилитарное, внешнее и вто­ричное для человека. «Цивилизация есть совокупность крайне внешних и крайне искусственных состояний, к которым спо­собны люди, достигшие последних стадий развития». Цивили­зация связывалась прежде всего с материальным и технологи­ческим прогрессом, а культура — с процессом идеальным, ду­ховным, во многом стихийным, имеющим в своей основе выс­шие человеческие ценности, к которому категория прогресса неприменима.

В XX в. под культурой стали понимать не только художест­венно-творческий процесс (искусство), а прежде всего нравы, ценности, воззрения, бытующие в обществе, т.е. всю сферу со­циального самопонимания человека. Отсюда повышенный интерес к совершенствованию внешних условий человеческого сущест­вования и к внутренней природе самого человека. Определяя содержание понятия культуры, современные исследователи, как правило, отождествляют ее с совокупностью норм, ценно­стей, идеалов, выполняющих функцию социальной ориентации в обществе. Это специфический способ организации и развития человеческой жизнедеятельности, представленный в продуктах материального и духовного труда, в совокупности социальных норм и институтов, в духовных ценностях. Культура рассматри­вается как система отношений между человеком и природой, человеком и обществом, человеком и человеком. Таким образом,

культура понимается и как совокупность ценностей (ду­ховных и материальных), и как живая человеческая деятель­ность по их созданию, распространению и хранению. Исходя из этого, выделяются основные функции культуры:

   человекотворческая (гуманистическая), т.е. развитие твор­ческого потенциала человека во всех формах его жизне­деятельности (главная функция);

  гносеологическая (познавательная), так как культура явля­ется средством познания и самопознания общества, со­циальной группы и отдельного человека;

   информационная          функция   трансляции   социального опыта, которая среди прочего обеспечивает связь времён - прошлого, настоящего и будущего;

   коммуникативная          функция   социального   общения, обеспечивающая адекватность взаимопонимания;

  ценностно-ориентационная, т.е.  культура задает опреде­ленную систему координат,  своеобразную «карту жиз­ненных ценностей», в которых существует и на которые ориентируется человек;

   нормативно-регулирующая (управленческая), которая про­является в том, что культура выступает средством соци­ального контроля за поведением человека.

2.

Социологическая классификация культуры и закономерность ее развития

Неоднозначность трактовки понятия «культура» обусловли­вает разнообразие подходов при ее социологическом изучении. Социология культуры занимается исследованием социальных закономерностей развития культуры и форм их проявления в человеческой деятельности, связанной с созданием, усвоением, сохранением и распространением идей, представлений, куль­турных норм и ценностей, образцов поведения, регулирующих отношения в обществе, а также между обществом и природой. В настоящее время в отечественной и европейской социо­логической литературе социология культуры выступает как со­бирательное понятие. К ней относятся социология кино, музы­ки, театра, т.е. социология различных видов искусства, пробле­мы межкультурного понимания, диалога и конфликта различ­ных культур, воздействия культуры на социально-исторический процесс, на группообразование, на социальную стратификацию и социально-политические движения.

В широком смысле социология культуры не просто отрасль социологии, она охватывает всю проблематику общественной жизни, рассматривая ее под своим, специфическим углом зре­ния. Культурное содержание можно выделить в любой целена­правленной социальной деятельности: труде, быту, политике, здравоохранении, образовании и т.д. В узком смысле социоло­гия культуры имеет свою относительно самостоятельную пред­метную область, которая локализуется в духовной сфере.

При социологическом изучении культуры особое значение имеет ее аксиологический аспект, выделение ценностного ком­понента, что позволяет объединить элементы культуры в сис­тему, обеспечивающую их взаимосвязь на различных уровнях: общества в целом, социальных групп, личностей. При социо­логических исследованиях культуры необходимо решить сле­дующие задачи: а) определить репрезентативные идеи; б) уста­новить их производителя; в) выяснить каналы и средства их распространения; г) оценить влияние идей на формирование и распад социальных групп, институтов и движении.

В социологии существуют несколько традиционных плоско­стей деления и эмпирического анализа культурных явлений.

1.  По субъекту — носителю культуры выделяются общество в целом, нация, класс, другие социальные группы (демогра­фические, территориальные и пр.) или отдельная личность. От­ношения  между этими  блоками культуры далеко не  всегда складываются гармонично. Примером тому могут служить сего­дняшние многочисленные конфликты национальных культур, противоречия между общественной и индивидуальной культурами.

2.  По функциональной роли культуру можно подразделить на общую  (актуальную),   необходимую каждому члену того  или иного общества, и специальную, необходимую людям той или иной профессии.

Жестко установленных, четко фиксированных границ между общей и профессиональной культурами нет. Актуальная куль­тура всегда вариативна, но ее модель задается программой об­щего среднего образования (общеобразовательные средние школы). Профессиональную культуру, в свою очередь, нельзя отождествлять только с уровнем квалификации. Она требует осознания мировоззренческих основ профессии, включает в се­бя профессиональную этику и эстетику.

3.  По происхождению (генезису) выделяют народную культу­ру, возникающую в определенной мере стихийно и не имею­щую конкретного «персонифицированного» автора (например, фольклор), и культуру, создаваемую интеллигенцией, профес­сионалами; в ней всегда можно четко установить авторство.

4.  По видам культуры принято выделять материальную куль­туру   (например,   культуру  производства  материальных   благ, культуру быта и пр.) и духовную культуру (достижения в облас­ти науки, искусства, а также нравственная, художественная, педагогическая культуры и т.д.).

Деление на материальную и духовную культуру, несомнен­но, в высшей степени условно, тем более что существует целый ряд как бы «сквозных» культур: экологическая, физическая и др.

5.   По своему характеру и «целевому назначению» культура бывает религиозной и светской.

Социологи выделяют несколько основных закономерностей в развитии культуры.

1)  Зависимость типа культуры от природных и искусствен­ных условий жизни общества и ее обратное влияние на их изменение.

2)  Преемственность в развитии культуры. Она может быть временной   (вертикальной)  и  пространственной   (гори­зонтальной),  позитивной  (продолжение той или  иной культурной традиции) и негативной (отрицание прежнего культурного опыта).

3)  Неравномерность развития культуры, которая выражает­ся в двух аспектах: а) расцвет и упадок культуры не сов­падают с эпохами расцвета и упадка в других сферах об­щественной жизни, например, в экономике; б) сами ви­ды культуры  развиваются неравномерно.  Так,  сегодня при более или менее приличном уровне развития худо­жественной культуры мы говорим об отсутствии полити­ческой культуры или катастрофическом состоянии куль­туры экологической.

4)  Особая роль личности, человеческой индивидуальности в культурном процессе.

Большое значение для развития и функционирования куль­туры имеют качественные изменения в науке и технологии, от­крывающие новые возможности для производства и распро­странения культурных ценностей. Можно выделить три качест­венных скачка:

   появление письменности, позволившее сохранять многие произведения культуры и обмениваться ими;

   изобретение   книгопечатания,   благодаря   которому   резко увеличился объем распространения культурной продукции;

  современные достижения науки и техники (телевидение, видео- и звукозапись, голография, новые материалы в архитектуре и пр.).

Техническое оснащение поначалу рождало самые радужные надежды. Казалось, благодаря мощным техническим средствам культура может гораздо раньше, глубже и эффективнее социа­лизировать человека. Но основные ожидания «культурного взлета» оказались нереализованными. Более того, социологи установили, что культура человека начинает терять свою цело­стность и становится «мозаичной». Все большую роль в создании «картины мира» рядового человека играет сегодня то, что он прочтет на афише, увидит в кино или по телевидению, по­черпнет из газет, пролистав их по дороге на работу, или узнает из разговоров с сослуживцами и соседями.

3.

Массовая культура и субкультура

Массовая культура

Научно-техническая революция стимулиро­вала широкое распространение массовой культуры. Сама идея массовой культуры возникает в 20-х годах в рамках доктрины массового общества. Теория массового общества исходит из того, что в XX в. классо­вая поляризация исчезает и главенствующую роль в историче­ском процессе начинает играть «масса». Понятие «масса» имеет не только количественные характеристики (большинство обще­ства), но и качественные: обезличенность, преобладание чувств, утрата интеллекта и личной ответственности за свои решения и поступки. Согласно Тарду и Лебону, общество делится на массу (или толпу), не понимающую сути происходящего, публику, ко­торая кое-что понимает, и элиту, имеющую доступ к высшим культурным ценностям. Отсюда «массовым» называют такое общество, в котором человек становится безликим элементом социальной машины, «винтиком», подогнанным под ее потреб­ности. А массовой культурой называют то, что противостоит подлинной культуре.

Суть массовой культуры состоит в том, что она создается для целей потребления. Главная ее функция — развлекательно-компенсаторная. Это культура, лишенная внутреннего источ­ника развития и функционирующая на основе социального за­каза. Она является массовой по объему, т.е. охвату аудитории, и по времени, т.е. производится постоянно, изо дня в день. В массовой культуре получает гипертрофированное выражение одна из сторон культуры — адаптивная, причем в облегченном, поверхностном варианте. В результате массовая культура пре­вращается в особый вид бизнеса, при этом она не столько по­требляется человеком, сколько потребляет самого человека, за­слоняя от него и заменяя ему другие пласты культуры. Типичным примером массовой культуры могут служить бесконечные телевизионные сериалы, так называемые «мыльные» оперы.

Самое концентрированное воплощение массовой культуры — китч (от нем.— халтура, безвкусица, штамп). Он возни­кает в период массовой урбанизации как ответ на запрос дере­венского жителя, перебравшегося в город и лишенного своей привычной среды обитания. Задача китча — создание иллюзии счастья. Именно широкое распространение китча привело за­падных социологов к выводу о том, что может наблюдаться об­ратная зависимость между материальным и культурным уров­нем населения: достаточно быстрое массовое повышение уров­ня жизни сопровождается уменьшением духовных запросов.

Период 60-х годов можно назвать переломным для содержа­тельной стороны массовой культуры на Западе. Бунт молодежи в западноевропейских странах показал, что массовая культура воздействует на человека не очень эффективно, так как она «безадресна», рассчитана сразу на всех. Был сделан вывод о том, что одни и те же общественные идеалы следует доводить до различных социальных групп (возрастных, профессиональ­ных, территориальных и т.д.) различными способами. И перед социологами встали следующие задачи:

   дифференцировать группы по культурному признаку;

  выделить их особый круг интересов и найти возможные точки соприкосновения друг с другом;

   определить пути, способы и средства воздействия на ту или иную группу.

Массовая культура модифицируется с учетом специфиче­ских характеристик различных социальных групп. Несколько изменяются и способы ее воздействия: она не только становит­ся более избирательной, технически совершенной, изобрета­тельной, но и использует в качестве своего основного инстру­мента механизм статусного потребления. Так, покупка тех или иных вещей диктуется не столько их техническими характери­стиками и соображениями функциональности, сколько сообра­жениями престижности.

Если подлинная и массовая культуры различаются по своим целям и ценностям, то по отношению к господствующей культуре выделяются субкультура и контркультура -- культуры различ­ных социальных групп: возрастных, профессиональных, территориальных, поселенческих и т.д. Иначе их еще называют час­тичными культурами. Любая субкультура имеет свои ценности, несколько отличные от общепринятых, особые правила и об­разцы поведения, стиль одежды, манеру общения. Кроме того, субкультура варьируется в зависимости от характера деклари­руемых ценностей и стилей жизни, величины группы, разде­ляющей эти ценности, возрастных особенностей членов груп­пы, а также их готовности к активным действиям по защите своих интересов и образа жизни (так называемая скрытая и от­крытая агрессивность).

В последние годы социологи уделяют много внимания изу­чению молодежной субкультуры. Долгое время считалось, что в социалистическом обществе, стремящемся к социальной одно­родности, у молодежи не может и не должно быть своих спе­цифических ценностей. Проявления своеобразия, непривычные формы поведения расценивались либо как аномалия, социаль­ное отклонение, либо как подражание Западу.

Другая позиция представляла эти отклонения как способ самовыражения, как возможность заявить о себе обществу, об­ратить на себя внимание. Так появился термин «-неформальные молодежные объединения», закрепившийся в научной и публици­стической литературе, а также в повседневном словоупотребле­нии. В западной социологии для обозначения этого явления используют категорию рееr

gr
оир.
Это понятие возникло в аме­риканской социологии и означает больше, чем группа сверст­ников или гомогенная (однородная) возрастная группа. Слово реег происходит от латинского «рааг» (равный), и обозначаемое им равенство относится не только к возрасту, но и к социаль­ному статусу, взглядам, ценностям, нормам поведения.

Субкультурная активность молодежи зависит от ряда факторов:

   от уровня образования. У лиц с более низким уровнем образования, например у учащихся ПТУ, она значитель­но выше, чем у студентов вузов;

    от возраста. Пик активности — 16—17 лет, к 21—22 годам она заметно падает;

    от места жительства. Движения неформалов более харак­терны для города, нежели для деревни, так как именно город с его обилием социальных связей дает реальную возможность выбора ценностей и форм поведения.

Неформальные молодежные объединения различаются по характеру социальной направленности их сознания и поведения, типу групповых ценностей, особенностям проведения до­суга. Наиболее популярными из них являются группы любите­лей современной музыки, танцев, различных видов спорта (футбольные болельщики, культуристы и т.д.) — около 80%. Меньшее распространение у нас в стране получили группы, за­нятые общественно-полезной деятельностью, - - охраной па­мятников культуры, защитой окружающей среды и т.д. — не более 4%. Есть группы, чье поведение может быть охарактери­зовано как социально патогенное или даже преступное: нарко­маны, токсикоманы и др. Такие группы составляют примерно 9% всех неформальных молодежных групп.

Выделение различных субкультурных групп условно, они не отделены друг от друга непроницаемой перегородкой. Так, сре­ди «металлистов» встречаются токсикоманы, среди наркоманов — проститутки, которые подобным образом зарабатывают на наркотики. Речь идет скорее о разных типах таких групп. Роке­ры, металлисты, футбольные фанаты - группы контактные, объединенные общим интересом и выражающие его внешней символикой. А такие образцы социально негативного поведе­ния, как наркомания или проституция, реализуются преимуще­ственно не на групповом, а на индивидуальном уровне. Сам ха­рактер деятельности скорее разъединяет, чем консолидирует их.

Субкультура, которая находится в состоянии открытого конфликта, явной конфронтации по отношению к господ­ствующей культуре, называется контркультурой. Этот термин принадлежит американскому социологу Т. Роззаку, который ввел его для характеристики молодежных движений Запада 60-х годов. Иными словами, контркультура — это комплекс, набор норм и ценностей какой-либо социальной группы, которые резко противоречат нормам и ценностям, господствующим в обществе, частью которого эта группа является.

На сегодняшний день контркультура — это: а) тип протес­тующего мироощущения; б) альтернативный стиль жизни, оп­позиционный господствующему; в) антитрадиционные формы художественного творчества.

Учитывая внутреннюю неоднородность культуры, социологи попытались создать многоуровневую модель, по которой смыcловое разнообразие культурных изменений обусловлено мно­гообразием «вызовов» культуре со стороны изменяющегося об­щества. При этом подсистемы культуры соотносятся не по принципу субординации, подчинения, а по принципу дополни­тельности. В данной модели ясно прослеживаются взаимосвязи между социальной структурой, социальным заказом на опреде­ленный тип поведения и функционированием культурных под­систем. Единая человеческая культура складывается из множе­ства различных культур, которые вносят свой вклад и без каж­дой из которых картина культуры была бы неполной. Все куль­туры взаимонезаменяемы.

4.

Проблемы культуры в современной России

Ни один культурный процесс нельзя оценить однозначно и категорично в терминах «хорошо — плохо», особенно если речь идет о современной культурной ситуации в нашей стране, по­скольку, во-первых, она чрезвычайно сложна и противоречива, во-вторых, еще не ясны глубина и масштаб происходящих пе­ремен. Однако уже зримо выделяются несколько тенденций.

1. Деидеологизация культуры и ликвидация государствен­ной монополии на культуру. В содержательном плане это при­вело, с одной стороны, к большей свободе творчества и свобо­де выбора в сфере культуры, с другой — к потере контроля за качеством и уровнем предлагаемой потребителю культурной продукции, будь то популярная литература или многочислен­ные образовательные заведения.

2.  Приватизация и коммерциализация культуры. В настоя­щее  время  этот  процесс   имеет  однобокую   направленность: вновь образовавшийся российский капитал предпочитает пока вкладывать свои средства в весьма специфическую, но высоко­доходную область — эротическую и детективно-развлекатель­ную индустрию.

3.  Рост интереса к дореволюционному культурному насле­дию, в том числе к религии и церкви.

4.  Обособление национальных культур и использование их в качестве инструмента политики, средства завоевания доверия избирателей.

5.  Усиление культурно-коммуникативной апатии, ослабле­ние интереса к чтению в пользу визуальных, зрелищных форм (телевидение, видео), падение посещаемости театров, музеев, библиотек.

6.  Особую озабоченность вызывает состояние русского язы­ка, который можно рассматривать как индикатор культуры. Он организует характер и способ восприятия реальности. За не­сколько десятилетий в русском языке произошли такие нега­тивные изменения, которые привели к снижению уровня гра­мотности, к распространению «официального полуязычия», к росту  сквернословия  и   широкому  употреблению   «матерной смазки» в обыденной речи.

Изучение места и роли культуры в общественной жизни, закономерностей ее развития имеет большое практическое зна­чение. В современных условиях становится отчетливо видно: нельзя усиленно проводить в жизнь экономические и полити­ческие программы без учета культурного уровня населения. Другими словами, повышение культурного уровня является необ­ходимой предпосылкой социально-экономического роста.
.

Тема 9: «Социальные институты и организации»
План лекции:

1. Социальные институты.

2. Социальные организации.

Рекомендуемая литература:

1. Социология: Учебник для студентов высших учебных заведений/ Под ред. проф. В.Н. Лавриненко; 2-е изд. – М.: ЮНИТИ-ДАНА, 2000.

2. Кравченко А.И. Социология для экономистов: учебное пособие для вузов. – М.: ЮНИТИ, 2000.

3.  Радаев В.В. Экономическая социология. – М.: Аспект-Пресс, 2000.

4.  Учебный социологический словарь/ Под ред. С.А. Кравченко. – М.: Экзамен. 1999.
1.

 Социальные институты

Первым предложил науке термин «социальный институт» английский философ и социолог Герберт Спенсер (1820—1903), подробно изучивший и описавший шесть типов социальных институтов.

Согласно учению Г. Спенсера, любые социальные институ­ты обеспечивают возможность членам общества, социальных групп удовлетворять свои потребности. Это одна из главнейших функций социального института. Кроме того, эти своего рода органы в сложной системе, каковой является общество, упоря­дочивают социальные отношения, согласуют их, объединяют отдельных индивидов, социальные группы и организации в од­но системное целое — общество, обеспечивая его поступатель­ное прогрессивное развитие. Так полагал Г. Спенсер и его по­следователи.

Автор органической теории общества основательно проана­лизировал функционирование следующих социальных институ­тов:

    домашние учреждения (различные виды брака, семьи, по­ложение женщин, положение детей, прошедшее и буду­щее домашних отношений);

    обрядовые учреждения (дано понятие обряда вообще, его влияние на жизнь общества, приветствия, формы обра­щения, титулы, знаки отличия и одежда, отличия клас­сов, прошедшее и будущее обряда);

    политические учреждения  (описан   широчайший   спектр признаков   политических   учреждений  политическая организация, интеграция и дифференциация, политиче­ские формы и силы, политические главы: вожди, короли и т.п., сложные политические главы, совещательные ор­ганы, представительные собрания, министерства, органы местного самоуправления,  военная судебная,  исполни­тельная системы, законы, прошедшее и будущее полити­ческих учреждений);

    церковные учреждения (прослежена история становления церкви от идей первобытных людей, знахарей, жрецов, становления  церковной  иерархии,   церковной  системы как общественной связи, отношений церкви и государст­ва до прошедшего и будущего церковных учреждений);

    профессиональные учреждения (анализ деятельности самых различных профессий -- врачей и хирургов, танцоров и музыкантов, ораторов и поэтов, актеров и драматургов, биографов, историков, литераторов, судей и законников, ученых и философов, учителей, архитекторов, скульпто­ров, живописцев и т.д.);

    промышленные учреждения (рассмотрена сложнейшая гам­ма вопросов важнейшего социального института общест­ва — экономического).

Всякий социальный институт, по Г. Спенсеру, складывается как устойчивая структура «социальных действий». Профессор Ю.А. Левада в курсе лекций по социологии, вышедшем в 1969 г., феномену «социальный институт» дал следующее опре­деление: это «нечто подобное органу в живом организме: это узел деятельности людей, сохраняющийся стабильным на протяжении определенного периода времени и обеспечивающий стабильность всей социальной системы».

В западной социологии под социальным институтом чаще всего понимают устойчивый комплекс формальных и нефор­мальных правил, норм, принципов, установок, регулирующих различные сферы человеческой деятельности и организующих их в систему ролей и статусов, образующих социальную систему.

Социальные институты (от лат. institutum
установление, учреждение)— это исторически сложившиеся устойчивые фор­мы организации совместной деятельности людей, призванные обеспечить надежность, регулярность удовлетворения потреб­ностей личности, социальных групп, общества в целом. Социальные институты предопределяют жизнеспособность любого общества. Термин употребляется в самых разнообраз­ных значениях. Говорят об институте государства, семьи, церк­ви, образования и т.д.

Употребляя термин «социальный институт», чаще всего имеют в виду всякого рода упорядочение, формализацию обще­ственных связей и отношений, обладание такими чертами, как:

    постоянное и прочное взаимодействие между участника­ми связей и отношений;

    четкое определение функций, прав и обязанностей, ко­торые обеспечивают взаимодействие каждого из участни­ков связи;

    регламентация   и   контроль   за   этим   взаимодействием субъектов;

    наличие специально подготовленных кадров, обеспечиваю­щих функционирование социальных институтов, и т.д.

В зависимости от сферы действия и выполняемых   функций   социальные   институты развития   могут  подразделяться  на:   1) реляционные, определяющие ролевую структуру общества по различным признакам — пол, возраст, образование, вид за­нятия, способности; 2) регулятивные, определяющие границы независимых по отношению к нормам общества действий ин­дивида для достижения личных целей. Они же определяют санкции, предусмотренные при выходе за эти границы, К та­ким институтам относятся все механизмы социального контроля.

Институты могут быть культурными (идеологические, рели­гиозные, связанные с образованием, искусством и т. п.), а также интегративными, связанными с социальными ролями, от­ветственными за удовлетворение потребностей и интересов со­циальной общности.

Социальные институты, постоянно развиваясь, меняют свои формы. Источниками развития являются эндогенные (внутрен­ние) и экзогенные (внешние) факторы.

Среди экзогенных важнейшими факторами являются воз­действия на социальную систему элементов культуры и лично­стей. Изменения социальных институтов под влиянием разви­вающихся культурных подсистем обусловлены прежде всего на­коплением человечеством новых знаний. Кроме того, большое влияние на эволюцию социальных институтов оказывают изме­нения в ценностных ориентациях, а также в способах оценки объективной реальности, формирующих мировоззрение кон­кретной культурной общности.

Большое влияние на социальный институт может оказать выдающаяся личность. Действия таких личностей часто меняют функционирование и даже существование целых социальных институтов (например, Лютер, Петр I, Ленин). В то же время сами социальные институты играют немаловажную роль в фор­мировании мировосприятия и миропонимания индивидов, на­пример, институт семьи, образования и т.п.

Эндогенные изменения социальных институтов происходят в основном из-за того, что тот или иной институт перестает эффективно выполнять свои функции, не достигает цели, ко­торая стоит перед ним, не способствует реализации потребно­стей и интересов определенных социальных групп. Придать новый импульс работе социального института можно путем его реорганизации, углубленной специализации, т.е. создать новые, более дифференцированные структуры, которые будут действо­вать на основе иных норм и предписаний.

Процесс упорядочения и формализации социальных связей и отношений имеет большую и порой драматическую историю и на­зывается институционализацией. Этот процесс невозможен без появления соответствующей социальной потребности — матери­альной, физиологической или духовной. Возникновение опре­деленных социальных потребностей, а также условий для их реализации, удовлетворения - важнейший момент институционализации. Например, институт семьи удовлетворяет по­требность в воспроизводстве людей, в воспитании детей, формировании отношений между полами, поколениями, социаль­ной адаптации и т.д.

История развития социальных институтов - это, по сути, постепенное превращение институтов традиционного типа в современные социальные институты, это касается, например, институтов семьи, права, церкви и т.п. Чем отличаются совре­менные институты от традиционных? Последние, как правило, характеризуются жестко предписанным ритуалом, веками ос­вященными обычаями, а также родственными связями и отно­шениями. Это хорошо видно на уровне родовых отношений. Род и большесемейная община были ведущими институтами первобытного общества. Уже тогда появились институты, регу­лирующие отношения между родами, большесемейными общи­нами, находящимися как бы над этими исторически первыми социальными ячейками. Прежде всего это институты обмена произведенными продуктами, т.е. экономических связей. Затем сформировались и политические институты, которые в функ­циональном плане преследовали вполне конкретные цели.

Развиваясь, социальные институты все более специализиро­вались по функциям; в зависимости от важности тех или иных функций некоторые из них занимали в системе социальных институтов ведущее положение. В жизни общества по мере его развития лидировали те или иные социальные институты: вож­ди племен, совет старейшин, церковь, государство и т.д. В Но­вом и Новейшем времени в качестве ведущих выступают ин­ституты государства, науки, образования и другие, которые часто перестают зависеть от системы моральных принципов и норм, что в определенной степени ведет к отчуждению лично­сти от общества.

По мнению американских социологов, процесс интенсив­ной индустриализации общества, начавшийся в США в 30-е годы, привел к значительному повышению роли социальной стратификации, которая взяла на себя ряд социальных функ­ций, традиционно выполняемых семьей. Так, Э. Чэпл и К. Кун писали:

В процессе ослабления социальных функций, выполняемых институтом семьи, некоторые вторичные группы (например, профсоюзы) достигли такого уровня взаимодействия, которое рав­но взаимодействию первичных групп  или даже превосходит их.

Социологи Т. Парсонс, Р. Бейлз и Ф. Шилз утверждают: ясно, что в более «развитых» обществах не структуры родства, а социальные институты, такие, как государство, церковь, бизнес, университеты и профессиональные организации, играют решаю­щую роль. Процесс, посредством которого неродственные инсти­туты начинают играть первостепенную роль в социальной структу­ре, неизбежно влечет за собою потерю функций некоторыми или даже всеми институтами родства.

Подобные взгляды складывались в США в 50-е годы, когда институты государственно-монополистического капитала ста­вили своей задачей тотальный контроль над всеми обществен­ными процессами. Эти тенденции подметил еще в XIX в. Г. Спенсер. Анализируя регулятивную систему, в том числе ин­ститут власти, он привлек внимание к механизмам «социального контроля». Политическое управление Г. Спенсер рассматривал как один из видов этого контроля. Основоположник учения о социальных институтах утверждал, что весь социальный кон­троль держится на «страхе перед живыми и перед мертвыми». Страх перед живыми поддерживает государство, а страх перед мертвыми — церковь. Эти два института, по его мнению, возник­ли и постепенно развились из «эмбриональных» форм, которые появились еще при родовом строе, в первобытном обществе.

Социальный контроль за повседневным поведением людей, считает Спенсер, осуществляется «церемониальными институ­тами», которые старше, чем церковь и государство, а действуют значительно эффективнее. Они регулируют общение, символи­зируя «статус» и «ранг» субъектов, вступающих в отношения между собой, поддерживая «чувство субординации».

Социальный институт, как было отмечено ранее, образуется на основе социальных связей, взаимодействий и отношений конкретных субъектов (индивидов, групп, общностей). Но он не сводится к сумме этих субъектов и их взаимодействий. Со­циальный институт носит надындивидуальный характер, обла­дает собственным, новым системным качеством и своей логи­кой развития. Итак, социальные институты — это организованные социальные системы, выполняющие определенные функции, с устойчивой структурой, интегрированными элементами.

Они включают системы ценностей, норм, идеалов, образцов деятельности и поведения всех субъектов социокультурного процесса. Системы ценностей обусловливают сходное поведе­ние индивидов, всех субъектов социального действия, согласо­вывают их стремления, устанавливают формы, способы удовле­творения их потребностей и интересов, разрешают конфликты, на определенное время обеспечивают состояние равновесия в рамках той или иной социальной общности или общества в це­лом. Для того чтобы социальный институт функционировал, мало иметь в его структуре полный набор социокультурных элементов. Важно, чтобы они стали частью внутреннего мира личности, переросли в социальные роли и статусы.

Процесс формирования ценностных ориентации личности, ее ожиданий и т.д. — важнейший компонент институционализации.

Еще одним важным компонентом институционализации яв­ляется организационное формирование социального института: создание его материальной, финансовой, ресурсной базы. Обычно это совокупность людей, учреждений, наделенных ма­териальными и финансовыми средствами для выполнения оп­ределенных социальных функций, будь то институт церкви, се­мьи, высшего образования и т.п.

Формирование социального института проходит стихийно или сознательно, но в любом случае он характеризуется нали­чием цели. Кроме цели обязательно имеются функции, которые обеспечивают достижение этой цели, а также набор социальных ролей, характерных для данного института.

Итак, исходя из сказанного можно дать еще одно определение: Социальный институт — это специфическое образование, выполняющее общественно значимые функции и обеспечи­вающее достижение определенных целей, относительную ус­тойчивость социальных связей и отношений в рамках социаль­ной организации общества. Выполняя свои функции, социальные институты стимули­руют действия субъектов, согласующиеся со стандартами пове­дения, и подавляют их девиантное  поведение, т.е. контролируют поведение субъектов.

Каждый институт выполняет свою социальную функцию. Их совокупность составляет общие социальные функции инсти­тутов как элементов тех или иных социальных систем.

Как правило, выделяют четыре основных социальных ин­ститута: 1) институт семьи, выполняющий наиболее важную функцию — воспроизводство членов общества, 2) институт здравоохранения, 3) институт социальной защиты и 4) в более широком плане — государства.

В рамках государства, где действуют еще и другие институ­ты, например, образования, средств массовой информации, реализуется другая важная функция — социализация.

В рамках государства есть еще функции производства и рас­пределения. Они обеспечиваются экономическими, социальны­ми и политическими институтами. Большая роль здесь принад­лежит институтам управления и контроля, которые реализуют эти функции, опираясь на систему социальных норм и предпи­саний. Взаимопереплетаясь, действуют моральные и правовые нормы, традиции, обычаи, решения администрации. Поведение субъектов регулируется через систему поощрений и наказаний.

Функциональные качества различных социальных институ­тов отличаются друг от друга. Например, собственность, обмен, банки, хозяйственные объединения находятся в ведении ин­ститута экономики. Но утверждать, что этот институт и другие, например политические, социальные, разделяет китайская сте­на, было бы ошибочно. В реальной жизни их функции пере­плетены столь тесно, что провести какую-либо грань между ними чрезвычайно сложно.

Политические институты — государство, партии, профсою­зы и другие общественные организации - занимаются вопро­сами производства, социальной защиты и санкций. Кроме того, они регулируют воспроизводство и сохранение нравственных, правовых, идеологических ценностей, поддерживают сложив­шиеся социально-классовые структуры.

Свои специфические функциональные качества имеют со­циально-культурные и воспитательные институты. Прежде всего они помогают решать проблемы социализации субъектов, индивидов; делается это через усвоение закрепленных в созна­нии, в нормах права устойчивых социокультурных стандартов поведения. Такие стандарты поддерживаются и регулируются или силой общественного мнения, или силой закона. Обяза­тельность исполнения норм обеспечивается принудительно си­лой соответствующих органов, т.е. системы институтов госу­дарства, наделенного особыми полномочиями.

Существуют еще специфические функции социальных ин­ститутов, которые чаще всего называют церемониально-символическими. Здесь тоже существуют свои нормы поведения, за которыми следят данные институты. Эти нормы регулируют ак­ты группового, межгруппового, индивидуального поведения, определяют его порядок, деятельность субъектов.

Социальные институты взаимодействуют с социальной сре­дой, в качестве которой выступает общество. Чем стабильнее, упорядоченнее функционируют все социальные институты, тем крепче общество, динамичнее его развитие. Но происходящие в обществе процессы постоянно изменяют потребности различ­ных субъектов (отдельных людей, групп, слоев, классов), следо­вательно, меняется характер взаимодействия социальных ин­ститутов с социальной средой. Может наступить такая ситуа­ция, при которой изменения потребностей не найдут отраже­ние в структуре и функциях социального института и в его дея­тельности возникает дисфункция. Она выражается в первую очередь в неясности целей деятельности института, неопреде­ленности его функций, понижении социального авторитета, трансформации отдельных функций в деятельность, направ­ленную не на достижение рациональной цели, удовлетворение широкого круга, в первую очередь, социально-экономических потребностей людей, а на поддержание собственного существо­вания.. Такой институт начинает испытывать различ­ные трудности: от недостатка материальных, финансовых средств, отсутствия хорошо подготовленных высокопрофессио­нальных кадров, нарастания организационных неурядиц до идеологических и политических шараханий, утраты имиджа ин­ститута или государственного деятеля.

Все перечисленное в основном носит внешний, формально организационный характер, это внешние проявления дисфунк­ций, а не содержательные, о чем говорилось выше.

Чаще всего это явление связывается с утратой основного качества института — деперсонализацией. Принцип деперсона­лизации заключается в том, что функционирование социаль­ного института, удовлетворяющего широкий спектр социально-экономических, политико-идеологических семейно-бытовых потребностей, в основном не зависит от личности тех, кто должен выполнять задачи, решаемые конкретным социальным институтом: от их склонностей, установок, ценностных ориен­тации и других субъективных характеристик. Оптимальная деятельность социального института достигается за счет объектив­но действующего механизма, обеспечивающего распределение социальных ролей (когда каждый субъект знает свой маневр), и этим обеспечивается четкое исполнение возложенных на ин­ститут задач. Дисфункция в деятельности социального институ­та заставляет «подгонять» его работу под интересы отдельных лиц (государственных, административных и т.п.), их персо­нальных качеств.

Неудовлетворенные социальные потребности вызывают к жизни новые силы, нормативно не регулируемые виды дея­тельности. Они на полузаконных или вовсе незаконных осно­ваниях восполняют дисфункцию законных институтов. Эти но­вые силы вторгаются во все сферы деятельности и порождают имущественные, хозяйственные, уголовные и административ­ные правонарушения, так как действуют вопреки существую­щим нормам морали и права, юридическим законам.

Почему стала возможна такая картина? Это попытались вы­яснить социологи Академии Госслужбы при Президенте Рос­сии. Они задали респондентам довольно простой вопрос: «Как можно охарактеризовать действия центральных органов государственной власти в решении ключевых проблем социально-экономического развития?» Абсо­лютное большинство опрошенных назвали альтернативу «Ут­рата контроля за развитием событий.» — 61%; на второе место вышел ответ: «Некомпетентное руководство.» — 31%; затрудня­лись с ответом 4%. Утрату контроля за развитием событий рес­понденты связывают прежде всего с просчетами  в разработке политики реформ. Кроме того, отмечают утрату контроля «верхов» за положением дел «внизу». Давая оценку власти в открытых вопросах, опрошенные не скупились на слова и не церемонились в определениях: «Льется горячий бесконечный дождь законов, указов, распоряжений, которые никто не выполняет».

В результате от 40 до 80% общего объема валового внутрен­него продукта России находится сегодня под контролем кри­минального мира. Экономическая преступность и коррупция в России приобретают поистине катастрофические масштабы. Наши мафиози «наращивают свои «грязные» капиталы не в легальном секторе экономики, а путем хапков из бюджета государства и новые миллионы долларов переводят в зарубежные банки».

В силу обозначенных и других причин в последнее десяти­летие в российском обществе наблюдается быстрый рост пре­ступности, которая носит в основном организованный харак­тер, так как действует на основах четкой субординации, спе­циализации и жесткой дисциплины. Ее чертами является планируемость, распределение преступных ролей, каждый субъект имеет свои интересы и специализацию. Огромные средства, добытые преступным путем, идут на подкуп чиновников раз­личных правительственных структур; от поселка, города район­ного, областного, краевого, республиканского масштаба до сто­личных центров.

Естественно, что профилактику подобного рода правонару­шений надо начинать с переориентации деятельности социаль­ных институтов, чтобы они в большей степени удовлетворяли имеющиеся и возникающие социальные потребности, а также создавать новые социальные институты и трансформировать сами социальные потребности, постепенно менять обществен­ное сознание.

2.

 Социальные организации

С социальными институтами тесно связаны социальные организации. Социальная организация — это в широком смысле любая организация в обществе; в узком смысле — социальная подсистема организации.

Термин «организация» ( позднелат. оrganisation — сообщаю, стройный вид, устраиваю) используется в нескольких значениях: 1) как элемент социальной структуры общества; 2) как вид деятельности какой-либо группы; 3) как степень внутренней упорядоченности, согласованности функ­ционирования элементов системы.

 В социологии ведущим понятием является элемент социальной структуры. В этом плане социальная организация понимается как система отношений, объединяющих какое-то число таких элементов, например, инди­видов (групп) для достижения определенной цели.

Понятие «организация» употребляют в экономике, биоло­гии, кибернетике, многих других науках, а такие в сферах дея­тельности, где действуют социальные группы и упорядочивает­ся их деятельность. Реальность существования социальных групп проявляется в их деятельности, которая возможна в рам­ках социальной организации (в форме производственных, ре­лигиозных, национальных, научных организаций, политических партий, профессиональных союзов и т.д.). Социальная органи­зация оформляет социальные группы в коллектив. Видный ис­следователь проблемы социальной организации А. И. Пригожин определяет ее как группу людей, совместно и координирован но реализующую общую цель.

Группа людей в форме социальной организации получает институциональное оформление социальных различий, сфор­мировавшихся в разных сферах жизнедеятельности людей. Ка­ждый член группы имеет свою собственную позицию, отра­жающую его положение в системе разделения общественного труда. Например, организация предприятия включает предста­вителей рабочих, инженерно-технических работников, разных профессий и возрастов. Она выполняет интегративную функ­цию со стороны социальной системы. Социальные организации имеют ряд основных черт.

1.   Они   создаются  для  реализации  определенных  целей, стремятся как можно быстрее и эффективнее достичь этой це­ли. Организации представляют собой одновременно средство и инструмент обеспечения функции объединения людей, регули­рования их деятельности для достижения цели, которой нельзя достичь в одиночку.

2.   Члены организации распределяются  по  иерархической лестнице соответственно ролям и статусам. Таким образом, со­циальная организация — это сложная система связанных между собой социальных позиций и ролей входящих в нее членов. Она дает возможность индивиду реализовать свои потребности и интересы в тех границах, которые устанавливаются социаль­ным статусом человека, нормами и ценностями, принятыми в конкретной социальной организации.

3.  Характерная черта организации, как считает А. И. Пригожин, возникает на основе разделения труда, его специализации по функциональному признаку. Организации строятся по вертикали и по горизонтали. В вертикальных структурах всегда имеются управляющая и управляемые подсистемы. Управляю­щая система координирует функционирование горизонтальных структур. Построение организации по вертикали обеспечивает достижение единства целей, придает организации эффектив­ность и стабильность функционирования.

4. Характерная черта организации—управляющие подсисте­мы формируют свои механизмы и средства регулирования и контроля за деятельностью различных элементов организации.

В числе важнейших средств значительную роль играют ин­ституциональные, или внутриорганизационные нормы, которые создаются деятельностью институтов, обладающих особыми полномочиями. Эти институты проводят, реализуют норматив­ные требования в жизнь и для этого применяют свои санкции. Названные четыре фактора, по мнению А. И. Пригожина, де­терминируют организационный порядок, систему относительно стабильных целей, связей и норм, регулирующих отношения и взаимодействия.

Организации различаются в соответствии с основными сфе­рами жизнедеятельности общества. Большинство из них вклю­чают в себя несколько качественно различных подсистем. Так, в производственной организации, как правило, имеются техни­ческая, экономическая, управленческая, социальная подсисте­мы. Отношения в социальной организации, их формы опреде­ляются функциональными особенностями конкретной органи­зации, типом общества. Социальная организация объединяет своих членов общими интересами, целями, ценностями, нор­мами, поэтому предъявляет к своим членам двоякие требова­ния: как безличный институт и как человеческая общность. В свою очередь, каждый индивид предъявляет к организации свои требования, такие, как защита его социального положе­ния, обеспечение его профессионального и статусного роста, создание условий для развития его личности. Взаимодействие этих требований — один из важных источников развития органи­зации. От их реализации зависит ее социальная эффективность.

Как правило, социальная организация — это целостная со­циальная система, состоящая из различных подсистем и их элементов. Целое всегда больше своих составляющих и качест­венно отличается от них. Поэтому всякая социальная организация характеризуется особым кооперативным эффектом, при­ростом дополнительной энергии, называемым синергетикой, а общая энергия организации превышает сумму индивидуальных усилий ее субъектов. Этот прирост, по мнению специалистов, образуется в результате того, что организация интегрирует уси­лия всех своих элементов (субъектов). Координация, одновре­менность усилий этих субъектов дает прирост энергии: элемен­ты организации, включенные в ее систему, приобретают новое качество, превращаясь в частично специализированные, вы­полняющие более узкие функции, однонаправленные элемен­ты, субъекты. Эта специализация действия элемента, индивида позволяет увеличить эффективность его функционирования, усилить отдачу, так как энергия концентрируется на одной це­ли — управляющая подсистема координирует действия людей. Социологи-специалисты дают типологию социальных организаций, используя разные подходы и методы. Но наиболее распространенными типами организации являются формальные и неформальные. Главными критериями такого разделения служит степень формализации существующих в сис­темах связей, статусов и норм.

Формальная организация, как правило, возникает в результа­те соответствующего административного, политического реше­ния, в ее основе лежит разделение труда, ей присуща глубокая специализация, деятельность такой организации четко регла­ментирована, обусловлена юридическими нормами и т.д. Раз­деление труда выступает как система статусов — должностей, а каждая из них наделена определенными функциями. В такой организации строго упорядочиваются должностные статусы по сходству функциональных задач, создается иерархия: руководи­тель — подчиненные.

Для успешного функционирования формальной организа­ции необходима деловая информация. Ее прохождение, приня­тие верного управленческого решения зависят от организации многосторонних связей, включая и обратную. Как правило, формальная организация безлична, рассчитана на индивидов, подготовленных для выполнения определенных функций. Ме­жду субъектами не предусматриваются никакие иные отноше­ния, кроме служебных, регламентированных правилами внут­реннего распорядка, приказами и т.д. Эти и другие документы, указания администрации нормируют работу организации. В ос­нове ее деятельности лежит принцип целесообразности.

Одним из первых ввел в социологию категорию формальной организации немецкий ученый Макс Вебер. Он же высказал верное предположение, что формальная организация, как пра­вило, стремится превратиться в бюрократическую систему. Он довольно высоко оценивал роль бюрократии, утверждая, что без нее невозможен технический, технологический, организа­ционный прогресс. Вебер сформулировал основные черты бю­рократии идеального типа. Этот тип предполагает следующие свойства: управленческая деятельность совершается постоянно; существует потолок, сфера власти и компетенции на каждом уровне и для каждого субъекта в аппарате управления; выше­стоящий руководитель осуществляет контроль за нижестоящим чиновником, который отделен от собственности на средства управления, а должность отделена от субъекта, выполняющего административные функции; управленческая работа становится особой профессией; существует система подготовки чиновни­ков, управленческие функции документируются; в управлении главным является принцип безличности.

Вебер утверждал, что главное достоинство бюрократии — высокая хозяйственная и экономическая эффективность. Ее обеспечивают точность и быстрота в работе, знания и постоян­ство управленческого процесса, служебная тайна и субордина­ция, единоначалие и экономичность, сведение к минимуму конфликтов и уважение профессионализма коллег. Таковы, по Веберу, главные достоинства бюрократического управления организацией.

Но уже в конце XIX и в начале XX вв. он высказал немало верных мыслей относительно опасности, которую несет в себе усиление бюрократии в формальных организациях, в обществе в целом. Вебер полагал, что бюрократия может превратиться в класс, если ее деятельность не будет жестко контролироваться государством. Среди главных недостатков бюрократии он назы­вал игнорирование специфики конфликтных ситуаций, дея­тельность в жестко определенных рамках, по шаблону, т.е. от­сутствие какого-либо творчества в работе, злоупотребление властью. Чтобы бороться с этими и другими негативными тен­денциями в деятельности бюрократии, ученый предлагал, как отмечалось выше, систему контроля, гарантий, ограничивающих власть бюрократов. Одним из условий, порождающих все­властие бюрократии, по праву считается отсутствие полной информации об их деятельности. Это положение, безусловно, справедливо.

Точка зрения Вебера на роль бюрократии в формальной организации, в обществе подвергалась и подвергается основа­тельной критике, хотя в последние десятилетия наблюдается своего рода ренессанс его идей, которые освобождаются от ус­таревших представлений, модернизируются. Например, разде­ляют власть бюрократа и власть специалиста: первому подчи­няются в силу приказа, второму — в силу авторитета, призна­ния его профессиональной подготовки, глубокого знания дела. Поэтому подчинение во втором случае добровольное, тогда как в первом - принудительное. Какому способу управления от­дать предпочтение, какой стиль руководства эффективнее - вопрос далеко не праздный. В нынешнем обществе информа­ционной цивилизации острой проблемой оказывается опреде­ление самостоятельности специалистов. Считают, что эта само­стоятельность должна проявляться в оперативной формулиров­ке целей, постановке задач, выборе способов деятельности, ис­пользовании знаний и контроле исполнения.

Проблема противоречия между бюрократической организа­цией управления и творческой работой, предполагающей вос­приимчивость ко всем новшествам — это вопрос выживаемости любой формальной организации в условиях рыночной эконо­мики. Готовность организации признать и внедрить нововведе­ние в немалой степени зависит от наличия в организации таких норм и правил, которые поощряют творческую деятельность. Даже в традиционных обществах существуют нормы, которые поощряют (материально и морально) творческую, конструктив­ную деятельность субъектов формальных организаций (на­пример, кружки качества в Японии). Но всюду, в техногенных или традиционных обществах, всегда приходится преодолевать сопротивление бюрократии. Французский социолог М. Крозье отмечает, что характер сложившихся в бюрократической орга­низации связей и отношений препятствует инновациям (иерар­хия служебных зависимостей, желание монопольно владеть информацией, решать судьбы вверенных субъектов, определять экономическую, социальную политику — слишком лакомый кусок, чтобы можно было легко от него отказаться). Наделенный соответствующими полномочиями чиновник считает дей­ствия подчиненных правильными, если они соответствуют приказам, уставам, внутреннему распорядку организации, уч­реждения. Малейшее отступление от этих правил ведет к санк­циям. Такой подход к оценке деятельности подчиненных не поощряет творчества, культивирует конформизм поведения, мышления, приучает жить по принципу: «Чего изволите? Как скажете, так и сделаю».

Американские исследователи П. Блау и Т. Скотт справед­ливо подметили, что бюрократия стремится к однотипности в организационных системах. Разнородность задач, функций и элементов организации создает возможности для внедрения новинок техники и технологии, большей оптимизации управ­ления, но затрудняет руководство. Проведя эксперименты, со­брав большой эмпирический материал, они доказали, что орга­низации, выполняющие простые задачи, решают их лучше при иерархической структуре управления. А группы, решающие сложные проблемы, носящие комплексный характер, показы­вают лучшие результаты не при иерархической, а при горизон­тальной структуре организации, когда организационные отно­шения более демократичны, менее заформализованы.

Бюрократия стремится к тому, чтобы вывести за скобки, исключить собственно личные интересы субъектов, занятых в сфере управления, перевести эти интересы во всеобщие инте­ресы организации. Материальные интересы индивидов связаны не столько с задачами, целями организации, сколько с сущест­вованием конкретных подразделений организации, формами их существования, регламентации. В свое время Маркс говорил о существовании особого корпоративного интереса бюрократии в государстве. В таком случае цели формальной организации превращаются в средства поддержания ее устойчивости, мате­риальных интересов правящей элиты.

В обществе параллельно с формальными возникают и функционируют неформальные организации. Они появляются не по приказу или решению администрации, а стихийно или соз­нательно для решения социальных потребностей. Неформаль­ные организации — это спонтанно сложившаяся система соци­альных связей, взаимодействий. В них действуют свои, отлич­ные от формальных структур нормы межличностного и меж­группового общения. Они возникают и действуют там, где формальные организации не выполняют каких-либо функций, важных для общества. Неформальные организации, группы, объединения компенсируют недостатки формальных структур. Как правило, это самоорганизованные системы, создаваемые для реализации общих интересов субъектов организации.

Член неформальной организации более самостоятелен в достижении индивидуальных и групповых целей, располагает большей свободой в выборе формы поведения, взаимодействия с другими индивидами организации, группы. Это взаимодейст­вие в большей степени зависит от личных привязанностей, симпатий. Отношения с другими субъектами не регламентиро­ваны приказами, установками руководства, предписаниями. Решения организационных, технических и других задач чаще всего отличаются творчеством, оригинальностью. Но в таких организациях или группах нет жесткого регламента, дисципли­ны, и подобная организация, группа менее устойчива, более пластична и подвержена изменениям. Ее структура и отноше­ния в ней во многом зависят от складывающейся ситуации.

Таким образом, каждая из разновидностей организации имеет свои достоинства и недостатки. Современный менеджер, юрист, предприниматель должны иметь об этом ясное пред­ставление, чтобы умело использовать в практической работе их сильные стороны.
Тема 10: «Социология семьи»
План лекции:

1. Брак и семья - социальные институты.

2. Важнейшие функции семьи.

3. Тенденции развития семейно-брачных отношений.

Рекомендуемая литература:

1. Социология: Учебник для студентов высших учебных заведений/ Под ред. проф. В.Н. Лавриненко; 2-е изд. – М.: ЮНИТИ-ДАНА, 2000.

2. Кравченко А.И. Социология для экономистов: учебное пособие для вузов. – М.: ЮНИТИ, 2000.

3.  Радаев В.В. Экономическая социология. – М.: Аспект-Пресс, 2000.

4.  Учебный социологический словарь/ Под ред. С.А. Кравченко. – М.: Экзамен. 1999.

5.  Антонов А.И., Медков В.М. Социология семьи. – М.: МГУ. 1996.
1.

 Брак и семья - социальные институты

            Семья и брак относятся к явлениям, интерес к которым всегда был устойчивым и массовым. Несмотря на всю изобре­тательность человека, огромное разнообразие политических, экономических и прочих организаций, практически в каждом обществе, начиная от примитивнейшего племени и кончая сложным социальным строем современного развитого государ­ства, семья выступала и выступает как отчетливо выраженная социальная единица.

Семья — один из наиболее древних и значимых социальных институтов, но тем не менее нет оснований утверждать, что все другие социальные институты ведут свое происхождение от се­мьи и что все отношения подчинения, кооперации, солидарно­сти строятся по образцу отношений между родителями и деть­ми, между супругами и между родственниками. Чем объяснить факт неизменного сохранения семьи в обществе? При всем разнообразии исходных позиций социологи сходятся в том, что семья и необходимость ее сохранения возникают из потребно­стей в физическом и духовном воспроизводстве населения.

В любом обществе семья имеет двойственный характер. С одной стороны, это социальный институт, с другой — малая группа, имеющая свои закономерности функционирования и развития. Отсюда ее зависимость от общественного строя, су­ществующих экономических, политических, религиозных от­ношений и одновременно — относительная самостоятельность. С институтом семьи тесно связан другой общественный ин­ститут — институт брака — санкционированная обществом, со­циально и личностно целесообразная, устойчивая форма поло­вых отношений.

Семья — малая группа, основанная на кровно-родственных связях и регулирующая отношения между супругами, родите­лями и детьми, а также ближайшими родственниками. Отличи­тельным признаком семьи является совместное ведение до­машнего хозяйства.

Основу семьи составляет, как правило, брачная пара. Одна­ко есть семьи, характеризующиеся совместным проживанием, общим ведением хозяйства, но юридически не оформленные. Количество таких семей в последнее время заметно увеличи­лось. Социологи вообще отмечают снижение желания и готов­ности населения к заключению брака, что особенно характерно для современных развитых стран. Кроме того, есть и неполные семьи, где отсутствует один из родителей или родительское по­коление по каким-либо причинам не присутствует вообще (например, когда дети живут с бабушками-дедушками без роди­телей).

Типы семьи Семьи в зависимости от представленности в них различных поколений бывают нуклеарными (родители и дети) и расширенными (супружеская пара, де­ти, родители кого-либо из супругов, другие родственники и пр.). Процессы индустриализации и урбанизации, широко развернувшиеся в современном мире, привели к преобладанию нуклеарной семьи.

Изменения в составе и структуре семьи нередко служат по­водом для пессимистических выводов об ослаблении семейно-родственных связей. В «нормальных» условиях, по Конту, се­мья должна обеспечить подчинение детей родителям по признаку возраста и женщин мужчинам по признаку пола. В на­стоящее время оба параметра существенно меняются. Моло­дежь все раньше покидает родительский дом, стремится жить самостоятельно и все чаще выбирает другую профессию, неже­ли профессия родителей. Эмансипация женщин тоже вносит свой вклад в разрушение иерархической организации семьи. В связи с этим по характеру распределения семейных обязанно­стей, по тому, как решается в семье вопрос о лидерстве, социо­логи выделяют на сегодняшний день три основных типа се­мьи.

1.  Традиционная (или патриархальная) семья. Такой тип ор­ганизации семьи предполагает существование под одной кры­шей минимум трех поколений, и роль лидера отводится стар­шему мужчине. Для традиционной семьи характерны: а) эко­номическая  зависимость женщины  от  супруга;   б) функцио­нально четкое разделение сфер семейной жизни и закрепление мужских и женских обязанностей (муж — кормилец, жена -хозяйка);  в) признание  безусловного приоритета мужчины в вопросах семейного главенства.

2.  Неотрадиционная семья. В ней сохраняются традицион­ные установки на мужское лидерство и разграничение мужских и женских семейных обязанностей, но в отличие от семей пер­вого типа без достаточных на то объективных экономических оснований. Такой тип семьи социологи называют эксплуата­торским, поскольку наряду с правом на равное с мужчиной участие в общественном труде женщина получает «исключи­тельное» право на домашний труд.

3.  Эгалитарная семья (семья равных). Для семьи такого типа характерны:   а)  справедливое,   пропорциональное   разделение домашних обязанностей между членами семьи, взаимозаменяе­мость супругов в решении бытовых проблем (так называемая «ролевая симметрия»); б) обсуждение основных проблем и со­вместное принятие важных для семьи решений; в) эмоцио­нальная насыщенность отношений.

Существуют и переходные типы семей, в которых ролевые установки мужчин носят более традиционный характер, нежели их фактическое поведение, либо, наоборот, при демократических ролевых установках мужчины мало участвуют в ведении домашнего хозяйства.

Таким образом, в современной семье не только трансфор­мируются традиционные роли женщин в связи с их массовым участием в профессиональной деятельности, но и изменяются роли мужчин. Например, в западноевропейских странах уже не являются аномальными и из ряда вон выходящими случаи, ко­гда мужчина берет отпуск по уходу за ребенком. Поэтому важ­но выяснить, как супруги воспринимают новую ситуацию, го­товы ли они к перераспределению семейных обязанностей, от чего зависит лидерство в семье.

2.

 Важнейшие функции семьи

Семья всегда выполняет целый ряд функций, среди которых важнейшими являются репродуктивная, воспитательная, хозяй­ственно-экономическая и рекреационная.

Репродуктивная  функция   Это воспроизводство в детях численности  родителей. Чтобы через 25—30 лет уровень населения в нашей стране не снизился, ко­личество детей в каждой семье должно быть не менее двух. Статистика показывает, что для простого воспроизводства на­селения России необходимо, чтобы примерно 50% семей имело по двое детей и 50% — по трое. Но социально-демографическая ситуация в настоящее время вызывает боль­шую озабоченность у многих специалистов. Для нее характер­ны снижение уровня рождаемости, старение населения, увели­чение количества однодетных и бездетных семей, рост вне­брачной рождаемости. По данным социологических исследова­ний, из общего количества новорожденных в середине 80-х го­дов примерно третья часть родилась вне брака, а возрастная группа 16-17-летних матерей составляет почти половину. Многие из этих детей пополняют контингенты детских домов, потому что родители попросту отказываются от каких бы то ни было обязательств по отношению к ним. Наряду с этим пятая часть супружеских пар вообще не желает иметь детей. Среди мотивов ограничения числа детей или отказа от деторождения в 80-х годах преобладали следующие: не с кем оставить ребен­ка, необходимо дать хорошее воспитание уже имеющимся де­тям, стесненные жилищные условия, материальные затрудне­ния, перегрузка домашним хозяйством, желание «пожить для себя».

В 90-х годах происходят существенные изменения в моти­вации ограничения рождаемости: на первый план выходят ма­териально-экономические причины и появляется такой мотив, как неуверенность в завтрашнем дне. Процесс уменьшения числа детей в семье «стимулируется» и ростом разводов (или их угрозой).

Исследования показывают, что не только конфликтующие, но и сравнительно благополучные в плане стабильности пары нередко не решаются заводить второго, третьего, а подчас даже одного ребенка, опасаясь, что их брак будет столь же непрочен, как и многие другие. Наблюдаются непропорционально боль­шие различия между рождаемостью в разных регионах страны и у разных групп населения. Наиболее низкая рождаемость в крупных городах. У женщин с высшим образованием показа­тель рождаемости почти в три раза ниже, чем у женщин с на­чальным образованием. Примерно во столько же раз превыша­ет среднюю норму рождаемости число детей у психически больных и умственно отсталых лиц.

Сложившаяся ситуация чревата по меньшей мере двумя опасностями. Первая состоит в том, что ряд регионов оказался перед чертой, за которой может начаться депопуляция. Вторая опасность — возрастание у населения патологического груза, врожденной умственной отсталости и тяжелых наследственных заболеваний.

Вместе с тем надежды на рост рождаемости при сохранении существующего положения, когда подавляющее большинство женщин вне зависимости от числа воспитываемых детей, от своего отношения к профессиональной деятельности и мате­ринству должны работать,— всего лишь прекраснодушная уто­пия. Если к этому прибавить угрозу безработицы (а в нашей стране безработица уже имеет ярко выраженное женское лицо), рост цен на товары детского ассортимента, никак не соотноси­мый с размерами дотаций на детей, уровень и качество бес­платного медицинского обслуживания и постепенный перевод его на платную основу, то перспективы становятся почти ката­строфическими. Социологические исследования по демографи­ческой проблематике обнаруживают устойчивую тенденцию: иде­альное количество детей всегда выше желаемого, желаемое — выше фактического. При этом с увеличением возраста опраши­ваемых эти показатели изменяются в сторону уменьшения.

Таким образом, семьи, обладающие оптимальными возмож­ностями в области воспроизводства и воспитания нового поко­ления, почти до предела ограничивают свою репродуктивную функцию. Особенно заметен этот процесс в крупных городах. При сходстве основных тенденций репродуктивного поведения населения (снижение рождаемости, уменьшение числа много­детных и увеличение числа бездетных семей) социологи отме­чают и некоторые различия между странами. Так, в Германии в отличие от России нет тенденции к увеличению удельного веса семей с одним ребенком.

 Воспитательная  функция  С репродуктивной функцией тесно связана  другая функция семьи    воспитательная. Давно известно, что для нормального, полноценного развития ребенка семья жизненно необходима, и ее нельзя заменить никакими другими институтами или общест­венными учреждениями. Психологи и педагоги отмечают, что если с рождения до трех лет ребенок лишен достаточного ко­личества внимания, заботы, тепла, непосредственного эмоцио­нального контакта со взрослыми и прежде всего с матерью, то естественное протекание формирования многих социально зна­чимых качеств детей нарушается, растягивается на продолжи­тельное время, а в некоторых случаях блокируется полностью, становится невосполнимым.

Существенное влияние на формирование личности ребенка оказывает и атмосфера внутри семьи. Установлено, что пьянст­во родителей является одной из важнейших причин негативных отклонений в поведении детей и детской преступности. По не­которым данным, у несовершеннолетних правонарушителей более чем в 80% случаев пьянствовали один или оба родителя. Большинство фактов детского аморализма и преступности под­ростков связано с употреблением спиртного. Особую озабоченность вызывает растущий алкоголизм женщин. При этом на­блюдается весьма тревожный симптом: темпы роста женского алкоголизма в полтора-два раза превышают темпы роста муж­ского алкоголизма.

Многие факторы падения воспитательной роли семьи тесно связаны с происходящими в ней серьезными переменами. Пе­реход от семьи традиционного типа к современной, основан­ной на равенстве супругов, привел к утрате непререкаемого ав­торитета мужчины и снижению согласованности воспитатель­ных воздействий родителей (показательно, что большинство подростков воспринимают отца и мать автономно, изолирован­но, для них родители как единое целое будто бы не существу­ют). В современной семье нередки разные, а то и взаимоис­ключающие понятия матери и отца о воспитании, о том, как надо жить вообще.

Социологи выделяют несколько достаточно устойчивых стереотипов семейного воспитания.

1.  Детоцентризм, т.е. всепрощенческое отношение к детям, ложно понимаемая любовь к ним. В таких семьях дети вырас­тают избалованными, не приемлют разумных запретов и обя­занностей, в том числе и долга перед родителями. Как правило, их полностью обслуживают старшие члены семьи.  Подобная тенденция наиболее характерна для тех семей, в которых растет один ребенок и (или) воспитание возложено на бабушек и де­душек, оберегающих своих внуков от жизненных трудностей. В результате вырастают эгоцентричные, инфантильные молодые люди, не умеющие и не желающие брать ответственность на себя.

2.  Профессионализм,   т.е.   тенденция   своеобразного   отказа родителей от воспитания детей под предлогом того, что этим должны  заниматься  педагоги,   воспитатели-профессионалы   в детских садах и школах. Такие родители считают своим долгом прежде    всего    материально    обеспечить    своих    детей.    К «воспитательным» воздействиям они прибегают обычно лишь тогда, когда ребенок провинился или «мешает» им. Чаще всего их воспитательные воздействия имеют форму строгого запрета, брани и даже телесных наказаний. Таким образом, родители и дети оказываются выключенными из жизни друг друга, уровень доверительности в их общении минимален, круг совместно об­суждаемых проблем крайне узок. В силу этого у ребенка в такой семье отсутствует опыт диалога со взрослыми, слабо разви­та потребность во взаимодействии со старшими, что впоследст­вии может осложнить его социальные контакты.

3. Прагматизм, т.е. воспитание, цель которого — выработка у детей «практичности», умения «ловко устраивать свои дела», ориентации прежде всего на получение непосредственной ма­териальной выгоды. Очевидно, что существует опасность уси­ления прагматической тенденции в воспитании при переходе к рыночным отношениям, когда именно утилитаристское пове­дение расценивается па уровне обыденного сознания как наи­более адекватное новым условиям, как стратегия выживания.

В семье главным образом воспитываются дети. Но этим да­леко не исчерпывается ее воспитательная роль. Семья оказыва­ет огромное влияние на развитие личности каждого ее члена, расширяя или, наоборот, ограничивая пространство для само­реализации не только детей, но и взрослых.

Хозяйственно-экономическая функция  Эта функция семьи охватывает различные аспекты семейных отношений: ведение домашнего хозяйства, составление и использование семейного бюджета, организацию семейного потребления, проблему распределения домашнего труда, поддержку и опеку над престарелыми и инвалидами и т.д. В нашей стране, где невысок уровень механизации в бы­ту, труднодоступна сеть бытовых услуг, бытовые проблемы ло­жатся в первую очередь на плечи женщин, усугубляя и без того нелегкий конфликт ролей - противоречия между профессио­нальной деятельностью женщины и ее семейными обязанно­стями, между ролью жены, матери и труженицы. Однако мас­совые опросы показывают, что лишь небольшой процент жен­щин (5%) выбирает в качестве наиболее привлекательного об­раз жизни семейной неработающей женщины, посвятившей се­бя исключительно заботе о детях и муже. Уравнивание себя с мужчинами в отношении к работе, продолжительности рабо­чего времени и размеров отпусков допускает всего 1% опро­шенных женщин. Между тем более половины считают, что ра­бочее время женщин могло бы быть короче, чем у мужчин, а ежегодный отпуск — длиннее.

Однако учитывая существующее положение дел, сознавая, что государство не способно предоставить женщинам выбор предпочтительного для них образа жизни, единственный реаль­ный вариант решения проблемы двойной занятости женщин -перераспределение семейно-бытовых обязанностей.

Рекреационная функция Эта функция семьи приобретает все большее значение в наше время. В условиях убыстряющегося ритма жизни, роста вся­кого рода социальных и психологических нагрузок, увеличения количества стрессовых ситуаций семья принимает на себя осо­бую терапевтическую роль. Она должна стать «оазисом» спо­койствия, уверенности, создавать столь важное для человека чувство безопасности и психологического комфорта, обеспечи­вать эмоциональную поддержку и сохранение общего жизнен­ного тонуса. Рекреационная функция включает в себя и духов­но-эстетические моменты, в том числе организацию семейного досуга и отдыха. Рекреационные аспекты семейной жизни тес­нейшим образом связаны с культурой семейных отношений, а это, как никогда ранее, влияет на жизнедеятельность семьи во­обще, на ее стабильность и в конечном счете на само сущест­вование брачной пары.

Понятно, что все функции семьи тесно взаимосвязаны, но их соотношение и удельный вес могут быть различными.

3.

 Тенденции развития семейно-брачных отношений

Исследование проблем, связанных с семьей, приобретает все большее значение как в теоретическом, так и в практиче­ском, жизненном плане. Известно, что нестабильность брака и семьи, проявляющаяся в росте числа разводов, характерна практически для всех развитых стран мира. Это объясняется влиянием урбанизации и вызванной ею интенсивной миграци­ей населения, эмансипацией женщин, научно-технической ре­волюцией, причинами социально-экономического, культурно­го, этнического, религиозного характера.

В настоящее время институт семьи переживает трудные времена. Отпали многие факторы, стабилизирующие семью извне: экономическая зависимость женщины от супруга, юриди­ческий, религиозный, моральный запрет или осуждение разво­дов. В этих условиях определяющее значение для стабильности брака приобретают внутренние факторы, присущие семье. Многочисленные социологические исследования показывают: в основе развода в подавляющем большинстве случаев лежит конфликт между супругами, достигший такой степени, что раз­решить его можно только путем расторжения брака.Выделяются несколько уровней супружеских взаимоотношений, на которых могут происходить конфликты.

            1. Психофизиологический — дисгармония проявляется в на­рушении сексуальной жизни. В целом явление это встречается довольно часто, однако как основную причину решения о раз­воде его отмечают лишь немногие.

2. Психологический — в семье создается нездоровый климат, проявляющийся в постоянных ссорах,  взаимных придирках, раздражительности, которая зачастую вымещается на детях.

3. Социально-ролевой — симптомы нарушения стабильности этого уровня — неправильное, неравномерное распределение семейно-бытовой нагрузки, хаотичность семейного уклада.

4. Социокультурный (духовный) — конфликты приобретают форму непонимания супругами друг друга, неуважения, отсут­ствия интереса или неудовлетворенности общением с партне­ром, неприятия его жизненных ценностей, идеалов.

Причины, вызвавшие конфликт на том или ином уровне, могут быть самыми разнообразными. Но по времени возникно­вения их можно разделить на две большие группы. Это причи­ны, возникшие непосредственно во время брака, во время со­вместной жизни и общего ведения хозяйства, и причины, кото­рые объективно существовали до момента создания семьи. 1 Группу причин, объективно существовавших до момента создания семьи, называют факторами риска, так как наличие их в период добрачного зна­комства уже таит в себе опасность будущего развода.

Факторы риска связаны как с личностью человека, его про­исхождением, воспитанием, так и с условиями заключения брака. К факторам риска относятся:

   большая разница в образовании и в возрасте между суп­ругами (особенно если женщина намного старше); склонность к алкоголизму одного из супругов; легкомысленное отношение к браку, семье вообще; слишком ранний возраст вступления в брак; вероятность скорого рождения ребенка; слишком малый срок знакомства; резкое несогласие родителей на заключение брака; брак по принуждению, без взаимного согласия.

Эти факторы дают о себе знать буквально в первые годы совместной жизни и во многом обусловливают то обстоятельст­во, что более трети разводов приходится на семьи, имеющие стаж совместной жизни от одного до трех лет.

Результаты опросов показывают, что значительная часть молодых людей (около 1/3) вступали в брак на основе мотивов, лежащих вне семейной сферы: желание уйти из родительского дома, совершить ответственный самостоятельный шаг, отом­стить кому-либо или просто за компанию с другом. Естествен­но, что такое поверхностное, несерьезное отношение к браку, отсутствие соответствующей мотивации приводят к тому, что перед супругами не встают задачи самоопределения семьи, вы­яснения супружеских ролей, внутрисемейного статуса каждого из них, их общих целей.

Каждый седьмой брак, заключенный в первой половине 80-х годов, — это брак между супругами, возраст каждого из кото­рых не превышает 20 лет. В данном случае проявляется чаще всего психологическая неготовность к браку. Молодые семьи, как правило, не отделены от родителей и материально целиком от них зависят. В подобной ситуации встают такие проблемы, как обеспечение самостоятельности молодой семьи, лидерства в ней (зачастую на эту роль претендует кто-либо из родителей супругов), а также проблема взаимоотношений между членами молодой семьи и живущими с ними родителями, которые могут сложиться неблагоприятно и осложнить неизбежные в этом случае супружеские конфликты.

В России средний возраст впервые вступающих в брак во­обще ниже, чем в Европе и США, и составляет 21,7 года для женщин и 23 — для мужчин. В Западной Европе соответст­вующие показатели — 25,7 и 28,4. Это связано в первую очередь со спецификой западной системы образования. Причем тенденция к повышению возраста вступления в брак (так назы­ваемое взросление браков) у нас пока не наблюдается.

Среди причин разводов встречается такая, как разочарова­ние в партнере и утрата на основе этого первоначального чув­ства любви. Эта опасность подстерегает в первую очередь тех супругов, срок знакомства которых до свадьбы был непродол­жителен (от трех до шести месяцев).

Таким образом, мы видим, что ряд факторов, отрицательно влияющих на прочность брака, может быть выделен еще до создания семейного очага.

 Причины разводов Однако большая часть разводов происходит, разумеется, из-за причин, возникаю­щих (складывающихся) непосредственно в результате совмест­ной жизни.

Наибольшее число расторгнутых браков приходится на воз­раст 25—30 лет, когда супруги становятся достаточно самостоя­тельными в материальном плане, успели неплохо узнать недос­татки друг друга и убедиться в невозможности жить вместе. В то же время они достаточно молоды, чтобы создать новую пол­ноценную семью и иметь детей. Также большое количество разводов приходится на возраст около 40 лет. Это связано с тем, что дети выросли и нет необходимости сохранять семью ради них, а у одного из супругов фактически имеется другая семья.

Максимальная доля разводов падает на первые пять лет супружеской жизни. Наличие в семье детей прямым образом влияет на прочность брака. В многодетных семьях, где количе­ство детей более трех, процент разводов много ниже среднего уровня.

При разводе как ведущие указываются три группы причин.

1.  Бытовые (жилищные условия, неумение или нежелание одного из супругов вести домашнее хозяйство, материальная необеспеченность, вынужденное раздельное проживание).

2.  Межличностные конфликты (утрата чувства любви и при­вязанности, грубость, разные взгляды на жизнь, болезнь одного из супругов, ревность, мнительность). В этом блоке главным фактором являются грубость и неуважение супругов друг к другу. Для женщин — инициаторов развода эти причины чаще оказываются связанными с алкоголизмом супруга, откуда и проистекают грубость, побои, оскорбления, угрозы и т.д. Для мужчин же, как правило, грубость жены имеет принципиально другое содержание. Это прежде всего неуважение к мужу, неве­рие в его способности, нежелание считаться с его интересами, пренебрежение к производственным (профессиональным) успе­хам и неудачам, попреки, мелочная опека, нелюбовь к друзьям мужа и пр. С этим тесно смыкается такой фактор, как различие взглядов на жизнь — так называемое несходство характеров. Оно имеет гораздо большее значение для мужчин, чем для женщин.

3. Внешние факторы (измена, появление новой семьи или нового чувства у инициатора развода, вмешательство родителей и других лиц).

Конечно, все три группы факторов тесно переплетаются. Так, измена может быть следствием невнимания, грубости, а грубость — результатом хозяйственных неурядиц и т.п.

Разные люди по-разному переживают распад своей семьи. По оценкам многих российских и зарубежных социологов, весьма распространенными последствиями разводов являются снижение трудовой активности, высокая вероятность нервных стрессов, психических расстройств. Для общества особенно тягостно, что ослабляется влияние родителей на воспитание де­тей и дети становятся предметом серьезных конфликтов между разводящимися супругами, причем зачастую такие конфликты выходят далеко за рамки предразводной и разводной стадий и продолжаются в течение многих лет.

Итак, нестабильность брака создает острые проблемы как для тех, кто хочет создать семью, так и для тех, чья семья ока­залась разрушенной. Вместе с тем развод нельзя рассматривать как всецело отрицательное явление, так как свобода расторже­ния брака — одно из средств обеспечения социальной справед­ливости в семейно-брачных отношениях, средство сохранения их моральных устоев. Принципиально неверны как злоупотреб­ление свободой развода, так и огульно негативный подход к разводам независимо от индивидуальной ситуации.

Вместе с тем существенную роль в профилактике разводов могут сыграть службы семьи (об эффективности их работы в Москве говорит тот факт, что 2/3 супружеских пар, бывших на грани развода и обратившихся к специалистам, изменили свое решение и сумели урегулировать семейные отношения), улуч­шение организации бытового обслуживания, решение жилищ­ной проблемы.

Подведем итоги. Можно выделить три основные «горячие точки» в современных семейно-брачных отношениях: 1) про­блема стабильности семьи, 2) проблема рождаемости и 3) про­блема напряженности в сфере быта. Но даже высокий уровень разводов не означает распада брака как института и кризиса семьи вообще. Напротив, семья признается безусловной ценно­стью всеми возрастными категориями. Речь идет только о каче­стве семейных отношений, к которым люди предъявляют все более высокие требования.
Тема 11: «Социология личности»
План лекции:

1. Концепции личностей . Ролевая концепция.

2. Социализация личности.

3. Социальная типология личности.

4. Личность и общество в переходный период. 

Рекомендуемая литература:

1. Социология: Учебник для студентов высших учебных заведений/ Под ред. проф. В.Н. Лавриненко; 2-е изд. – М.: ЮНИТИ-ДАНА, 2000.

2. Кравченко А.И. Социология для экономистов: учебное пособие для вузов. – М.: ЮНИТИ, 2000.

3.  Радаев В.В. Экономическая социология. – М.: Аспект-Пресс, 2000.

4.  Учебный социологический словарь/ Под ред. С.А. Кравченко. – М.: Экзамен. 1999.
Любая социологическая теория всегда предлагает свой вариант ответа на вопрос о том, как строятся отношения между личностью и обществом, каковы закономерности поведения личности и чем они определяются. Поэтому каждая школа в социологии либо создает свою объяснительную модель личности, либо явно или неявно поль­зуется уже существующими моделями. Отсутствие единства в пони­мании того, что есть личность, — характерная черта современной со­циологии.

С древнейших времен человек задумывался над вопросом о сво­ей природе, о том, что он собой представляет, какое место занимает в мире, каковы границы его возможностей, способен ли он стать госпо­дином своей судьбы или обречен быть ее слепым орудием. Сегодня проблема человека находится в центре внимания многих наук, со­ставляет основу и предмет междисциплинарных исследований.

В повседневном и научном языке очень часто встречаются термины «человек», «индивид», «индивидуальность», «лич­ность». Обозначают ли они один и тот же феномен или между ними есть какие-то различия? Чаще всего эти слова употреб­ляются как синонимы, но если подходить строго к определе­нию этих понятий, то можно обнаружить существенные смы­словые оттенки.

    Человек — понятие самое общее, родовое, ведущее свое происхождение с момента выделения homo sapiens.

    Индивид понимается как отдельный, конкретный чело­век, как единичный представитель человеческого рода и его «первокирпичик» (от лат individ — неделимый, конечный).

  Индивидуальность можно, определить как совокупность черт, отличающих одного индивида от другого, причем разли­чия проводятся на самых разных уровнях - биохимическом, нейрофизиологическом, психологическом, социальном и др.

   Понятие личность вводится для выделения, подчеркива­ния неприродной (надприродной, социальной) сущности чело­века и индивида, т.е. акцент делается на социальном начале.

В своем первоначальном значении личность — это маска, роль, исполнявшаяся актером в греческом театре. Для древних греков личность вне общины, вне полиса не существовала. В христианстве личность понималась как особая сущность, как синоним нематериальной души, а эпоха Ренессанса выдвигает на передний план самосознание, и личность практически ото­ждествляется с понятием «Я».

Многомерная, сложноорганизованная природа человека, широта и многообразие его социальных связей и отношений определяют множество теоретических подходов и позиций в понимании этого феномена, множество различных моделей, образов человека в современной социологии. Один из них — образ человека как совокупность социальных ролей.

1.

Концепции личностей .Ролевая концепция

Ролевая концепция личности возникла в американской социальной психологии в 30-х годах XX в. (Дж. Мид) и получила широкое распространение в различных социологических течениях, пре­жде всего в структурно-функциональном анализе. Т. Пирсоне и его последователи рассматривают личность как функцию от того множества социальных ролей, которые присущи любому индивиду в том или ином обществе.

Социальная роль — это модель поведения, объективно за­данная социальной позицией личности в системе обществен­ных и межличностных отношений.

Социальная роль распадается на ролевые ожидания — то, чего согласно «правилам игры» ждут от той или иной роли, и на ролевое поведение — то, что человек реально выполняет в рамках своей роли. Всякий раз, беря на себя ту или иную роль, человек более или менее четко представляет связанные с ней права и обязанности, приблизительно знает схему и последова­тельность действий и строит свое поведение в соответствии с ожиданиями окружающих. Общество при этом следит, чтобы все делалось «как надо». Для этого существует целая система социального контроля — от общественного мнения до правоох­ранительных органов — и соответствующая ей система социаль­ных санкций — от порицания, осуждения до насильственного пресечения.

Границы ролевого поведения достаточно жестки, поскольку смешение разных функций или неадекватное их исполнение может привести к нарушению равновесия всей социальной сис­темы. Но эти границы не абсолютны: роль задает общую на­правленность и цель действий, а стиль их выполнения — фак­тор вариативный. Например, роль директора фирмы предпо­лагает реализацию функции руководства, управления, и ее нельзя смешивать с функцией подчинения или заменять ею. Но руководство может осуществляться различными методами: ав­торитарными, демократическими, попустительскими, и в этом плане роль директора фирмы не накладывает никаких ограни­чений.

Один и тот же человек выполняет множество ролей, кото­рые могут противоречить, не согласовываться друг с другом, что приводит к возникновению ролевого конфликта. Примером тому может служить часто описываемый в социологии кон­фликт между профессиональной и семейной ролью женщины.

Помимо ролей, несущих непосредственную общественную нагрузку, имеющих смысл и значение для социальной системы в целом, существуют и личные отношения людей друг с другом, в которых человек также занимает определенное место и в со­ответствии с ним выполняет какие-то функции. Этот слой от­ношений описывается понятием межличностная роль. Как и со­циальные роли, межличностные роли тоже могут быть различ­ными и даже совершенно противоположными в разных малых группах: друг, враг, доверенное лицо и т.д. Зачастую человек вынужден учитывать в своем поведении эту разнообразную па­литру ожиданий, предъявляемых к нему, ориентироваться не на одну, а на несколько групп сразу.

Роль может пониматься как объективно, с точки зрения ее общественного значения, так и субъективно, преломляясь в сознании индивида и по-своему истолковываясь им. По Парсонсу, точкой отсчета должны быть не личностные смыслы, а именно социальные потребности в отношении той или иной роли. Так, в индивидуальных установках современной женщи­ны роль жены (матери) может не иметь слишком большого значения и ценности, но в глазах общества эта роль несет ог­ромную функциональную нагрузку. С точки зрения социума, отклонение, уход от ролевых нормативов представляет собой аномалию. Поэтому глубокое усвоение правил ролевого пове­дения облегчает существование личности в обществе, понижает степень ее конфликтности, служит основанием уверенного и стабильного самочувствия.

Социальные роли различаются по степени их важности для нормального функционирования всего общественного организ­ма. Это связано с местом той или иной группы и соответствен­но ее членов в социальной структуре, с их значимостью для поддержания ее стабильности. Интегративным показателем по­ложения социальной группы и отдельной личности в системе общественных отношений является социальный статус. В лю­бом обществе и в любой сфере общественной жизни — произ­водственной, правовой, потребительской и других — существу­ет пирамида статусов, определяющая и закрепляющая социаль­ное неравенство.

Теория ролей хорошо описывает адаптационную сторону процесса социализации личности. Но эту схему нельзя принять за единственную и исчерпывающую, поскольку она оставляет в тени активное, творческое личностное начало.

Другой образ личности возник под влиянием идей австрийского психиатра и психолога 3. Фрейда (1856—1936), рассматривав­шего человека как систему нужд, а общество — как систему за­претов, табу. Бессознательные (в первую очередь сексуальные) стремления личности образуют ее потенциал и основной источ­ник активности, задают мотивацию ее действий. В силу невоз­можности удовлетворения инстинктивных потребностей в их естественно-природной форме из-за социальных нормативных ограничений человек вынужден постоянно искать компромисс между глубинным влечением и общественно приемлемой фор­мой его реализации.

Модель личности, созданная Фрейдом, представляет собой трехуровневое образование: низший слой (Оно, или Ид), пред­ставленный бессознательными импульсами и «родовыми вос­поминаниями», средний слой (Я, или Эго) и верхний слой (Сверх-Я, или Супер-Эго) — нормы общества, воспринятые че­ловеком. Наиболее жесткие, агрессивные и воинственные слои — Оно и Сверх-Я. Они с обеих сторон «атакуют» психику челове­ка, порождая невротический тип поведения. Это модель лично­сти, постоянно обороняющейся от общественного давления и находящейся в конфликте с социальным окружением. По­скольку по мере развития общества верхний слой (Супер-Эго) неизбежно увеличивается, становится более массивным и тяже­лым, то и вся человеческая история рассматривается Фрейдом как история нарастающего психоза.

 Поведенческая концепция Еще один образ личности — личность как система реакций на различные стимулы (Б. Скиннер, Дж. Хоманс, К.-Д. Опп). В со­ответствии с этой концепцией поведение каждого человека обусловливается и контролируется социальной средой через язык, обычаи, социальные институты, средства массовой ин­формации и т.д. Взаимодействуя с другими людьми, человек в любой социальной группе «блюдет» свой интерес: если его по­ведение поощряется, положительно стимулируется, то и он бу­дет лоялен, доброжелателен по отношению к окружающим и к социальной системе в целом; если же он не получает призна­ния со стороны общества, то будет вести себя скорее всего аг­рессивно, дезорганизующе. Но каждый человек стремится из­бегать наказаний и получать поощрения и в этом плане одно­значно реагирует на внешние стимулы и социальные приказы.

Иными словами, рассматривая проблему личности, анализи­руя, почему человек определенным образом реагирует на ту или иную ситуацию, поведенческая социология главную роль отводит системе стимулов, «.подкреплений», проводя прямую аналогию меж­ду поведением человека и животных. Отсюда и изменения лично­стного поведения выводятся из процесса научения, понимаемого как стимуляция «хороших», т.е. желаемых, действий.

В качестве стимулов может использоваться любое «благо»: зна­ние, власть, комфорт, уважение, слава, деньги, доброжелательное отношение властей и т.п., но обязательно социальное по своему источнику, которым владеет и распоряжается общество. Чем более ценно для человека вознаграждение, тем чаще он будет демонст­рировать соответствующее поведение. В то же время чем чаще в недавнем прошлом человек испытывал вознаграждающие воздей­ствия со стороны других, тем менее ценным становится для него каждое аналогичное последующее действие. При переносе этого принципа на уровень межличностных отношений делается вывод, что добровольное взаимодействие между партнерами существует лишь до тех пор, пока каждый из них считает, что он в выигрыше, т.е. что его «вклад» в ситуацию меньше, чем получаемая им выгода или вознаграждение.

 Деятельностный  подход   В    рамках    культурно-исторической    школы Л.С. Выготского (1896—1934) сложилось понимание человека как деятельного существа преследующего  свои цели, задачи, чье поведение и поступки невозможно объяснить только с точки зрения рационально­сти. В основе личности лежит богатство связей человека с ми­ром, проявляющееся в предметной деятельности, общении, по­знании. Центральной категорией анализа, дающей ключ к по­ниманию личности, является категория «деятельность».

Деятельность рассматривается при этом в структурном и функциональном аспектах. Структурный аспект предполагает выяснение строения самой деятельности и определение состав­ляющих ее элементов. Функциональный аспект концентрирует внимание на том, как, каким образом осуществляется деятель­ность.

Итак, изучение личности опосредуется изучением ее дея­тельности и по сути сводится к

• определению системообразующего звена, доминантного вида деятельности  (профессиональная,  познавательная, развлекательная и т.д.);

    выяснению   принципа  осуществления  деятельности вынужденная или свободная, отчужденная или неотчуж­денная;

    изучению  характера  связи  между  различными   видами деятельности (гармоничный или дисгармоничный), сте­пени их иерархизированности;

    исследованию уровня осуществления каждого из видов деятельности.

Ни один из приведенных вариантов понимания личности не исчерпывает этого феномена целиком, каждый из них рассмат­ривает отдельные ее проявления, возводя их в ранг наиболее важ­ных, основополагающих. Очевидно, что создание социологической объяснительной модели личности — дело будущего.

Сегодня в социологии понятие личность употребляется, как правило, в двух значениях: а) для обозначения индивида как субъекта отношений и сознательной деятельности; б) для обо­значения устойчивой системы социально значимых черт, ха­рактеризующих индивида как члена общества.

2.

Социализация личности

Социологию интересует в первую очередь типическое и в этом плане надындивидуальное — в личности, объясняемое как следствие неоднозначного взаимовлияния общества и человека. Поэтому одна из основополагающих проблем социологии лич­ности — изучение процесса социализации, т.е. исследование широкого круга вопросов, связанных с тем, как и благодаря чему человек становится деятельным общественным субъектом. Многочисленные сравнительные исследования, проведен­ные социологами и этнографами в XX в., показали, что не только социальные привычки, обычаи, традиции, но даже тем­перамент и специфика поведения полов являются продуктом социализации. Так, сами качества маскулинности (мужествен­ности) и феменинности (женственности) не являются, как это долго считалось, только «естественными», т.е. природно-био-логически обусловленными (твердый, сильный мужчина и мяг­кая, слабая, преданная женщина). Они формируются домини­рующими в том или ином обществе взглядами на образ мужчи­ны и женщины. Так, в одном из африканских племен сущест­вует «обратное» распределение половых ролей: женщины несут в себе активное, деятельное, предметно-ориентированное нача­ло, занимаются примитивным производством и являются кор­милицами семьи, а мужчины выполняют легкие вспомогатель­ные работы: шьют одежду, делают украшения, убирают жилище и вообще занимают пассивное, подчиненное положение.

История возникновения термина «социализация» связана с «недоразумением», вернее, с неточностью при переводе с не­мецкого на английский. Тем не-менее новое слово прижилось и аккумулировало классическую социологическую проблематику. Понятие «социализация» шире традиционных понятий «обра­зование» и «воспитание». Образование предполагает передачу определенной суммы знаний. Воспитание понимается как сис­тема целенаправленных, сознательно спланированных дейст­вий, цель которых - формирование у ребенка определенных личностных качеств и навыков поведения.

Социализация включает и образование, и воспитание, и сверх того всю совокупность стихийных, никем не запланиро­ванных воздействий, оказывающих влияние на становление личности, на процесс ассимиляции индивидов в социальные группы.

Существуют два основных подхода в определении сущности процесса социализации: 1) социализация - это своеобразный вид дрессировки, это «улица с односторонним движением», когда активной стороной является общество, а сам человек -пассивный объект его разнообразных воздействий; 2) с этим подходом согласны в настоящее время подавляющее большин­ство социологов — он основан на парадигме взаимодействия и подчеркивает не только активность, проявляемую со стороны общества (так называемых агентов социализации), но и актив­ность, избирательность отдельного индивида.

При этом социализация рассматривается как процесс, кото­рый продолжается в течение всей жизни человека. Принято выделять первичную социализацию, охватывающую период дет­ства, и вторичную социализацию, занимающую более длитель­ный временной промежуток и включающую в себя также зре­лый и преклонный возраст.

3.

Социальная типология личности

Каждое общество заинтересовано в определенном, наилуч­шим образом соответствующем ему типе личности и потому предъявляет свои требования к формированию социального ха­рактера. Это находит свое воплощение в системе образования и воспитания, в средствах массовой информации и т.д. Процесс формирования личности труден и многократно опосредован. На основе одинакового объективного положения, но вследст­вие разного субъективно-оценочного отношения к нему могут складываться различные типы личности.

Социальное поведение можно оценивать количественно — по уровню социальной активности людей — и качественно — по характеру и направленности этой активности, которая мо­жет быть созидательной и разрушительной, сознательной и стихийной и пр. И то и другое зависит, во-первых, от социаль­ной структуры общества, во-вторых, от его нормативной куль­туры и ценностных ориентации, включая нормативный канон человека, представления о том, каким он должен или не дол­жен быть, в-третьих, от установок, стиля мышления и самосоз­нания отдельных индивидов,

Социальный тип личности - продукт сложного переплете­ния историко-культурных и социально-экономических условий жизнедеятельности людей. В социологии предлагаются различные варианты социальной типологии личности. Так, М. Вебер за основу типизации берет специфику социального действия, более конкретно - степень его рациональности, К. Маркс — формационную и классовую принадлежность.

Для Э. Фромма (1900—1980) социальный тип личности как господствующий тип характера — это форма связи индивида и социума, «ядро структуры характера, которое присуще боль­шинству членов одной и той же культуры, в отличие от инди­видуального характера, который различен у людей той же са­мой культуры». Значение социального характера, считает Фромм, состоит в том, что он позволяет наиболее эффективно приспособиться к требованиям общества и обрести чувство безопасности и защищенности. Анализируя историю человече­ства, Э. Фромм выделяет несколько типов социального харак­тера: рецептивный (пассивный), эксплуататорский, накопитель­ский и рыночный.

 Типы личности

 В современной социологии получило распространение выделение типов личности в зависимости от их ценностных ориентации.

1.   Традиционалисты ориентированы в основном на ценно­сти долга, порядка, дисциплины, законопослушания, а выра­женность таких качеств, как креативность, стремление к само­реализации, самостоятельность, у этого типа личности весьма низкая.

2.  У идеалистов, наоборот, сильно выражены критическое отношение к традиционным нормам, независимость и пренеб­режение авторитетами, установки на саморазвитие во что бы то ни стало.

3.  Для фрустрированного типа личности характерны низкая самооценка, угнетенное, подавленное самочувствие, ощущение себя как бы выброшенным из потока жизни.

4.  Реалисты сочетают в себе стремление к самореализации с развитым чувством долга и ответственности, здоровый скепти­цизм с самодисциплиной и самоконтролем.

5.  Гедонистические материалисты ориентированы в первую очередь на получение удовольствий «здесь и сейчас», и эта по­гоня  за  «наслаждениями  жизни»   приобретает  прежде  всего форму удовлетворения потребительских желаний.

В социологии принято выделять также модальный, идеаль­ный и базисный типы личности. Модальный тип личности — тот, который реально преобладает в данном обществе. Идеаль­ный тип личности не привязан к конкретным условиям. Это тип личности как пожелание на будущее, например всесторон­не и гармонично развитая личность у К. Маркса или новый Человек Э. Фромма. Базисный тип личности — тот, который наилучшим образом отвечает потребностям современного этапа общественного развития. Иными словами,  социальный тип личности — это отражение того, как общественная система влияет на ценностные ориентации человека и через них — на его реальное поведение.

Исследования западных социологов показали, что специфика отношений в различных сферах общественной жизни стимулирует - проявление определенных личностных  качеств и типов качества  поведения. Так, рыночные отношения способствуют развитию прагматизма, хитрости, расчетливости, отношения в сфере производства формируют эгоизм, карьеризм и вынужденную кооперацию (ее называют «тем не менее кооперация»), а сфера семейной и личной жизни - эмоциональность, сердечность, привязанность, поиск гармо­нии любой ценой.

В то же время хорошо известен в социологии и обратный механизм — влияние личностных качеств на возникновение и развитие общественных (в том числе экономических) отноше­ний определенного типа. М. Вебер в свое время убедительно показал, что именно изменения в сфере сознания, перестройка ценностных ориентации и отношения к труду дали толчок к возникновению капитализма. Следовательно, комплекс опреде­ленных личностных качеств может ускорять общественное раз­витие в том или ином направлении, а может, наоборот, пре­пятствовать ему или делать его вообще невозможным.

Социологи и психологи выделяют ряд довольно устойчивых поведенческих стереотипов, личностных комплексов, сформи­рованных социалистической системой. Это эффект «выученной беспомощности», «пролонгированный инфантилизм», двоемыс­лие и широкая практика двойных стандартов, «паразитическая новация».

Психологическое ощущение собственного бессилия и бес­помощности — закономерный результат такого устройства об­щественной системы, в которой отдельному человеку отведена роль пресловутого винтика. Социальные психологи установили, что в условиях тоталитарных или близких к ним режимов, в строго контролируемом и регламентируемом распорядке жизни рано или поздно вырабатывается эффект выученной беспомощно­сти. Суть этого эффекта состоит в том, что человек, неодно­кратно убеждавшийся в неподконтрольности ситуации, в не­возможности изменить своими действиями размеренный ход событий, вообще отказывается от поиска. Неотъемлемыми чер­тами характера становятся послушание и исполнительность. Личность чувствует себя более свободной в ситуации, когда решение не вырабатывается, не находится ею самою, а задается извне, навязывается авторитетом или властными структурами, а она является лишь исполнителем и проводником их воли.

Опыт психотерапевтической работы у нас в стране показал, что часто ощущение бессилия характеризует на самом деле не столько личную и социальную ситуацию человека, сколько его восприятие этой ситуации. Большинство людей недооценивают те, пусть и небольшие, возможности изменения собственной жизни или ситуации вокруг них, которые у них реально имеют­ся. Человек уже сам стремится избежать жизненных перемен, так как перемены связаны с неизвестностью, вынуждают брать ответственность на себя, требуют поиска.

4.

Личность и общество в переходный период

С эффектом выученной беспомощности связан и так назы­ваемый пролонгированный инфантилизм (т.е. затянувшееся детст­во), который проявляется прежде всего в боязни ответственно­сти и в бегстве от нее, в стремлении переложить ее на другого, передать как эстафетную палочку. Неизбежным следствием та­ких жизненных установок являются громкие требования соци­альной защиты и надежды не на собственные силы, а на по­мощь со стороны государства.

Оборотной стороной двух этих комплексов: выученной бес­помощности и пролонгированного инфантилизма — выступает паразитическая новация. Как тип поведения паразитическая но­вация основана на стремлении «перехитрить государство и об­дурить систему», т.е. достигать своих целей вопреки, а не бла­годаря системе. Такое поведение является своеобразным спосо­бом восстановления социальной справедливости путем «мести» властям, постоянно обманывающим население, и незаконной, но все-таки компенсацией за понесенные потери или за не­осуществившиеся возможности — реальные или гипотетиче­ские.

Самая общая характеристика современного российского общества — это ценностная и практическая переориентация: в области экономики - от планового хозяйства с единой госу­дарственной формой собственности к рыночным отношениям, в области политики — от авторитаризма к демократии, в ду­ховной области — от приоритета классовых ценностей к цен­ностям общечеловеческим. Период, в котором мы сейчас нахо­димся, принято называть переходным. Это особое и качествен­но самостоятельное состояние социальной системы, которое отличается нестабильностью, кризисными явлениями, слабой управляемостью, снижением эффективности социального регу­лирования, возникновением разного рода альтернативных структур.

Постоянное нарушение баланса интересов создает у инди­вида ощущение, что его социальная защищенность уменьшает­ся, и на первый план выходят три реакции человека на такое нарушение. Первая — усиление ориентации на индивидуаль­ную вертикальную мобильность, на индивидуальное выживание («каждый сам за себя, один Бог за всех»). Вторая — усиление так называемого группового эгоизма, т.е. попыток защищать индивидуальные интересы через интересы групповые, причем любыми средствами: от неформальных до насильственных, криминальных. Третья — усиление стихийного процесса соци­ального сравнения, в результате чего возникают особенно аг­рессивные типы поведения. В их основе лежит не столько аб­солютное ухудшение собственного положения, сколько оцени­ваемое как несправедливое, незаслуженное улучшение положе­ния других.

Стремительно изменившаяся ситуация в нашей стране ста­вит перед человеком задачи, к решению которых его не готови­ли ни сложившаяся система воспитания, ни весь опыт прежней жизни. Он может успешно функционировать в ней, лишь обла­дая определенными личностными чертами и поведенческими навыками, среди которых в первую очередь следует выделить деловитость, энергичность, активность, способность к построе­нию альтернатив жизненного выбора и готовность к наиболь­шему числу вариантов развития событий, когнитивный плюра­лизм, ответственность, профессионализм и компетентность. Недостаточная выраженность этих черт обеспечивала стабиль­ность прежней системы и породила те социальные деформа­ции, с которыми мы сталкиваемся сегодня.
.

Тема 12: «Социологическое изучение общественного мнения»

План лекции:

1. Феномен общественного мнения.

2.
Функции общественного мнения.


Рекомендуемая литература:

1. Социология: Учебник для студентов высших учебных заведений/ Под ред. проф. В.Н. Лавриненко; 2-е изд. – М.: ЮНИТИ-ДАНА, 2000.

2. Кравченко А.И. Социология для экономистов: учебное пособие для вузов. – М.: ЮНИТИ, 2000.

3.  Радаев В.В. Экономическая социология. – М.: Аспект-Пресс, 2000.

4.  Учебный социологический словарь/ Под ред. С.А. Кравченко. – М.: Экзамен. 1999.

1.

 Феномен общественного мнения

Феномен «общественное мнение» принадлежит к числу таких социальных явлений, которые привлекают внимание мыслите­лей с давних времен. Сила общественного мнения, его актив­ное воздействие на деятельность субъектов исторического про­цесса признавались всегда.

Н. Макиавелли в своем произведении «Государь» особо ука­зывал на исключительную важность этого феномена. В том смысле, в каком данная категория употребляется нами, она встречается у английского государственного деятеля и писателя Джона Солсбери. Происхождение этого словосочетания — англо­саксонское. И появилось оно в Англии во второй половине XII в., а точнее в речи Солсбери в 1159 г. Из Англии этот термин пришел в другие страны, а в конце XVIII в. стал общепринятым.

Не обошел этот феномен своим вниманием  и великий философ Г. Ф. Гегель. Он выделил в нем целый ряд структурных элементов: перВЬ1й — условия существования об­щественного мнения, второй -  объект (содержание) общест­венного мнения, третий -  носитель общественного мнения, четвертый ~ характер суждения, выступающего в качестве общественного мнения, пятый — соотношение «всеобщего» и «особенного» мнений, сочетание и противоположность в обще­ственном мнении истины и лжи.

Общественное мнение отражает реальное состояние обще­ственного сознания, интересы, настроения и чувства классов и социальных групп общества. В общественном мнении проявля­ется конкретное состояние общественного сознания в тот или иной исторический отрезок времени. Оно концентрирует вни­мание на определенных сторонах, процессах бытия. Содержа­ние общественного мнения — показатель глубины отражения, познания этих процессов, выражения их оценки с точки зрения интересов социальной группы, класса, народа в целом.

Общественное мнение и общественное сознание находятся в сложных связях и отношениях. Общественное сознание, как считают многие ученые, — это совокупность теорий, идей, взглядов, отражающих реальное общественное бытие, истори­ческий процесс. Они порождены определенными материаль­ными условиями жизни людей. Структура общественного со­знания чрезвычайно сложна. В нем выделяют несколько форм. Чаще всего в качестве таких форм выступают политические идеи, правосознание, мораль, наука, искусство, религия, фило­софия, экология и экономика и т.д. Эти формы отличаются друг от друга способом отражения действительности, особенно­стями своего развития и т.д. но прежде всего своим предметом. Каждая форма сознания отражает определенную сторону дей­ствительности: мораль, например, имеет дело с нормами пове­дения человека в обществе, принципами, регулирующими его, наука рассматривает законы природы и общества, политиче­ская идеология имеет дело с политическими отношениями (государственными, классовыми, национальными и т.д.).

Общественное мнение невозможно отождествить ни с од­ной из форм общественного сознания. Предмет общественного мнения невозможно «втиснуть» в рамки какой-либо одной формы, так как общественное мнение может быть сформули­ровано по вопросам политики или права, морали или искусст­ва, религии или науки и т.д. Таким образом, общественное мнение — это отношение социальных общностей к проблемам общественной жизни, проявляющееся снача­ла в эмоциях и суждениях, а затем и в действиях. Отличается относительной распространенностью, интенсивностью, досто­верностью и стабильностью.

Эти его качества во многом зависят от объекта и субъекта общественного мнения. Объектом общественного мнения явля­ются конкретные явления или темы, по которым высказывает­ся или может быть высказана точка зрения индивида, группы или более широкой общественности. Бесконечное многообра­зие событий, фактов, явлений общественной жизни, т.е. исто­рический процесс развития общества, порождает и многообра­зие человеческих суждений. В итоге общественное мнение по своему содержанию оказывается таким же сложным, как и сама жизнь. Объектом этого феномена являются и процесс матери­ального производства, и события, совершающиеся в сфере ду­ховной жизни общества, и поведение болельщиков на стадио­не, публики в театре, политических лидеров и т.д.

Исследование объекта общественного мнения, как считает профессор Б. А. Грушин, следует вести с таких позиций: анализ общей способности суждения общественного мнения с точки зрения специфики отражения в нем дей­ствительности; выделение некоторых критериев, прежде всего формаль­ных в силу которых то или иное явление независимо от его конкретного содержания становится объектом общественного мнения

Факторы детерминации общественного мнения

Когда же возникает общественное мнение? Какие факторы детерминируют его появле­ние и функционирование? Как утверждает большинство ученых, занимающихся иссле­дованием этого феномена, таких факторов несколько, но важнейшими являются социальные интересы людей.

Общественное мнение формируется там и тогда, где и когда на обсуждение народа ставится проблема, имеющая важное практическое значение, затрагивающая, существенные интере­сы людей (экономические, политические, духовные). Таково первое условие формирования общественного мнения.

Не вызовет больших дискуссий давно известный факт типа «Лошади едят овес.» или «Волга впадает в Каспийское море.», или сообщение о том, что «я только что пришел из театра», а дважды два -  четыре. Мы просто констатируем очевидное. Подобное положение вещей можно наблюдать и в сфере обще­ственного сознания. Общественное мнение чаще всего касается вопросов, связанных с политикой, экономикой, правом, мора­лью или искусством, где больше спорного и затрагивающего интересы людей. Предметом рассмотрения общественности чаще всего выступают те формы общественного сознания, те вопросы, которые предполагают различия в оценках, характе­ристиках, т.е. заключают в себе момент дискуссионности. Это второе условие появления общественного мнения. Данная проблема или вопрос должны носить дискуссионный характер. Даже типично метафизический подход к обсуждаемой проблеме по принципу «да или нет» порождает различные варианты от­ветов или путей достижения цели.

Кроме того, нельзя забывать и о третьем условии формирования общественного мнения — уровне компетентно­сти. Если человек незнаком с каким-либо обсуждаемым вопро­сом, то на просьбу высказать мнение чаще всего отвечает: «Я не знаю». Но возможен и такой вариант, когда человеку просто не хватает знаний для спора, обсуждения вопроса.

Механизм формирования общественного мнения изучен еще слабо. Безусловно то, что выработка общих мнений пред­полагает борьбу индивидуальных. Если же общее мнение сфор­мировалось по общезначимым, актуальным и типичным для данного общества вопросам, то оно, приобретая инвариантные черты, выступает как общее мнение, ибо является выражением социального целого. Но дело не только в масштабе проблем, по которым формируется общественное мнение, но и в том, как, с каких позиций вырабатывается сначала коллективное, группо­вое, а затем межгрупповое суждение, отношение к тем или иным социальным проблемам.

 Еще одна очень важная сторона анализируемого вопроса — сущность и содержание общественного  мнения.   По  этому поводу можно сделать следующие предположения:

            1)общественное мнение есть конкрет­ный вывод определенной общности людей по тем или иным проблемам, своего рода итог мыслительной деятельности лю­дей;

2) критериями отбора при формировании общественного мнения служат общественные интересы и потребности. Только те явления или факты общественной жизни становятся его объектами, которые приковывают к себе внимание, вызывают потребность в выработке по ним общего суждения;

3)  массовые суждения людей обладают различной степенью объективности (истинности). Это объясняется тем, что мнения могут формироваться на основе как научных знаний, так и ложных взглядов и ошибочных представлений. В случае недос­татка объективной информации люди компенсируют ее слуха­ми,  интуицией и т.д.  Общественное мнение,  не имеющее в своей основе твердого научного фундамента, может быть оши­бочным. Суждение научной критики нередко заменяется пред­рассудками, выдаваемыми за общественное мнение;

4)  общественное мнение выступает в качестве специфиче­ской побудительной силы, регулирующей поведение людей, их практическую деятельность. Выступая в качестве регулирующей силы, он относится к активной, т.е. овладевшей массами, части общественного сознания. Общественное мнение в этом случае не только отражает определенный уровень знаний людей по тому или иному вопросу, но и фиксирует их активное отноше­ние к объекту мнения, образуя подобие сплава рационального, эмоционального и волевого компонентов. Этот феномен суще­ствует в сознании людей и выражается публично, выступая, в свою очередь, как мощное средство общественного воздействия;

5) общественное мнение представляет собой специфический продукт взаимодействия людей, своего рода соединение мне­ний, нивелированных, измененных, образовавших новое каче­ство, не сводимое к простой сумме индивидуальных мнений.

Образование общественного мнения подчиняется правилу нелинейного сложения (отдельное мнение может стать общим, некоторые вообще не войдут в общее мнение и т.д.).

При решении проблемы субъекта общественного мнения необходимо различать понятия субъект и выразитель общест­венного мнения. В качестве выразителя могут выступать отдель­ные лица, группы людей. Что касается субъекта общественного мнения, то в данном качестве выступают общество в целом, народ, партия, международная общественность и т.п. Средства массовой информации — газеты, радио, телевидение — могучие рычаги формирования и выражения общественного мнения.

Итак, не любое групповое, коллективное мнение становится или является общественным, а лишь то, что соответствует критери­ям — социальный интерес, дискуссионность, компетентность. А его выразители — классы, социальные слои, содружество классов, народ.

Значит, мнение можно классифицировать как:

    индивидуальное;

    групповое, или общее;

• мнение общественности, или общественное. Общественное мнение не может существовать вне системы экономических, социально-политических, идейно-нравствен­ных отношений. Оценочные суждения, содержащиеся в этом феномене, имеют социальный характер. Еще Г. В. Плеханов в «Очерках по истории материализма» писал, что общественное мнение имеет свои корни в социальной среде и в конечном счете в экономических отношениях; это не противоречит тому, что вся­кое данное «общественное мнение» начинает стареть, как только начинает стареть вызывающий его способ производства».

Общественным мнением постоянно манипулируют различные политические субъекты. Политики, желая добиться своих целей, выдать свои узкопартийные, социальные интересы за интересы широких народных масс, как правило, опираются на «своих» исследователей общественного мнения.

В России действуют более двух десятков центров изучения общественного мнения. Но на виду и на слуху миллионов лю­дей (телезрителей, радиослушателей, читателей массовых пе­чатных изданий) практически шесть: Всероссийский центр изу­чения общественного мнения (ВЦИОМ), Фонд «Общественное мнение», Аналитический центр по общей политике Админист­рации Президента. Vox Populi Б. Грушина, Центр А. Киссельмана (Санкт-Петербург), Институт прикладного системного анализа. Это не значит, что другие научные подразделения, особенно в регионах, плохо знают проблему, некачественно ее исследуют. Скорее наоборот. Но, как показывает практика, наибольший интерес средств массовой информации и полити­ков вызывает продукция именно названных центров. Дело в том, что эти центры охотно выполняют социальный заказ по­литических лидеров, а региональные подразделения, как это ни парадоксально, дают более объективную информацию, нахо­дясь в стороне от столичных политических игр и баталий. Со­шлемся на факты, сравнительно недавно являвшиеся объектом внимания специалистов по изучению общественного мнения, в том числе широких теле- и радиоаудиторий, читателей наибо­лее тиражных газет. Начиная с 1993 г. средства массовой ин­формации (особенно электронные) во время подготовки к вы­борам в Госдуму регулярно публиковали, транслировали раз­личные прогнозы, рейтинги популярности партий, движений, их лидеров. По данным опросов общественного мнения, нака­нуне голосования в 1996 г. социологи отдавали пальму первен­ства поочередно то партии «Демократический выбор России», то движению «Наш дом Россия», то «Яблоку». А в итоге победу одержали коммунисты и аграрии. В чем дело? Уровень профес­сиональной квалификации столичных социологов стал так ни­зок, что они не могли подготовить точный прогноз? Нет. Мы имеем дело с обыкновенной манипуляцией общественным мне­нием. Рейтинги популярности лидеров строились и строятся на чрезвычайно субъективных показателях, на априорных мифо­логемах, а поэтому не отражают реального положения дел.

Достоверность социологической информации во многом за­висит от политических воззрений ученого, его зависимости от заказчика. Российская печать полна фактов, свидетельствую­щих о такой зависимости многих, социологических центров, особенно при опросах общественного мнения во время избира­тельных компаний. Этим, во многом, объясняется потеря дове­рия к опросам и к самой социологии в обществе. И заявления таких известных ученых, как В. А. Ядов, «что надежность ис­следований» не зависит от политической ориентации или уча­стия в политических движениях, есть лишь желание сделать очевидное невероятным.

Вот лишь один из примеров. Ежемесячно «Независимая га­зета» публикует рейтинги влиятельности политических деятелей России, Украины, Белоруссии, Молдовы и т.д. Оценки влияния выводятся на основе усреднения оценок, выставляемых со знаком «+» или со знаком «—» пятьюдесятью экспертами. Механи­ка выведения оценки видна невооруженным глазом: все дело в подборе экспертов. Иногда публикуются списки иных экспер­тов, правда, не совсем полные.

Этот и другие примеры показывают необходимость введе­ния общественного контроля за достоверностью результатов изучения общественного мнения и ответственности средств массовой информации за распространение заведомо ложной информации.

Методы ведения опросов потенциальных избирателей (электората) бывают часто некорректны. Теле- и радиоопросы при определенных обстоятельствах — средства самообмана, об­мана, подтасовки и т.д. Ответы по телефону не отражают мне­ния всего населения России, владельцы квартирных телефонов — это больше интеллигентствующий электорат, нежели предста­вители рабочих и крестьян. Далее, мнение москвичей далеко не всегда совпадает с мнением населения российской глубинки.

Слабым местом в методике опросов являются вольные или невольные ошибки в выборке, из которой исключаются «нежелательные» социальные группы — пенсионеры, рабочие, жители малых городов и сельской местности. Пренебрежение интересами и мнениями этих крупнейших социальных групп России сказалось на достоверности многих прогнозов.

Среди высказываний общественности встречаются сужде­ния истинные и ложные. Но всегда ли можно таким образом оценивать те или иные суждения? Как известно, это — метафи­зический подход к оценке любых явлений, в том числе и обще­ственного мнения. Как правило, между истиной и ложью нахо­дится целый ряд степеней истинности и ложности. Совершен­но верное при обсуждении, анализе одних вопросов общест­венное мнение может быть иллюзорным или ошибочным при обсуждении других. Происходит это потому, что различные группы людей при анализе и оценке одного и того же вопроса чаще всего занимают различные, а порой прямо противопо­ложные позиции. Из противоположных (высказанных) точек зрения правдивой, верной бывает одна или ни одной. Но глав­ными факторами, от которых зависит степень истинности или ложности общественного мнения, являются социальная обу­словленность процесса его формирования, компетентность и социальная установка его источников (в том числе телевиде­ния, радио, прессы и т.д.) и субъектов. Эти факторы, взаимо­действуя друг с другом, детерминируют существование много­значного (истинно-ложного) общественного мнения.

Факты манипуляции этим - феноменом позволяют некото­рым социологам утверждать, что общественного мнения не су­ществует по крайней мере в том виде, в каком его представля­ют все, кто заинтересован в его существовании. Например, с точки зрения французского ученого П. Бурдье, есть мнения сформированные или мобилизованные; есть группы давления, работающие на защиту чьих-то интересов. Все это — одна сто­рона проблемы; другая ее сторона — предрасположенность, го­товность электората отдать предпочтение какому-либо субъек­ту, нужен только внешний толчок.

Общественное мнение в том значении, какое скрыто, ему при­дается теми, кто занимается опросами, или теми, кто использует их результаты, только это, уточняю, общественное мнение не су­ществует.

Такая точка зрения обусловлена фактами манипуляции об­щественным мнением. Однако манипуляции имеют свои гра­ницы, каковыми являются противоречия между интересами классов, социальных групп, политической элиты и людей на­емного труда. Такое противоборство может иметь разные фор­мы. Выступления шахтеров Кузбасса, Ростова, недовольных политикой правительства, продемонстрировали достаточно ак­тивную форму протеста против манипулирования их сознани­ем. В противоборстве мнений различных социальных групп, классов рождается и функционирует общенациональное мне­ние.

Обычно говорят: глас народа — глас Божий. Но это далеко не всегда справедливо. Массы, народ под воздействием средств массовой информации могут заблуждаться в том или ином слу­чае, особенно когда им преподносится полуправда, а их корен­ные, главные интересы подменяются сиюминутными, порой искусственно навязанными.

Общественное мнение проявляется тем ярче и активнее, бывает тем действеннее, чем вернее, точнее выбрана и сформулирована задача, которую предстоит решить, чем глубже и пол­нее разъяснены цели и средства их достижения. Оно — чуткий барометр, его показания говорят о глубинных процессах, про­текающих в сознании масс. Эти процессы первоначально могут быть едва заметны или только нарождаться. Без умелого улав­ливания, глубокого анализа нарождающихся в обществе тен­денций и их отражения в общественном мнении невозможна никакая мало-мальски серьезная политика.

2.

Функции общественного мнения

Функции общественного мнения различаются в зависимо­сти от характера взаимодействия мнения тех или иных соци­альных институтов и отдельных лиц, в первую очередь от ха­рактера воздействия первых на вторых, от содержания выска­зываемого мнения, от его формы1. Для общественного мнения характерны следующие функции: экспрессивная (в более узком смысле контрольная), консультативная, директивная.

1.  Экспрессивная функция — самая широкая по своему зна­чению. Общественное мнение всегда занимает определенную позицию по отношению к любым фактам и событиям в жизни общества, действиям различных институтов, лидеров государст­ва. Эта особенность придает данному феномену характер силы, стоящей над институтами власти, оценивающей и контроли­рующей деятельность институтов и лидеров партий, государства.

Таким образом, объективным содержанием общественного мнения государственные институты, их лидеры ставятся в по­ложение контролируемых. Обладая только одной моральной властью, общественное мнение бывает весьма эффективным своим результатам. Этот эффект будет, безусловно, выше, если он подкрепляется разнообразными формами контроля со сто­роны широких масс населения.

2.  Консультативная функция — общественное мнение дает советы относительно способов разрешения тех или иных соци­альных, экономических, политических, идеологических, межго­сударственных проблем. Это мнение будет справедливым, если, конечно, институты власти заинтересованы в таких советах. Прислушиваясь к этим советам, политические лидеры, группы, кланы вынуждены корректировать решения, методы управле­ния.

3. Директивная функция общественного мнения проявляется в том, что общественность выносит решения по тем или иным проблемам социальной жизни, имеющие императивный харак­тер, например, волеизъявление народа во время выборов, ре­ферендумов. Народ в данных случаях не только дает мандат до­верия тому или иному лидеру, но и высказывает свое мнение. Императивные высказывания занимают в политике весьма зна­чительное место.

В зависимости от содержания суждений, сформированных общественностью, мнение может быть оценочным, аналитиче­ским, конструктивным и регулятивным.

Оценочное мнение выражает отношение к тем или иным проблемам или фактам. В нем больше эмоций, чем аналитиче­ских выводов, умозаключений.

Аналитическое и конструктивное общественное мнение тес­но связаны между собой: принятие какого-либо решения тре­бует глубокого и всестороннего анализа, для чего необходимы элементы теоретического мышления, а порой и напряженной работы мысли. Но по своему содержанию аналитическое и конструктивное мнения не совпадают.

Смысл регулятивного общественного мнения состоит в том, что оно вырабатывает и внедряет определенные нормы общест­венных отношений и оперирует целым сводом не писанных за­коном норм, принципов, традиций, обычаев, нравов и т.д. Обычно оно реализует тот кодекс правил, который закреплен в нравственном сознании людей, групп, коллективов. Общест­венное мнение может также выступать в форме позитивных или негативных суждений.

Изучение общественного мнения социологическими мето­дами позволяет уловить (при объективном анализе) малейшие его оттенки, тенденции его изменения, уточнить количествен­ное соотношение между различными его оценками, узнать ре­альную расстановку политических сил. Применять методы со­циологического анализа можно и при изучении поступающих в различные государственные и общественные организации пи­сем от населения.

 Анализ   общественного   мнения  имеет  не только большое практическое, но и теоре­тическое значение, способствует развитию наук об обществе. Социология, юридические и политические науки, экономические и этические теории не могут обойтись без такого анализа, пытаясь найти ответы на вопросы типа: «Чего хочет читатель, радиослушатель и т.д.?», «Что по тому или иному поводу думает народ?» и т.п. Верный ответ на по­добные вопросы помогает увязывать научную работу с жизнью, теорию с практикой, гарантирует от ошибок в обобщениях, оценках. Серьезные выводы возможны на основе точной, раз­носторонней, объективной и многократно проверенной ин­формации об общественном мнении.

На протяжении последних лет в России изучались пробле­мы формирования нравственного и политического сознания, проявления его в виде общественного мнения. Был проведен ряд исследований в Тульской, Калужской областях, в Москве, в одном из малых городов Красноярского края. В общей сложно­сти было опрошено свыше 2000 респондентов. Из них более 40% составляли рабочие малых городов и поселков городского типа, а также крупных городов (Тула, Калуга) и мегаполиса (Москва). Около 40% опрошенных — служащие и инженерно-технические работники, почти 10% — пенсионеры, остальные — учащиеся, студенты, домохозяйки, 55% опрошенных — мужчины.

Как показал опрос, на изменение динамики общественного мнения и социальных ожиданий большое влияние оказывают несколько взаимосвязанных факторов. К ним относится нарас­тающее разочарование в реформах, особенно в экономической и социальной сферах. Отсюда — усиление пессимизма и неуве­ренности в завтрашнем дне. В начале 1991 г. тревогу за свое будущее испытывали почти 40% опрошенных. В конце 1994 г. эти опасения разделяли уже почти 60%, а в конце 1996 г. — 80% респондентов. Сегодня число надеющихся на улучшение жизни в условиях перехода к рыночной экономике не состав­ляет и 20% опрошенных. Лишь немногим более 20% респон­дентов считают, что экономическая ситуация начнет улучшать­ся через год,  10% высказывают мнение, что улучшение про­изойдет через три—пять лет, а наибольшая часть опрошенных (65%) уверена, что для радикального улучшения экономической ситуации потребуется не менее десяти лет. Более трети опро­шенных считают, что положение в стране чревато социальными взрывами.

 Мировое
общественное мнение
   Необходимо обозначить еще одну сторону рассматриваемого   феномена.   По   проблеме может формироваться мировое общественное мнение, яв­ляющееся мощным фактором общественно-политической жиз­ни современного человечества. Например, существует четко сформированное общественное мнение в отношении таких глобальных общечеловеческих проблем, как предотвращение экологической катастрофы, термоядерной, химической или биологической войны и т.д.

Сегодня надо говорить о формировании сознания широких масс, формой проявления которого и служит мировое общест­венное мнение, имеющее новую качественную определенность — демократический характер. Платформой этого движения, к которому примыкают люди разных социальных слоев, вероис­поведания, цвета кожи, должно быть сохранение колыбели че­ловечества — Земли. Число сторонников сохранения жизни на Земле велико. По данным Института Гэллапа, каждые восемь из десяти опрошенных — горючие сторонники этой идеи.

Становление мирового общественного мнения — необходи­мое условие коренных социальных преобразований, изменения отношений между высокоразвитыми и развивающимися стра­нами. Это мнение носит по сути социально-политический ха­рактер, так как именно такой характер имеют чаще всего сами мировые проблемы, являющиеся предметом мирового общест­венного мнения.

Итак, общественное мнение — это состояние массового со­знания, заключающее в себе скрытое или явное отношение различных социальных общностей к проблемам, событиям, фактам действительности. Оно выступает в экспрессивной, контрольной, консультативной и директивной функциях. В за­висимости от содержания высказываний этот феномен выра­жается в оценочных, аналитических и конструктивных сужде­ниях. В зависимости от знака высказываний — в позитивных или негативных вариантах. В поле зрения общественного мнения попадают лишь те проблемы, события, которые вызывают общественный интерес, отличаются актуальностью и дискуссионностью. В качестве субъекта общественного мнения выступают классы, группы, слои населения. По своей структуре этот феномен может быть монистичным и плюралистичным. Формирование обществен­ного мнения может быть стихийным и сознательным. Оно мо­жет содержать в себе правильные и иллюзорные представления о действительности. Набирает силу и мировое общественное мнение, предметом которого являются глобальные вопросы со­хранения жизни на Земле.
.
Тема 13: «Социология конфликта»
План лекции:

1. Конфликт и различные подходы к его изучению.

2. Функции и классификация социальных конфликтов.

3. Механизм социального конфликта.

4. Управление конфликтом.

5. Социальные конфликты в современной России.

Рекомендуемая литература:

1. Социология: Учебник для студентов высших учебных заведений/ Под ред. проф. В.Н. Лавриненко; 2-е изд. – М.: ЮНИТИ-ДАНА, 2000.

2. Кравченко А.И. Социология для экономистов: учебное пособие для вузов. – М.: ЮНИТИ, 2000.

3.  Радаев В.В. Экономическая социология. – М.: Аспект-Пресс, 2000.

4.  Учебный социологический словарь/ Под ред. С.А. Кравченко. – М.: Экзамен. 1999.
1.

 Конфликт и различные подходы к его изучению

Прежде чем перейти к непосредственному изложению про­блемы, дадим определение понятия «конфликт».

Конфликт — это столкновение противоположных целей, позиций, мнений, взглядов оппонентов как субъектов взаимо­действия. Конфликт всегда связан с субъективным осознанием людьми противоречивости своих интересов как членов тех или иных социальных групп. Обостренные противоречия порождают открытые или за­крытые конфликты, если они глубоко переживаются людьми, осознаются как несовместимость их интересов.

Противоречия пронизывают все сферы жизни общества: экономическую, политическую, социальную, духовную. Одно­временное обострение всех названных видов противоречий создает зоны кризиса. Проявлением кризиса общества служит резкий подъем социальной напряженности, которая нередко перерастает в конфликт.

Социологи марксистской и немарксистской ориентации от­мечают, что конфликт есть временное состояние общества, ко­торое можно преодолеть рациональными средствами. Боль­шинство социологов склонны считать, что существование об­щества без конфликтов невозможно. Ибо конфликт — неотъ­емлемая часть бытия, источник происходящих в обществе из­менений. Конфликт делает социальные отношения более мобильными. Привычные нормы поведения и деятельности инди­видов, ранее удовлетворявшие их, с удивительной решимостью отбрасываются и порой без всякого сожаления. Под воздейст­вием конфликтов общество может преобразовываться. Чем сильнее конфликт, тем заметнее его влияние на течение соци­альных процессов и темпы их осуществления.

Истоки исследования проблемы конфликта восходят к глу­бокой древности. Еще китайские философы в VIIVI вв. до н.э. видели источник развития природы и общества в борьбе проти­воположностей. Мыслители Древней Греции создали учение о противоположностях и их роли в возникновении вещей.

Большое внимание исследованию конфликтов уделил итальянский мыслитель, государственный деятель Н. Макиавел­ли. В работах, посвященных римской истории, он рассматрива­ет конфликты разного уровня и отмечает их положительную роль в общественном развитии.

Однако как социальное явление конфликт был впервые рас­смотрен А. Смитом. В работе «Исследования о природе и при­чинах богатства народов» он писал, что в основе конфликта лежит деление общества на классы и экономическое соперни­чество между ними. Противоречия рассматривались им как движущие силы развития общества.

Большой вклад в осмысление социальных конфликтов внес Гегель. В «Философии права» одну из причин этих конфликтов он видел в социальной поляризации между накоплением богат­ства «в руках немногих» и ужасающей бедностью.

Уже в прошлом веке многие мыслители исходили из того, что конфликт — это реальность, неизбежное явление в истории человеческого общества и стимул социального развития. Этих взглядов придерживались немецкий социолог М. Вебер, авст­рийский социолог Л. Гумплович и др. С позиций исторического материализма рассматривали социальный конфликт К. Маркс и Ф. Энгельс, считающие, что конфликты порождаются социаль­ным (имущественным) неравенством и проявляются в классо­вой борьбе. Именно классовая борьба не только неизбежна, но и необходима для обнаружения и разрешения противоречий капиталистического строя.

Критики марксизма отмечают, что проблема конфликта в марксизме не получила всестороннего обоснования, так как конфликты рассматривались этим учением только как столкно­вение между антагонистическими классами. К тому же в мар­ксистской концепции абсолютизировались экономические от­ношения, считавшиеся главной причиной конфликта между классами и другими социальными группами.

Были и иные объяснения конфликта. Так, немецкий социо­лог Г. Зиммель определял конфликт не только как одну из форм разногласий, но и как социализирующую силу, способную объ­единить противоборствующие взаимосвязанные стороны. Он считал, что «конфликт очищает воздух».

Бесконфликтная модель общества Свое дальнейшее теоретическое обоснование проблема конфликта получила в XX в. При этом теория конфликта противостоит теории структурно-функционального анализа общества.

Представители функционального анализа конфликтам отво­дили только негативную роль. Они придерживаются равновес­ной, бесконфликтной модели общества. Согласно взглядам сторонников этого направления общество представляет собой систему, жизнедеятельность и единство которой обеспечивают­ся благодаря функциональному взаимодействию ее составных элементов, таких, как государство, политические партии, про­мышленные объединения, профсоюзы, церковь, семья и т.д.

Исходя из идеи единства общества как предпосылки его равновесия и стабильности функционалисты называют в каче­стве решающего средства, обеспечивающего социальное един­ство, наличие у членов общества единых ценностей. Это могут быть правовые установки, нравственные нормы, религиозные заповеди. Данные ценности составляют основу жизни общества и определяют практическую деятельность как индивидов, так и социальных групп и организаций. Это, естественно, односто­ронний и узкий подход к рассмотрению происходящих в обще­стве явлений.

В середине XX в. в социологии оформилось направление, которое всесторонне и глубоко исследует проблему социальных конфликтов. Стали появляться работы, посвященные разработ­ке собственно теории социального конфликта. Конфликты рас­сматривались как явления, органически присущие жизни обще­ства. Наиболее известными исследователями этого направления являются Р. Дарендорф, Л. Козер, К. Э. Боулдинг и др.

 Немецкий социолог либеральной ориентации Ральф    Дарендорф    создал    теорию модели общества»   «конфликтной модели общества» исходя из того, что любое общество постоянно подвержено социальным изменениям и вследствие этого испыты­вает социальный конфликт в каждый момент. Он рассмотрел причины формирования и этапы развития социальных кон­фликтов, в основе которых видел конфликт интересов.

Любое общество, по его мнению, опирается на принужде­ние его членов другими. Для субъектов общества изначально характерно неравенство социальных позиций (например, в рас­пределении собственности и власти), а отсюда и различие их интересов и устремлений, что вызывает взаимные трения и ан­тагонизмы. Дарендорф приходит к выводу, что социальное не­равенство и порожденные им противоречия, безусловно, соз­дают социальную напряженность и конфликтные ситуации. Именно интересы субъектов непосредственно влияют на фор­мирование конфликта. Поэтому, чтобы понять природу кон­фликта, необходимо прежде всего понять природу интереса и способы его осознания субъектами конфликта. И здесь Р. Дарендорф выделяет объективные (латентные) и субъектив­ные (явные) интересы. Они, по его мнению, обнаруживаются уже на первом этапе проявления конфликта, когда вырисовы­ваются «обе стороны» конфликта... Но эти стороны пока не яв­ляются в буквальном смысле социальной группой, не консоли­дировались в нее. Поэтому Дарендорф называет их квазигруп­пами. В то же время в каждой из этих групп происходит фор­мирование неких общих интересов и психологической направ­ленности на их защиту. Все это характеризует первый этап развития конфликта.

Второй этап развития конфликта состоит, по Дарендорфу, в непосредственном осознании латентных, т.е. скрыт­ных, глубинных интересов субъектов и тем самым в организа­ции квазигрупп в фактические группировки, организации групп интересов.

Третий этап заключается в непосредственных столкно­вениях тех или иных «идентичных» групп (например, классов, наций, политических организаций, малых групп и т.д.). Если идентичность отсутствует, то конфликты неполные, т.е. до  конца не сформировались. Дарендорф утверждает: «в целом каждый конфликт достигает своей окончательной формы лишь тогда, когда участвующие элементы... идентичны».

По мнению Р. Дарендорфа, в основе социальных конфлик­тов лежат и политические факторы: борьба за власть, престиж, авторитет. Конфликты могут возникать в любом сообществе, где есть господствующие и подчиненные. Неравенство соци­альных позиций означает неодинаковый доступ к ресурсам раз­вития индивидов, социальных групп или сообществ людей. А отсюда и неравенство их положения, и противоречивость инте­ресов. Неравенство социальных позиций отражено в самой вла­сти, которая позволяет одной группе людей распоряжаться ре­зультатами деятельности других групп.

Борьба за обладание и распоряжение ресурсами, за лидерст­во, власть и престиж делают социальные конфликты неизбеж­ными. Конфликт воспринимается не как благо, а как неизбеж­ный способ разрешения противоречий.

Дарендорф утверждает, что конфликты - это всепронизывающие  компоненты  общественной жизни.   Их  невозможно устранить только потому, что мы их не желаем, с ними надо считаться как с реальностью. Конфликты — источники инно­ваций и социальных перемен. Они не позволяют застаиваться обществу, так как постоянно создают социальное и психологи­ческое   напряжение.   Согласно   Дарендорфу,   подавление   и «отмена» конфликтов ведет к их обострению. Поэтому задача состоит в том, чтобы уметь контролировать конфликт: он дол­жен быть легализирован, институционализирован, развиваться и разрешаться на основе существующих в обществе правил.

 Американский социолог Льюис Козер в работах «Функции социальных конфликтов», «Продолжение   исследования   социального конфликта»  и других  обосновывает  свою теорию позитивно-функционального конфликта. Под социаль­ным конфликтом он. Понимает борьбу за ценности и претензии на определенный статус, власть и ресурсы, борьбу, в которой целями противников являются нейтрали­зация, нанесение ущерба или уничтожение противника.

Л. Козер подчеркивает, что любому обществу присущи не­избежное социальное неравенство и вечная психологическая неудовлетворенность членов общества, порождающие напря­женность между индивидами и другими социальными группа­ми. Эта напряженность нередко разрешается через разного ро­да конфликты. Исходя из состояния общества Козер дает клас­сификацию социальных конфликтов. Он отмечает, что в закры­тых обществах социальные конфликты могут разрушать соци­альные связи, разделять его на враждебные группы, приводить к революции. В открытых же обществах конфликтам дается вы­ход, что смягчает напряженность. Они могут нести в себе пози­тивный потенциал, способствуя развитию общества.

 Общая теория конфликта Американский социолог Кеннет Эдвард Боулдинг в работе «Конфликт и защита: общая теория» констатирует, что в современных обществах возможно и необходимо регулирование социальных конфликтов. Боулдинг считает, что конфликт неотделим от общественной жизни. Представление о сущности социальных конфликтов позволяет обществу контролировать их и управлять ими, предвидеть их последствия. По мнению Боулдинга, кон­фликт — это ситуация, в которой стороны понимают несовмес­тимость своих позиций и стремятся опередить противника своими действиями. Конфликт выступает как вид социального взаимодействия, при котором стороны осознают свое противо­стояние и свое отношение к нему. И тогда они сознательно организуются, вырабатывают стратегию и тактику борьбы. Но все это не исключает того, что конфликты можно и нужно преодолевать или ограничивать.

Источники   конфликтов     В целом зарубежные социологи далеко продвинулись   в   изучении   социальных   конфликтов в   исследованиях   же   советских ученых прежде всего подчеркивалась материально-эконо­мическая и классовая природа конфликта. Это была марксист­ская концепция и сводилась она к анализу столкновений между антагонистическими классами — упрощенный подход к изуче­нию проблемы. И поскольку считалось, что в социалистиче­ском обществе отсутствовали антагонистические классы, зна­чит, отсутствовали и конфликты. Поэтому исследования по этой проблеме почти не велись.

Только в последнее десятилетие эта тема стала освещаться в статьях,  публикуемых например,  в журналах  «Конфликты и консенсус», «Социологические исследования» и др. Появились монографические исследования, проводятся круглые столы, по­священные проблеме социальных конфликтов в условиях пере­ходного периода.

Признано, что общество сохраняется как целое, благодаря постоянному разрешению присущих ему внутренних конфлик­тов. Выше уже говорилось о конфликтах, порождаемых неоди­наковым положением людей по отношению к власти. Другими словами, когда одни, находясь у власти, управляют и команду­ют, другие вынуждены подчиняться и исполнять издаваемые указы, директивы, распоряжения.

Причиной социального конфликта может оказаться несовпа­дение интересов и целей соответствующих социальных групп. На наличие этой причины указывали Э. Дюркгейм и Т. Парсонс.

Причиной социального конфликта может стать несовпадение индивидуальных и общественных ценностей. У каждого индивида и социальной группы имеется определенный набор ценностных ориентации относительно наиболее значимых сторон социаль­ной жизни. Но при удовлетворении потребностей одних групп возникают препятствия, создаваемые другими группами. При этом появляются противоположные ценностные ориентации, которые и могут стать причиной конфликта. Например, разное отношение к собственности: одни считают, что собственность должна быть коллективной, другие выступают за частную соб­ственность, третьи стремятся к кооперативной. При наличии определенных условий сторонники разных форм собственности могут вступить в конфликт между собой.

Не менее важным источником конфликтов является соци­альное неравенство. Специалисты в области социологии кон­фликта отмечают, что социальные позиции людей и характер их притязаний зависят от их доступа к распределению ценно­стей (доходов, знаний, информации, элементов культуры и т.д.). Стремление к всеобщему равенству, как показала исто­рия, не может рассматриваться как благо, ибо приводит к урав­ниловке, к угасанию для многих стимулов творческой деятель­ности и инициативы. Справедливости ради следует отметить, что невозможно удовлетворить потребности и интересы всех желающих. Поэтому неравенство, в том числе социальное, не­устранимо. Оно существует повсеместно и нередко имеет по­ложительное значение, ибо способствует проявлению состоятельности, стимулирует жизненную энергию людей. Конфликт же возникает при такой степени неравенства, когда оно расце­нивается одной из социальных групп как весьма значительное, препятствующее удовлетворению ее потребностей. Возникаю­щая при этом социальная напряженность приводит к социаль­ным конфликтам.

2.

Функции и классификация социальных конфликтов

Позитивные и негативные функции конфликтов

В существующей литературе высказываются две точки зрения: одна — о вреде социаль­ного конфликта, другая — о его пользе. Речь идет о позитивных и негативных функциях конфликтов.

Рассматривая роль конфликта как неизбежного явления развития общества, можно выделить одну из его функций, ко­торая состоит в разрядке психологической напряженности в от­ношениях противоборствующих сторон. Существование, так сказать, выходных клапанов и отводных каналов помогает вза­имной адаптации индивидов, стимулирует положительные из­менения.

Другой позитивной функцией конфликта является коммуни­кативно-связующая. Через эту функцию участники конфликта осознают свои и противостоящие им интересы, выявляют об­щие проблемы, приспосабливаются друг к другу.

Еще одна позитивная функция конфликта, вытекающая из предыдущих, проявляется в том, что конфликт способен играть консолидирующую роль в обществе и даже быть движущей силой социальных изменений. Это происходит тогда, когда в ходе разрешения конфликта люди по-новому воспринимают друг друга и у них появляется интерес к сотрудничеству, выявляют­ся возможности для этого.

Однако социальные конфликты нередко носят негативный, разрушительный характер. Они могут дестабилизировать отно­шения в социальных системах, разрушать социальные общно­сти и групповое единство. Так, забастовки могут нанести серь­езный урон предприятиям и обществу, ибо экономический ущерб от остановок предприятий может стать фактором разбалансированности экономики. Национальные конфликты нару­шают отношения между нациями. Но какие бы ни существова­ли точки зрения относительно функций социальных конфликтов, можно утверждать, что они являются необходимыми элементами развития общества, без них не может быть движения вперед. Классификация Конфликтов в обществе великое множество. Они различаются масштабом, типом, конфликтов составом участников, причинами, целями и последствиями. Их стараются классифицировать по сферам жизни, например, конфликты в области эконо­мики, в национальных отношениях, в социальной сфере и т.д.

Конфликты можно классифицировать и в зависимости от субъектов и зон разногласий. Такая классификация может быть выражена следующим образом.

Личностный конфликт - включает конфликты, происходя­щие внутри личности, на уровне индивидуального сознания.

Межличностный конфликт — разногласия между двумя или более людьми одной или нескольких групп. Они противостоят друг другу, но к ним могут подключаться отдельные личности, не образующие группы.

Межгрупповой конфликт — конфликт между социальными группами и социальными общностями людей с противополож­ными интересами. Это самый распространенный конфликт.

Конфликт принадлежности — когда индивиды имеют как бы двойную принадлежность. Например, конфликтующие образу­ют группу внутри какой-то большой группы или индивид вхо­дит одновременно в две конкурирующие группы, преследую­щие одну цель.

Конфликт с внешней средой — индивиды, составляющие группу, испытывают давление извне, прежде всего со стороны административных и экономических норм и предписаний. Они вступают в конфликт с институтами, поддерживающими эти нормы и предписания.

Типологию социального конфликта можно представить и таким образом:

Конфронтация — пассивное противостояние групп с проти­воборствующими политическими, экономическими и социальными интересами. Как правило, это противостояние не при­нимает форму открытого столкновения, но предполагает нали­чие неустранимых разногласий и оказание давления;

Соперничество — борьба за признание личных достижений и творческих способностей со стороны общества, социальной группы, социальной организации. Цель соперничества — при­обретение лучших позиций, признание или же демонстрация превосходства путем достижения престижных целей;

Конкуренция — особый тип конфликта, цель его — получе­ние выгоды, прибыли либо доступа к дефицитным благам.

Профессор Мичиганского университета А. Раппопорт, по­лемизируя с известным американским специалистом в области теории конфликта профессором Гарвардского университета Т. Шеллингом, убедительно доказал, что нельзя все конфликты подгонять под единую универсальную схему. Есть конфликты типа:

а)  «схваткам — когда противников разделяют непримири­мые противоречия и рассчитывать можно только на победу;

б)  «дебатов» — где возможен спор, маневры и обе стороны могут рассчитывать на компромисс;

в)  «игр» — где обе стороны действуют в рамках одних и тех же правил, поэтому они никогда не завершаются и не могут за­вершаться разрушением все структуры отношений.

Этот вывод имеет важное значение, так как снимает ореол безысходности и обреченности вокруг каждого из конфликтов, будь то в международных отношениях или внутри общества1.

Конфликт с точки зрения социологии — это прежде всего модель поведения с особым распределением ролей, последова­тельностью событий, способами выражения взглядов, ценност­ных ориентации, формами отстаивания интересов, целей.

Если исходить из поведенческой теории, то цель конфликта заключается в достижении собственного интереса за счет инте­ресов других. Когда интересы четко демонстрируются, выявле­ны субъекты, объект и средства конфликта, а также тактика поведения, тогда это открытые, или полномасштабные кон­фликты. Если же интересы в конфликте структурированы сла­бо, численность участников невелика, он в меньшей степени легализован и поведение участников скрытое. Такой тип кон­фликта называется «скрытым», или неполным (например, нару­шение трудовой дисциплины, невыходы на работу, граждан­ское неповиновение и т.д.).

Можно назвать еще ложный конфликт — этот тип находится на стыке психологического и социологического подходов к анализу конфликта. В случае ложного конфликта чаще всего отсутствуют его объективные основания. Лишь у какой-то од­ной стороны возникает ложное представление о наличии кон­фликта, в то время как его в действительности нет.

Существуют и иные варианты типологии социальных кон­фликтов по различным основаниям. Точку здесь ставить не следу­ет, так как проблема детальной разработки типологии остается достаточно открытой и ученым еще предстоит продолжить анализ.

         Важным вопросом при рассмотрении социальных конфликтов является вопрос о действующих лицах и исполнителях конфликт­ных отношений. Наряду с понятием сторона конфликта сюда могут быть отнесены и такие понятия, как участник, субъект, посредник. Заметим, что не следует отожде­ствлять участников и субъектов социальных конфликтов, так как это может привести к путанице в понимании выполняемых в конфликте ролей.

Участником конфликта может быть любой человек, органи­зация, или группа лиц, которые принимают участие в конфлик­те, но не отдают себе отчет в целях конфликтного противоре­чия. Участником может быть стороннее лицо, случайно ока­завшееся в зоне конфликта и не имеющее своего интереса.

Субъектом социального конфликта является отдельный че­ловек или социальная группа, способные создавать конфликт­ную ситуацию, т.е. прочно и относительно самостоятельно вли­ять на ход конфликта в соответствии со своими интересами, оказывать влияние на поведение и положение других, вызывать те или иные изменения в социальных отношениях.

Поскольку очень часто потребности субъектов, их интересы, цели, притязания могут реализовываться только через исполь­зование власти, постольку в конфликтах непосредственное участие могут принимать такие политические организации, как партии, парламентские организации, государственный аппарат, «группы давления» и т.д. Именно они являются выразителями воли соответствующих социальных групп и личностей. Нередко социальный конфликт принимает форму конфликта политиче­ских, этнических и других лидеров (широкие массы выходят на улицы лишь в моменты наивысшего обострения ситуации). Так, в большинстве социальных и национальных конфликтов в первые годы перестройки в нашей стране субъектами выступали исключительно представители государственных структур власти.

Известный специалист в области теории конфликтов Р. Дарендорф к субъектам конфликтов относил три вида социаль­ных групп:

Первичные группы — это непосредственные участники кон­фликта, которые находятся в состоянии взаимодействия по по­воду достижения объективно или субъективно несовместимых целей.

Вторичные группы — те, кто стремится быть не замешанным непосредственно в конфликте, но вносит вклад в его разжигание.

Третьи группы -  силы, заинтересованные в разрешении конфликта.

Следует заметить, что социальный конфликт — это всегда борьба, порожденная конфронтацией общественных и группо­вых интересов.

Конфликт возникает не вдруг. Причины его накапливаются и зреют иногда продолжительное время. Конфликт — это борь­ба противоречивых интересов, ценностей и сил. Но для того чтобы противоречие переросло в конфликт, необходимо осоз­нание противоположности интересов и соответствующая моти­вация поведения.

3.

 Механизм социального конфликта

Предконфликтная ситуация  как отмечалось, социальные противоречия не связаны с конфликтом напрямую. Между противоречиями и конфликтом находится своеобразное  состояние,  которое  можно  назвать  предконфликтной ситуацией. Она непосредственно предшествует конфликту, развивается в него. Предконфликтное состояние весь­ма неустойчиво: незначительное, даже случайное событие мо­жет вызвать необратимые процессы, прямо ведущие к откры­тому конфликту. На этой стадии складывается сочетание раз­ных обстоятельств, которые предшествуют конфликтам и часто порождают, как правило, несовместимые требования. При этом удовлетворение интересов одной стороны препятствует удовле­творению интересов другой.

Важный момент зарождения конфликта — наличие объекта, обладание которым связано с удовлетворенностью потребно­стей сторон, втягиваемых в конфликт. Тем самым он может стать причиной конфликта. Данная ситуация, как правило, соз­дается конфликтующими сторонами.

В пред конфликтно и ситуации конфликтующие субъекты прежде чем решиться на открытые действия оценивают свои возможности (материальные ценности, власть, информация, связи и т.д.), предпринимаются шаги для консолидации сил противоборствующих сторон, поиска сторонников. Кроме того, предконфликтная ситуация — это период формирования каж­дой стороной своей стратегии действий.

 Начавшийся  конфликт  в  процессе  своего развития   весьма  претерпевает  определенные изменения. Это связано с тем, что отношения, складывающиеся в начале и в конце конфликта, су­щественно различаются: с разной степенью проявляется актив­ность субъектов, могут возникать неожиданные повороты со­бытий и т.д. Создаются дополнительные причины для углубле­ния и разрастания конфликта.

Процесс разрастания конфликта длится до тех пор, пока не появятся первые ощутимые результаты противоборства. Эти ре­зультаты осмысливаются, анализируются субъектами конфлик­та. На этом начальный этап конфликта заканчивается.

Начальная стадия конфликта, как и предконфликтная ста­дия, имеет свое значение. На этой стадии создаются те или иные благоприятные условия для вмешательства с целью пре­одолеть начавшийся конфликт. Каждая сторона уже столкну­лась с сопротивлением противника, почувствовала его силу и может понять, как нелегко ей будет приблизиться к победе.

Начало конфликта является периодом наибольших колеба­ний участников. Не случайно сторонники открытых конфликтов проводят работу по поддержанию боевого духа участников, убеждая их идти до конца. Именно на этом этапе могут быть предприняты действия, которые позволят остановить открытое столкновение, прейдя к компромиссному решению.

В самом конфликте действия могут быть открытыми, непо­средственными, скрытыми, опосредованными. Они могут быть физическими, психологическими, идеологическими и т.д. В них проявляется специфическое поведение людей. Эти действия могут быть предсказуемы и непредсказуемы, но обычно они расширяют сферу конфликта.

Итак, для наличия конфликта требуются три условия: 1) объ­ективно складывающаяся конфликтная ситуация, 2) субъекты конфликтов (наличие одной только конфликтной ситуации еще недостаточно, если стороны миролюбивы) и 3) наличие повода для конфликта, т.е. своеобразного «спускового механизма», способствующего развитию событий.

Разрешение  конфликта Это третья стадия протекания социальногоконфликта. Она предполагает: знание объекта конфликта, состава его участников, его исторических корней, и непосредственного повода, а также представление об уровне напряженности.

Признаком разрешения служит завершение инцидента. Это значит, что между конфликтующими сторонами прекращается конфликтное взаимодействие. Устранение инцидента — это не­обходимое, но не достаточное условие для погашения кон­фликта. Ибо при определенных обстоятельствах угаснувший конфликт может вспыхнуть вновь.

Разрешение конфликта возможно лишь при изменении конфликтной ситуации, точнее, если будет изжита коренная причина конфликта, когда изменится установка соперников относительно друг друга и они перестанут видеть друг в друге противников. И наконец, когда изменятся требования сторон и соперник пойдет на уступки (но возможны и одновременно обоюдные уступки).

Разрешение конфликта может быть частичное или полное. Полное разрешение означает прекращение конфликта, карди­нальную перестройку всего образа конфликтной ситуации. При этом «образ врага» трансформируется в «образ партнера», уста­новка на борьбу сменяется ориентацией на сотрудничество.

При частичном разрешении конфликта чаще изменяется только внешняя его форма, но сохраняются внутренние побу­дительные установки к продолжению противоборства.

Успешное разрешение конфликта связано с определенными условиями:

а)  своевременной и точной диагностикой его причин. В хо­де этого выявляются объективно существующие противоречия, интересы, цели. На основе такого анализа определяется так на­зываемая деловая зона конфликта;

б)   обоюдной заинтересованностью сторон в преодолении противоречий. Это возможно при взаимном признании интере­сов каждой из сторон. Для этого важно субъектам конфликтов освободиться от недоверия друг к другу;

в)  совместным поиском путей преодоления конфликта. В данной ситуации могут быть использованы самые разные сред­ства и методы.

Социальный конфликт внешне похож на спиралеобразные природные явления, такие, как водовороты, вихри и т.д. Впол­не допустимо рассматривать каждый этап конфликта в виде витка спирали, имеющей свои подъемы и спады, напряжен­ность и разрядку. Так, в конфликте действительно наблюдается рост психологической напряженности. Но этот рост не может быть бесконечен. Доходя до определенной точки, он как бы замирает, после чего наступает некоторый спад напряженно­сти. Признание такого спиралеобразного движения отношений в конфликте важно, так как позволяет находить и использовать средства регулирования данных отношений.

В социологической науке соответствующее внимание уделя­ется выработке технологии урегулирования конфликтов, управ­ления ими.

4.

Управление конфликтом

Задача управления конфликтом — не допустить его разрас­тания и снизить его негативные последствия. В качестве субъ­ектов управления конфликтом могут выступать как одна из его сторон, так и, например, третья сила, не участвующая в нем, но заинтересованная в его урегулировании. Кто бы не выступал субъектом управления социальным конфликтом, важно найти способы и выработать технологию урегулирования конфликт­ных отношений. Этому, например, могут способствовать:

а)   гласность,  максимальная открытость социальных кон­фликтов (теневых, неявных, латентных). Этот позволит поста­вить их под контроль и своевременно отреагировать на процес­сы, происходящие в отношениях противоборствующих сторон;

б)   снижение социального  психологического  возбуждения, чтобы воспрепятствовать появлению детонизирующих ситуаций в отношениях сторон.

Эти и другие возможные меры могут способствовать смяг­чению конфликтов, снятию их остроты, их урегулированию и разрешению.

Методы    разрешения    конфликтов

 Разрешение социального конфликта — дело довольно сложное. Оно может идти различными путями. Используются различные методы.

1.  Метод избегания конфликта — может выражаться в уходе  с политической арены того или иного политического деятеля

или в угрозе ухода; в избегании встреч с противником и т.д. Однако избегание конфликта не означает его ликвидацию, ибо остается сама его причина.

2. Метод переговоров — позволяет избежать применения на­силия.  В процессе переговоров стороны обмениваются мне­ниями, что неизбежно снижает остроту конфликта, помогает понять аргументы сторон, объективно оценить истинное соот­ношение сил и условия примирения. Переговоры позволяют рассмотреть альтернативные ситуации, добиться взаимопони­мания, прийти к согласию, консенсусу, открыть путь к сотруд­ничеству.

3. Метод использования посредничества. Это примирительная процедура. В роли посредников могут выступать как организа­ции, так и частные лица. Эти функции могут выполнять не только правительственные, но и любые другие учреждения и организации, отдельные личности. Практика подтверждает, что удачно подобранный посредник может быстро урегулировать конфликт там, где без его участия согласие было бы невозмож­но. Так, в сложных социальных конфликтах на Западе роль по­средников выполняют лауреаты  Нобелевской  премии.  Такая практика наглядно демонстрирует те высокие требования, ко­торые предъявляются личности посредника (авторитет, нравственность, профессиональная компетентность, высокий интел­лект).

4. Метод откладывания — нередко означает сдачу своих по­зиций.  Это действие распространено на практике.  Но здесь важно подчеркнуть, что сторона, «сдавшая свои позиции», по мере накопления сил и изменения ситуации в ее пользу сдела­ет, как правило, попытку вернуть утраченное.

5. Метод третейского разбирательства, или арбитраж. При разборе строго руководствуются нормами законов, в том числе международного права.

Поиск путей выхода из конфликтных ситуаций способствует выработке и других методов разрешения социальных конфликтов. Рекомендации,     Осмысление природы и содержание обще­ственных  конфликтов  позволило  ученым, социологам и практикам, выработать реко­мендации, которые могут помочь ускорить процесс разрешения конфликта:

• во время переговоров приоритет должен отдаваться обсуждению вопросов, касающихся содержания конфликта;

    стороны должны стремиться к снятию психологической и социальной напряженности;

    необходимо демонстрировать взаимное уважение друг к

другу;

    участники переговоров должны гласно и доказательно раскрывать позиции друг друга и сознательно создавать атмосферу публичного обмена мнениями;

    все участники переговоров должны проявлять склонность к консенсусу, т.е. к согласию.
5.

Социальные конфликты в современной России

Социальные конфликты получают своеобразное проявление в современной российской действительности. Сегодня Россия переживает кризис, причины которого разнообразны и одно­значно оценить их трудно. Изменения в общественных отно­шениях сопровождаются невиданным расширением сферы проявления конфликтов. В них вовлекаются не только большие социальные группы, но и целые территории, как однородные в национальном отношении, так и населенные различными эт­ническими общностями.

Конфликтами охвачены все сферы жизни российского об­щества, социально-экономическая, политическая, сфера меж­национальных отношений и т.д. Эти конфликты порождены реальными противоречиями в ходе углубления кризисного со­стояния общества. Нередко происходят, можно сказать, «неестественные» столкновения, искусственно создаваемые, умышленно провоцируемые, раздуваемые, особенно характер­ные для межнациональных и межрегиональных отношений. Ре­зультатом их являются кровопролития и даже войны, в которые помимо своей воли оказываются втянуты целые народы.

Конфликты на основе объективно возникающих противоре­чий, если они разрешаются, способствуют общественному прогрессу. При этом объективные противоречия, служащие ис точником конфликтных коллизий, могут быть разделены на два основных вида. С одной стороны, это противоречия, порож­даемые социально-экономическим, материально-бытовым по­ложением членов нашего общества. В ходе углубления этого противоречия происходит столкновение различных социальных групп, наций и т.д. Они осознают противоположности своих интересов, целей, позиций. Это проявляется в растущих непо­мерно контрастах богатства и бедности, процветания многих и обнищания большинства. С другой стороны, политические противоречия, обусловленные прежде всего неприятием поли­тики властей. Сегодня это находит отражение в конфронтации многих общественных сил курсу правительства, ориентирован­ному на смену общественно-политического строя.

Главное, что характеризует социальные процессы в России в последние годы — это явная дезинтеграция сложившихся ра­нее социальных структур и общественных связей. Наметился процесс перехода от интеграции и дифференциации одного ти­па к интеграции и дифференциации другого типа. В результате глубоких экономических и социальных преобразований россий­ского общества с начала 90-х годов его социальная структура выглядит по-другому, более дифференцированно. Образовыва­ются новые социальные группы, которые можно рассматривать в качестве класса собственников и предпринимателей; буржуазия заявила о себе созданием собственных политических орга­низаций и кардинальным изменением отношений собственно­сти. Существуют и такие группы, как номенклатурная бюро­кратия, «теневики», формируются новые маргинальные группы. В стране осуществляется «декомпозиция» социальной структу­ры. Ее элементам присуще все большее расхождение в характе­ре труда, размерах доходов, уровня образования, престижа и т.д. Растет и ширится социальное неравенство, оно становится осно­вой возникновения множества конфликтов.

           Очевидно, что при многообразии факторов, влияющих на конфликтность в обществе,главную роль играют противоречия междутремя основными структурными элемента-общества          ми общества и внутри них. Речь идет о власти (законодательной, исполнительной, су­дебной), предпринимательстве (государственном, коллективном, частном, российско-иностранном, компрадорском, спекулятив­ном, мафиозном) и производителях (различных группах интел­лигенции, служащих, рабочих, крестьян, фермеров, студенчест­ва, ветеранов труда и т.д.).

Динамика социальных процессов в российском обществе обусловлена коренными противоречиями, порожденными в пе­рестроечное время, которые носят еще более острый характер. Это противоречие между декларированным обновлением и дальнейшим разрушением общественного организма; между стремлением войти в цивилизованный научно-технический прогресс и катастрофически углубляющимся кризисом эконо­мики, науки, культуры, образования; между обещанной свобо­дой, демократией и усиливающимся отчуждением народа от собственности, от управления страной.

Противоречий стало, как видим, значительно больше и они стали еще более острыми, приняли форму социальных антаго­низмов. Антагонистическое противоречие выразилось прежде всего в конфронтации сторонников социалистического и капи­талистического путей развития. Это противоречие стало стерж­нем всех сфер жизни нашей страны, импульсом жестких и непримиримых конфликтов. Основная масса трудящихся ощутила все тяготы становления рыночных отношений, вступает в от­крытые конфликты с администрацией.

Очевиден конфликт внутри интеллигенции. Часть интелли­генции, участвуя в смене политического руководства, войдя в правительственные структуры и заняв там лидирующее поло­жение, помогает утвердиться во власти новым классам. По сути дела устанавливается альянс части интеллигенции с «кадровой» элитой.

Хотя отечественная буржуазия только формируется как класс, но ее конфликт с другими классами и группами уже раз­вертывается вокруг распределения кредитов, механизмов при­ватизации, налогового законодательства и т.д. Сегодня каждая группа промышленников и предпринимателей на всех уровнях (в центре и в регионах) стремится реализовать свои интересы. Для этого они используют лоббистское давление на исполни­тельную и законодательную власть.

Можно согласиться с мнением о том, что в современной России конфликт стал повседневной реальностью. Страна стала полем действия социальных конфликтов, начиная с межэтни­ческих и кончая социально-массовыми, проявившимися во многих забастовках. Это подтверждают мощные забастовки шахтеров, работников наземного, воздушного, железнодорож­ного и морского транспорта, рыболовецких хозяйств, учителей, врачей.

С 1991 г. конфликты стали возникать в региональном мас­штабе. Они были обусловлены не противостоянием рядовых работников и администрации, а противостоянием населения и трудовых коллективов центральным органам власти и руковод­ству. Основная направленность забастовочного движения в 1992 г. — это повышение уровня жизни участников этого дви­жения1. В ходе забастовочной борьбы в 1992 г. преобладали требования о повышении заработной платы, уровня жизни, ли­квидации задолженности по зарплате и выплате пенсий. Вместе с тем все громче раздаются требования, связанные с отстаива­нием трудящимися своего права собственности на имущество предприятий.

Анализируя динамику трудовых конфликтов, исследователи отмечают тенденцию перерастания их из собственно трудовых в политические. Почти всегда наряду с экономическими требо­ваниями выдвигались и политические требования. Нельзя не учитывать, что в рабочем движении взаимодействуют разные силы, разных политических ориентации. Все это сознательно политизируют трудовые конфликты.

Трудовые конфликты часто являются реакцией на перекосы в экономической и социальной политике правительства, на его не­умение осознать последствия принимаемых решений. Основное содержание   конфликтов   в   социально-экономической   сфере связано  с  перераспределением  собственности  и  становлением рыночных отношений, которые неизбежно приведут к поляри­зации социальных групп.

Можно отметить еще одну особенность социально-эконо­мических конфликтов. Массовые конфликты в экономической сфере связаны еще с тем, что в стране до сих пор отсутствует четкая законодательная база разрешения трудовых споров. Бы­ла попытка принять закон о разрешении трудовых конфликтов, определить механизм этого разрешения. В основу его заложен принцип примирительных процедур через соответствующие комиссии и трудовые арбитражи. Предусматривались срок рас­смотрения споров, обязательность исполнения принятых реше­ний. Но этот закон так и не был принят. Примирительные ко­миссии, их арбитражи не выполняют свои функции, а админи­стративные органы в ряде случаев не выполняют достигнутые соглашения. Это не способствует разрешению трудовых кон­фликтов и ставит задачу создать более продуманную систему для их регулирования.

Это политические конфликты по поводу пе­рераспределения власти, доминирования влияния, авторитета. Они могут носить как скрытый, так и открытый характер. Основ­ными конфликтами в сфере власти можно назвать следующие:

1) конфликты между основными ветвями власти (зако­нодательной, исполнительной и судебной) в стране в целом и отдельных республиках и областях. На высшем уровне этот конфликт первоначально проходил по линии противостояния, с одной стороны, Президента и правительства, а с другой сторо­ны, Верховного Совета и Советов народных депутатов всех уровней. Этот конфликт вылился, как известно, в события ок­тября 1993 г. Формой частичного его разрешения явились вы­боры Федерального Собрания и референдум по принятию Кон­ституции России;

2) внутрипарламентские конфликты между Государственной Думой и Советом Федерации и внутри них;

3)  конфликты между партиями с разной идеологической и политической ориентацией;

4)   конфликты  между разными звеньями управленческого аппарата.

Политические конфликты — это чаще всего нормальное яв­ление в жизни любого общества. Существующие в обществе партии, движения, их лидеры имеют свои представления о вы­ходе из кризиса и об обновлении общества. Это находит отра­жение в их программах. Но они не могут их реализовать до тех пор, пока находятся вне сферы власти. Потребности, интересы, цели, притязания больших групп и движений могут быть реали­зованы прежде всего через использования рычагов власти. По­этому власть, политические институты России стали ареной острой политической борьбы.

Противоречия между законодательной и исполнительной властями переходят в конфликт лишь при определенном стече­нии объективных и субъективных факторов. При этом борьба носит нередко «верхушечный», элитарный характер.

Конфликты в верхних эшелонах исполнительной и законо­дательной власти разрешаются нередко силовыми приемами, нажимом, давлением, угрозами, обвинениями, пока социально-экономическая и политическая обстановка в России благопри­ятствует конфликтному сценарию развития событий. Важно по­нимать сложившиеся обстоятельства и стремиться к смягчению условий протекания конфликтов. Не допускать, чтобы они пере­растали в насильственные действия той или иной другой стороны.

 Заметное место в современной жизни занимают межнациональные, межэтнические конфликты. В их основе лежит борьба за интересы этнических и националь­ных групп. Часто эти конфликты связаны со статусными и тер­риториальными претензиями. Суверенитет народа или этнической группы в основном выступает доминирующим фактором в конфликте.

Есть основание полагать, что если бы и произошли пози­тивные изменения в экономике и политической сфере России, конфликтность в межнациональных и межэтнических отноше­ниях полностью не исчезла бы. Ибо она имеет свою собствен­ную логику происхождения и развития. Так, в сознании живу­щих поколений сохраняются обиды, нанесенные в прошлые времена, и они в силу нынешних несправедливостей (в какой бы форме они ни проявлялись) не в состоянии преодолеть чув­ство национальной неприязни. Поэтому проблема учета и реа­лизации этнических интересов имеет важное значение. Пред­ставление об ущемленности национальных интересов и претен­зий наций на приоритетные права являются одним из источни­ков общественной напряженности. С распадом СССР эта про­блема не исчезла. Казалось, что с появлением новых государств на бывшей территории СССР создаются условия для успеш­ного решения культурных, языковых и других проблем. Однако межэтнические противоречия разрастаются и вспыхивают с но­вой силой (Нагорный Карабах, Приднестровье, Осетия, Абха­зия). В основе этих конфликтов лежат территориальные притя­зания. Конфликты умышленно провоцируются различными си­лами националистического, сепаратистского, фанатично-религиозного толка.

Надо сказать, что конфликты в России, хотя и происходят в различных сферах жизни общества и именуются как политиче­ские, экономические, национальные и т.д., в широком смысле относятся к социальным конфликтам. Это значит, что речь идет о противоборствах между общностями и социальными группа­ми, силами, преследующими свои цели и интересы.

Наиболее   открытой    формой   выраженияконфликта могут быть разного рода классовые действия: предъявление требований к власти со стороны недовольных социальных групп; использование общественного мнения в поддержку сво­их требований или альтернативных программ; прямые акции социального протеста.

 Массовый протест — активная форма конфликтного поведения. Он может быть организованным или стихийным, пря­мым или косвенным, принимать характер насилия или ненасилия. Организаторами массовых протестов выступают, как пра­вило, политические организации и так называемые группы давления.

Формами выражения протеста могут быть: митинги, демон­страции, пикетирование, компании гражданского неповиновения, забастовки, голодовки, прогулы и т.д. Организаторы акций соци­ального протеста должны четко сознавать, какие конкретные задачи можно решить с помощью той или иной акции и на ка­кую общественную поддержку они могут рассчитывать. Так, ло­зунг, являющийся достаточным для организации пикетирова­ния, вряд ли может быть использован для организации компа­нии гражданского неповиновения.

Итак, социальные конфликты выступают как нормальные проявления социальных отношений. В России идет процесс формирования некоего промежуточного типа экономики, в ко­тором буржуазный тип отношений, основанный на, частной собственности, сочетается с отношениями государственной собственности и монополией на определение средства произ­водства. Создается общество с новым отношением классов и социальных групп, в котором будут возрастать различия в их доходах, статусе, культуре и т.д. Поэтому социальные конфлик­ты будут неизбежны. Нужно научиться управлять ими, стре­миться к тому, чтобы разрешать их с наименьшими издержками для общества.
Тема 14: «Социологическое исследование: понятие и виды, программа и выборка»
План лекции:

1. Социологическое исследование и его виды.

2. Программа социологического исследования.

3. Применение выборочного метода.

4. Рабочий план социологического исследования.

Рекомендуемая литература:

1. Социология: Учебник для студентов высших учебных заведений/ Под ред. проф. В.Н. Лавриненко; 2-е изд. – М.: ЮНИТИ-ДАНА, 2000.

2. Кравченко А.И. Социология для экономистов: учебное пособие для вузов. – М.: ЮНИТИ, 2000.

3.  Радаев В.В. Экономическая социология. – М.: Аспект-Пресс, 2000.

4.  Учебный социологический словарь/ Под ред. С.А. Кравченко. – М.: Экзамен. 1999.
1.

             Социологическое исследование и его виды

Жизнь ставит очень много вопросов, ответить на которые можно только при помощи научного исследования, в частно­сти, социологического. Социологические исследования помогают обеспечивать бесперебойную работу механизма обратной связи, дополняя и конкретизируя статистическую информацию кон­кретными данными об интересах и запросах, мнениях и на­строениях людей, об их идеалах, жизненных планах, о степени удовлетворенности организацией труда, быта и досуга, состоя­нием морально-психологического климата.

Цели   социологических исследований Каждое серьезное дело требует тщательной подготовки. И социологические исследования   не   составляют   исключения.   Можно считать, что надежность, а значит, и цен­ность информации, полученной в результате проведенного ис­следования, прямо пропорциональны затраченным усилиям на его всестороннюю подготовку. Вот почему освоению методиче­ских и организационных приемов социологического анализа общественных явлений и процессов предшествует глубокое ов­ладение научными правилами, способными обеспечить высо­кий научный уровень анализа.

Подготовка социологического исследования — процесс, на­сыщенный разными видами работ, научными процедурами и операциями. Надо обеспечить надежную теоретическую основу исследования, продумать его общую логику, разработать инст­рументарии сбора информации, сформировать исследователь­скую группу.

Цель любого социологического исследования — анализ та­ких проблем, которые имеют ключевое значение для жизни общества. Предмет внимания социологов должен отличаться ярко выраженной актуальностью, т.е. быть востребован жиз­нью; социолог призван помогать решать самые важные задачи и, кроме того, создавать научный задел, базу для удовлетворе­ния потребностей не только сегодняшнего, но и завтрашнего дня. Одна из главных причин обращения к социологическим исследованиям — потребность в обширной, содержательной и актуальной информации, отражающей наиболее важные сторо­ны жизнедеятельности и взаимодействия индивидов, групп, коллективов, социальных слоев общества, которые чаще всего скрыты, представляют собой «молчание моря». Любое взаимо­действие, скрытое от «внешнего глаза» («молчание моря»), мо­жет при определенных условиях выплеснуться бурно, яростно, перечеркивая все расчеты практиков социального управления.

Вместе с тем проведение социологического исследования — не самоцель. Как бы ни была значима его роль и широки воз­можности, оно выступает в качестве лишь одного из средств получения социальной информации. Признание за социологи­ческим исследованием статуса «одного из...» не позволяет абсо­лютизировать его роль и рассматривать, как это иногда бывает, в качестве панацеи от всех бед.

Социологическое исследование, по мнению большинства серьезных специалистов-социологов, — это система логически последовательных методологических, методических и организа­ционно-технических процедур, подчиненных единой цели: по­лучить точные объективные данные об изучаемом социальном явлении. Первенство в любом социологическом исследовании отдается методологии.

В научной литературе понятие «методологии» имеет до­вольно много определений. Одно из наиболее авторитетных научных изданий «Энциклопедический социологический сло­варь» определяет методологию социологического исследования как составную часть и особую область социологического познания, имеющую своим содержанием совокупность принципов и способов орга­низации, развития и оценки теоретического и эмпирического социологического знания, систему норм и регулятивов прове­дения социологических исследований. Существуют и другие определения понятия «методология». Одним из самых простых является расшифровка этого грече­ского слова: метод — способ, прием; логос — закон, главное условие, принцип. В данном случае — это способ получения но­вого знания. Если рассматриваем такой подход, то главная зада­ча методолога — помазать, как конструируются понятия и ка­кова их взаимосвязь с изучаемыми социальными процессами, человеческим взаимодействием. Значит, создавая исследова­тельские программы, социолог-методолог должен знать, что следует отбирать, наблюдать, как анализировать собранный эм­пирический материал, преобразовывать его в соответствии с теоретическими положениями. Делается это для того, чтобы повысить уровень надежности получаемых эмпирических дан­ных, следить за тем, как они вписываются в теорию, если же реальная действительность противоречит теоретическим по­строениям, то и скорректировать теорию.

В научной литературе до сих пор не утихают споры, что считать теорией и что методологией. Между этими понятиями трудно провести разграничительную черту: так тесно они взаи­модействуют. Надо запомнить главные их признаки: теория да­ет объяснение тому или иному явлению и процессу, указывая на то, что надо исследовать, какую конкретную проблемную ситуацию предстоит изучить, а методология показывает как на­до исследовать, т.е. дает объяснение ситуации и способы ее изучения.

Социологическое исследование — это процесс познания, в ко­тором проявляются два уровня социологического знания: теоретико-методологический и эмпирический. В нем сочетаются дедуктивный и индуктивный методы анализа. Социологическое исследование начинается с его подготов­ки:   обдумывания   целей,    программы,    плана,   определения средств, сроков проведения, способов обработки информации и т.д. Это первый   его этап.

Второй этап — сбор первичной социологической ин­формации. Это собранные в различной форме необобщенные сведения — записи исследователя, выписки из документов, от­дельные ответы опрашиваемых и т.д.

Третий этап — подготовка собранной в ходе социологи­ческого исследования (анкетного опроса, интервью, контент-анализа и т.д.) информации к обработке на ЭВМ, составление программы обработки, обработка на ЭВМ.

И наконец, заключительный, четвертый этап — ана­лиз обработанной информации, подготовка научного отчета по итогам исследования, формулирование выводов и рекоменда­ций для заказчика, субъекта управления.

Виды   социологического исследования       Вид социологического исследования предопределяется характером поставленных целей и задач, глубиной анализа социального процесса  и т.д.   Различают  три   основных вида      социологического      исследования:      разведывательное (зондажное, пилотажное), описательное и аналитическое.

1. Разведывательное (или пилотажное, зондажное) исследова­ние - самый простой вид социологического анализа, позво­ляющий решать ограниченные задачи. По сути идет «обкатка» инструментария (методических документов): анкеты, бланка-интервью, опросного листа, карточек наблюдений, карточек изучения документов и др. Программа такого исследования уп­рощена, как и инструментарий. Обследуемые совокупности не­велики: от 20 до 100 человек.

Разведывательное исследование, как правило, предваряет глубокое изучение проблемы. В ходе него уточняются цели, ги­потезы, задачи, вопросы, их формулировка. Проводить такое исследование особенно важно в тех случаях, когда проблема изучена недостаточно или вообще ставится впервые. Разведы­вательное исследование позволяет получить оперативную со­циологическую информацию.

2.   Описательное исследование — более сложный вид социо­логического анализа. С его помощью получают эмпирическую информацию, дающую относительно целостное представление об изучаемом социальном явлении. Оно обычно проводится в том случае, когда объект анализа — относительно большая со­вокупность, отличающаяся разнообразными характеристиками, например, трудовой коллектив крупного предприятия, где ра­ботают люди разных профессий, пола, возраста, стажа работы и т.д. Выделение в структуре объекта изучения относительно однородных групп (например, по уровню образования, возрас­ту, профессии) дает возможность оценить, сравнить интере­сующие характеристики, выявить наличие или отсутствие свя­зей между ними.  В описательном исследовании может быть применен один  или несколько методов сбора эмпирических данных. Сочетание методов повышает достоверность и полноту информации, позволяет сделать более глубокие выводы и обос­нованные рекомендации.

3.  Самый серьезный вид социологического анализа — ана­литическое исследование. Оно не только описывает элементы изучаемого явления или процесса, но и позволяет выяснить причины, лежащие в его основе. Поиск причинно-следствен­ных связей — главное назначение такого исследования. Если в описательном исследовании устанавливается связь между ха­рактеристиками изучаемого явления, то в аналитическом выяс­няется, носит ли эта связь причинный характер и что является основной причиной,  определяющей то или иное социальное явление.   В  аналитическом  исследовании  изучается совокуп­ность многих факторов, обусловливающих то или иное явле­ние. Обычно их классифицируют как основные и неосновные, постоянные и временные, контролируемые и неконтролируе­мые и т.д.

Аналитическое исследование невозможно без детально раз­работанной программы и отшлифованного инструментария. Оно обычно завершает разведывательное и описательное ис­следования, в ходе которых собираются сведения, дающие предварительное представление об определенных элементах изучаемого социального явления или процесса. Аналитическое исследование чаще всего носит комплексный характер. По ис­пользуемым методам оно богаче, разнообразнее не только раз­ведывательного, но и описательного исследования.

2.

Программа социологического исследования

Подготовка и разработка программы

Подготовка социологического исследования непосредственно начинается не с составле­ния анкеты (к чему зачастую прибегают ма­локомпетентные исследователи), а с разра­ботки его программы, состоящей из двух разделов (блоков) — методологического и методического.

В методологический раздел программы входят: а) формули­ровка и обоснование социальной проблемы (проблемной си­туации); б) определение объекта и предмета социологического исследования; в) определение задач исследователя и формули­ровка гипотез. Данный раздел требует основательной теорети­ческой подготовки социолога, осуществляющего исследование, умения логически анализировать обозначенные явления.

Методический раздел программы предполагает определение изучаемой совокупности, характеристику методов сбора первичной социологической информации, последовательность применения инструментария для ее сбора, логическую схему (или программу) обработки собранных данных на ЭВМ.

Тщательная подготовка программы социологического ис­следования позволяет избежать ошибок во время самого иссле­дования и анализа его результатов.

Существенной (определяющей) частью программы любого исследования является прежде всего глубокое и всестороннее обоснование методологических подходов и методических прие­мов изучения социальной проблемы.

Под социальной проблемой следует понимать «социальное противоречие», сознаваемое субъектами (индивидами, группа­ми и т.д.) как значимое для них несоответствие между сущест­вующим и должным, между целями и результатами деятельно­сти, возникающее из-за отсутствия или недостаточности средств для достижения целей, препятствий на этом пути, борьбы вокруг целей между различными субъектами деятельно­сти, что ведет к неудовлетворению социальных потребностей.

Очень важно при этом избежать опасности постановки мнимой проблемы или объять необъятное в предполагаемом исследовании.

Программа исследования может быть направлена на много­проблемный социологический анализ, хотя большинство со­циологов полагает, что изучать несколько проблем в границах одного исследования трудно и нецелесообразно. Тому несколь­ко причин: усложняется инструментарий исследования («разбу­хают» анкета, бланк опроса, интервью и т.д.), увеличивается количество документов, с которыми придется работать, и т.п. Все это может снизить качество собираемой статистической и социологической информации. Такое исследование потребует значительно больше времени, людей, финансовых и техниче­ских средств, кроме того, теряется оперативность информации: она стареет еще в период обработки. В связи с этим многопро­фильное исследование должно проводиться только в исключи­тельных случаях.

Начинающие социологи часто путают объект и предмет ис­следования, хотя это далеко не одно и то же. Выбор объекта и предмета исследования в определенной мере уже заложен в са­мой социальной проблеме.

Объектом исследования может быть любой социальный про­цесс, сфера социальной жизни, трудовой коллектив, какие-либо общественные отношения, документы. Главное, чтобы все они содержали социальное противоречие и порождали про­блемную ситуацию.

Как считает В. А. Ядов, «объект социологического исследо­вания — это то, на что направлен процесс познания».

Предмет исследования — это те или иные идеи, свойства, характеристики, присущие, например, данному коллективу, наиболее значимые с практической или теоретической точки зрения, т.е. то, что подлежит непосредственному изучению. Другие свойства, черты объекта остаются вне поля зрения социолога. Например, любой трудовой коллектив обладает множеством различных социальных, профессиональных харак­теристик. Но исследователя интересует только уровень нравст­венного сознания рабочих — членов этого коллектива. Тогда объект исследования — трудовой коллектив, а предмет — со­стояние нравственного сознания.

Анализ любой проблемы можно провести в теоретическом и прикладном направлениях в зависимости от цели исследования. Цель исследования может быть сформулирована как теорети­ческая. Тогда при подготовке программы основное внимание уделяется теоретическим и методологическим вопросам: изуче­нию научной литературы по интересующей проблеме, построе­нию концепции предмета исследования и т.п. В данном случае объект исследования определяется только после того, как вы­полнена предварительная теоретическая работа.

Социолог, решающий прикладные практические задачи, прежде всего определяет, какие конкретно цели ставятся перед ним, после чего с помощью научной литературы пытается вы­яснить: нет ли типового решения этих задач, чтобы не при­шлось «изобретать велосипед». Гипотезы прикладного исследо­вания будут выступать как варианты прочтения типовых реше­ний применительно к конкретным условиям.

Воздвигать китайскую стену между теоретическим и при­кладным исследованиями — ошибка. Любое теоретическое ис­следование можно продолжить до уровня прикладного и на­оборот, хотя не из всякого прикладного исследования можно сделать верные теоретические выводы.

Определение цели исследования позволяет классифициро­вать, упорядочить задачи, которые являются своего рода сту­пеньками для восхождения к цели. Задачи бывают главными и дополнительными (или основными и неосновными). В качестве главной может выступать как теоретическая, так и прикладная (практическая) задача. Это зависит от заказа на исследование, но главная задача обязательно должна быть центральным во­просом исследования. Дополнительные задачи целесообразнее решать исходя из материала, полученного в процессе поиска ответа на главный вопрос. Для этого необходимо анализировать ту же самую информацию, но под иным углом зрения.

К исследовательской цели социолог идет последовательно, применяя те или иные методы, приемы. Их число предопреде­ляется гипотезами исследования. Гипотеза — это научное предположение, выдвигаемое для объяснения каких-либо фак­торов, явлений и процессов, которое надо или подтвердить, или опровергнуть. Выдвижение гипотез в программе исследова­ния обусловливает логику процесса социологического анализа.

Социологическое исследование основывается, как правило, на предварительных предположениях. В них высказываются мысли о причинах возникновения изучаемой проблемы. Иссле­дователь их обобщает, затем формулирует свои предположения в виде гипотез. Гипотезы позволяют повысить оперативность исследования, правильно выбрать его объект, метод сбора со­циологической информации. Но они не должны связывать ис­следователя и предопределять итоги его работы. Гипотезы должны быть сформулированы ясно и четко, однозначно. Как и задачи, они бывают основными и дополнительными.

«Логический анализ
понятий
 Весьма существенную часть программы социологического    исследования    составляет логический анализ понятий. В этом разделе

программы разрабатываются методологические процедуры, без которых невозможно заложить в инструментарий концепцию социологического исследования. Суть процедур сводится к ло­гическому упорядочению основных категорий — наиболее об­щих понятий, которые будут применяться в исследовании. По­нятия могут быть основными и неосновными. Основные кате­гории занимают ведущее место в определении предмета иссле­дования.

Логический анализ понятий требует глубокого и точного объяснения их содержания и структуры. Затем определяется соотношение нужных элементов, свойств исследуемого соци­ального явления. Анализ этих элементов и свойств позволит составить более или менее целостное представление о состоя­нии (динамике, статике) исследуемого социального явления. Например, необходимо изучить социальную активность рабо­чих какого-либо коллектива. Логический анализ категории «социальная активность» требует выделить более дробные по­нятия, ее составляющие. К ним относятся активность трудовая, политическая, культурная, в сфере образования, общественной работы и т.д. Еще более детализируя, расшифровывая эти по­нятия, мы подходим к определению сущности отдельных эле­ментов предмета исследования. Данные понятия все более при­ближаются к показателям, которые можно «закладывать» в ан­кету в виде конкретных вопросов.

Чем сложнее предполагаемое социологическое исследова­ние, тем более разветвленной, сложной оказывается структура логического анализа основных понятий. Но чем глубже этот анализ, тем логичнее и полнее инструментарий сбора первич­ной социологической информации, которую можно измерить, применив при ее обработке количественные методы, т.е. мето­ды точной науки.

3.

Применение выборочного метода

Способы выборки

Объект исследования чаще всего насчиты­вает сотни, тысячи, десятки или сотни ты­сяч людей. Как правильно организовать и провести опрос в та­ких случаях? Ясно, что если объект исследования состоит из 200—500 человек, они все могут быть опрошены. Такой опрос будет сплошным. Но если объект исследования насчитывает бо­лее 500 человек, то единственно верным будет применение вы­борочного метода.

Выборка должна учитывать взаимосвязи и взаимообуслов­ленности качественных характеристик и признаков социальных объектов; говоря проще, единицы опроса выбираются на осно­вании учета важнейших признаков социального объекта — об­разования, квалификации, пола и т.п. Второе условие: при подготовке выборки необходимо, чтобы отобранная часть явля­лась микромоделью целого и содержала важнейшие признаки, характеристики целого, или, как его называют в социологии, генеральной совокупности. В определенной степени генеральная совокупность есть объект исследования, на который распро­страняются выводы социологического анализа.

Выборочная совокупность — это определенное число элемен­тов генеральной совокупности, отобранное по строго заданно­му правилу. Элементы выборочной совокупности (респон­денты, анализируемые документы и т.п.), подлежащие изуче­нию (опросу, интервьюированию и т.п.), и есть единицы ана­лиза. Ими могут выступать как отдельные люди, так и целые группы (студенческие), рабочие коллективы. Формируется выборка таким образом: на первом этапе, на­пример, выбираются какие-либо трудовые коллективы, предприятия, учреждения, элементы поселения (малые города или деревни). Среди них отбираются элементы, имеющие типичные для всей группы признаки. Эти отобранные элементы называ­ются единицами отбора, а среди них выбираются единицы ана­лиза. Такой метод чаще всего называют механической выборкой. При такой выборке отбор может быть произведен через 10, 20, 50 и т.д. человек. Промежуток между отбираемыми называется шагом отбора (шагом выборки).

Довольно популярен у социологов и статистиков метод се­рийной выборки. Здесь генеральная совокупность делится по за­данному признаку (полу, возрасту, образованию и т.д.) на од­нородные части (серии). Затем отбор респондентов идет от­дельно из каждой серии. Число респондентов, отбираемых из серии, пропорционально общему числу элементов в ней. Из генеральной совокупности, например содержащей 2000 чело­век, где 300 человек — наладчики станков, 700 — токари и фре­зеровщики, 1000 — сборщики, отбираем каждого десятого. Следовательно, предстоит опросить 30 наладчиков, 70 токарей и фрезеровщиков и 100 сборщиков.

Социологи часто пользуются методом гнездовой выборки. В качестве единиц исследования отбираются не отдельные рес­понденты, а целые группы и коллективы. Например, из 30 сту­денческих групп, в которых занимаются по 20 человек, отбира­ются 10, и в этих группах проводится сплошной опрос. Гнездо­вая выборка дает научно обоснованную социологическую ин­формацию, если группы максимально схожи по важнейшим признакам, например полу, возрасту, видам обучения и т.п.

В исследованиях применяется также целенаправленная вы­борка, как правило, использующая методы стихийной выборки, основного массива и квотной выборки. Метод стихийной вы­борки — это обычный почтовый опрос телезрителей, читателей газет, журналов. Здесь заранее невозможно определить структу­ру массива респондентов, которые заполнят и отправят по поч­те анкеты. Выводы такого исследования можно распространять лишь на опрошенную совокупность.

При проведении пилотажного, или разведывательного, ис­следования обычно применяют метод основного массива. Он практикуется при зондаже какого-либо контрольного вопроса. В подобных случаях опрашивается до 60—70% респондентов, попавших в отобранную совокупность.

Метод квотной выборки часто применяется при опросах об­щественного мнения. Им пользуются в тех случаях, когда до начала исследования имеются статистические данные о кон­трольных признаках элементов генеральной совокупности. На­пример, в качестве такого признака (параметра) берется уро­вень квалификации, образования и т.п. В переводе с латин­ского слово «квота» означает часть, приходящаяся на каждого. Отсюда и подход к выборке: необходимо определить, какая часть опрошенных должна приходиться на долю респондентов с различным уровнем образования и квалификации. Имеющие­ся данные о том или ином контрольном признаке выступают в качестве квоты, а их числовые значения — показателей квоты. Респонденты при таком методе отбираются целенаправленно, с соблюдением показателей квот. Число признаков, данные о ко­торых отбираются в качестве квот, обычно не превышает четы­рех, ибо при большем числе показателей отбор респондентов становится практически невозможным.

Определение
объема выборочной  совокупности    
Это один из самых важных вопросов теории выборки. С одной стороны, величина выборки должна быть «статистически значимой», т.е. достаточно большой для того, чтобы при анализе  изучаемых характеристик выявить устойчивые тенденции, с другой — она должна быть «экономной», т. е. в некотором смысле оптимальной. Ка­ков же критерий оптимальности? Таким критерием являются сами характеристики или контрольные признаки исследуемого объекта, точнее, — дисперсия элементов генеральной совокуп­ности по основным признакам.

В общем случае формула для вычисления величины выбо­рочной совокупности имеет вид и=чо22, где а2 (сигма квадрат) — дисперсия контролируемого признака в генеральной совокуп­ности; А — предельная ошибка выборки, значение которой в социологических исследованиях принимается равным 5% (0,05). Это означает, что среднее значение признака в выборочной со­вокупности будет отличаться от его среднего значения в гене­ральной совокупности; не более чем на 5%.

Как видно из формулы, чем больше дисперсия, тем больше объем выборки. И соответственно по мере усиления требова­ния к точности данных опроса (уменьшение предельной ошиб­ки) требуется увеличение объема выборки.

Расчет по формуле производится всегда по какому-то одно­му признаку. Однако в социологических исследованиях изуча­ется одновременно ряд характеристик. Совпадение структур выборочной и генеральной совокупностей также контролирует­ся одновременно по нескольким признакам. Поэтому вычис­лять объем выборочной совокупности следует по тому призна­ку, дисперсия которой наибольшая.

Очень часто, когда информация о характеристиках гене­ральной совокупности отсутствует, исключается возможность определения объема выборочной совокупности при помощи формул. Практика социологических исследований свидетельст­вует, что соблюдение основных правил отбора единиц исследо­вания позволяет достичь достаточно высокой степени репре­зентативности при выборке 1000—1200 человек.

Достоверность выборки связана с такими понятиями, как точность и репрезентативность. Точность выборки связана с проблемой ошибок смещения, которые могут возникнуть в связи с несоблюдением правил отбора единиц исследования. Степень точности должна выражаться степенью совпадения структур выборочной и генеральной совокупностей по контролируемым исследователем показателям. Точная и репрезентативная вы­борка называется достоверной.

4.

Рабочий план социологического исследования

Как ни важны сами по себе программа и выборка, тем не менее без рабочего плана невозможно грамотно провести со­циологическое исследование. Обычно в план закладываются основные процедурные мероприятия, которые надо осущест­вить при исследовании. Это позволяет с должной точностью определить затраты времени, сил, средств, объем работы — на­учной, организационной. План создается на базе определенных правил, суть которых состоит в том, что все научно-исследовательские и организационно-технические процедуры и операции группируются в четыре раздела (блока).

Первый раздел предусматривает порядок подготовки, обсуж­дения, утверждения программы и инструментария социологи­ческого исследования. Сюда входит вопрос формирования и подготовки группы сбора первичной информации (интер­вьюеров, анкетеров). В этом же разделе нужно предусмотреть проведение пилотажного (разведывательного) исследования, которое покажет, как «работает» инструментарий. И если в ка­ких-либо документах допущены ошибки при их подготовке, на­до оперативно внести коррективы и в инструментарий, и в программу исследования. Когда документы для работы полно­стью готовы, они тиражируются и раздаются анкетерам, интер­вьюерам.

Второй раздел включает все организационные и методиче­ские виды работ, т.е. отвечает на вопросы: что надо сделать, где и когда, в какие сроки. Важно предусмотреть предвари­тельное оповещение опрашиваемых о целях, задачах и практи­ческом значении социологического исследования, т.е. заранее ответить на вопросы, которые обычно задают все респонденты (опрашиваемые). Если анкеты, бланки интервью раздаются и заполняются в группах под руководством анкетера, то необхо­димо предусмотреть такую процедуру в плане.

Третий раздел посвящен обычно планированию операций, связанных с  подготовкой  собранной  в  «поле»  информации. План должен предусматривать, сколько специалистов вычисли­тельного   центра  необходимо  задействовать  для  выполнения этой кропотливой процедуры. При ее выполнении исследовате­ли работают совместно с программистами, операторами ЭВМ, под контролем которых формируется массив информации для ввода в вычислительную машину. Перед этим исследователи проводят выбраковку тех анкет, которые не содержат ответов на ключевые вопросы. Они же кодируют (шифруют) открытые вопросы. Зашифрованные вопросы (альтернативы) вводятся в память ЭВМ при помощи специальных компьютерных про­грамм.   Статистический   информационный   массив   «перева­ривается» электронными машинами, и исследователи получают сводные таблицы цифр, процентов -- табуляграммы. Сущест­вуют различные виды табуляграмм. В одних ответ дается только на один поставленный вопрос, раскрываются все альтернативы, входящие в данный вопрос (да, нет, не знаю). Ответ дается в абсолютных цифрах и процентах. В других табуляграммах сразу распечатываются ответы на группу вопросов, и чтобы расшиф­ровать их, требуются и подготовка исследователя к этой работе, и время. Тот и другой способы имеют свои достоинства и не­достатки.

Четвертый раздел — это виды работ, связанные с анализом результатов обработки. Получив табуляграммы, исследователи подготавливают предварительный, промежуточный или итого­вый отчет о проведенном социологическом исследовании, де­лают выводы.          

Тема 15: «Методы социологических исследований»
План лекции:

1. Анкетный опрос.

2. Интервью.

3. Наблюдение. Эксперимент.

4. Анализ документов.

Рекомендуемая литература:

1. Социология: Учебник для студентов высших учебных заведений/ Под ред. проф. В.Н. Лавриненко; 2-е изд. – М.: ЮНИТИ-ДАНА, 2000.

2. Кравченко А.И. Социология для экономистов: учебное пособие для вузов. – М.: ЮНИТИ, 2000.

3.  Радаев В.В. Экономическая социология. – М.: Аспект-Пресс, 2000.

4.  Учебный социологический словарь/ Под ред. С.А. Кравченко. – М.: Экзамен. 1999.
1.

 Анкетный опрос

Из многочисленных методов сбора социологической ин­формации по интересующим социолога проблемам наиболее распространенным методом опроса респондентов является анкетный опрос, поскольку с его помощью можно получить раз­нообразную и качественную социологическую информацию. Такой метод основывается на высказываниях отдельных лиц и проводится с целью выявления тончайших нюансов в мнении опрашиваемых (респондентов).

Анкетный опрос — важнейший источник информации о ре­ально существующих социальных фактах, о социальной дея­тельности. Начинается он с формулировки программных во­просов, с «перевода» поставленных в программе исследования проблем в вопросы, исключающие различные толкования и доступные пониманию опрашиваемых.

Проводимый опрос должен отвечать следующим требованиям:            

длительность не должна превышать  30-40 мин,     поскольку     усталость респондента не  позволит получить полноценных ответов;

    интерес к предмету опроса должен не снижаться, а постепенно нарастать. Поэтому более сложные по содержанию (и пониманию) вопросы долж­ны следовать за более простыми;

    первый вопрос не должен быть ни дискуссионным, ни настораживающим, а лучше всего — нейтральным;

  трудные вопросы целесообразно располагать в середине анкеты, чтобы «подвести» респондента к теме;

  вопросы должны быть ясными, четкими, понятными оп­рашиваемым (всем без исключения). Например, вопрос анкеты: «Каков размер Вашего месячного заработка?» — неясен. О чем здесь идет речь? Только о заработке или о доходе? О заработке с учетом вычетов налогов или о начисляемой сумме заработной платы, содержащей сумму подоходного налога?  Входят ли в заработок, о котором идет речь, премиальные?

    вопросы должны отвечать требованиям логики: вначале речь должна идти об установлении того или иного факта (события), а потом уже о его оценке — это важней­шее    требование социологического исследования. На­пример, первый вопрос: «Испытываете ли Вы какие-либо трудно­сти на работе?». Ответы: «Да», «Нет». Второй вопрос: «Если да, то в чем эти трудности выражаются?». В ответе приводится ряд   факторов,   затрудняющих   работу.   Третий   вопрос: «Ваши предложения по преодолению трудностей». Если в анкете появляется новый раздел, то необходимо «подвести» опрашиваемого к новой теме. Обычно это делается с помощью обращения в определенной форме к респонденту, например: «А теперь мы просим Вас высказать свое мнение о ...».

В подобной же форме строится и обращение к респонденту с просьбой принять участие в проводимом исследовании. Это обращение предшествует постановке вопросов и является сво­его рода введением, оно должно быть кратким, понятным и четким. Приведем пример.

Уважаемьй коллега! Мы обращаемся к вам с просьбой высказать свое мнение о новых формах организации труда.

Ваши искренние и точные ответы позволят сделать обобщения и выработать практические рекомендации по улучшению организации труда.

Возможные ответы в большинстве случаев приведены в анкете. Просим внима­тельно прочитать предложенные варианты ответов и отметить тот ответ, который соот­ветствует Вашему мнению.

Если ни один из напечатанных ответов Вас не удовлетворяет, напишите свое мнение (для этого оставлено специальное место). Заранее благодарим за помощь в работе.

Приведенное введение, коротко познакомив опрашиваемого с темой и целью опроса, ориентирует его на конкретное зада­ние при заполнении анкеты.

Классификация  вопросов анкеты       Вопросы анкеты различаются между собой по содержанию и форме.  Деление вопросов по содержанию обусловлено   характером   информации,   которую  представляет ответ на тот или иной вопрос. Информация о фактах и отно­шении к ним, о нормах и мотивах поведения, об интенсивно­сти мнения, о поведении в настоящем и прошлом служит ос­нованием деления их по содержанию.

Ответы на вопросы, дающие информацию, например, о факте, содержат объективные сведения об отвечающем на ан­кету (возраст, образование, профессия, доход и т.п.). Они могут также давать сведения о поведении опрашиваемого и каких-либо событиях в его жизни. Цель такого рода вопросов состоит в отсеивании тех лиц, которые не могут дать нужную инфор­мацию. Неточность в формулировке вопроса о поведении в прошлом приведет к неточности в информации.

По форме   вопросы делятся на три основные группы:

    открытые, закрытые и полузакрытые;

    прямые и косвенные;

    личные и безличные. Первая   группа вопросов.

Вопрос открытого типа предусматривает свободную форму ответа: «Скажите, пожалуйста, что могло бы содействовать повышению Ваше­го интереса к работе?»

Вопрос закрытого типа: «Что Вам нравится в Вашей работе? Просим отметить те из перечисленных ниже вариантов, которые совпадают с Вашим мнением: 1) разнообразная работа; 2) работа, требующая смекалки; 3) не вызы­вает физического переутомления; 4) хороший заработок».

Вопрос полузакрытого типа основан на добавлении к спи­ску ответов фразы: «Другие (моменты, причины, мотивы и т. д.). Укажите, какие именно». Вопрос как бы расшифровывается, дает возмож­ность не только выбрать один из тех ответов, которые приво­дятся в анкете, но и высказать что-то свое.

Вторая группа вопросов. Прямой вопрос - это вопрос как бы «в лоб», например: «Доставляет ли Вам работа моральное удов­летворение или Вы трудитесь ради денег?». Такие вопросы применяют­ся лишь для получения информации о наличии или отсутствии факта. Когда речь идет о мнении или мотивах поведения, пря­мой вопрос следует заменить косвенным, например: «Если бы слу­чилось так, что Вам снова пришлось выбирать профессию, то избрали бы Вы свою нынешнюю профессию?».

Третья группа вопросов — личные и безличные. Обычно в анкете чередуются открытые и закрытые, прямые и косвенные, личные и безличные вопросы.

Достоверность   получаемой    информации  Перед  исследователем,  который  проводит

социологический   опрос,   постоянно   стоит проблема  достоверности   получаемой   информации. Проверка и контроль достовер­ности данных опроса осуществляются несколькими способами. Один из них — контрольные вопросы.

В группе вопросов на одну и ту же тему нетрудно выбрать основные и контрольные. Роль основного может играть тот вопрос, который задается в более широком смысловом диапазо­не, в прямой форме. Например, рабочему предлагается вопрос: «Отметьте на шкале то суждение, которое соответствует Вашему мнению: 1) ра­ботой вполне доволен; 2) скорее доволен, чем недоволен; 3) отношусь к работе безразлично; 4) скорее недоволен, чем доволен; 5) совершенно недоволен; 6) не могу сказать».

Для того чтобы проконтролировать ответ, следует задать та­кие контрольные вопросы: «Хотели бы Вы перейти на другую работу?» (да, нет, не знаю) или «Предположим, что по каким-то причинам Вы вре­менно не работаете. Вернулись бы Вы на свое прежнее место работы?» (да, нет, не знаю).

Контрольные вопросы обычно располагаются в анкете на некотором расстоянии как от основного, так и друг от друга.

Разновидностью контроля может быть повторный опрос с соблюдением тех же условий — на весь объем выборки (панельный опрос) или на 5—10% лиц, уже опрошенных ранее.

Одно из самых надежных средств контроля достоверности данных анкетного опроса — сочетание нескольких методов: ан­кетирование и наблюдение, анкетирование и свободное интер­вью.

Как составляется
анкета? 
Первый шаг — подготовка ее проекта; второй—пробный опрос (опрос-разведка), который охватывает небольшое число лиц (20— 30 человек), отобранных по основным характеристикам, опре­деляемым темой, целями и задачами исследования. Проба не­обходима для проверки плана опроса, уточнения вопросов, их формулировки и расположения. После тщательного анализа ре­зультатов пробы и исправления ошибок в анкете можно при­ступать к массовому опросу.

2.

 Интервью

Достаточно распространенной формой социологических оп­росов является интервью, которое представляет собой своеобразную целенаправленную беседу «с глазу на глаз» с опрашиваемым. Вначале интервью применялось в основном в медицине в качестве клинической беседы с пациентом как средство получения достоверной информации о больном. Впо­следствии, по мере развития эмпирических исследований, наряду с анкетированием оно стало одним из распространенных методов получения социологической информации об изучаемом объекте.

Интервью — целенаправленная, заранее запрограммиро­ванная беседа с респондентом. Характер общения, степень контакта, взаимопонимание интервьюера (лица, веду­щего интервью) иопрашиваемого во многом опреде­ляют глубину и качество получаемой информации о том или ином социальном факте или явлении. При проведении интервью социолог исходя из ситуации и наблюдения за поведением собеседника может получить ту ин­формацию, которая не стала бы его достоянием в случае осу­ществления анкетного опроса (анкетирования).

 Виды интервью Различают несколько видов интервью: «от полной свободной беседы с опрашиваемым до полностью формализованной процедуры опроса».

Свободное интервью, как правило, не имеет плана и заранее сформулированных вопросов. Его проводят в основном не спе­циально выделенные лица (интервьюеры), а социологи, кото­рые сами определяют тему беседы, формулируют вопросы, их последовательность, уточняют тему и т.д. Чаще всего свободное интервью применяется при опросах экспертов в начальной (разведывательной) стадии социологического исследования.

Глубинное интервью преследует цель получить информацию, свидетельствующую не только о наличии того или иного соци­ального факта, явления, но и объясняющую причины появления данных фактов, явлении. Как правило, применяется для выяснения общественного мнения по тому или иному кругу вопросов.

Цель фокусированного {направленного} интервью — изучение общественного мнения относительно конкретного факта, си­туации. Опрашиваемые в этих случаях знакомы с объектом, ин­тересующим социолога, и высказывают свое отношение к нему и мнение о нем, давая ему оценку.

При проведении интервью вопросы, с которыми интер­вьюер обращается к своим респондентам, могут иметь откры­тый или закрытый характер.

Интервью с открытыми вопросами проводится по заранее разработанному плану, представляющему собой целый набор открытых вопросов, расположенных в определенной последо­вательности. Задавая эти вопросы респонденту, исследователь выслушивает ответы на них, фиксируя их полное содержание с помощью магнитной записи или стенографии.

При интервью с закрытыми вопросами, которое обычно на­зывают стандартизованным, исследователь обращается к рес­пондентам с вопросником, являющимся по сути дела анкетой, в которой содержатся в основном вопросы закрытого типа. Респондент должен выразить свое согласие или, наоборот, от­рицательное отношение к одному из поставленных вопросов. Интервьюер при проведении этого рода интервью выступает в роли простого исполнителя-информатора, он лишен возможно­сти изменять содержание вопросов, их последовательность или задавать какие-либо дополнительные вопросы. Стандартизо­ванное интервью — наиболее распространенный вид и чаще проводится при переписи населения.

Факторы,  влияющие  на проведение интервью     Как видим, классифицирующим признаком всех видов интервью является прежде всего степень их формализованности. На проведение интервью существенное влияние оказывают место и время, страте­гия и тактика его проведения, состав участников.

Опрос на рабочем месте для многих категорий респондентов чрезвычайно неудобен, так как отвлекает от дел, создает из­лишнюю напряженность во время интервью. На рабочем месте человек торопится, не в состоянии обдумывать ответы даже на относительно простые вопросы. Его могут отвлекать сослужив­цы, их присутствие может помешать полному, откровенному ответу на тот или иной вопрос. Вследствие этого рабочее место не всегда подходит для проведения опроса.

Достоинство опроса по месту жительства респондента со­стоит в том, что человек в домашних условиях держится не­принужденнее, отвечает с большей охотой, даже если вопрос­ник длинный. При опросе на дому больше возможностей для того, чтобы человек подумал над вопросом и ответил более полно и точно.

Однако при опросе по месту жительства резко увеличивает­ся время, затрачиваемое на каждое интервью, так как возрастает подготовительно-заключительный этап (знакомство, введе­ние в курс дела и т.д.), а также увеличиваются затраты времени на дорогу от одного места интервьюирования к другому. Кроме того, при опросе на дому на ответы респондента могут влиять третьи лица — члены семьи, а это отрицательно сказывается на объективности полученной информации.

Специальное место опроса, куда респондент вызывается за­ранее или непосредственно перед началом интервьюирования, наиболее удобно для проведения беседы, так как оно лишено перечисленных выше недостатков. Это может быть комната от­дыха, класс технической учебы и т.д. Основное преимущество опроса в неслужебном помещении - сокращение сроков ин­тервьюирования, что положительно сказывается на качестве получаемых материалов. Кроме того, исключается влияние третьих лиц, появляется возможность создания неофициальной обстановки при проведении опроса.

Однако окончательное решение необходимо принимать, ру­ководствуясь конкретными условиями, возникающими в каж­дом отдельном случае.

Большое влияние на достоверность и полноту информации, получаемой с помощью опросов, оказывает фактор времени. Его действие проявляется прежде в том, сколько времени мо­жет выделить респондент для беседы, в выборе удобного для него времени. Если интервьюер добивается беседы, например, с респондентом, только что вернувшимся из ночной смены, с дежурства или из длительной командировки, то возможности получения объективной и полной информации сокращаются.

Большое значение имеет информирование респондента о це­лях и значимости опроса. Активность респондента, его готов­ность серьезно и вдумчиво отвечать на вопросы заметно воз­растают, если он видит, что интервьюер не торопится, с инте­ресом его слушает, помнит его ответы на предыдущие вопросы и т.д. Важное значение имеет умение интервьюера плавно пере­ходить от одной темы к другой.

Качество интервью заметно снижается, если во время бесе­ды респондент занимается домашними делами, убирает рабочее место, служебное помещение или решает какие-либо профес­сиональные вопросы. Если в ответ на вашу просьбу об интервью респондент высказал намерение уйти, то не следует при­нуждать его к беседе, лучше договориться о новой встрече.

Следовательно, для проведения опроса необходимо выби­рать время, наиболее удобное для респондента.

Влияние интервьюера на ответы респондента может сказаться в самых различных направлениях. С первого мгновения интер­вьюер невольно как бы подгоняет опрашиваемого под некий свой эталон. Это мешает ему объективно воспринимать рес­пондента.

Задача интервьюера состоит в том, чтобы постараться мак­симально непредвзято и объективно зарегистрировать ответы респондента, ставить вопросы тактично, ровно, ненавязчиво, в затруднительные моменты проявляя находчивость, быстроту реакции и умение вести разговор в нужном направлении.

Интервьюер во время опроса должен стремиться создать благоприятную атмосферу. Ни одеждой, ни манерой разговора не следует подлаживаться под опрашиваемого: надо держаться спокойно и естественно.

На ход беседы также влияют возраст и пол ее участников. Интервьюер примерно того же возраста, что и опрашиваемый, но противоположного пола, как правило, добивается лучшего результата. Женщинам-интервьюерам удается получать более искренние ответы, чем мужчинам. Влияние различия полов в наибольшей степени сказывается на вопросах, затрагивающих принятые в обществе нормы, ценности и т. д. Если респондент и интервьюер разного пола, в ответах респондента намечается тенденция приукрашивать собственное положение, уровень развития и т. д. Поэтому в работе с анкетой, где много вопро­сов, имеющих целью выяснить ценностные ориентации опра­шиваемого, целесообразно, чтобы интервьюер и респондент были одного пола и примерно одного возраста.

Отве