Работы по запросу

Работы по запросу Порядки любви, Хеллингер Берт

Работа добавлена на сайт bukvasha.ru: 2015-10-29


Берт Хеллингер

ПОРЯДКИ ЛЮБВИ

РАЗРЕШЕНИЕ

СЕМЕЙНО-СИСТЕМНЫХ

КОНФЛИКТОВ И ПРОТИВОРЕЧИЙ

Издательство Института Психотерапии

Москва

2003

Перевод с немецкого: Ингрид И. Рац Научный редактор: Михаил Бурняшев

Хеллингер Б.

Порядки любви: Разрешение семейно-системных конфлик­тов и противоречий. — М.: Изд-во Института Психотерапии, 2003. - 400 с.

Эксклюзивное право издания книги на русском языке

принадлежит Институту Психотерапии. Все права защищены.

Любая перепечатка издания является нарушением авторских

прав и преследуется по закону. Опубликовано по соглашению с автором.

Эта книга представляет системную семейную терапию Берта Хеллин-гера «из первых рук». В ней собраны стенограммы семинаров, которые мастер проводил для разных аудиторий - как профессионалов в области душевного здоровья (психотерапевтов, семейных консультантов, врачей), так и для людей, желающих справиться с кризисами во взаимоотноше­ниях. Сам Б. Хеллингер так характеризует свой подход:

«В отличие от классической семейной терапии, самым важным эле­ментом моего подхода является осознание того, что за любым поведени­ем, даже за тем, которое кажется нам очень странным, стоит любовь. Скрытой действующей силой всех симптомов тоже является любовь. Следовательно, очень важно, чтобы психотерапевт нашел ту точку, где сосредоточена вся энергия любви человека, так как здесь находится и корень его семейной проблемы, и ключ к разрешению трудностей».

«Инструментальная сторона» подхода — приемы и техники — ярко проиллюстрированы примерами, проясняющими природу скрытых си­стемно-семейных переплетений и пути их разрешения.

Читатель получает редкую возможность непосредственно наблюдать работу мастера, сопереживать ее участникам и вместе с ними искать ре­шения их проблем (а может быть, и своих собственных).

ISBN 5-89939-049-2

© В. Heffinger, 2000

© Изд-во Института Психотерапии, 2001, 2003

СОДЕРЖАНИЕ

Предисловие к русскому изданию...............................................................11

Предисловие............................................................................................... 12

Познание путем отказа...............................................................................15

Познание............................................................................................. 16

Научный и феноменологический путь познания............................. 17

Феноменологический метод...............................................................17

Отказ от намерений............................................................................ 18

Мужество............................................................................................. 18

Согласие.............................................................................................. 18

Философская феноменология............................................................19

Феноменологический метод в психотерапии....................................20

Душа.....................................................................................................21

Религиозная феноменология..............................................................22

Возвращение........................................................................................22

Семейно-системные переплетения и их разрешения.

Самопознавательный и образовательный курс........,..............................25

День первый..........................................................................................26

Опасное поведение.............................................................................26

Наблюдение самого себя при расстановке.......................................27

Больше или меньше............................................................................28

Двойной перенос..................................................................................28

Старшинство первой женщины..................................1......................29

Счастье пугает.............................................................j.......................30

Расстановка: Сын принимает роль брата матери.....\......................30

Разница между идентификацией и идеалом..............(......................38

Принцип минимализма..............................................J.......................38

Индивидуация уменьшает близость в отношениях между людьми ... 39

Любовь и порядок......................................................1........................40

Иерархия принадлежности................................................................41

Превосходство первой связи...................................<..........................41

Иерархия порядков.............................................................................42

Иерархия внутри семейств.................................................................42

Интимная сфера..................................................................................43

Ранг отношений в случае развода.....................................................43

Иерархия в организациях...................................................................45

Возражение..........................................................................................46

Решение не иметь детей.....................................................................47

Осуществленное и неосуществленное...............................................47

Последствия подобного выбора для отношений.................................48

Враждебное настроение......................................................................48

Плохие отметки в школе....................................................................49

Пережитый траур................................................................................49

Расстановка: Дочь замещает умершую сестру отца...........................50

Уравновешивание сил с помощью плохого......................................53

Порядки любви...................................................................................54

Уравновешивание с помощью уважения...........................................55

Расстановка: Жизнь за счет других....................................................55

Они здесь.............................................................................................57

Признание личной вины - источник силы.....................................64

Помочь отцу сохранить лицо.............................................................65

Страдать легче, чем разрешить проблему.............................................65

Разрешение проблем путем смирения причиняет боль...................66

Прерванное движение любви к........................................................67

Боли в плечах......................................................................................69

Решить проблему без долгих раздумий..............................................69

Расстановка: Мать пригрозила убить себя вместе с детьми.............70

Последствия угрозы убийства и других тяжелых преступлений

в семье..............................................................................................76

Потерявший право на принадлежность к системе должен уйти.....78

Доверие внутренней картине.............................................................79

Ответственность терапевта.................................................................80

О методе, использованном при расстановке семьи Тэи..................81

Перенятое замешательство.................................................................81

Угроза самоубийства матери..............................................................82

Конец...................................................................................................83

Игра со смертью..................................................................................85

Могила.................................................................................................86

Расстановка: Изгнанные родственники.............................................86

Члены семейной системы..................................................................92

Живые и мертвые, убийцы и их жертвы, связанные между собой

общей судьбой..................................................................................93

Воздействие внутренней картины на семейно-системную

динамику..........................................................................................94

Угроза самоубийства со стороны жены.............................................94

Расстановка: Дочь замещает бывшую невесту отца..........................95

Благоприятное место для детей.........................................................99

Бессознательная идентификация с бывшим партнером

одного из родителей........................................................................100

Воля Бога и человек...........................................................................101

Мать, страдающая наркоманией, и ее ребенок...............................103

Что приводит к наркотической зависимости...................................104

Пристрастие к наркотикам как самонаказание...............................106

Интуиция связана с любовью............................................................107

Исцеление путем движения любви к матери....................................107

Проблема прерванного движения к любимому человеку

и ее решение....................................................................................108

Решение проблемы с помощью заместителей родителей................109

Терапия с помощью глубокого поклона............................................109

Движение через родителей дальше....................................................111

День второй.........................................................................................112

Мстить, играя жертву.........................................................................112

Уверение.............................................................................................113

Компенсация......................................................................................113

Неожиданное облегчение..................................................................113

Достижение миролюбивой позиции.................................................113

Распознать динамику двойного переноса.........................................114

Расстановка: Исцеление двойного переноса.....................................114

Прощение не рекомендуется..............................................................118

Последствия для ребенка...................................................................119

Расстановка: Умершие в детстве братья............................................120

Полнота времени................................................................................126

Напрасная борьба..............................................................................127

Перенятый траур ослабляет...............................................................127

Проблему можно решить, если не зацикливаться на ней...............128

Когда мы перегружены счастьем.......................................................129

Развод и вина......................................................................................129

При легкомысленном разводе родителей дети наказывают

самих себя........................................................................................130

Инстинктивное уравновешивание посредством искупления.........130

Вина как средство отрицания реальности........................................131

Значение сексуальных отношений при создании системных

связей..............................................................................................132

Область влияния матери....................................................................132

Различные способы «давать» другим и «брать» от других в семье ... 133

Любовь к проблемам..........................................................................134

Принять на себя роль жертвы...........................................................135

Расстановка: Отец — внебрачный ребенок, отец отца —

запрещенная тема в семье...............................................................136

Парентифицирование: Ребенок принимает на себя роль

родителя по отношению к собственным родителям.....................141

Искупление за смерть при родах.......................................................141

Самообман.........................................................................................144

Отец и сын..........................................................................................147

Неизвестный дедушка........................................................................148

Уважение к матери.............................................................................148

Смещенное усердие............................................................................149

Расстановка: Дочь идентифицируется с бывшей невестой отца,

перенимая ее чувства......................................................................150

Объективная и субъективная вина ребенка......................................154

Тоска по отцу......................................................................................154

О ранге мужа и жены в семье............................................................155

Жена должна следовать за мужем, а муж — служить ей..................156

Напрасная любовь.............................................................................157

Что я тебе такого сделал, что я так зол на тебя?...............................158

Злость как защита от боли.................................................................159

Сдержанная злость.............................................................................159

О злости..............................................................................................160

Осторожность и мужество.................................................................161

Расстановка: Сын замещает бывшего жениха матери.....................162

Семейно-системный орган равновесия............................................164

О совести............................................................................................165

Невиновность.....................................................................................166

Совесть и уравновешивание..............................................................167

Позитивное и негативное уравновешивание....................................167

Границы обмена..................................................................................169

Уравновешивание с помощью благодарности и смирения..............169

Бесконечная ясность ума...................................................................170

Оставить в покое то, что было..........................................................170

Пламя и пепел....................................................................................171

Исчезновение болей вспине.............................................................172

Расстановка: Нарушенное равенство и закон уравновешивания.....172

Ревность и уравновешивание............................................................176

Невиновность и месть........................................................................177

Верность и неверность.......................................................................177

Перенятая месть.................................................................................178

Размышления о невиновности..........................................................179

Подарок для матери............................................................................179

Решения при кризисе легко принимаются, когда достигнута

его крайняя точка............................................................................179

Расстановка: Изменение внутренней динамики...............................180

День третий........................................................................................183

Беседы.................................................................................................183

Перенятые симптомы........................................................................183

Еврейское происхождение.................................................................184

Чувство меры......................................................................................185

Облегчение.........................................................................................186

Цена....................................................................................................186

Исходное негативное чувство и как его изменить...........................188

Исцеление с помощью любви............................................................189

Запрятанное счастье...........................................................................190

Познание другого рода.......................................................................190

Отдавать что-то другому, не принимая ничего взамен....................191

Новая точка зрения............................................................................192

Необоснованные представления ой идеальной связи......................192

«Давать» и «брать» в отношениях между мужчиной и женщиной ... 193

Позволить аффективному давлению утечь.......................................194

Религиозная проблематика...............................................................194

Печаль по погибшим..........................................................................195

Родители детей-инвалидов: как им помочь, сохраняя их

достоинство.....................................................................................195

Что происходит, когда ребенок занимает не соответствующее

своему рангу место в системе.........................................................196

На полпути к счастью........................................................................198

Иметь или не иметь ребенка..............................................................198

Вторая жена........................................................................................199

Желание бросить курить....................................................................200

Способ избавиться от головных болей..............................ч.............. 200

Уважая умерших, уважать Бога..........................................................201

Отказ в уравновешивании.....................................................,...........201

Расстановка: Идентификация младшей дочери с матерью матери ... 202

Принимать или не принимать наследство...............................1........205

Расстановка: Влияние судьбы...................................................\.......207

Короткая беседа........................................................................J........214

Стоять, опираясь на обе ноги...................................................,.......214

Побег от полноты счастья..........................................................:.......214

О целостности человека.....................................................................214

Праздник............................................................................................215

Разница между симпатией и уважением...........................................216

Равные среди равных..........................................................................216

Примиряющее познание...................................................................217

О свободе и несвободе........................................................................218

Сдержанность обеспечивает энергией восприятия и силой............218

Границы невиновности......................................................................218

Признание последствий наших решений облегчает жизнь.............219

Необходимость внутреннего уважения родственников...................220

Как помочь жертвам сексуального совращения...............................220

Как помочь членам семьи, совершившим сексуальное

совращение ребенка........................................................................225

Сдержанность.....................................................................................226

Негодование.......................................................................................226

Изменница.........................................................................................227

Расстановка: Женщины, отождествляющиеся с божеством

в семье..............................................................................................229

Понять голос Бога..............................................................................229

Мужчины и женщины.......................................................................236

Отступничество..................................................................................236

Более высокая вера.............................................................................238

Расстановка: И мертвые должны уступать место в системе.............238

Подарок отжизни...............................................................................243

Расстановка: Рано умерший отец.......................................................243

Расстановка: Внутреннее прекращение прежних отношений..........247

Нет худа без добра..............................................................................250

Следующий шаг..................................................................................251

Отсутствиие свободы действий в семьях..........................................251

Матьиее ребенок.............................................................................252

Выполнение необходимого по отношению к состарившимся

родителям........................................................................................252

Смелость осуществить необходимое.................................................252

Будущие возможности.......................................................................253

Ход жизни...........................................................................................254

Уважать и ценить прошлое................................................................254

Порядки принадлежности. Фрагменты курса для семейных

консультантов...................................................................................255

Решение проблемы как духовный процесс.......................................256

Расстановка: Усыновление при неспособности иметь детей...........257

Плата за усыновление........................................................................262

Очередность ответственности...........................................................263

Возражения участников.....................................................................263

Право ребенка на собственных родителей........................................265

Исцеление, направленное только на помощь жертве......................265

Следующий шаг..................................................................................266

Решение проблемы путем ее решения..............................................268

Ужасное..............................................................................................269

Сострадание и искусство забывать....................................................270

Что важнее..........................................................................................271

Вина и ее воздействие не зависят от пола......................................271

Необходимость отказаться от возражений........................................271

Понимание сущности проблем и исцеление....................................272

Завещанные дети................................................................................274

Расстановка: Усыновление внебрачного ребенка жены....................275

Возвращение......................................................................................280

Причины заболеваний в семьях и их исцеление.

Фрагменты семинара для пациентов, терапевтов и врачей, организованного в рамках международной конференции

«Медицина и религия»..............................................................................283

Введение...............................................................................................284

Небо и Земля.......................................................................................284

Семейные группы, связанные общей судьбой..................................284

Семейно-системная связь и ее последствия....................................284

Подражание и уравновешивание......................................................285

Болезнь следует за душой...................................................................286

«Лучше я, чем ты»...............................................................................286

Знающая любовь................................................................................289

Готовность ребенка к «исчезновению»..............................................289

Даже если ты уйдешь, я останусь......................................................290

«Я последую за тобой»........................................................................291

«Я поживу еще немного»...................................................................291

Вера, способствующая болезни.........................................................292

Исцеляющая любовь..........................................................................292

Болезнь и искупление вины..............................................................293

Компенсация путем искупления вины, приносящая

двойное страдание..........................................................................293

Уравновешивание путем принятия жизни как дара

и примирительных действий..........................................................294

Искупление вины как суррогат отношений.....................................295

На Земле вина преходяща..................................................................296

Болезнь одного, замещающая искупление другого..........................296

Болезнь из-за отказа принять собственных родителей....................297

Уважение родителей соответствует уважению Земли.......................297

Неосуществленное.............................................................................297

Расстановка: «Я последую за тобой»..................................................299

Расстановка: Мать следует за своим умершим

ребенком-инвалидом.....................................................................307

Расстановка: Лучше умереть, чем поклониться отцу........................318

Расстановка: Последствия детского полиомиелита,

тяжелой беременности и трудных родов........................................324

Расстановка: Идентификация с одним из членов семьи

противоположного пола.................................................................330

Идентификация с лицом противоположного пола

как причина гомосексуальности и психозов.................................333

Сын в качестве заместителя друга матери......„^............................335

Познание служит основой акта исцеления...................7...................335

Расстановка: «Лучше я, чем ты».......................................................336

Расстановки семьи воздействуют через образы внутренней картины...........................................................................................342

Что такое «правильное»?....................................................................343

Расстановки семьи с помощью символов.........................................344

Расстановка: Один брат умер вскоре после рождения,

другой покончил самоубийством...................................................345

Самоубийство из любви.....................................................................349

Чтобы защититься отболи, мы ищем виноватого...........................349

Неуместные вопросы.........................................................................350

Как должен поступать терапевт в процессе расстановки семьи.....350

Когда сам пациент должен встать на свое место в констелляции ... 351

Расстояние между местами умерших и живых в констелляции.....351

Расстановка: Наркомания дочери вследствие отсутствия

мужских энергий в семейной системе...........................................352

Дети должны следовать за своим отцом, так же как их мать

должна следовать за своим мужем.................................................357

Расстановка: Отсутствие эмпатии к мужчинам................................360

Системное превосходство настоящего..............................................365

В семьях дети замещают партнеров по отношениям,

предшествующим нынешнему браку родителей...........................365

Рождение внебрачных детей вовремя брака..........■».........................366

Сообщать детям об аборте нельзя.....................................................367

Когда решения проблемы нет............................................................368

Расстановка: Несчастный случай с сыном в соответствии

с правилом: «Лучше я, чем ты, дорогой папа!».............................369

Расстановка: Анорексия как результат внутреннего

убеждения: «Лучше я, чем ты, дорогой папа!»..............................373

Волчий аппетит и последующая рвота: булимия.............................377

Как важно быть в согласии с Высшим.............................................378

Два рода знания..................................................................................379

Эпилог........................................................................................................381

ПРЕДИСЛОВИЕ К РУССКОМУ ИЗДАНИЮ

Думаю, что не ошибусь, если скажу, что чтение книги, которую держит сейчас в руках читатель, принадлежит к числу тех немногих событий, кото­рые способны действительно существенно изменить наше сознание, наше отношение к жизни.

Предлагаемый русскому читателю перевод книги известного психотера­певта Берта Хеллингера требует особого отношения и особого подхода. При­ступая к чтению, следует сразу отказаться от всех привычных стереотипов, например, от бессознательного стремления поставить эту книгу в ряд одно­типных изданий. Хотя могут ли книги по психотерапии быть однотипными? Тем не менее я бы посоветовал психотерапевтам постараться на время забыть обо всех известных психотерапевтических теориях или, по крайней мере, при­бегнуть к такому феноменологическому средству, как эпохэ — «воздержанию от суждений», и воспринимать реальность, описываемую текстом, такой, ка­кая она есть. Собственно, именно к этому и призывает нас автор. Это и со­ставляет суть его психотерапевтического метода. На протяжении всей книги Хеллингер не устает повторять, что ключи к решению всех проблем пациента все время находятся в его собственных руках, а путь к исцелению всегда от­крыт перед ним. Нужно иметь лишь мужество и силы на него вступить. И преж­де всего нужно видеть этот путь, не отворачиваться от истины. Помочь паци­енту сделать это — вот основная задача психотерапевта.

Конечно, читая Берта Хеллингера, трудно избавиться от невольно воз­никающих ассоциаций с известным и подобным. Да и сам автор не скрывает источников своего психотерапевтического метода, прямо указывая на тех, чьи работы в той или иной степени повлияли на становление его собствен­ного подхода к семейно-системной групповой терапии. Многие психотера­певты, о которых упоминает автор в «Эпилоге», разумеется, хорошо извест­ны русскому читателю.

Мне хотелось бы отметить, что сам Берт Хеллингер называет себя не психотерапевтом, а просто терапевтом, подчеркивая свой особый подход к самой проблеме исцеления и к проблеме пациента.

Иногда, читая о «правилах» семейно-системной динамики и психотера­певтических методах, к которым Хеллингер пришел опытным путем, неволь­но ловишь себя на мысли, что нечто подобное встречал в других древних куль­турах. То, что говорит автор о любви, о смерти, об отношении к умершим, почти дословно совпадает с тем, что можно прочесть в буддийских тибетских текстах. Автор не скрывает близости своего мировоззрения к китайскому дао­сизму. Хотя, нельзя не заметить, что Хеллингер старается по возможности ди­станцироваться от любых религиозных и вообще культурно обусловленных контекстов, поскольку считает, что они лишь заслоняют от нас Реальность.

Возвращение в Реальность — тот общий итог, к которому мы должны в конце концов прийти. Берт Хеллингер способен помочь тому, кто осознал и стремится к этому. Я уверен, что всякий, кто прочтет книгу, непременно сде­лает хотя бы шаг в этом направлении.

Сергей Лепехов, доктор философских наук

11

ПРЕДИСЛОВИЕ

Дорогие читатели1 v

Вы держите в руках книгу, наиболее полно излагающую основные принципы моей терапевтической работы, то есть техники семейно-сис-темных расстановок. Она полезна не только терапевтам, но и неспециа­листам при решении проблем их повседневной жизни. Весь ее материал демонстрирует, что освобождающее и исцеляющее познание возникает у нас только тогда, когда мы готовы взглянуть на реальность непредвзято.

Центральной темой этой книги являются порядки любви, определя­емые самой жизнью, иными словами, законы, царящие над отношения­ми между различными членами семейной группы. Действительно, лю­бовь является позитивной силой только тогда, когда мы знаем об этих законах и соблюдаем их. Слепая любовь часто вводит нас в заблуждение из-за незнания этих порядков. Напротив, когда людям известны зако­ны, управляющие любовью, и они соблюдают их, любовь в нашей жизни не только приносит желанные результаты, но и оказывает благотворное и исцеляющее воздействие — как на нас лично, так и на всех окружаю­щих нас людей

Эта книга содержит лишь слегка сокращенные стенограммы трех те­рапевтических семинаров, посвященных обсуждению используемых мной техник расстановок семьи.

Первый семинар — «Семейно-системные переплетения и их разре­шения» — был посвящен самопознанию и профессиональному совершен­ствованию группы терапевтов. Этот курс является введением в технику расстановок семьи и позволяет продемонстрировать силы, вызывающие системные переплетения судеб одних членов семьи с судьбами других, а также действие законов, в соответствии с которыми подобные перепле­тения развиваются. Самый важный аспект курса — демонстрация спо­собов, с помощью которых терапевт может определять момент освобож­дения пациента от его системных переплетений, а также техники и пра­вила, которые следует соблюдать при этой работе.

Читатель быстро поймет, что фундаментальное, действующее во всех семейных системах поле сил требует, чтобы все члены семейной группы имели равное право принадлежать к системе, для того чтобы она сохра­няла равновесие. Это требование не позволяет по какой-то причине ис­ключать одного из членов, поскольку в таком случае судьба исключен­ного будет неосознанно перенесена и продолжена каким-то другим чле-

12

ном этой семейной системы в следующих поколениях. Такой процесс я называю «переплетением».

Но как только исключенный член семьи восстанавливается в правах (то есть остальные члены семьи признают его, выражают ему свое уваже­ние), любовь, с которой они это делают, исправляет допущенную ранее несправедливость и избавляет других членов системы от неизбежного повторения ошибок и даже судьбы ранее исключенного члена семьи. Этот процесс я называю «разрешение проблемы».

Системное переплетение всегда является результатом архаичных по­рядков, действующих в совместной семейной жизни, согласно которым ужасное искупается ужасным и невиновные «слабые» (или младшие) от­вечают за действия виноватых «сильных» (или старших) и искупают их грехи. Узел переплетения может быть развязан с помощью исцеляющих действий, восстанавливающих принадлежность к семейной системе и уравновешивающих ее — например, признания, выражения любви и ува­жения. Таким образом создается другой порядок, который действует во благо данной семейной системы.

Первый порядок семейной жизни, то есть порядок, вызывающий вредное переплетающее влияние, и второй порядок, который позитивно воздействует на пациента и лечит его, — это «порядки любви».

Второй курс — семинар для психотерапевтов и семейных консуль­тантов. В данной книге публикуются только те части семинара, в кото­рых обсуждается вопрос о системном месте детей, потерявших одного или обоих родителей, и последствия усыновления, когда детей отдают лицам, не принадлежащим к собственной системе ребенка, или когда чужие люди усыновляют ребенка без реальной необходимости.

Третий курс — семинар для клиентов, их врачей и терапевтов, в ходе которого клиентам была предоставлена возможность расставить роди­тельские семьи и собственные семьи на глазах нескольких сотен наблю­дателей. Во время этих расстановок участникам, играющим роли членов семьи клиента, и присутствующим зрителям были видны не только при­чины тяжелых болезней, несчастных случаев или самоубийств в семьях, но и возможности изменения в этих семьях.

Разнообразная тематика курсов делает книгу многоплановой.

Во-первых, читатель найдет на ее страницах специально подобран­ные стенограммы, позволяющие непосредственно наблюдать все усилия терапевта, направленные на поиск решения проблем клиентов, словно он сам присутствовал на семинаре. При этом не исключено, что он смо­жет найти путь, который выведет его из личных кризисов или поможет справиться с психическим заболеванием.

Во-вторых, при помощи рисунков, представляющих расстановки и движения лиц, участвующих в этих расстановках, читатель увидит и пой­мет сущность важных терапевтических приемов и подходов. Расстанов-

13

ки семьи — простые, но эффективные техники, не только проясняющие природу скрытых семейно-системных переплетений и их разрешений, но и дающие возможность провести терапию прерванного движения любви ребенка к своей матери или отцу. Когда терапевту удается привес­ти это движение к цели, страх, эмоциональные и даже психические рас­стройства, вызванные ранней разлукой с родителями или их потерей, излечиваются или ослабляются.

В-третьих, всем, кто желает глубже изучить проблематику порядков любви и узнать, каким образом постигается их скрытая динамика, книга позволит лично прочувствовать тот факт, что освобождение и исцеляю­щее решение для пациента внезапно, словно молния из темноты, прояв­ляется в результате сосредоточенной и внимательной работы терапевта с расставленной семьей. Этот путь познания я называю феноменологичес­кой психотерапией.

Эпилог поможет читателю лучше понять не только описанные тех­ники, но и путь моего профессионального развития. Я попытался про­яснить цели своей терапевтической работы и выяснить природу тех по­знаний, на которые опирался в своих действиях.

Надеюсь, что вы получите удовольствие от чтения этой книги. Я был бы очень счастлив, если благодаря ей вы смогли понять действие поряд­ков любви. Надеюсь, что это понимание будет способствовать тому, что вы сможете испытать долгую и счастливую любовь.

Берт Хеллингер

ПОЗНАНИЕ ПУТЕМ ОТКАЗА

Начнем с короткого рассказа.

Познание

Представьте, что кто-то захотел наконец что-то узнать. Чело­век вскакивает на свой велосипед, едет туда, где совсем никого нет; и находит другой путь, вне всех границ обычного. Здесь нет никаких дорожных указателей, и человек может полагать­ся лишь на то, что видит собственными глазами и что может из­мерить собственными шагами. Его подгоняет восторг первоотк­рывателя, и то, что до сих пор было только предчувствием, ста­новится уверенностью.

Но путь кончается у большой широкой реки, и человек слезает с велосипеда. Он знает, что если хочет продолжить свое путеше­ствие, то должен оставить на берегу все, что у него есть при себе. Ему также известно, что тогда он потеряет почву под нога­ми и погонит и понесет его такая великая сила, что ему останет­ся только довериться ей. Понимая это, он колеблется и... отсту­пает.

И теперь, когда он едет домой, ему становится ясно, что он со­всем мало знает о том, что помогает, и что лишь с трудом он может рассказать об этом другим. Слишком часто уже он чувство­вал себя как тот человек, который догоняет другого велосипедис­та, потому что у того дребезжит защитный щиток. И кричит ему: «Эй, ты, у тебя защитный козырек стучит!» — «Что?» — «Твой защитный козырек стучит!» — «Я не могу тебя понять, — кричит другой, — у меня защитный козырек стучит!» «Что-то пошло здесь не так», — думает он. Затем нажимает на тормоз и разворачивается.

Несколько позже он спрашивает одного старого учителя: «Как же ты это делаешь, когда помогаешь другим? К тебе часто приходят люди и просят у тебя совета в таких вещах, в которых ты не очень-то разбираешься. И тем не менее потом им становится лучше». Учитель говорит ему: «Не в знании дело, когда кто-то останавли­вается на пути и больше не хочет двигаться дальше. Ибо он ищет безопасности там, где требуется мужество, и свободы там, где правильное не оставляет ему выбора. Так он и ходит по кругу. Но учитель не поддается отговоркам и иллюзиям. Он ищет середину, и там сосредоточенно ждет — как тот, кто подставил паруса вет­ру, — не придет ли ему слово, которое подействует. И когда к нему приходит другой, он находит его там, куда ему самому нужно, и это ответ для обоих. Они оба слушатели». И добавил: «Середина легка на ощупь».

16

Научный и феноменологический путь познания

Два пути ведут к познанию. На одном наше сознание, стараясь ухва­тить неизвестное, стремится вперед до тех пор, пока не овладеет им и не сможет его использовать. Все усилия науки принадлежат этому пути; всем известно, в какой мере результаты этих усилий изменили наш мир и нашу жизнь, обезопасили и обогатили ее.

Вступая на второй путь, мы останавливаемся в потоке первого, стре­мящегося, движения сознания и направляем свой взгляд не на какую-то деталь, не на что-то определенное и конкретное, а на целое. В этот мо­мент наш взгляд готов одновременно воспринять все многообразие су­ществующих перед ним феноменов. Когда мы предаемся этому движе­нию сознания (например, окидывая взглядом ландшафт или стараясь оценить какую-то задачу или проблему), мы замечаем, что взгляд наш становится одновременно и наполненным и пустым. В самом деле, вос­принять все многообразие феноменов можно только в том случае, если в первой фазе наблюдения мы не принимаем во внимание детали. При этом мы останавливаемся в стремящемся движении и как будто отступаем от восприятия подробностей до тех пор, пока не достигнем той пустоты, которая позволяет нам выдерживать многочисленность и многообразие феноменов. Такое сначала останавливающееся и потом отступающее дви­жение я называю феноменологическим процессом восприятия — процессом, ведущим к познаниям иного типа, чем научный метод стремящегося дви­жения познания. Тем не менее оба эти движения взаимно дополняют друг друга. И при научном, стремящемся движении иногда приходится оста­навливать познание и направлять взгляд от узкого к широкому, от близ­кого к более отдаленному. А познание, достигнутое феноменологическим путем, требует регулярной проверки подробностей вблизи.

Феноменологический метод

На пути феноменологического метода познания человек, внутри оп­ределенного горизонта, воспринимает многообразие феноменов, не де­лая между ними выбора и не оценивая их. Следовательно, этот путь по­знания требует определенной свободы от оценок — как в отношении до сих пор существовавших представлений, так и в отношении всех возни­кающих душевных проявлений, независимо от того, эмоции ли это, на­мерения или суждения. Внимание при этом одновременно и сосредото­ченно и рассеянно.

Феноменологическая позиция требует напряженной и сознательной готовности к действию, но без его реализации. Таким образом, наша спо­собность и готовность к восприятию повышается до высочайшей степе­ни. Тот, кто выдерживает это напряжение, может наблюдать множество

2-3099 17

феноменов, существующих в пределах упомянутого горизонта, и неожи­данно познает некую связь, некий порядок, некую правду или просто следующий необходимый шаг. Познание такого типа, как правило, огра­ничено, приходит к нам извне и воспринимается как дар.

Отказ от намерений

Важнейшим условием для подобного вида познания является отсут­ствие какого бы то ни было намерения. Имеющий намерения вкладывает что-то личное в реальность, желает изменить ее согласно своим уже суще­ствующим представлениям и, возможно, хочет воздействовать на других или переубедить их. Но, поступая подобным образом, человек ведет себя так, как будто он имеет преимущество перед реальностью, как будто это она является объектом для него, субъекта, а не наоборот, он является объек­том реальности. Только приняв это во внимание, можно понять, какой жертвой является отречение от наших намерений, даже самых позитивных... Впрочем, уже само благоразумие требует от нас подобного отказа, посколь­ку, как показывает опыт, многое, сделанное даже из лучших побуждений, зачастую не удается. Намерения не являются заменой познания.

Мужество

Следующим условием этого типа познания является отсутствие стра­ха. Тот, кто страшится того, что может разоблачить реальность, подобен зашоренной лошади. Для человека, боящегося реакции других, когда он рассказывает им о том, что ощущает, дальнейшее познание становится недоступным. И когда терапевт боится открыто удостоверить реальность болезни своего пациента — например, факт, что тому остается мало вре­мени, — тогда пациент перестанет доверять ему, потому что осознает, что реальность его болезни не по силам терапевту.

Согласие

Отсутствие намерений и страха способствует согласию с реальнос­тью, такой, какая она есть, со всеми ее устрашающими, подавляющими и ужасными аспектами. Поэтому терапевт должен быть в согласии со счастьем и несчастьем, с невиновностью и виной, со здоровьем и болез­нью, с жизнью и смертью. Именно благодаря этому согласию он получа­ет познание и силу, с помощью которых может смотреть страшному в глаза и иногда изменять его к лучшему.

Следующая притча поясняет принцип такого согласия.

Ученик спросил мудреца: «Скажи мне, что такое свобода?» «Какая свобода? — ответил мудрец. — Свобода бывает разная. Пер­вая свобода - глупость. Она как конь, который, встав на дыбы, сбра-

18

сывает с себя седока. Из-за этого коню потом придется сильнее почувствовать на себе твердую руку всадника. Вторая свобода -раскаяние. Она подобна рулевому, который остается на тонущем корабле, вместо того чтобы спуститься в спасательную шлюпку. И третья свобода — познание. Она приходит к нам после глупости и раскаяния. Она как стебель, который раскачивается на ветру, но не ломается, потому что гибок».

«И это все?» - удивился ученик. Тогда мудрец ответил ему: «Иные полагают, что это они сами ищут истину в своих душах. Но это Большая Душа думает и ищет через них. Как и природа, она может позволить себе заблуждаться; она беспрерывно и без труда заме­няет плохих игроков новыми. Тому же человеку, который позволяет ей думать, она предоставляет некоторую свободу действий и, как пловца, позволяющего реке нести себя, выносит его общими уси­лиями на берег».

Философская феноменология

Несколько слов о философской и терапевтической феноменологии. В философской феноменологии речь идет о восприятии только сущнос­тной природы феноменов, когда человек открывает им себя полностью. Сущность появляется из скрытого внезапно, как молния... И проявив­шееся всегда превосходит то, что человек мог бы выдумать сам или логи­чески вывести, исходя из уже известных представлений или понятий. Однако возникшее никогда не проявляется во всей своей полноте. Оно продолжает оставаться окутанным, скрытым, подобно тому, как бытие окутано небытием.

Используя этот метод, я осознал самые важные аспекты совести, а именно тот факт, что совесть действует как системный орган равнове­сия, с помощью которого мы в состоянии немедленно почувствовать, живем ли мы в согласии с нашей системой или нет, то есть сохраняют ли и обеспечивают ли наши действия принадлежность к системе нашей груп­пы, не подвергают ли они ее опасности и не упраздняют ли ее. «Иметь спокойную совесть» в таком случае значит только одно: я уверен, что я еще принадлежу к моей системе. А «неспокойная совесть» означает риск, что мне больше не может быть позволено принадлежать к этой системе. Следовательно, совесть не связана с какими-то абсолютными, общими законами и истинами; она относительна и меняется от группы к группе.

Подобным же путем я пришел и к тому, что совесть реагирует совер­шенно по-другому, когда речь идет не о праве на принадлежность к систе­ме, а о равновесии между количеством того, что индивидуум «отдал» дру­гим членам в своей системе, и тем, что он «получил» от них. Кроме того, совесть реагирует по-другому тогда, когда она охраняет порядки совмест­ной жизни в рамках личных отношений. Каждая из этих функций совести руководствуется и осуществляется разными чувствами невиновности и вины.

2* 19

Но самым важным из обнаруженных мною аспектов совести является то, что существует разница между осознаваемой и скрытой, то есть бессоз­нательной, совестью. В самом деле, когда мы следуем осознаваемой совес­ти, то нарушаем правила скрытой совести и, несмотря на то, что согласно осознаваемой совести мы ощущаем себя невиновными, скрытая совесть наказывает подобное поведение, как будто мы все же виноваты.

Конфликт между этими двумя типами совести — основа всех се­мейных трагедий. Такой конфликт ведет к трагическим переплетени­ям, которые являются причиной серьезных болезней, несчастных слу­чаев и самоубийств в семьях. Этот же конфликт приводит к целому ряду трагедий в отношениях между мужчиной и женщиной - напри­мер, когда отношения между партнерами разрушаются, несмотря на существующую между ними сильную взаимную любовь.

Феноменологический метод в психотерапии

Однако к этим выводам я пришел не путем философского размыш­ления или философского использования феноменологического метода. Я нашел их при помощи еще одного средства, которое я называю знание через участие. Подобное знание достигается во время расстановок семей, при условии, что такая расстановка проведена на основе феноменологи­ческих принципов.

Когда клиент расставляет свою семью, он произвольно выбирает из участников группы представителей, замещающих в расстановке его са­мого и основных членов его семьи, например, отца, мать, братьев и сес­тер Затем, сосредоточившись, пациент расставляет этих лиц в опреде­ленном порядке по отношению друг к другу. В результате внезапно обна­руживается нечто удивительное. Дело в том, что в процессе расстановки пациент входит в соприкосновение с определенным знанием, которое до этого было ему недоступным. Недавно один коллега рассказал мне, что в ходе расстановки семьи одной его пациентке стало ясно, что она по сис­темному принуждению бессознательно отождествляет себя с какой-то бывшей подругой своего отца. Когда же она расспросила отца и других родственников, те уверили ее, что она ошибается. Но вдруг через несколь­ко месяцев ее отец получил известие из Беларуси. Оказалось, что какая-то женщина, сильно любившая его во время войны, долго разыскивала его адрес и наконец нашла его.

Но это только одна сторона проблемы - сторона пациента. Другая сторона состоит в том, что играющие роли членов семьи, выбранные из присутствующих на лечебном сеансе, спонтанно проявляют чувства и эмоции тех людей, которых они замещают. Иногда у них проявляются и физиологические симптомы. Мне также известно, что некоторые игра­ющие роли членов семьи даже слышали, как бы внутри себя, имя того

20

человека, которого они представляли в тот момент. Все это они испыты­вают как будто по-настоящему, несмотря на то, что не знают абсолютно ничего, кроме того, кого именно из членов семьи они представляют. Вы­ясняется, что при расстановке семей между пациентом и членами его се­мейной системы действует определенное «знающее силовое поле», позво­ляющее достичь знания исключительно путем участия в расстановке и без всякого внешнего содействия. Но еще более удивительным является то, что играющие роли членов семьи, не имеющие никаких связей с этой семьей и действительно ничего не знающие о ней, могут приобщиться к этому знанию и к реальности данной семьи.

То же самое применимо, естественно, и к терапевту, при условии, однако, что не только он сам, но и пациент, и те, кто играют роли членов его семьи, готовы без каких-либо намерений и страха, независимо от ка­кой-либо известной терапевтической теории или опыта, открыться по отношению к стремящейся наружу реальности и согласиться с ней та­кой, какая она есть. В этом и состоит феноменологическая позиция, ис­пользуемая в психотерапии. Здесь познание достигается как в результате отказа от каких-либо намерений и страха, так и в результате согласия с реальностью - такой, какой она показывает себя фактически. Без этой феноменологической позиции, без нейтрального взгляда на то, что воз­никает, т. е. при преувеличении, ослаблении или желании как-то истол­ковать его, метод расстановки семьи становится лишь поверхностным, легко ведет к ошибкам и теряет свою силу.

Душа

Еще более удивительным, чем знание, полученное путем участия в расстановке, является тот факт, что это сознающее силовое поле (или назовем его лучше «управляющая знающая Душа») находит такие реше­ния, которые значительно превышают те, что мы могли бы выдумать сами. Их воздействие гораздо сильнее того, что мы могли бы достичь путем спланированных действий. Это становится особенно ясным в тех расстановках, в ходе которых терапевт проявляет наибольшую сдержан­ность, например, когда он сам расставляет основных членов семьи и, не давая им никаких инструкций, предоставляет их непреодолимой силе, действующей извне и ведущей к познаниям и опыту, которые не­возможно получить никаким другим путем.

Например, недавно в Швейцарии, когда один из участников курса, расставив свою нынешнюю семью, добавил, что он еврей, терапевт рас­ставил рядом с ним семь участников группы, играющих роли членов его семьи — жертв Холокоста, и позади них — семь играющих роли их убийц. Затем «жертв» попросили повернуться к «убийцам»... и в тече­ние пятнадцати минут все присутствующие были свидетелями безмол-

21

вного и невероятного процесса общения между «жертвами» и «убийца­ми». В результате выяснилось, что существует что-то вроде законченно­го и незаконченного умирания. И для «жертвы» и «убийцы» умирание за­канчивается только тогда, когда оба они примиряются в смерти друг с другом, чувствуя, что ими обоими управляет и их обоих определяет одна и та же действующая над ними сила, и ощущают, что в конце оба они находятся в сохранности в этой силе.

Религиозная феноменология

Перейдем с уровня философии и психотерапии в другое, более глу­бокое измерение, в рамках которого человек познает, что он находится во власти некоего более широкого Целого, которое он должен признать как общеохватывающее Наивысшее. Это измерение можно назвать рели­гиозным или духовным уровнем бытия. Тем не менее и по отношению к этому уровню я сохраняю феноменологическую позицию, держась без намерений и страха, без какого-либо предвзятого мнения — просто на­блюдая за тем, что возникает.

Следующий рассказ поясняет значение такой феноменологической позиции для религиозного познания и практики.

Возвращение

Родившись, мы автоматически попадаем в какую-то определенную семью, определенную страну и культуру и с детства нам сообща­ют о каком-то определенном человеке, который был идеалом, на­ставником и религиозным вождем этой культуры. С детства мы чувствуем тоску и глубокое желание стать такими же, каким был этот идеал.

Представим, что у кого-то возникает желание присоединиться к группе единомышленников. Этот человек много лет упражняется в дисциплине, следует за идеалом и в конце концов становится та­ким, как он, — думает и говорит, чувствует и желает, как этот идеал. Однако он чувствует, что ему все же чего-то не хватает и поэтому отправляется в дальний путь, чтобы постараться в пол­ном одиночестве, вдали ото всех преодолеть последний заслон. Его путь лежит мимо старых, уже давно заброшенных садов. Только дикие розы все еще цветут в них и высокие деревья по-прежнему каждый год приносят плоды, которые просто опадают на землю, потому что некому собирать их. После садов начинается пустыня, и в скором времени путника охватывает какая-то непонятная пус­тота. Он чувствует себя так, будто для него нет разницы, в ка­ком направлении двигаться, а все образы и картины, которые он время от времени видит перед собой, воспринимаются как пустые. Путник продолжает идти куда глаза глядят, и когда он уже совсем

22

перестает доверять своим ощущениям, перед ним возникает ис­точник. Этот источник бьет из-под земли и снова быстро впиты­вается в нее. Но в тех местах, которых достигают его воды, пус­тыня превращается в рай. Путник оглядывается вокруг и видит, что к нему приближаются два незнакомца. Эти люди пытались до­стичь того же, что и он. Они одновременно склонились над источ­ником, выпили одной и той же воды и поверили в то, что почти достигли цели. Затем они назвали друг другу свои имена: «Мое имя Будда Гаутама». - «Я зовусь Иисусом Христом». -«Ая- пророк Мухаммед».

Наступила ночь, над ними тихо сияли немыслимо далекие вечные звезды. Все трое притихли, и один из них почувствовал, что сейчас он близок к своему идеалу, как никогда прежде. Ему казалось, что он может за краткий миг прочувствовать все то, что чувствовал, по­знал и испытал его идеал: бессилие, тщетность всего, смирение и то, как он должен был бы себя чувствовать, если бы знал, что та­кое вина.

На следующее утро путник решил вернуться назад, и ему удалось найти дорогу, выводящую из пустыни. Его путь опять проходил мимо заброшенных садов и закончился у ворот сада, принадлежа­щего ему самому. У входа в сад стоял старик, словно ожидавший его возвращения. И старик произнес: «Тот, кто нашел путь назад из такой дали, должен любить цветущую землю и, наверное, зна­ет, что когда все растет, оно одновременно и умирает, и когда оно перестает расти, то служит питанием для другого». «Да, — ответил путник, — я согласен с законом земли». И начал обрабатывать ее.

СЕМЕЙНО-СИСТЕМНЫЕ

ПЕРЕПЛЕТЕНИЯ И ИХ РАЗРЕШЕНИЯ

Самопознавательный и образовательный курс

ДЕНЬ ПЕРВЫЙ

Начнем с того, что каждый представится, скажет, кто он по профес­сии, объяснит свое семейное положение и расскажет о том, что его заста­вило прийти на эгот семинар.

Поиски решения проблемы начинаются тогда, когда наступает под­ходящий момент. При этом отдельные шаги психотерапии будут осу­ществлены на практике, и вы почувствуете их действие. Если возник­нут какие-либо вопросы, касающиеся метода, результатов или основ этой теории, я постараюсь ответить на них как можно подробнее.

Опасное поведение

Карл: Меня зовут Карл, я живу с женой и нашим маленьким прием­ным сыном. У нас четверо родных сыновей и дочерей, им от 26 до 32 лет и они больше не живут с нами. Некоторое время у нас в доме проживали три девушки-одногодки, у которых не было собственных семей. Мы о них за­ботились, и наш приемный сын является ребенком одной из них. Сам я священник и работаю с детьми и подростками-инвалидами и их семьями. В прошлом году после встречи с тобой я заметил, что моя работа с детьми до сих пор была, как говорится, слишком узкой, так как я рассматривал нашего маленького подопечного или как инвалида, или как человека, у которого просто проблемы в области отношений с другими. В общем, как отдельно взятого человека. Сейчас я осознаю, что почти не имеет смысла стараться помочь ребенку, если терапевт не может одновременно работать и с его семьей и эта семья не понимает, в чем кроется их проблема.

Берт Хеллингер (далее Б.Х.): Усыновление ребенка должно быть ан­нулировано.

Карл: Аннулировать усыновление?

Б.Х.: Да, это необходимо

Карл: Я не могу себе этого представить.

Б.Х.. У тебя не было на это никакого права. Усыновление - опасное дело, и тому, кто делает это без важной причины, придется платить доро­гой ценой - или одним из своих собственных детей, или же партнером. Он жертвует ими в пользу равновесия. Кто из вас хотел усыновить ребенка?

Карл: Мы хотели этого оба - и я, и моя жена.

Б.Х.: Почему ребенок не живет со своей родной матерью?

Карл: Мать ребенка попала к нам со своим четырехмесячным сыном и позже оставила его на наше попечение, потому что хотела жить со своими друзьями.

26

Б.Х.: На попечение — ладно, но усыновление — это уж слишком. Усы­новление — это больше того, что нужно ребенку. Таким образом он будет вырван из своей системы.

Карл: Я не совсем понимаю, ведь связь ребенка с его родной матерью продолжается.

Б.Х.: Отношения ребенка с его родной матерью сейчас не такие, как прежде; в этом и состоит проблема. Факт усыновления тобою ребенка лишил его мать и отца их прав и снял с них ответственность. А кто отец ребенка?

Карл: Отец ребенка турок и сейчас он женат тоже на турчанке. У них есть дети, и он прервал все отношения с мальчиком.

Б.Х.: Почему ребенок не может жить со своим отцом? Ты боишься, что он станет мусульманином? Он должен быть им!

Карл: Почему бы и нет?

Б.Х.: Там его место. Он должен жить с отцом. Это совершенно ясно.

Карл: Я должен это обдумать.

Б.Х.: Знаешь, как это бывает - с обдумыванием? Это как с тем свя­щенником, который после молитв и покаяний говорит: «Черт побери, после всех этих молений мне всегда нужно недель шесть, чтобы снова прийти в обычную форму».

Наблюдение самого себя при расстановке

Бригитта: Меня зовут Бригитта. Я психолог, у меня собственная вра­чебная практика. У меня четыре дочери от первого брака, который за­кончился разводом, и после этого мой первый муж умер. Потом я еще раз вышла замуж; в этом браке у меня две падчерицы. Я живу, сохраняя дис­танцию по отношению к моему мужу, для того чтобы не истратить своих ■сил. Сюда я пришла для того, чтобы научиться чему-то без дополнитель­ных усилий.

Б.Х.: Такое здесь исключено. Но скажи мне, в чем состоит твоя про­блема?

Бригитта: Я хочу заниматься вопросами, которым посвящается этот курс лишь в такой степени, которая соответствует моим сегодняшним внутренним силам.

Б.Х.: Для меня это слишком рискованно — разрешить кому-либо уча­ствовать в этом курсе, если человек не готов наблюдать самого себя в рам­ках расстановки семьи. Такая позиция может воспрепятствовать той ин­тимной динамике, которая здесь возникает. Я должен предупредить тебя: то, что мы здесь делаем, — не какой-то спектакль для зрителей.

Бригитта: Я так и думала. Но поскольку я учила некоторых из при­сутствующих здесь участников и поскольку группа очень большая, я пред­почитаю немного задержаться здесь. С другой стороны, я, конечно, гото­ва делать все, что требуется для участия в курсе.

27

Б.Х.: Я объяснил тебе действующие здесь правила. Ты их поняла. Это­го для меня достаточно. Но вот еще одна история для тебя.

Больше или меньше

В Америке профессор психологии вызвал к себе одного из студен­тов, дал ему однодолларовую и стодолларовую банкноты и сказал: «Иди в коридор, там сидят двое мужчин, дай одному из них доллар, а другому - сто долларов». Студент подумал: «Профессор, должно быть, снова спятил!» Но взял деньги, вышел в коридор и дал одному доллар, а другому - сто. Он не знал, что перед этим профессор уже сказал одному из мужчин, что скоро тот получит один доллар, а другому, что тот получит сто. И случайно оказалось так, что сту­дент дал доллар как раз тому, кто надеялся получить этот дол-пар, и сто долларов тому, кто их ожидал.

Б.Х. (улыбаясь): Странно, теперь я спрашиваю у себя, к чему здесь эта история.

Двойной перенос

Клаудия: Меня зовут Клаудия. Я психолог и работаю не только как терапевт, но и как судебный эксперт в области семейного права, а еще провожу занятия для тех, кто был лишен водительских прав и должен пройти специальный психологический курс. Я разведена. Мне немного неловко, потому что я была замужем только полгода и не могу понять, была ли я на самом деле замужем и разведена ли я сейчас действительно.

Б.Х.: Ты была замужем и этого нельзя вычеркнуть или отрицать. У тебя есть дети?

Клаудия: Нет.

Б.Х.: Почему вы разошлись?

Клаудия: Потому что это было ужасно. Мы были очень недолго зна­комы до брака и относительно быстро решили пожениться, и после это­го все было просто ужасным.

Б.Х.: Ты находила это ужасным. А он?

Клаудия: Я позаботилась о том, чтобы для него это тоже было ужасным...

Б.Х.: И какой злой женщине из твоей системы ты подражала?

Клаудия: Я думаю, в любом случае — своей матери.

Б.Х.: Я думаю, что это не она, а кто-то другой. Вопрос в том, кто из женщин в твоем семействе имел обоснованную причину злиться на ка­кого-либо из мужчин. Когда у пациента проблема, подобная той, что ты описываешь, то все основывается чаще всего на динамике двойного пе­реноса. Ты знаешь, что это такое?

Клаудия: Нет.

Б.Х.: Я приведу тебе пример. На одном семинаре Ирины Прекоп, где демонстрировался ее метод удерживающей терапии, она попросила одну

28

супружескую пару обнять друг друга. Внезапно выражение лица жены изменилось, она как будто разозлилась на мужа, хотя у нее не было для этого никакого повода. Я обратился к Ирине: «Посмотри, как измени­лось ее лицо. Теперь ясно, с кем она идентифицируется». Лицо женщины стало выглядеть как лицо восьмидесятилетней старухи, хотя ей было лет тридцать пять. Тогда я сказал этой женщине: «Обрати внимание на свое лицо! У кого было такое лицо?» Она ответила: «У моей бабушки». Я.спро-сил, каким был брак у ее бабушки. Она ответила: «У них был трактир, и дедушка иногда таскал ее за волосы через зал перед гостями. И она это терпела».

Можешь себе представить, что бабушка этой женщины действительно чувствовала? Она злилась на мужа, но никогда открыто не проявляла сво­ей злости. Эту подавленную ярость перенесла с нее на себя ее внучка. Это перенос по отношению к субъекту, то есть от бабушки к внучке. Только не на дедушке отразилась эта ярость, а на ее муже.

Это перенос по отношению к объекту, то есть с дедушки на мужа. Для жены это менее рискованно, так как муж допускает подобное, потому что любит ее. В этом и состоит динамика двойного переноса. Но такой про­цесс происходит только на бессознательном уровне. Случалось ли с то­бой что-нибудь подобное?

Клаудия: Я не знаю.

Б.Х.: Если у тебя наблюдается такая динамика, это означает, что ты в большом долгу перед своим мужем.

Клаудия: Хм...

Б.Х.: Точно. (Клаудия смеется.) Ну что, попалась?

Клаудия: Нет. Но я только что подумала о том, как я рада, что у него все хорошо.

Б.Х.: Это происходит тогда, когда у человека есть чувство вины. Су­ществует ли такой перенос и у тебя, мы сможем узнать только в ходе даль­нейшей совместной работы. Пока это только предварительная гипотеза.

Старшинство первой женщины

Гертруда: Меня зовут Гертруда. Я врач-терапевт, у меня один сын, которому скоро исполнится девятнадцать.

Б.Х.: А где его отец?

Гертруда: Он не видел сына примерно пять лет.

Б.Х.: И что с ним?

Гертруда: Он женат и у него трое детей. Лет пять назад у него родился еще один ребенок - дочь, от другой женщины. Но это его проблемы. Я не видела его уже пять лет.

Б.Х.: Он уже был женат, когда ты его встретила?

Гертруда: Когда мы встретились, он был женат, кажется, во второй раз. Они были на грани развода. Я знаю его со школьных лет; мы ходили

29

в школу вместе. Потом мы расстались. Он жил в другом городе и женил­ся там. Один раз он женился, чтобы оказать кому-то услугу — помочь по­кинуть Венгрию. Потом развелся и женился во второй раз.

Б.Х.: Так нельзя поступать. Люди не должны жениться из одолжения. Были у тебя с ним интимные отношения до его первого брака?

Гертруда: Да.

Б.Х.: Тогда ты - его первая женщина и у тебя преимущество перед всеми остальными! Неплохое чувство, не так ли?

Гертруда: Да, да. Но это трудно.

Б.Х.: Что же в этом такого трудного?

Гертруда: Я не думаю, что мне сейчас так необходимо испытывать подобное чувство. Все кончено.

Б.Х.: Преимущество не зависит от того, что ты чувствуешь.

Гертруда: Ах, так?

Б.Х.: Это реальность, которая существует независимо от чувств.

Счастье пугает

Б.Х.: Давайте поговорим о счастье. Мы переживаем счастье как что-то опасное, потому что оно делает человека одиноким. То же самое при­менимо и к разрешению системных проблем: мы переживаем его как опасный для нас процесс, потому что в результате оно тоже приводит к одиночеству. С другой стороны, проблемы и несчастье обеспечивают нам общество других людей; они нерасторжимо соединены с чувством соб­ственной невиновности и верности. Но разрешение проблем и счастье связаны с чувством предательства и вины. Из-за этого счастье и разре­шение наших проблем возможны только в том случае, если мы готовы взглянуть в лицо этой вине. Я не хочу сказать, что вина — это что-то бла­горазумное, но человек живет со своей виной так, как будто она является чем-то разумным. Это объясняет, почему переход от проблем к их реше­нию так труден. Для того чтобы поверить в мои слова, человек должен внутренне полностью себя перестроить.

Расстановка:

Сын принимает роль брата матери

Хартмут: Я должен сначала приучить себя к мысли, что здесь мы за­нимаемся вопросами семейных отношений. Меня зовут Хартмут, я кон­сультант по вопросам менеджмента и, кроме того, занимаюсь научными исследованиями в области религиозной философии. У меня две дочери от первой жены. Затем я женился во второй раз. Я все еще женат на этой женщине, но мы живем раздельно уже семь лет. Дочерям от первого бра­ка тридцать и двадцать семь лет.

30

Б.Х.: Почему ты пришел сюда?

Хартмут: Мне бы хотелось осознать, до какой степени отношения с другими людьми для меня еще возможны. Я живу очень уединенно и, мне кажется, многое при этом теряю. У меня просто избыток любви, и я не знаю, куда его девать.

Б.Х.: Сейчас мы расставим твою родительскую семью. Тебе когда-нибудь приходилось делать расстановку семьи? Ты знаешь, как это дела­ется?

Хартмут: Нет еще. Но у меня уже сложилась идея, как бы я ее рас­ставил.

Б.Х.: Я уверен, что эта идея неправильная. Она служит только твоей защите. То, что мы заранее обдумываем, всегда служит защите. Все, что мы рассказываем нашему терапевту о наших проблемах, тоже служит нашей защите. Только когда мы начинаем действовать, мы работаем все­рьез.

Хорошо. Кто из группы, по твоему мнению, подходит на роль твоего отца?

Хартмут: Роберт, наверное, мог бы, потому что...

Б.Х.: Ты не должен пытаться это обосновать. Сколько у тебя братьев и сестер?

Хартмут: У меня один брат и одна сестра, и еще одна сводная сестра. Но мы не росли вместе.

Б.Х.: Сводная сестра по матери или отцу?

Хартмут: По отцу.

Б.Х.: Твой отец был женат до брака с твоей матерью?

Хартмут: Нет, после развода г матерью он женился еще раз. И тогда родилась моя сводная сестра. Моя мать больше не выходила замуж.

Б.Х.: Кто первенец у твоих родителей?

Хартмут: Я.

Б.Х.: Был кто-то из твоих родителей до брака женат, помолвлен или имел любовную связь?

Хартмут: Нет. Хотя... У моей матери был кто-то на уме, но он стал только моим крестным отцом.

Б.Х.: Он-то нам и нужен. Существует ли кто-либо еще, кто был бы важен для нас?

Хартмут: Очень важен брат моей матери.

Б.Х.: Расскажи об этом.

Хартмут: Моя мать всегда хотела быть с ним неразлучной; она даже хотела бы вылепить меня по его образцу.

Б.Х.: Он что, священник?

Хартмут: Нет, он был знаменитым актером.

Б.Х.: Она хотела жить вместе с ним?

Хартмут: Во всяком случае, она любила его больше, чем моего отца.

31

Б.Х.: Братом мы займемся попозже. Сначала мы расставим отца, мать, брата и сестер, вторую жену отца, сводную сестру и друга матери. Выбери себе из группы тех, кто будет играть их роли: мужчин — для мужчин и мальчиков, женщин — для женщин и девочек. Расставь их по отноше­нию друг к другу в соответствии с твоими сегодняшними чувствами. Из этой расстановки станут видны отношения, существующие между чле­нами этой системы, насколько они близки или далеки друг другу и в ка­ком направлении они смотрят. Поставь каждого на его место без ком­ментариев и объяснений. Делай это сконцентрировавшись и серьезно — по-другому невозможно*.

Хартмут расставляет свою родительскую семью:

Рис. 1.1:

О - отец; М - мать; 1 — первый ребенок (Хартмут); 2 — второй ребенок, дочь; 3 — третий ребенок, сын; 4 — четвертый ребенок, дочь (от второй жены отца); ДрМ — друг матери, 2Ж - вторая жена отца.

Б.Х.: Как чувствует себя отец?

Отец: Я чувствую себя очень изолированным. Моя прежняя семья очень далеко, и я чувствую, что-то позади меня что-то, чего я не могу видеть.

Б.Х.: Как чувствует себя мать?

Мать: Я чувствую, что меня как будто что-то связывает с моим быв­шим мужем. Прежде я чувствовала себя внутренне оцепенелой, застыв­шей.

* На всех рисунках, поясняющих расстановки семей, лица мужского пола пред­ставлены в виде квадрата, а женского - в виде круга. Стрелка показывает направление взгляда. В комментариях к рисункам имя лица, для которого делается расстановка, вы­делено жирным шрифтом Вопросы, как правило, задаются людям, выбранным на роли членов семьи, и они отвечают из роли.

32

Б.Х.: А сейчас у тебя какие чувства?

Мать: Бессилие, неспособность к действию.

Б.Х.: Что ты чувствуешь по отношению к своему другу, крестному отцу Хартмута?

Мать: Он стоит позади меня, и в то же время я чувствую угрозу с его L стороны. Мои чувства скорее противоречивы.

Б.Х.: Как чувствует себя друг мр^ери?

Друг матери: У меня тоже противоречивые чувства. Я нахожу ее при-|влекательной и симпатичной; я чувствую связь с ней. Но здесь мне это |не нравится. Я чувствую себя неподвижным, как будто не могу сдвинуть­ся с места.

Б.Х.: Как чувствует себя старший сын?

Первый ребенок (играющий роль Хартмута): Когда меня здесь поста­вили, я почувствовал испуг и подумал, что меня сейчас кто-то ухватит, как это ни странно, за икру. Я чувствую, что на этом месте как будто ста­ло тепло. Это вроде того, когда тебя хочет укусить собака. Это скорее что-то теплое и одновременно опасное. Со стороны отца я чувствую какую-то теплоту. Но она как бы уходит в сторону от меня. Что касается братьев и сестер, стоящих позади меня, я не чувствую с ними почти никакой свя­зи. Вторая жена отца и сводная сестра не имеют для меня никакого зна­чения.

Б.Х.: Как чувствует себя второй ребенок?

Второй ребенок: В течение расстановки, когда мать еще была рядом со мной, я чувствовала себя хорошо, а сейчас — не очень.

Б.Х.: Как чувствует себя третий ребенок?

Третий ребенок: Мои родители находятся в поле моего зрения, но я не могу решиться. Я чувствую, что меня тянет в сторону отца, но я не могу уйти отсюда.

Б.Х.: Как чувствует себя вторая жена?

Вторая жена: Я спрашиваю себя, почему мой муж не может повер­нуться ко мне.

Б.Х.: Как чувствует себя сводная сестра?

Четвертый ребенок: Вначале я чувствовала себя так, будто я вне этой системы, и ощущала со стороны отца угрозу. Но сейчас, когда моя мать стоит позади меня, мне лучше. Но отец препятствует мне.

Первый ребенок (играющий роль Хартмута): Когда я здесь вот так стою, то чувствую спереди какую-то теплоту.

Б.Х. (Хартмуту): Поставь к ним брата матери.

Б.Х.: Как чувствует себя старший сын сейчас?

Первый ребенок (играющий роль Хартмута): Меня очень сильно тянет в левую сторону. Почему он там? Что он там вообще делает?

Б.Х.: Так лучше или хуже?

|3 - 3099

33

Рис. 1.2:

БМ — брат матери.

Первый ребенок (играющий роль Хартмута): Все силы, которые у меня были до этого, сейчас уходят от меня туда. Как будто что-то терзает ле­вую сторону моего тела Это неприятно. И все же часть моих сил остается для моего отца. Позади меня все полно энергии.

Б.Х: Как чувствует себя брат матери?

Брат матери: Я не очень хорошо понимаю, зачем я здесь.

Б X.: Как чувствует себя сейчас мать?

Мать: Тесно.

Б.Х: Еще бы!!!

Мать: Да (Смеется.)

Б.Х. (Хартмуту): Был он женат, этот актер?

Хартмут: Нет. Он уже давно умер.

(Б.Х. переставляет членов семьи по-новому.)

Рис. 1.3 34

Б.Х.: Как сейчас чувствует себя вторая жена?

Вторая жена: Мне приятно, когда они все стоят здесь рядом со мной. Я чувствую, что это правильно.

Б.Х.: Что изменилось у старшего сына? Так лучше сейчас или хуже?

Первый ребенок (играющий роль Хартмута): Все стало сразу как-то не так сильно запутанным. Это хорошее место для меня.

Б.Х.: Что изменилось у отца?

Отец: Сейчас я могу по-настоящему быть и со своей теперешней се­мьей.

(Б.Х. снова переставляет людей. Друг матери больше не принимает участия в расстановке, т. к. он не играет никакой роли в этой системе.)

Рис. 1.4

Б.Х.: Как чувствует себя отец в новой констелляции*?

Отец: Прекрасно. Сейчас я могу без проблем видеть свою первую жену. Брак с ней был неудачной попыткой. Теперешний брак мне боль­ше подходит, и мне нравится, что все мои дети так близко.

Б.Х.: И как сейчас чувствует себя третий ребенок?

Третий ребенок: Мне бы хотелось большего контакта с матерью.

Я.Х.Адочь?

Второй ребенок: Здесь, в этом кругу, мне хорошо.

Б.Х.: Старший сын?

Первый ребенок (играющий роль Хартмута): Да, мне хорошо. Как буд­то сейчас моя сводная сестра и ее мать тоже принадлежат к нам. То, что моя мать сейчас уходит, меня не волнует.

* Констелляция — в контексте данной книги под констелляцией подразумевается взаимное расположение и взаимоотношения между членами семейной системы, образ которых хранится в бессознательном человека Этот образ и представляет клиент, когда Расставляет членов своей семьи С помощью расстановки может быть сформирован новый образ (констелляция)

3*

35

Б.Х.: А как чувствует себя мать?

Мать: Мне хотелось бы обернуться и посмотреть на моих детей.

Б X.: А как брат?

Брат матери: Здесь я чувствую себя неплохо. Я бы охотно что-ни­будь предпринял.

Б.Х. (Хартмуту): Что ты думаешь об этой расстановке?

Хартмут ■ Фактическую ситуацию в семье я, конечно, больше не могу тут распознать. Но это, естественно, и не является целью новой расста­новки. Такая констелляция семьи разрешила бы все проблемы, если бы только все дети действительно приняли ее в жизни. Это как раз то, что нам не удалось. Поэтому для меня это что-то утопическое.

БX.: Когда пациент прилагает столько усилий, чтобы все так под­робно пояснить, часто это просто попытка поставить под сомнение и избежать разрешения проблемы. Мне просто хотелось узнать, как ты себя чувствуешь, видя такую констелляцию.

Хартмут: Я не в восторге. Мне только жаль, что так не получилось. Собственно говоря, я должен был бы вообще молчать.

X. снова поворачивает мать и ее брата в направлении семьи и ста­вит мать слева от брата, чтобы она была ближе к своим детям.)

Рис. 1.5

Б.Х. (играющим роли членов семьи): Так для вас лучше или хуже? Первый ребенок (играющий роль Хартмута): Как-то теплее. Второй ребенок: Хуже. Б.Х: А как сейчас матери? ( Мать: Лучше. Брат матери: Мне тоже.

Б.Х. (участникам курса). Эта женщина не была искренней со своим мужем. (Участница группы, играющая роль матери, смеется). Она не была

36

с ним искренней, потому что не любила его. Поэтому она должна отвер­нуться. Она потеряла право смотреть в сторону своих детей.

(Б.Х. снова разворачивает мать и ее брата и ставит мать позади брата.)

Рис. 1.6

Б.Х. (участникам, играющим роли членов семьи)- Какое у вас сейчас впечатление?

Мать: Так - правильно.

Б.Х.: Точно. Сейчас видно, с кем идентифицируется Хартмут. Мать находится сейчас в такой же позиции по отношению к своему брату, как в первой расстановке — по отношению к своему старшему сыну. Хартмут действительно идентифицируется с этим братом.

Первый ребенок (играющий роль Хартмута): У меня как будто пробе­жали по спине мурашки, я как будто слышу слова: «Бедная мать!»

Б.Х. (участникам группы): В этой семье разыгрывается трагедия, на которую ни отец, ни дети не имеют никакого влияния. Никому не извес­тно, почему это так. Вмешательство терапевта не принесло бы никакого результата. Мы просто должны принять эти факты. Единственная воз­можность для Хартмута — примкнуть к отцу.

Б.Х. (Хартмуту): Хотелось бы тебе стать на место того, кто играет твою роль?

Хартмут: Да.

(Хартмут идет на свое место в констелляции.)

Б.Х.: Сейчас все на своем месте. Разреши мне объяснить тебе, как нужно обращаться с этим на практике. В прошлом ты носил внутри себя беспорядочную картину своей семьи — беспорядочную в прямом смысле этого слова. Так же беспорядочно ты и расставил ее вначале. Но я упоря­дочил ее, и сейчас у тебя есть шанс, если ты хочешь, принять эту новую картину внутри себя и таким образом лишить старую картину ее сил. И

37

тогда ты станешь измененным человеком, в то время как другие члены семьи и ситуация останутся без изменения. Ты изменишься, потому что внутри тебя будет упорядоченная картина. При таких условиях ты смо­жешь относиться к своей нынешней семье совершенно по-другому.

Дело в том, что в твоей прежней позиции — то есть при идентифика­ции с мужчиной, более любимым матерью, чем отец, — никакая женщи­на не была бы в состоянии удержать тебя и ты тоже не смог бы удержать ни одну женщину. Понимаешь?

Разница между идентификацией и идеалом

Ида: Как получилось, что в этой системе возникла идентификация Хартмута с его дядей?

Б.Х.: Его мать бессознательно искала кого-то, кто мог бы заменить брата в ее теперешней системе, — брата, которого ей пришлось оставить в той системе, из которой она происходит. Тогда старший сын перенял ради ма­тери роль ее брата, не осознавая этого, так же, как и мать и все остальные.

Хартмут: Но ведь существует большая разница между тем, когда моя мать формирует меня по образцу своего брата, которого она рано потеря­ла, и тем, когда я сам выбираю его в качестве своего идеала, чего я никог­да не делал. Это ведь два разных вида идентификации или нет?

Б.Х.: Нет, выбор идеала не является идентификацией. Идеал я могу видеть перед собой, и поэтому мы с ним являемся двумя разными инди­видуумами. Я могу решить, идти мне по его стопам или нет; я свободен в своих решениях. В случае же идентификации я не свободен в своих ре­шениях. Часто я даже не знаю, что я идентифицируюсь с кем-либо. По­этому идентифицирующийся индивидуум чужд самому себе. Когда же человек следует какому-либо идеалу, он не чувствует себя отчужденным.

Хартмут: Да, верно! Ты используешь понятие «идентификация» для того, чтобы объективно описать тот процесс, который не приводится в действие сознательно.

Б.Х.: Да. Никто не виноват. Твоя мать не выбирала тебя для иденти­фикации. Ее нельзя ни в чем упрекнуть. Эта динамика просто исходит из констелляции, никто сознательно этого не желал и ребенок не защищался.

Хартмут: Значит, здесь существуют только жертвы?

£.Х.Да. Здесь существуют только индивидуумы, переплетенные между собой, каждый на свой лад, в рамках определенного системного положе­ния. Значит, бессмысленно искать, где кроется вина или кто виноват.

Принцип минимализма

Дагмар: Это значит, что терапевту не нужно сейчас еще расставлять членов семьи со стороны матери?

38

Б.Х.: Упаси Боже! Куда это может завести? Хартмуту это не нужно, потому что для него уже сейчас все стало ясно. Больше в этой семье ниче­го невозможно реконструировать. Тот, кто попытается это сделать, уйдет в область фантазии. Вот почему слишком широкие расстановки в конце запутывают и приносят мало пользы. Все, что ему нужно для действия, у него сейчас есть, и как только мы это находим, я прекращаю расстанов­ку. Только не следует делать большего, чем нужно для решения пробле­мы! Я не ищу ответа для отсутствующих членов семьи. Я употребляю этот метод согласно принципу минимализма, то есть ограничиваюсь разре­шением проблемы исключительно только для присутствующего здесь человека. Когда решение найдено, я сразу же перехожу к следующему пациенту. После расстановки семьи я не занимаюсь долгими объяснени­ями. Настоящий курс - исключение; я даю такие подробные пояснения, чтобы проинформировать присутствующих здесь терапевтов. Но обыч­но этого делать нельзя. Не следует и проверять, была ли расстановка дей­ствительно успешной. Это только снижает действие терапии.

Индивидуация уменьшает близость в отношениях между людьми

Ида: А дети, принадлежащие к системе Хартмута — такой, как она была здесь расставлена, не получили ли и они что-то важное, просто в силу существования этой системы?

Б.Х.: Конечно, они получили что-то важное от этой системы, пусть она и неблагоприятная. Получили жизнь. Тем не менее такая констелля­ция препятствует их развитию. Первый ребенок (Хартмут), например, взял на себя целый ряд препятствующих ему элементов. Но сейчас, когда я показал благоприятную для него констелляцию, перед ним открылась возможность развить в себе силы, помогающие ему преодолеть старые проблемы.

Вообще, развитие человека в его родительской семье и в рамках его нынешних семейных отношений стремится к индивидуации. Иначе го­воря, индивидуум постепенно освобождается от своих связей и отноше­ний. Но в то же время такое освобождение ведет его к интеграции в го­раздо более широкий контекст. Хотя мы вплетены в этот новый контекст, мы все же остаемся свободными.

Это как если кто-то из маленького и тесного места поднимается все выше и выше в горы и получает все более и более широкий обзор. Но чем выше он поднимается, тем сильнее становится его одиночество. Несмот­ря на это, он переживает свою новую реальность как более широкий кон­текст, чем прежде. Иными словами, освобождение от близкого связывает нас с чем-то большим, но за это человеку приходится платить более глу­боким одиночеством. Поэтому шаг от контекста тесных отношений к

39

новому и широкому так труден для многих. Во всех тесных связях и от­ношениях чувствуется потребность развивать себя дальше, к этому боль­шему и более широкому. Поэтому когда отношения в какой-либо паре достигают своей наивысшей точки (рождение ребенка), психологичес­кая близость между партнерами изменяется и заменяется на более ши­рокую. Таким образом, связь между ними становится богаче, но близость уменьшается... должна уменьшаться. Вступая в связь с партнером, неко­торые полагают, что они навсегда останутся в очень тесной психологи­ческой близости друг с другом. Однако связь между партнерами тоже яв­ляется процессом постепенного умирания. Каждый кризис в отношени­ях переживается как процесс умирания. Каждый такой кризис представ­ляет собой часть нашего личного процесса умирания: близость лишается чего-то, но в то же время, на другом уровне, связь приобретает новое ка­чество - она больше не такая, какой была прежде; она станет более спо­койной, более свободной и широкой.

Ида: Значит, эта связь не лишается любви?

Б X.: Нет, нет. Любовь может стать даже большей, гораздо большей, но ее качество изменяется.

Любовь и порядок

Много проблем возникает, потому что мы считаем, что можно взять верх над царящими в семействах порядками путем внутренних размыш­лений, усилий или любовью — например, так, как наставляет Нагорная проповедь. В самом деле, порядок является тем принципом, на котором все построено, и он не позволяет заместить себя любовью. Попытка де­лать это была бы иллюзорной. Мы всегда должны возвращаться к прин­ципам порядка, к пункту истины. Только там, в этом пункте истины, мы найдем ответы на наши вопросы.

Хартмут: Ты только что произнес короткое замечание, содержащее одну жестокую мысль о том, что любовь здесь не помогает; человек не может решить подобную проблему с помощью любви. Я действительно пытался, многими способами, но мне не удалось. Осознать это страшно.

Б.Х.: Любовь - часть порядка. Порядок был установлен прежде люб­ви, и любовь может развиваться только в рамках порядка. Порядок явля­ется первоначальным принципом. Каждый раз, когда человек пытается перевернуть эту очередность и изменить порядок с помощью любви, он терпит неудачу. Это неизбежно. Любовь вписывается в определенный порядок — туда, где она может развиваться, подобно тому, как семя по­падает в почву - место, где оно может прорасти и развиться.

Хартмут: В таком случае я по-настоящему сумасшедший или, по крайней мере, жил жизнью сумасшедшего.

Б.Х. ■ Да, но сейчас у тебя есть шанс привести все в порядок. Некото­рые могут быстро наверстать большую часть упущенного, если что-то

40

действительно предпринимают. Но признания вины и жалобы — только суррогат действия. Они делают его невозможным, а людей — слабыми.

Иерархия принадлежности

Дагмар (обращаясь к Б.Х.): Ты только что расставил семейную систе­му Хартмута согласно определенной иерархии. Как структурируется та­кая иерархия?

Б.Х.: Иерархия проявляется с момента вступления индивидуума в систему. Я называю это изначальным порядком. Этот изначальный поря­док базируется на хронологической последовательности вхождения раз­личных индивидуумов в систему. Поэтому в системе Хартмута первая жена обладает преимуществом по отношению ко второй жене, а старший сын — к своим младшим братьям и сестрам. В случае расстановки семьи согласно этому порядку, например, в форме круга, члены семьи, имею­щие более «низкий ранг», стоят по часовой стрелке слева от членов се­мьи «высшего ранга».

Существование индивидуума определяется параметрами времени и получает свой ранг через момент вхождения в систему, т. е. существова­ние определяется временем вхождения в систему. Тот, кто был в системе раньше, имеет преимущество перед тем, кто приходит позже. Точно так же ситуации, которые сложились в системе раньше, имеют преимуще­ство перед более поздними. Следовательно, первый ребенок обладает преимуществом перед вторым, и отношения в паре имеют преимущество перед отношениями между родителями и их детьми. Каждая семейная система руководствуется этим правилом.

Системы как таковые тоже выстраиваются между собой по принци­пу иерархии, но здесь царит обратный порядок: недавно созданная сис­тема имеет преимущество перед старой. Например, нынешняя семья ин­дивидуума имеет преимущество перед родительской семьей. Там, где эта очередность перевернута, возникают проблемы. Например, для матери Хартмута ее родительская семья (ее брат) была важнее, чем ее брак (ее нынешняя семья), и это стало причиной нездоровой ситуации.

Дагмар: Насколько я тебя поняла, существует хронологическое превос­ходство и, кроме того, превосходство настоящего. Правильно я понимаю?

Б.Х.: Внутри каждой определенной системы существует превосход­ство, зависящее от начала принадлежности к системе. Но что касается очередности систем, новая семья имеет преимущество перед старой.

Превосходство первой связи

Франк: Не существует ли превосходства и с точки зрения качества систем? То есть между здоровой, нормально развивающейся системой и

41

системой, которая не развивалась нормально и является причиной бо­лезни ее членов.

Б.Х.: Нет, такого различия делать нельзя. Первая связь индивидуума, независимо от качества, всегда имеет превосходство по отношению ко второй. Последующая связь соединяет меньше, чем самая первая.

Глубина связи уменьшается от отношений к отношениям с нашими разными партнерами. Но надо подчеркнуть, что связь не означает лю­бовь. Иногда во вторых отношениях любовь может быть сильнее, но связь — слабее. Глубина связи узнается тем, насколько велико чувство вины, ко­торое испытывает партнер, освобождающийся от отношений. Индиви­дуум, разрывая вторые отношения, испытывает меньшее чувство вины, чем при первом расставании. Но как бы то ни было, вторая семейная си­стема имеет преимущество перед первой.

Хартмут: Я чувствую себя обновленным и полным энергии. Как го­ворят, «истина сделает нас свободными». Словно я нахожусь в начале внутреннего освобождения.

Иерархия порядков

Б.Х.: Мне хотелось бы еще кое-что сказать об иерархии порядков, прежде всего о порядке родительской семьи. Каждая семейная группа подчиняется определенной иерархии, которая определяется моментом вступления разных индивидуумов в систему. Такой порядок действует как в семьях, так и в организациях.

Иерархия внутри семейств

Б.Х.: Когда в какой-либо семье происходит трагедия, причиной все­гда является то, что один из членов низшего ранга нарушил правила пер­воначального порядка, царящего в его семейной системе. Значит, он по­зволил себе что-то, что позволено только членам системы высшего ран­га. Такая «дерзость» часто бывает объективной, а не субъективной.

Когда ребенок старается принять на себя кару или следствия вины своих родителей, то такая попытка является самонадеянной, он переоце­нивает свои силы. Но ребенок этого не замечает, так как делает это из любви. Он не слышит голоса совести, предупреждающего его. Поэтому все герои известных трагедий слепы. Они уверены, что совершают что-то хорошее и великое, но такое убеждение не спасает их от гибели.

Ссылка на добрые намерения или спокойную совесть, которая приво­дится героем (в большинстве случаев уже после происшедших событий), не изменяет результатов и последствий этих событий для самого героя.

Ребенок не в состоянии защититься от своей самонадеянности, так как ее питают наилучшие побуждения и любовь. Только позже, когда он

42

уже вырастет и поймет, в чем дело, он сможет сбросить с себя оковы сво­ей самонадеянности и спуститься на то место в системе, которое ему со­ответствует. Но ребенку трудно вырваться из присвоенной себе позиции, потому что тогда ему ничего другого не останется, как встать на собствен­ные ноги. Тогда ему потребуется начать свою жизнь с нуля и полагаться только на собственные силы.

На своем собственном месте индивидуум полностью сосредоточен на самом себе. На прежнем же своем месте, которое человек занял само­надеянно, он живет как будто вне себя и является отчужденным от само­го себя.

Так, в семейной терапии терапевт в первую очередь обращает внима­ние на то, позволяет ли себе пациент что-то, на что не имеет права. Если пациент находится в такой ситуации, то терапия должна быть сконцент­рирована именно на этом.

Интимная сфера

Ребенок не должен знать никаких интимных подробностей любов­ной связи родителей. Это не его дело, не касается оно и третьих лиц. Если один из партнеров рассказывает кому-либо о подробностях своей интим­ной жизни, то это нарушение доверия, ведущее к дурным последствиям, прежде всего к разрушению связи. Интимные подробности принадлежат только тем, кто входит в эту связь. Например, недопустимо, чтобы муж­чина рассказывал своей второй жене интимные подробности связи с пер­вой женой. Все, что принадлежит интимной связи между мужчиной и женщиной, должно оставаться тайной. Если родители рассказывают обо всем своим детям, это оборачивается дурными последствиями для детей. Например, если у матери был аборт, дети не должны ничего об этом знать. Это часть интимной связи родителей. Что касается терапевта, то ему тоже нужно рассказывать только то, что не роняло бы достоинства партнера. Иначе связь разрушится.

Ранг отношений в случае развода

Участница курса: А что делать, если родители разведены и дети спра­шивают: «Почему вы разошлись?»

Б.Х.: Тогда им надо сказать: «Это не ваше дело. Мы разошлись, но все равно остаемся для вас отцом и матерью». И действительно, отношения между родителями и детьми не прекращаются после развода. Но в жизни часто бывает так, что при разводе по решению суда дети остаются с од­ним из родителей. Но в любом случае родительские права и обязанности сохраняются полностью и после развода. Только связь между партнера­ми разрушается. И спрашивать, с кем из родителей дети хотят остаться,

43

тоже нельзя. В таком случае дети будут вынуждены выбирать между ро­дителями — в пользу одного и против другого.

Этого нельзя от них требовать. Родители должны обсудить между со­бой, с кем из них останутся дети, и потом сообщить им о своем решении. Даже когда дети протестуют, они чувствуют себя свободными и счастли­выми, так как их не принуждали делать выбор между родителями.

Участница курса: Не стараются ли многие родители снять с себя вину перед детьми, рассказывая им, что именно в их отношениях являлось неудачным?

Б.Х.: Следует знать, что разводы происходят без вины партнеров. Они, как правило, неизбежны. Тот, кто ищет виноватого или старается опре­делить вину каждого, отказывается признать неизбежное. Он ведет себя так, будто существуют другие способы решения проблемы. А это оши­бочно. Разводы — следствия каких-то системных переплетений. Каждый из партнеров находится в своих определенных переплетениях. Поэтому как терапевт я никогда не ищу виноватого или того, что послужило при­чиной развода. Я говорю им, что сейчас все уже позади, они должны при­нять свою боль, несмотря на то, что вначале у них были только хорошие намерения. Если оба партнера обладают достаточной силой для того, что­бы принять свою боль, им удается разойтись мирно и вместе разрешить проблемы, связанные с разводом. Только при таких условиях каждый из них может вступить в новое будущее.

Это мой способ психотерапии, благодаря которому все чувствуют себя освобожденными.

Участница курса: Я принимала участие в одном исследовании, по­священном психологическим последствиям развода для детей, и мне было бы интересно узнать твое мнение вот о чем. Оказалось, что когда родите­ли сообщают детям о своем намерении развестись, дети считают, что это они сделали что-то неправильно и поэтому родители хотят расстаться.

Б.Х.: Когда брак родителей распадается, дети всегда считают себя виноватыми. Они предпочитают обвинять себя, а не родителей. Чувство вины у детей намного снижается, если родители говорят им: «Мы реши­ли разойтись как пара, но все же остаемся вашими родителями, а вы — нашими детьми».

Участница курса: Я могу согласиться с этим. Тем не менее я много раз наблюдала, что дети сомневались в том, что они не виноваты, так как родители выглядели очень разочарованными. Что должен предпринять терапевт в таком случае?

Б.Х.: Я только что ответил на этот вопрос. Но, кроме того, надо доба­вить, что лучше всего будет, если дети смогут жить с тем из родителей, который больше уважает бывшего партнера в детях. Как правило, это муж. Скорее муж уважает свою бывшую жену в детях, чем жена уважает в них своего бывшего мужа, их отца. Почему это так, я не знаю, но это можно

44

видеть в ходе расстановок семей. Парам, которые окончательно решили развестись, я всегда разъясняю, что для благополучия детей каждому из партнеров рекомендуется продолжать в детях первоначальную любовь к бывшему партнеру, то есть ту любовь, какой она была вначале, а не то чувство, в которое она превратилась в конце. Надо возвратиться к нача­лу. Начало связи для большинства пар является блаженным временем, временем глубокой близости. После развода партнеры должны смотреть на детей, вспоминая эту первоначальную близость.

Иерархия в организациях

Б.Х.: В организациях наряду с порядком происхождения существует иерархия функций и важности задач. Администрация, например, имеет более высокий ранг, чем другие отделения, потому что ее задача — сохра­нение организации и обеспечение связей с внешним миром. Высший ранг администрации в организациях (то есть в системных единицах) подобен высшему рангу мужа по отношению к жене в семье.

Например, администратор клиники находится наравне с ее шефом; он — его правая рука. Функции шефа и администрации создают базу для всех остальных функций организации. Врачи занимают второе место, хотя их работа кажется самым важным аспектом цели клиники, подобно жене, которая с точки зрения цели семьи кажется важнее, чем муж. Следую­щий уровень занимают медицинские сестры как самостоятельный кол­лектив; затем следуют все вспомогательные службы (работники кухни и т. д.) тоже как отдельные группы. Иными словами, внутри всех организа­ций существует иерархия групп, согласно выполняемым ими функциям.

Одновременно внутри каждой группы между ее членами наряду с иерархией по функциям существует иерархия по происхождению. Сле­довательно, тот врач, который вошел во врачебный коллектив раньше, занимает более высокое место в групповой иерархии, чем те, которые пришли после него. Эта иерархия формируется независимо от функций врача и базируется исключительно на его временной очередности при­надлежности к группе.

Например, если в такой группе назначен новый главный врач, то есть врач, который до сих пор не являлся членом этого коллектива, с точки зрения порядка происхождения он занимает самый низший ранг в груп­пе, хотя он и главврач. Значит, он должен управлять этим коллективом, как будто он последний по рангу. Это не представит для него никаких трудностей при условии, что он рассматривает свои функции как службу группе. Такое управление из последней позиции в иерархии особенно эф­фективно, если у начальника есть понятие о том, как это делается. Тот, кто управляет из последней позиции, добьется расположения к себе, если только будет соблюдать правило очередности. Иными словами, он дол-

45

жен возглавлять группу, но управлять так, как будто он находится на низ­шей позиции.

Иногда наблюдается очередность и между отделениями и коллекти­вами внутри одной организации. Например, вновь созданное отделение в больнице занимает последний ранг по отношению к другим отделени­ям, если только это отделение не приобретает такую важность, когда дру­гие старые коллективы становятся зависимыми от него.

Участница курса: Мне хотелось бы узнать, может ли такой началь­ник уволить подчиненного, занимающего в группе высший ранг по хро­нологической очередности?

Б.Х.: Если начальник уволит его несправедливо, в коллективе обяза­тельно возникнет атмосфера неуверенности, ведущая к распаду группы. Но если кто-то был уволен, потому что он просто наломал дров, то это нормально. А если подчиненный не исполнил своего долга или оказался некомпетентным, его можно понизить в должности, но его ранг в кон­тексте порядка происхождения не снизится. Иначе говоря, здесь надо проводить различие между областью выполняемых функций и областью порядка происхождения.

Организация распадается, когда одна из ее групп, имеющая низший ранг, позволяет себе то, что находится в компетенции только коллектива высшего ранга, например, когда администрация старается управлять шефом организации, вместо того чтобы подчиняться ему. Или когда в рамках одного из подразделений подчиненный низшего ранга позволяет себе то, что подходит только сотруднику высшего. Конечно, во всех груп­пах, ведется борьба за более высокую или за высшую позицию. Все это нормально при условии, что усилия борющихся индивидуумов основа­ны на настоящей компетенции и реальных достижениях, которые совер­шаются на пользу группе, а также что все члены группы соблюдают и вторую систему ранговой очередности. Это подобно борьбе оленей за са­мок, которые остаются в стаде после того, как старый вожак ушел. То же самое наблюдается и в организациях. Я не хочу объяснять подробнее, так как любой, взглянув на это, может и так все понять.

Возражение

Гертруда: Я сейчас все еще думаю о существовании таких иерархий, и когда ты нам о них рассказал, у меня сразу возникло определенное чув­ство, которое я сейчас уже не могу точно реконструировать, но примерно так: а не женился ли бы он все-таки тогда на мне? Эта мысль очень меня затронула и была, в общем, приятной. Но как только она возникает, я сразу же стараюсь отбросить ее.

Б.Х.: Однажды одному очень голодному человеку было позволено сесть за богато накрытый стол, на что он сказал: «Да этого просто не мо­жет быть!» - и продолжал голодать дальше.

46

Решение не иметь детей

Софи: Меня зовут Софи. Мне 37 лет. Я психолог и открыла соб­ственную врачебную практику полгода назад. Я замужем уже десять лет.

Б.Х.: У вас есть дети?

Софи: Нет. Как раз об этом я и хотела сейчас сказать. Этот вопрос стал сейчас для нас актуальным, так как мы находимся в таком возрасте, когда должны принять какое-то решение по этому поводу.

Б.Х.: Все уже решено.

Софи: Уже решено? У нас не будет детей или как?

Б.Х.:Д».

Софи: Хм. Почему ты так думаешь?

Б.Х.: Это видно.

Софи: Да, вообще-то я сама себя спрашиваю об этом уже в течение некоторого времени.

Б.Х.: Вы это для себя уже так решили и теперь не должны отрекаться от своего решения. Точка! Иначе вы застрянете на этом.

Осуществленное и неосуществленное

Б.Х.: Мне хочется добавить к сказанному кое-что существенное. Ре­шаясь на что-то, мы должны, как правило, отречься от чего-то другого. То, на что мы решаемся, является тем, что есть, тем, что осуществится. Остальное — то, от чего мы отрекаемся, — является неосуществленным (по сравнению с осуществленным).

Значит, каждое осуществленное, то есть каждое существующее в бы­тии, окружено небытием. Осуществленное невообразимо без небытия. Их нельзя разделить. Неосуществленное имеет свою силу воздействия. Оно не ничто, оно просто то, что не осуществилось. И если мы презира­ем то, что является неосуществленным по отношению к осуществленно­му, то это неосуществленное лишает чего-то осуществленное. Например, если какая-либо женщина делает выбор в пользу карьеры в ущерб семье и детям и при этом презирает и пренебрегает всем тем, что связано с се­мейной жизнью, мужем и детьми, то это неосуществленное отнимает что-то у того, что она выбрала для себя. Осуществленное уменьшится в неко­торой степени. Напротив, если она ценит свое неосуществленное, кото­рое оставила ради карьеры, это неосуществленное добавляет что-то к выбранному ею. Осуществленное станет этим в большей степени и более значимым. Понимаешь?

Софи: Да.

Б.Х.: Если хочешь, можешь применить это сейчас на практике для твоей ситуации.

47

Последствия подобного выбора для отношений

Софи: Вначале я приняла решение не в пользу карьеры, а в пользу отношений с мужем, потому что мне казалось, что наша связь разрушит­ся, если у нас будет ребенок. И когда ты сказал, что мы оба решили не иметь детей, я внезапно осознала, что это я не хотела детей. А прежде мне все же казалось, что я не имею права лишать моего мужа ребенка.

Б.Х.: Если это твой муж хочет ребенка, а не ты, то это значит, что ваши отношения подходят к концу. Ты не должна забывать, что последствием твоего решения будет конец отношений. Если ты не принимаешь этого во внимание, то ошибаешься. Но если твой муж все-таки настаивает на том, чтобы остаться с тобой, ты должна по достоинству оценить такое решение.

Враждебное настроение

Ида: Меня зовут Ида, я здесь вместе с моим мужем Вильгельмом. У нас собственная фирма, и мы очень заняты. Я являюсь доверенным ли­цом фирмы, матерью и домохозяйкой. Кроме того, мне хотелось бы ра­ботать по моей настоящей специальности — психологом, но сейчас это невозможно. Больше всего мне хотелось бы выяснить сегодня один вол­нующий вопрос: в последний раз, когда мы виделись с тобой, я замети­ла, что была враждебно настроена к тебе.

Б.Х.: Я думаю, ты всегда была немного враждебна по отношению ко мне.

Ида: Да, немного. Но сейчас мне чего-то не хватает. Ты всегда был как бы внутри меня, и когда у меня была какая-то важная проблема, я всегда говорила себе: «Ах, напишу-ка я Берту!» — и начинала писать тебе письмо, много раз его исправляла, а ночью или днем у меня вдруг само собой находилось решение, и мне не приходилось тебя беспокоить. Но вот уже два года как это исчезло.

Б.Х.: Тут что-то не разрешено.

Ида: Мне хочется вернуть это, потому что оно было для меня таким благом!

Б.Х.: Если что-то больше не функционирует, оно должно быть заме­нено чем-то лучшим.

Ида: Ах, я не могу это лучшее найти!

Б.Х.: Мы можем поискать вместе. Посмотрим, найдем ли мы что-то лучшее или кого-то лучшего.

Ида: Я очень сожалею, что...

Б.Х.: Я сделал тебе предложение. Ты согласна?

Ида: Да. У меня есть еще кое-что: вчера я подрезала себе челку.

Б.Х.: Но недостаточно коротко.

Участники смеются. (Как-то Хеллингер заметил, что женщины с очень длинной челкой, лезущей в глаза, психически не очень уравнове­шены, и чем длиннее челка — тем больше).

48

Б.Х.: Что-то еще?

Ида: Да, несмотря на суматоху, я чувствую себя неплохо.

Плохие отметки в школе

Вольфганг: Меня зовут Вольфганг. Я преподаю в университете и не­много занимаюсь терапевтической практикой. Я не знал, что здесь пре­доставляется так много возможностей поговорить и о личных пробле­мах. Я женат, у меня двое детей. Меня действительно очень глубоко заде­вает и уже давно является проблемой то, что мои дети иногда приносят плохие оценки из школы. В настоящий момент это касается моего сына.

Б.Х.: А ты сам получал хорошие оценки в школе?

Вольфганг: Я очень хорошо учился в начальных классах, в старших классах моя успеваемость очень снизилась, и я больше не смог быть хо­рошим учеником.

Б.Х.: Ты должен сказать своим детям, когда они получают плохие оценки: «Со мной было то же самое; я пережил в школе перелом, после которого не смог больше оправиться».

Вольфганг: Я должен это обдумать.

Б.Х.: Ты должен им это сказать, не обдумывая. Просто сказать.

(Группе): Скажет он это им? Не скажет. Он избегает решения проблемы.

(Вольфгангу): Как-то раз одна женщина рассказала мне о своих про­блемах с дочерью. Девочка была влюблена в Майкла Джексона. Она воз­вела ему алтарь, каждое утро молилась перед ним, и когда у Майкла Джек­сона был кашель, она тоже кашляла. Что было делать матери? Я предло­жил ей сказать дочери: «Я тоже была такой».

Тебе известно, в чем состоит дилемма при использовании хорошего медикамента? Его можно просто проглотить, и он подействует. Но тому, кто сначала старается разобраться в его химическом составе, будет труд­нее это лекарство проглотить.

Пережитый траур

Роберт: Меня зовут Роберт, я работаю бизнес-консультантом. У меня трое взрослых детей, мой младший сын живет вместе со мной.

Б.Х.: Ты разведен?

Роберт: Нет. Мы просто не живем вместе.

Б.Х.: С каких пор?

(Роберт начинает всхлипывать.)

Б.Х.: Подними глаза! Это чувство делает тебя слабым. Слезы ничем тебе не Помогут. Взгляни на меня. Ты меня видишь? Какого цвета мои глаза?

(Группе): Нужно попробовать отвлечь свое внимание на что-нибудь Другое, тогда можно избавиться от этого чувства.

4 - 3099 49

(Роберту): Как долго вы не живете вместе?

Роберт: Полгода.

Б.Х.: Кто из вас больше не хотел жить вместе?

Роберт: Она.

Б.Х.: А что у вас произошло?

Роберт: Она просто больше не хотела.

Б.Х.: Обрати внимание на то чувство, которое ты сейчас испытыва­ешь. Когда ты почувствовал это в первым р? -°

Роберт: Я думаю, очень давно.

Б.Х.: Сколько лет ребенку, испытывающему это чувство?

(Группе): Вы сможете увидеть эгого ребенка, если внимательно по­наблюдаете за Робертом.

(Роберту): И сколько приблизительно лет ребенку?

Роберт: Три.

Б.Х.: Точно. И что случилось, когда тебе было три года?

Роберт: Моя самая младшая сестра умерла.

Б.Х.: Твоя сестра. Вот оно что

(Группе): Здесь мы наблюдаем смещение одной старой ситуации и одного прежнего чувства на настоящее. С такими старыми чувствами человеку нельзя решать его настоящие проблемы. Эти чувства должны остаться там, где им место, и там же должны подвергнуться терапевтическому лечению.

(Роберту): Сейчас мы займемся расстановкой твоей нынешней семьи.

Роберт: Нет, не сейчас. (Всхлипывает.)

Б.Х. • Я даю тебе последний шанс.

(Роберт расставляет свою теперешнюю семью.)

Расстановка:

Дочь замещает умершую сестру отца

Б.Х (Роберту): Состояли ли вы - ты и твоя жена — в браке или были помолвлены до того, как поженились?' Роберт: Нет.

Рис. 2.1: ^^

М — муж (Роберт); Ж - жена; 1 — первый ребенок, дочь; 2 — второй

ребенок, сын; 3 — третий ребейок, сын.

50

Б.Х.: Как чувствует себя муж?

Муж: Я чувствую себя потерянным, хотя стою в ряду.

Б.Х.: Как чувствует себя жена?

Жена: Я чувствую, что смотрю в неправильном направлении. Я гля­жу на моего старшего сына и хочу повернуться.

Б.Х.: И какие чувства ты испытываешь?

Жена: Нехорошие.

Б.Х.: Как чувствует себя дочь?

Первый ребенок: У меня хорошее место, но я могу видеть только отца.

Б.Х.: Как чувствует себя старший сын?

Второй ребенок: Мне хорошо, потому что я могу видеть всех, но мне немного не хватает контакта с ними.

Б.Х.: Как чувствует себя младший сын?

Третий ребенок: Я нахожусь в очень сильной конфронтации к моему старшему брату, и поэтому мне очень плохо. Но с другой стороны у меня приятное чувство, потому что я нахожусь между своими родителями.

Муж: Хочу еще добавить, что я не воспринимаю жену, а только дочь. Когда я сказал, что чувствую себя потерянным, это чувство пришло ско­рее снизу. У меня приятные чувства близости по отношению к младшему сыну.

Б.Х. (Роберту): Что случилось с твоей младшей сестрой?

Роберт: Она умерла, когда мне было три года.

Б.Х: От чего?

Роберт: От воспаления легких.

Б.Х: Поставь свою сестру к остальным.

рис. 2.2:

+ СМ — рано умершая сестра мужа.

Б.Х. (группе): Здесь видно, что дочь идентифицируется с младшей се­строй отца. Она замещает для своего отца его умершую сестру. Что изменилось у мужа?

51

Муж: Я весь похолодел.

Б.Х.: Как чувствует себя сейчас дочь? Лучше или хуже?

Первый ребенок: Я очень возбуждена.

Жена: Что-то стало мне понятным. У меня такое чувство, будто я должна сейчас проникнуть туда. Чувства у меня стали другими, более приятными.

Б.Х. (группе): В этой расстановке младшая сестра мужа - самая важ­ная фигура. Семейная система нарушается, когда по каким-то причи­нам не хватает кого-то важного. Часто это бывают умершие в детстве се­стра или брат кого-либо из родителей.

Как только мы добавим в расстановку эту фигуру, в системе возника­ет новая энергия. Только после этого что-то может измениться.

(Умершей сестре): Какие у тебя чувства?

Сестра мужа: Мои чувства не очень ясные.

(Б.Х. ставит умершую сестру рядом с ее братом, т. е. Робертом.)

Рис. 2.3

Б.Х.: Как сейчас чувствует себя жена?

Жена: С ума можно сойти, но сейчас я могу спокойно повернуться к моему мужу.

(Б.Х. переставляет членов семьи по-новому.)

Рис. 2.4 52

Б.Х.: Как сейчас чувствует себя муж?

Муж: Когда мою сестру поставили рядом со мной, мне стало очень приятно, и еще мне приятно, когда моя жена сейчас здесь. Но у меня та­кое чувство, что им нужно поменяться местами друг с другом.

Б.Х.: Возможно, ты прав.

Рис. 2.5

Муж: Так — хорошо.

Жена: Сейчас я чувствую себя по-другому, лучше.

Б.Х: Как чувствует себя умершая сестра?

Сестра мужа: Хорошо.

Б.Х.: Как чувствуют себя дети?

Все: Хорошо.

Б.Х. (жене): Как ты себя чувствуешь, когда твои дети стоят напротив тебя?

Жена: Тоже хорошо.

Б.Х. (Роберту): Иди и встань на свое место в расстановке.

Роберт (идя на место мужа): Я всего этого не понимаю.

Б.Х.: Тебе не нужно понимать, просто встань на свое место.

(Роберт недоверчиво трясет головой.)

Б.Х. (группе): Вы видите, как тяжело для него решение? И как он про­тивится этому? Вот так оно и бывает иногда.

Уравновешивание сил с помощью плохого

Б.Х.: Вопрос в том, что же Роберту делать для того, чтобы его сестра смогла получить свое законное место, и на что надо обратить внимание.

Первое: Роберт чувствует себя виноватым перед своей маленькой се­строй, потому что он живет, а она умерла. У него преимущество, а она — в Невыгодном положении. Так он себе представляет. В подобных случаях ТОт> У кого преимущество, не берет от жизни то, что мог бы взять для со-3Дания равновесия. Он не пользуется своей жизнью во всей ее полноте,

53

то есть не берет свою жизнь и не берет жену, потому что старается дос­тичь равновесия со своей сестрой.

Это «слепая» реакция, действующая как принуждение, которому ник­то не в силах противостоять. И позади всего этого действует магическая вера в то, что сестре лучше, когда ему плохо, и что она живет, когда он умирает.

Порядки любви

Б.Х.: Но решение проблемы Роберта все же существует — на более высоком уровне. Мы можем преодолеть это слепое принуждение к уравно­вешиванию через плохое при помощи более высокого порядка, а именно — од­ним из порядков любви. Не просто любви (потому что принуждение к урав­новешиванию - тоже любовь), а более высокого порядка любви, в рамках которого мы признаем и собственную судьбу и судьбу другого, любимого че­ловека, двумя разными независимыми друг от друга судьбами и покоряемся им обеим со смирением.

Итак, что было бы для Роберта сейчас действием, ведущим к разре­шению проблемы? Сначала он должен всерьез поверить в то, что чув­ствует себя виноватым, и потом сказать своей сестре короткую освобож­дающую его фразу. Освобождающей фразой в данном случае было бы... Как ее зовут?

Роберт: Адельхайд.

Б.Х.: «Дорогая Адельхайд». Повторяй вместе со мной. Скажи: «Доро­гая Адельхайд». Скажи это!

(Роберт всхлипывает.)

Б.Х.: Ты не должен так на это реагировать, потому что это нехорошо для твоей сестры.

(Кучастникам): Когда Роберт ведет себя подобным образом, смерть для его сестры - зло вдвойне, потому что он ведет себя так, словно ее смерти недостаточно, еще и он должен умереть из-за того, что она умер­ла. Он ухудшает судьбу своей сестры своим трауром и нежеланием при­нять мысль о том, что она любит его так же сильно, как и он ее.

Несмотря на то, что Роберт сопротивляется существующему реше­нию проблемы, я скажу, в чем это решение состоит: брат должен сказать умершей сестре: «Дорогая Адельхайд, ты умерла, я же еще немного поживу, а потом тоже умру». Это и есть та фраза, которая уравновешивает и в то же время освобождает. Кроме того, в ней содержится смирение. Это ко­нец самонадеянности. Он в согласии с умершими - и живет.

Второе. Я рекомендую следующее упражнение, которое поможет и Роберту, и его сестре: в течение одного года он показывает ей мир. Он представляет себе, что берет свою маленькую сестру за руку и показыва­ет ей красоту мира. Например, Роберт может показать ей свою жену и

54

детей. Это было бы одной из возможностей. При этом он помогает ей познакомиться с тем, что она не смогла увидеть.

(Роберту): Если у тебя возникнут какие-нибудь трудности в жизни, постарайся преодолеть их, представляя, что твоя сестра рядом с тобой. Или возьми от ее судьбы силу, необходимую для осуществления чего-то, что ты иначе никогда не смог бы совершить, например, выстоять в дей­ствительно трудных обстоятельствах. Хотя сестры больше нет, ее преж­девременная смерть будет оказывать положительное воздействие на на­стоящее. Тогда сестра продолжает жить через тебя. И это примиряет с ее смертью. Это было бы еще одним способом уравновешивания.

Уравновешивание с помощью уважения

Ида: Долгое время, в течение которого я над собой работаю, я не вспо­минала об одном человеке, которому должна была бы отдать должное. Этот человек - моя сестра.

Б.Х.: А что с ней? -

Ида: Она была самой старшей. Она перекрыла мне дорогу к матери, и я всегда видела в ней только негативное. Конечно, в ней было негатив­ное, но она многое дала мне. И я ей многим обязана.

Б.Х.: Ах, наконец-то я слышу что-то, о чем можно так откровенно поведать.

Ида: Я всегда стремилась сделать что- го хорошее для нее, но не вышло.

Б.Х.: Естественно, так не пойдет. Единственное, что можно и нужно делать в такой ситуации - уважать. Вначале это только внутренний про­цесс, а потом его можно будет облечь в слова, например, так: «Я знаю, как много ты мне дала, я ценю это, и все то, что я получила от тебя, все время со мной». Это самое большее, что можно сделать, больше, чем ста­раться достичь уравновешивания, просто отдавая.

Расстановка: Жизнь за счет других

Клара: Меня зовут Клара. Я педагог и, кроме того, изучаю психоло­гию. Здесь мне хотелось бы решить одну проблему, касающуюся моей семьи.

Б.Х.: Какую?

Клара: Проблему, касающуюся моих сестер и братьев. У меня две стар­шие сводные сестры. Первая, Барбара, ребенок моей матери, вторая, Франциска, ребенок моего отца, но я не знаю ее.

Б.Х.: Чей это ребенок? Кто его мать?

Клара: Мой отец был все еще женат, когда познакомился с ее мате-РЬ1о, а немного позже он встретил мою мать. Это значит, что у него не было длительных отношений с матерью Франциски.

55

Б.Х.: Ты говоришь, твой отец был до этого женат?

Клара: Да.

Б.Х.: Что случилось с его женой? Почему он ее оставил?

Клара: Они стали чужими друг другу, потому что ему пришлось дол­гое время провести на фронте.

Б.Х.: У них были дети?

Клара: Нет.

Б.Х.: И после он познакомился с другой женщиной?

Клара: Да.

Б.Х.: И у них родилась дочь?

Клара: Да.

Б.Х.: Почему он на ней не женился?

Клара: Я думаю, потому, что вскоре после этого знакомства он встре­тил мою мать.

Б.Х.: Твоя мать была до этого замужем?

Клара: Нет.

Б.Х.: Но у нее был ребенок?

Клара: Да.

Б.Х.: А что с отцом этого ребенка?

Клара: Мать мне сказала, что сначала он не захотел жениться на ней, а потом ей не хотелось выходить за него замуж.

Б.Х. (группе): Представьте себе, что означает ее история с семейно-си-стемной точки зрения! Она живет за счет многих других членов ее систе­мы, которые расступились перед ней, чтобы освободить ей место. Сколь­ко их всех? Первая жена отца, первый ребенок отца и мать этого ребенка, мужчина из первой связи матери и их дочь. Сколько это будет вместе? Пять человек. В такой ситуации из уважения ко всем этим лицам ребенок по­старается добиться уравновешивания между «брать» и «давать» ценой соб­ственных потерь. Данный случай довольно сложен. Вероятно, мы не смо­жем найти решения. Здесь действует слишком тяжелая системная энер­гия. Принять жизнь в полной мере, когда человек получил ее за счет тако­го большого числа других, почти никому не удается.

(Кларе): Была ли у тебя попытка самоубийства?

Клара: Нет.

Б.Х.: Ты когда-нибудь думала об этом?

Клара: Нет.

Б.Х.: Слава Богу.

(Клара попала в автокатастрофу и с тех пор не может ходить.)

Б.Х. (Кларе): Сейчас мы расставим твою родительскую семью. Кто к ней принадлежит?

Клара: Мой отец, моя мать, я, первая жена отца, его вторая женщина, их дочь, которую я не знаю. Они не были женаты. Потом мужчина, от которого у моей матери был ребенок (дочь) до брака с моим отцом и сама эта дочь.

56

Партнеры и дети в родительской семье Клары:

О — отец Клары, вторая связь матери; М — мать Клары; 1ПМ — первый партнер матери, отец первого ребенка; 1 — ребенок матери от первой свя­зи, дочь; 1ЖО — первая жена отца; 2ЖО — вторая связь отца, мать второ­го ребенка; 2 — ребенок отца от второй связи, дочь; 3 — дочь (Клара).

Б.Х.: В какой очередности были рождены дети?

Клара: Сначала первый ребенок моей матери, потом - первый ребе­нок моего отца и самая младшая — я. Когда у моего отца родился ребенок от второй связи, он все еще был женат.

Б.Х.: Почему все-таки твоя мать не вышла замуж за отца ее первого ребенка?

Клара: Он был с кем-то помолвлен, когда мать его встретила, и сразу после рождения ребенка вернулся назад в ГДР.

Б.Х.: Он живет сейчас в ГДР и женат?

Клара: Я полагаю, да.

Б.Х.: Есть у него еще дети?

Клара: Я думаю, да.

Б.Х.: Это значит, что у твоей старшей сестры есть еще другие братья и сестры, которых она не знает. Для нее будет очень важным встретиться с отцом и этими братьями и сестрами.

Клара: Она этого не хочет.

Б.Х.: Тогда твоя мать должна это организовать для нее.

Клара: Она этого не сделает.

Б.Х.: Я расскажу тебе одну небольшую историю по этому поводу.

Они здесь

В одном из моих семинаров принимал участие молодой человек, ко­торый никогда в жизни не видел своего отца. Когда его мать была моло­дой, она познакомилась в Париже с одним французом и забеременела от Него. Тогда семья этого молодого француза сразу же женила его на ком-то Другом, так как во Франции женатый мужчина не должен был платить алиментов. Он сжег за собой все мосты, и девушка больше не знала, где Он- Ни адреса, ни малейшего намека на его местопребывание.

57

Когда сыну исполнилось двадцать лет, они вместе отправились во Францию, так как эта женщина внутренне словно соединилась с дедом своего ребенка со стороны отца, и он как будто руководил ею.

Во время этой поездки они случайно заехали в какую-то деревню и увидели на двери одного дома табличку с фамилией этого мужчины. Тог­да они вошли внутрь и спросили у женщины, которая там находилась, не знает ли она такого-то. Женщина крикнула им: «Один момент!» За­тем подошла к телефону, набрала номер и произнесла в трубку: «Они здесь».

(Кларе): Хорошо, расставь сейчас свою семью.

Участник курса (Кларе): А что случилось с первой женой твоего отца? Есть у нее семья? Она еще жива?

Б.Х..■ Сейчас это неважно. Нам не нужно так много информации. Когда мы думаем о слишком многих вещах, невозможно по-настоящему чувствовать.

(Кларе, которая ставит участницу, играющую ее роль, между участ­никами, играющими роли отца и матери): Твои родители разведены?

Клара: Нет.

Рис. 3.1:

О — отец Клары, вторая связь матери; М — мать Клары; 1ПМ — первый партнер матери Клары, отец ее первого ребенка; 1 — ребенок матери «па­ры от первой связи, дочь; 1ЖО — первая жена отца Клары; 2ЖО — вто­рая связь отца Клары, мать второго ребенка; 2 — ребенок отца Клары от второй связи, дочь; 3 — дочь (Клара).

58

Б.Х. ■ ° расставлю членов семьи в соответствии с их системными ме­стами.

Рис. 3.2

' Как чувствует себя второй ребенок? Второй ребенок: Лучше. Б.Х.: Поменяйся местами с матерью.

Рис. 3.3

59

Второй ребенок: Сейчас еще лучше.

Б.Х.: Как чувствует себя вторая женщина?

Вторая женщина: Хорошо.

Мать: Тоже.

Б.Х. (играющей роль Клары): Как чувствует себя самая младшая дочь?

Третий ребенок (играющая роль Клары): Вначале я себя чувствовала как-то странно рядом с отцом. Тогда моя мать еще стояла слева от меня. Я отвернулась от нее, повернулась к отцу и больше не видела ее. И когда сестра еще стояла передо мной, я думала: она как будто защитная перего­родка для меня, за которой никто не видит, какие у меня намерения по отношению к отцу. Что касается матери, я чувствую еще небольшое внут­реннее напряжение, но в целом все в порядке.

Б.Х.: Как чувствует себя самая старшая дочь?

Первый ребенок: Когда я еще стояла позади матери, то чувствовала себя очень могущественной. Я оказывала влияние на мою мать и сестер, но одновременно чувствовала себя чужой, не принадлежащей к ним. Сей­час же я чувствую себя «правильно распределенной», но уже не такой могущественной и сильной.

Б.Х.: Как чувствует себя отец старшей дочери?

Первый партнер матери: Когда я стоял позади матери моей дочери, то чувствовал тепло справа и меня все время тянуло туда, к ней. После того, как ты поставил меня сюда, это чувство уравновесилось. Но все же слева от меня чего-то не хватает.

Б.Х.: Конечно. Ведь там должна быть твоя нынешняя семья. А как чувствует себя первая жена отца?

Первая жена отца: Я чувствую себя так, будто привязана и не могу сдвинуться с места. И спрашиваю себя все время: «Что это такое? Я ни­чего не понимаю».

Б.Х.: Связь отца Клары с матерью Франциски и самой Франциской имеет превосходство над его первым браком. Она сменила этот брак.

Первый ребенок: Как я уже сказала, я чувствовала себя могуществен­ной, когда стояла позади матери, но в то же время рассерженной. Я не знаю почему. Я все еще чувствую себя сильной, но во мне присутствует еще и раздражение. Я чувствую себя самой сильной из всех, но меня раз­дражает, что здесь так много женщин.

Б.Х: Я хочу попробовать что-то другое и добавлю в расстановку не­весту твоего отца.

(Б.Х. добавляет в расстановку бывшую невесту первого партнера ма­тери Клары и ставит первого ребенка рядом с ней. Сначала он распола­гает ее слева от первого партнера матери, а потом - справа от него.)

Б.Х.: Как чувствует себя невеста?

Невеста первого партнера матери: Здесь, позади всех, мне хорошо.

Б.Х. (старшей дочери): Ты чувствуешь какую-то связь с этой женщи­ной, стоящей возле тебя?

60

Рис. 3.4:

Н1ПМ — невеста первого партнера матери (из ГДР).

Первый ребенок: Сейчас мне хочется уйти, уйти подальше назад.

Б.Х.: Встань рядом с невестой твоего отца. Как тебе?

Первый ребенок: Лучше.

Б.Х.: Как раз с ней ты идентифицируешься.

Первый ребенок: Мне здесь просто лучше.

Б.Х.: Это результат идентификации. У тебя чувства этой женщины. Она была жертвой любовных отношений между твоим отцом и матерью. И сейчас в данной группе ты чувствуешь злость так же, как и эта женщи­на. Это — ее чувства. Они — не твои.

(Кларе): Ты все это понимаешь?

Клара: Да.

Б.Х. (старшей дочери): Теперь вернись на свое прежнее место. Я толь­ко хотел знать, не идентифицируешься ли ты с ней.

(Участнице, играющей роль Клары): Как ты себя чувствуешь?

Третий ребенок: Когда ты поставил мою сестру рядом с невестой ее ОтЦа, я почувствовала, будто верхняя часть моей спины тянет меня на-заД- Эта тяга ослабла после того, как она снова встала рядом со мной.

Б.Х.: Поменяйся местами со своей матерью.

61

Puc. 3.5

Третий ребенок: Здесь мне лучше.

О/печ.' У меня такое впечатление, что здесь действуют весы, которые находятся в равновесии, и слева, там, где стоит дочь, - их ось. Когда моя дочь стояла по другую сторону от матери, ось была там, где я. Я даже фи­зически колебался тогда из стороны в сторону.

Б.Х.: Как чувствует себя мать?

Мать: Для меня все это просто странно. Все это меня не интересует. У меня нет никаких чувств. Но все же здесь, рядом с моей старшей доче­рью, мне лучше.

Первый ребенок: Я чувствую себя ответственной за мать, но не хочу этой ответственности.

Б.Х.: Мать принадлежит скорее к системе отца Барбары, своей пер­вой связи. В качестве всего лишь третьей по счету любовной связи отца Клары она не отваживается «взять» его, как могла бы первая по счету.

(Старшей дочери): Встань возле твоей самой младшей сестры!

Первый ребенок: Здесь мне не хватает воздуха. Я чувствую себя здесь очень хорошо, но мне не хватает воздуха.

Б.Х. (Кларе): Встань на свое место в расстановке.

Клара (уже стоя на своем месте в расстановке): Я чувствую сильную связь с моей старшей сестрой.

Б.Х.: Да, это так. Это потому, что вы не можете по-настоящему поло­житься на своих родителей.

62

Рис. 3.6

Клара начинает рыдать.

Б.Х.: Сейчас мы сделаем с тобой одно упражнение. Иди к первой жене отца и поклонись ей! Просто легкий поклон, но с уважением.

(Немного погодя): Теперь иди к матери Франциски и слегка склонись перед нею тоже!

(Еще немного времени спустя): Иди сейчас к своей второй сестре и обними ее!

(Клара обнимает ее, долго и громко всхлипывая.)

Б.Х.: Теперь иди к невесте отца твоей старшей сестры (Барбары) и поклонись ей!

(Немного времени спустя): А теперь — к отцу твоей старшей сестры и юже поклонись!

(После того, как она поклонилась): Вернись на свое место и взгляни вокруг! Взгляни на всех членов своей семьи!

(Играющий роль отца обнимает Клару.)

Б.Х.: Сейчас иди к матери!

(Клара обнимает ее, всхлипывая.)

Б.Х.: Вернись опять на свое место и снова посмотри на всех!

(Немного времени спустя): Так хорошо?

(Клара утвердительно кивает.)

63

Признание личной вины - источник силы

Хартмут: После расстановки семьи Роберта, видя, как он скорбит о рано ушедшей из жизни сестре, я долго думал о проблеме принятия на себя вины. Мне кажется, что я всю жизнь поступаю по какой-то опреде­ленной программе погашения долгов, заглаживания вины и даже нашел для этого оправдание в структурах христианской религии.

Б.Х.: Все, кто подчиняется христианским догматам, стараются заг­ладить какую-то вину или чувствуют себя обязанными это делать. И что еще хуже, они уверены, что это им по силам.

Личная вина человека - источник силы, при условии, что он при­знает ее. У того, кто признает, что он виноват, пропадает чувство вины. Чувство вины появляется тогда, когда человек старается вытеснить ее или внушить себе, что он не виноват.

Признавший свою вину таким образом получает силу. Вина превра­щается в силу. Но когда мы отрицаем свою вину или стараемся убежать от ответственности и последствий, тогда мы испытываем чувство вины и становимся слабыми. Признанная вина способствует достижениям, на которые мы иначе не были бы способны.

С другой стороны, когда человек берет на себя чужую вину и ее по­следствия, это делает его слабым. Он не в состоянии совершить ничего полезного. Наоборот, под влиянием чужой вины он совершает только плохое. Кроме того, он еще и ослабляет того человека, от которого пере­нял на себя вину, потому что, принимая вину другого на себя, он лишает его силы, необходимой для достижения чего-то хорошего.

Когда какой-либо индивидуум принимает на себя вину другого, слов­но он его заместитель, это с любой точки зрения производит плохое воз­действие. Поэтому ты должен был сказать своей матери: «Какой бы ни была проблема вины между тобой и отцом, я все же уважаю вас как роди­телей. Я принимаю все, что вы мне дали, а в остальном оставлю вас в покое!» Произнеся эти слова, ты оставляешь вину и ее последствия у ро­дителей. Твоя новая позиция позитивно отразится на них, даже если ты не произнесешь эти слова вслух. Твои родители должны посмотреть в глаза этой вине и ее последствиям, и ты станешь свободным, для того чтобы заняться своей собственной виной. Сейчас тебе все стало понят­ным?

Хартмут: Да.

Б.Х. (участникам): Есть у вас еще какие-то вопросы на эту тему?

Клаудия: Я еще не все хорошо поняла. Тот, кто принимает на себя вину другого, делает себя слабым, не так ли?

Б.Х.; Он делает слабым и того, чью вину он взял на себя, и себя самого.

Клаудия: Я поняла, что это делает слабым другого. Но и самого себя?

Б.Х.: Да. И самого себя. Это всегда ослабляет. У того, кто несет чужой крест, не остается никаких сил для осуществления позитивных действий.

64

Но когда кто-то несет свой собственный крест, свою вину и судьбу, это делает его сильным. Он несет его с высоко поднятой головой, и эта сила позволяет ему совершать великие дела.

Помочь отцу сохранить лицо

Приведу пример, поясняющий то, что я имею в виду. У одной из моих пациенток была навязчивая идея, что ей ни в коем случае нельзя уронить лица. Внешне она пыталась не терять престижа, например, постоянно меняя прически. У нее возникли подозрения, что ее отец был военным преступником, то есть это ему следовало бы постараться не уронить лица. Я посоветовал этой пациентке представить себе, что она ребенок, идет рядом со своим отцом, смотрит на него снизу вверх и говорит ему: «Папа, ты должен постараться не уронить лица, и я сделаю это за тебя». Это, собственно говоря, как раз то, чем она занимается. Но женщина не отва­жилась произнести эти слова, даже в качестве терапевтического упраж­нения, хотя она смогла бы таким способом разрешить проблему, конеч­но, ценой того, что отец попал бы в неприятное положение. Тогда и вина, и страх ушли бы туда, откуда они, собственно, появились, а она стала бы свободной. Но для этого ей понадобилось бы смирение. Но в подобных случаях у ребенка редко хватает смелости и силы так поступить. И тера­певт не должен вмешиваться в ход судьбы пациента, так как, если он все-таки это сделает, то поступит точно так же, как этот ребенок, то есть при­мет на себя то, на что не способен и не имеет права.

Страдать легче, чем разрешить проблему

Утэ: Меня зовут Утэ. Полтора года назад у меня произошло выпаде­ние межпозвоночного диска и с тех пор мучают постоянные боли в спи­не. Мне трудно понять, в чем дело, и кажется, что один из моих родите­лей меня не любит. Я объясняю свои проблемы со здоровьем еще и тем, что за последние пятнадцать лет у меня был ряд интенсивных, но непро­должительных любовных отношений.

Б.Х.: Боли в спине с психологической точки зрения всегда имеют одну и ту же причину, и лечить их очень легко: с помощью глубокого поклона.

Утэ: С помощью поклона?

Б.Х.: Да, с помощью поклона. Посмотри на себя, как ты сидишь! Твоя осанка — полная противоположность поклону. Смотри, вот так — глубоко, До самого пола. Я думаю, в твоем случае поклониться необходимо перед матерью. Ты как будто мысленно скажешь матери: «Яоказываю тебе честь и Уважение!» С помощью этой странной фразы ты сможешь разрешить свои проблемы, возникающие из отношений с матерью, и психологи­чески освободить себя.

5-3099 65

Утэ: Какая-то частв меня могла бы склониться перед ней, но не ду­маю, что достаточно глубоко.

Б.Х.: Если ты решишься на этот поклон, он должен быть до самого пола. Но для тебя, должно быть, выдерживать боли в спине легче, чем так поклониться. Страдать для тебя легче, чем решиться на действия. Поэтому тебя нечего жалеть.

Утэ: Я бы это охотно сделала, но во мне все еще таится злоба.

Б.Х. (группе): Это грубая ошибка, полагать, что пациенты желают из­бавиться от своих проблем. Часто они хотят просто получить их подтвер­ждение и настоящий случай - яркий пример этого.

Разрешение проблем путем смирения причиняет боль

Лео: Меня зовут Лео. Уже шестнадцать лет я работаю психиатром и терапевтом. Я очень доволен своей работой, но не могу сказать того же о моей родительской семье. Я живу в счастливых отношениях с матерью моих двоих детей, шести и девяти лет, но что касается моих родителей, мне кажется, будто у меня еще двое ребят. У моего отца что-то вроде преж­девременного маразма.

Б.Х.: Довольно высокомерно с твоей стороны!

Лео: Не отрицаю.

Б.Х.: Твою высокомерность нельзя не заметить.

Лео: Но я не знаю, в какой степени в этом виновата моя семья. Мои родители постоянно скандалят друг с другом, сколько я себя помню. Хотя они никогда не назвали бы это «скандалить». Когда-то они любили друг друга, но с детских лет я всегда был посредником между ними.

Б.Х.: Ты хочешь заставить меня одобрить твою интерпретацию ситу­ации и принять твою точку зрения. Если бы твоя интерпретация была верной, то проблема была бы уже разрешена. То, что проблема все еще существует, доказывает неправильность твоей интерпретации. Чем даль­ше такая интерпретация от реальности, тем больше человек уверяет себя в ее правильности, иначе правильное восприятие реальности поставило бы эту интерпретацию под сомнение. Итак, чего ты сейчас хочешь? Же­лаешь разрешения своей проблемы?

(Группе): Вы видели выражение его лица? Он не хочет найти решение проблемы. Поэтому я не буду сейчас этим заниматься.

Разрешение проблемы причиняет боль, независимо от того, было ли оно приятным или неприятным для пациента, потому что оно принуж­дает человека к смирению. Это и есть препятствие. Ты сейчас зол на меня?

Лео: В моей семье это рассматривалось бы как оскорбление, но я знаю, что чувствовать себя оскорбленным тоже ни к чему не приводит. Для меня очень важно решить проблему с моими родителями, так как сейчас она очень обострилась. Но я упорный и не сдамся, а буду продолжать.

Б.Х.: Очень хорошо. Согласен.

66

Прерванное движение любви к ...

Йоханн: Меня зовут Йоханн. По профессии я учитель начальных клас­сов, но сейчас преподаю охрану окружающей среды, а также являюсь специалистом по разбивке садов и парков и сам планирую их. Я здесь для того, чтобы поговорить о физических симптомах, которые меня не­прерывно сопровождают. У меня боли в плечах, частые головные боли и давящее чувство в области живота.

Б.Х.: Головные боли могут быть результатом того, что движение люб­ви к обожаемому человеку в раннем детстве было прервано. Как прави­ло, такое движение направлено к матери. Ты как раз производишь такое впечатление. То есть ты выглядишь как человек, у которого движение любви к матери было прервано в раннем детстве. Тебе приходилось в дет­стве лежать в больнице?

Йоханн: Да, два раза. В первый раз мне делали операцию (это случи­лось в относительно раннем возрасте), а потом со свинкой.

Б.Х.: Это могло бы объяснить твои симптомы. При таких симпто­мах движение любви к родителям, как правило, бывает прервано, и в этот момент у ребенка возникают чувства отчаяния, печали, очень час­то - гнева, покорности судьбе: «Ничего не помогает». Для того чтобы это исправить, пациент должен вернуться к моменту прерывания этого движения любви в детстве и постараться позволить движению совер­шиться до конца. Это можно сделать с помощью гипнотерапии или ме­тодом удерживающей психотерапии. Ты понимаешь, какую терапию я имею в виду?

Йоханн: Я слышал об этом методе.

Б.Х.: Эту психотерапию можно проводить и со взрослыми, но паци­ент будто возвращается в детство, чувствует себя снова ребенком, а тера­певт играет роль его матери, такой, какой она была тогда. Оба возвраща­ются к моменту, когда движение любви было прервано, и позволяют это­му движению дойти до цели.

Йоханн: Ты имеешь в виду, что поток моего желания отдать матери мою любовь и движение аффективных энергий к ней были прерваны?

Б.Х.: Точно. Движение ребенка к матери было прервано. Когда чело­век, у которого случилось такое прерывание потока аффективных чувств, став взрослым, вступает в отношения с другими людьми, например, с партнером, воспоминания об этом прерывании как будто всплывают из бессознательного и могут проявиться в форме психосоматических сим­птомов. То есть в ситуации, подобной той, в которой произошло первое прерывание, в том же «месте», на котором это уже однажды случилось, человек опять прерывает свое внутреннее движение любви. Вместо того чтобы совершить это движение до конца, он сворачивает от него в сторо-НУ и начинает движение по кругу, удаляясь от момента прерывания и сно­ва возвращаясь к нему. Я только что описал, что представляет собой не-

5*

67

вроз. Источником невроза является то место, где прервалось движение любви, а невротическое поведение - ничто иное, как это круговое дви­жение.

Описание проблемы показывает тебе и ее решение, так как правиль­ное описание всегда содержит в себе ответ на поставленный вопрос. Но ответ одновременно внушает страх. Совершить до конца однажды пре­рванное движение очень болезненно. Это самое болезненное пережива­ние вообще, потому что оно связано с чувством бессилия, очень глубо­кого бессилия.

Йоханн: Моя сестра рассказала мне о том, что когда мои родители пришли в больницу, чтобы проведать меня, им не разрешили подойти к моей постели. Им позволили только посмотреть на меня издали и, на­верное, для них это было ужасным. Но у меня не осталось никаких конк­ретных представлений об этом.

Б.Х.: Но теперь они у нас есть. Когда я сейчас смотрю на тебя, то ясно вижу, в каком возрасте ты был тогда и как плохо тебе было. Возьми стул и сядь близко ко мне, вот здесь, напротив.

(Йоханн берет стул и садится перед Б.Х.. Тот тянет вниз голову Йо-ханна, которую клиент прежде высоко запрокидывал, и мягко наклоня­ет ее.)

Б.Х. (группе): Здесь, в затылке, поток энергии был прерван, а сейчас он может снова свободно течь.

(Йоханну): Закрой глаза, дыши глубоко и постарайся вернуться дале­ко назад в детство. Дыши глубоко! Сопротивляйся слабости и используй свою силу. Так продолжай! Дыши сильно! Теперь скажи: «Пожалуйста!»

Йоханн: Пожалуйста!

Б.Х.: Громче.

Йоханн: Пожалуйста!

Б.Х.: Еще громче.

Йоханн: Пожалуйста!

Б.Х.: Да, продолжай так. Еще громче.

Йоханн: Пожалуйста!

Б.Х.: Хорошо. Продолжай так.

Йоханн: Пожалуйста! Пожалуйста!

Б.Х.: Вытяни руки. Ты можешь меня обнять. Скажи еще раз: «Пожа­луйста!»

Йоханн: Пожалуйста!

Б.Х: Как ты называл свою мать?

Йоханн: Мамочка.

Б.Х.: Скажи: «Мамочка, пожалуйста!»

Йоханн: Мамочка, пожалуйста!

Б.Х.: «Пожалуйста, мамочка!»

Йоханн: Пожалуйста, мамочка!

Б.Х.: «Пожалуйста!»

68

Йоханн: Пожалуйста!

Б.Х.: Произнеси это настойчиво.

Йоханн: Пожалуйста, мамочка!

Б.Х.: Громче.

Йоханн: Пожалуйста!

Б.Х.: Изо всех сил!

Йоханн: Пожалуйста! Пожалуйста!

Б.Х.: А сейчас произнеси это абсолютно спокойно: «Пожалуйста, мамочка!»

Йоханн: Пожалуйста, мамочка!

(Йоханн открывает глаза.)

Б.Х.: Как ты себя чувствуешь?

Йоханн: Хорошо.

Б.Х.: Ты видишь, как плохо было ребенку? Он был в отчаянии. Но потерянное можно наверстать. В этом упражнении вдох является приня­тием энергии, а выдох — движением к матери. Поклон также является движением любви к любимому человеку.

Боли в плечах

Гертруда: Я хочу поговорить о моих болях в плечах. У меня судороги в правом плече. Это моя давняя проблема. Я просыпаюсь каждую ночь от того, что не чувствую свою правую руку. Я не могу от этого избавиться. Я делаю специальные упражнения, но ничего не помогает.

Б.Х.: Когда у тебя возникают боли в плече, представь себе, что ты гла­дишь правую щеку мужа этой рукой.

Гертруда: У меня нет сейчас мужа.

Б.Х.: Тогда представь того, прежнего. Согласна?

Решить проблему без долгих раздумий

Каря: Твои слова «Усыновление ребенка должно быть аннулирова­но» не дают мне покоя. Поэтому я стараюсь постоянно концентрировать­ся на том, чем мы здесь занимаемся, чтобы не думать все время о том, что ты сказал.

Б.Х.: Ты можешь легко избавиться от этого. Знаешь как?

Карл: Если я это сделаю. (Смеется.) Я все еще между полюсами «за» и «против». Что касается альтернативы «за», меня очень затронуло то, что ты сказал о приведении в движение аффективной энергии в связи с го­ловными болями и болями в плечах и о том, какое воздействие оказыва­ют поклон и уважение. Я вспомнил об отце усыновленного нами маль­чика. Я думаю, что путь к решению аннулировать усыновление начина­ется с уважения отца ребенка.

69

Б.Х.: Очень хорошо. Ты все быстро усвоил. Решение проблемы дей­ствительно начинается с уважения отца.

Расстановка:

Мать пригрозила убить себя вместе с детьми

Тэя: Меня зовут Тэя. Я замужем. У меня четверо взрослых сыновей, которые больше не живут с нами. По профессии я преподавательница истории религии, но у меня еще есть диплом семейного терапевта. Про­блема, о которой мне хотелось бы поговорить, касается моего брата: чем старше я становлюсь, тем чаше об этом думаю. Сначала я считала, что это не так важно, но сейчас замечаю, что была не права.

Б.Х.: Что с ним?

Тэя: Он покончил жизнь самоубийством двадцать три года назад.

Б.Х.: Сколько ему тогда было лет?

Тэя: Двадцать девять.

Б.Х.: Как это случилось?

Тэя: Он повесился.

Б.Х.: И что в этом такого ужасного?

Тэя: Я замечаю, что всю жизнь, с самого детства, меня преследует чув­ство, будто я живу благодаря его смерти. Я даже сейчас все еще думаю, почему мне позволено жить, а он должен был умереть.

Б.Х.: Должен?!

Тэя: По-моему, ему это так казалось.

Б.Х.: Какой у него был повод для самоубийства?

Тэя. Повод был, но я думаю, он не может служить единственным объяснением.

Б.Х.: Какой все-таки была предположительная причина самоубий­ства?

Тэя: Он получил докторскую степень и, кроме того, работал научным ассистентом в университете. Какой-то другой ассистент пригрозил, что будет вставлять ему палки в колеса, и мой брат решил не подвергаться этому риску.

Б.Х.: Это не может быть причиной его самоубийства.

Тэя: Да, я тоже так думаю. Но, по-моему, все-таки непосредственная причина его самоубийства состоит в том, что он чувствовал: кто-то хочет его уничтожить. И тогда он уничтожил сам себя.

Б.Х.: В случае самоубийства в семье родственники воспринимают это как оскорбление. Они ведут себя так, будто у них есть право быть оскор­бленными, когда один из них решился на что-то подобное. Первый шаг к решению проблемы для тебя состоит в том, что ты скажешь своему бра­ту: «Я уважаю твое решение, и несмотря ни на что, ты остаешься моим братом».

70

Тэя: Этот шаг я совершила десять лет тому назад, но все еще не могу найти покоя. Я чувствую, что-то тут еще осталось.

Б.Х.: Нет, этот шаг ты не совершила, иначе ты была бы сейчас спо­койна.

Тэя: По-моему, я достигла того момента, когда смогла сказать: «Я при­нимаю то, что ты решил относительно своей жизни».

Б.Х.: Нет, нет, нет. То, что ты сказала, абсолютно не соответствует моим словам. Когда кто-то говорит другому: «Ладно, я принимаю твое реше­ние!», он говорит снисходительно и свысока. Но когда ты говоришь: «Я уважаю», тогда тот, кому это адресовалось, выше тебя. А что с твоими сыновьями? Кто-нибудь из них пытался повторить судьбу твоего брата?

Тэя: Мой второй сын.

Б.Х.: Это знак того, что твоя проблема все еще не решена. У него уже была попытка самоубийства?

Ъя: Нет.

Б.Х.: А говорил он об этом?

Ъя: Нет.

Б.Х: Тогда что же он такого делает, о чем ты так беспокоишься?

Тэя: Нет, у меня другое. Он похож на него и внешне и разделяет его идеалы.

Б.Х: Ты программируешь его.

Ъя: Хм, боюсь, что да.

Б.Х: Ты программируешь его посредством твоих наблюдений, твоих так называемых наблюдений. В чью область влияния он должен перей­ти, для того чтобы быть в безопасности?

Ъя: Отца.

Б.Х.: Правильно.

Тэя: Я работала над этим уже давно, но до сих пор мне это не удалось.

Б.Х.: Давай расставим твою нынешнюю семью. Кто к ней принадле­жит?

Ъя: Мой муж, я и наши четверо сыновей.

Б.Х.: Состоял ли кто-либо из вас, ты или твой муж, прежде в браке, был помолвлен или имел серьезные отношения с кем-либо?

Ъя: Нет.

Б.Х.: Принадлежит еще кто-то к твоей семье?

Ъя: Моя мать живет с нами, но я не знаю, какую роль она играет в семейной динамике.

Б.Х: Как давно она живет с вами?

Ъя: С тех пор, как второй сын переехал на собственную квартиру, около шести лет.

Б.Х.: Твой отец еще жив?

ТЪя: Он погиб на войне, когда мне было около четырех.

Б.Х.: Ты должна заботиться о матери, это понятно.

71

Тэя: Да, но это не та проблема, которую мне бы хотелось здесь обсудить.

Б.Х: Твой отец погиб, когда тебе было...?

Тэя: Почти четыре. В последний раз я видела его, когда мне было три года.

Б.Х.: Как он погиб?

Тэя: В России, под Сталинградом.

Б.Х.: Это подоплека самоубийства твоего брата. Он последовал за ним. Сколько лет было твоему отцу, когда он погиб?

Тэя: Тридцать. Моему брату было почти тридцать лет; он покончил с собой за несколько дней до своего тридцатилетия.

Б.Х: Да, это и в самом деле подоплека.

Тэя: Я этого не понимаю.

Б.Х.: Просто так оно есть. Дети так поступают. Как реагировала твоя мать на смерть отца?

Тэя: У нее были мысли о самоубийстве, о чем она нам, детям, и пове­дала.

Б.Х: Этот факт еще больше усиливает подобную семейную динами­ку. Она любила его?

Тэя: Да.

Б.Х.: Я не совсем в этом уверен.

Тэя: Нет, я думаю, она его любила.

Б.Х.: А я не уверен. Тот, кто любит, не реагирует на смерть любимого человека мыслями о самоубийстве.

Тэя: Вначале она была в отчаянии, а потом сказала нам: «Если мы проиграем эту войну (моего отца тогда уже не было в живых), тогда мы все вместе прыгнем в реку и убьем себя!» Я не знаю, связаны ли эти угро­зы самоубийства со смертью отца.

Б.Х.: Это угроза уже не самоубийства, а убийства!

Тэя: Да, в самом деле.

Б.Х.: История становится все более и более устрашающей. Хорошо, давай расставим твою семью.

Рис. 4.1:

М - муж; Ж — жена (Тэя); 1 — первый ребенок (сын); 2 — второй ребенок

(сын); 3 — третий ребенок (сын); 4 — четвертый ребенок (сын).

72

Б.Х.: Как чувствует себя муж?

Муж: Очень странно. Жена далеко от меня, а сыновья — еще дальше. Я чувствую, что контакт должен осуществляться через мою жену, но не видно никакого знака, что она этого желает, а двое сыновей напротив меня находятся слишком далеко для того, чтобы установить с ними кон­такт.

Б.Х.: Как чувствует себя старший сын?

Первый ребенок: Я вне себя. Я в ярости. А когда еще мать пришла сюда и стала между мной и отцом, это чувство усилилось! Я не принадлежу к этим людям, и я сердит.

Б.Х.: Как чувствует себя второй сын?

Второй ребенок: Мне бы хотелось отойти еще дальше от матери.

Б.Х.: Как чувствует себя третий сын?

Третий ребенок: Вначале у меня было чувство, что мне здесь все очень неприятно. Оба старших брата очень далеко. Мать отвернулась от меня. Потом я заметил, что будет лучше, если я сохраню трезвую голову и не буду погружаться в это неприятное чувство. И когда я повернулся к сво­ему младшему брату, то подумал, что должен за ним присмотреть, дол­жен вытащить его отсюда. Что касается меня самого, мне все ясно, но что касается его, тут я обеспокоен. О старшем брате я не беспокоюсь, он все­го лишь сердит.

Б.Х.: Как чувствует себя четвертый сын?

Четвертый ребенок: Хотя я стою напротив матери, у меня нет ника­кого контакта с ней. Отец тоже далеко от меня. Я чувствую себя немного одиноко. Самый тесный контакт здесь у меня с братом, который стоит рядом со мной.

Б.Х.: Как чувствует себя жена?

Жена: У меня нет сил взглянуть на мужчин. Я чувствую, что у меня как будто отнялись руки и тяжело повисли, и я не могу поднять глаза. Меня постоянно что-то заставляет глядеть в пол.

(Б.Х. переставляет членов семьи по-новому, таким образом, что взгляд жены направлен теперь в противоположную сторону от всех, а сыновья стоят напротив отца, выстроившись по возрасту.)

рис. 4.2

73

11

Б.Х.: Как чувствует себя отец сейчас?

Отец: Я бы не сказал, что мне ее не хватает. Мне нравится, что мои сыновья здесь так красиво выстроены.

Б.Х.: А как чувствует себя сейчас старший сын?

Первый ребенок: Здесь для меня все хорошо. Я не скучаю по матери.

Б.Х.: Как чувствует себя второй сын?

Второй ребенок: Хорошо. Вообще-то мне бы хотелось контакта с ма­терью. Но в остальном — все в порядке.

Третий ребенок: А я больше не беспокоюсь о младшем брате.

Б.Х.: А как чувствует себя самый младший?

Четвертый ребенок: Я чувствую себя существенно лучше в этой кон­стелляции. Она наделяет меня большой силой, и я как будто под защи­той. Мне только жаль, что матери здесь нет.

Б.Х.: Как чувствует себя жена?

Жена: Мне лучше. Я согласна с такой расстановкой.

Б.Х. (Тэе): К сожалению, такая констелляция — не совсем подходя­щее решение, но это то, что у нас на данный момент есть. Добавим в нее еще твоего отца и брата.

Рис. 4.3:

+ОЖ — отец жены, погиб на войне; +БЖ — брат жены, покончил с собой.

Б.Х.: Как сейчас жене?

Жена: Мне хорошо стоять позади отца и брата. Б.Х: Это из-за ее верности им. Она следует за братом и отцом. При такой верности личная жизнь не имеет никакого значения. (Мужу): Как ты себя чувствуешь сейчас? Муж: Неплохо.

Б.Х.: А как чувствует себя брат? Брат жены: Мне тоже хорошо.

74

Б.Х. (группе): Сейчас я попробую констелляцию с менее сильной аф­фективной динамикой. Поначалу терапевт должен постараться исполь­зовать экстремальное решение — до того, как перейдет к более слабому. Но, к сожалению, более слабое решение чаще всего остается только бла­гим намерением, а экстремальное в конце оказывает свое воздействие.

Рис. 4.4

Б.Х.: Как сейчас чувствует себя муж?

Муж: Жаль, что мои сыновья больше не стоят напротив меня.

Б.Х.: А как чувствует себя жена?

Жена: Я очень привязана к своей родительской семье. Мне хочется прислониться к моему мужу, но остальных я не хочу видеть.

Б.Х. (Тэе): Сейчас нам понадобится еще твоя мать.

(Б.Х. добавляет в расстановку мать жены — так, что она стоит спи­ной к другим.)

Рис. 4.5

+МЖ — мать жены.

75

Б.Х: Как чувствует себя мать на этом месте?

Мать жены: Неплохо.

Б.Х.: Что изменилось в ощущениях жены?

Жена: Хорошо, что она здесь. Теперь я могу взглянуть и на других.

Б.Х. (группе): Человек, который должен покинуть эту семью, - ее мать. Она потеряла свое право принадлежать семейной системе.

(Отцу жены): Как чувствует себя отец жены?

Отец жены: После того, как в расстановку пришла моя жена, кон­стелляция достигла завершенности.

Б.Х. (Тэе): Стань на свое место в расстановке.

Тэя (стоя на своем месте в расстановке): Мне нравится быть рядом с сыновьями. Но я не знаю, как насчет мужа...

Б.Х.: По крайней мере, ты могла бы смотреть на него по-дружески.

Муж: Она избегает любого контакта.

Б.Х.: Она должна сначала привыкнуть.

Один чукча поехал в отпуск в тропики. Но, ничего — через две неде­ли привык.

Тэя: Меня беспокоит еще то, что я стою между мужем и братом.

Б.Х: Подвинься поближе к своему мужу — настолько, насколько это возможно.

Муж: Три сантиметра все еще остаются.

Б.Х. (группе): Для Тэи тяжелое преступление - быть счастливой в бра­ке с мужем. Это означало бы, что она отвернулась от матери и осмели­лась быть счастливее, чем та. Здесь вам видно, какое мужества требуется от Тэи для достижения такого счастья.

Последствия угрозы убийства

и других тяжелых преступлений в семье

Б.Х.: Когда один из членов семейной системы убивает другого или имеет подобные намерения, он теряет свое право принадлежать к этой системе.

Улла: Просто из-за угрозы убийства?

Б.Х.: Да. Да. Просто из-за угрозы. Из-за угрозы убийства собствен­ных детей мать потеряла право принадлежать к системе и право на то, чтобы быть матерью.

Франк: Даже если она этого все-таки не совершила?

Б.Х: Да, даже в случае, если она не осуществила свои угрозы. То же самое наблюдается в случае тяжелых преступлений, совершенных одним из членов семьи вне ее. Тогда преступник тоже теряет право принадле­жать к своей семейной системе.

Однажды один из участников моего курса рассказал, что его отец, который был мэром города, отказался в конце войны сдать город. Из-за

76

этого еще больше людей погибло. После войны его приговорили к смерт­ной казни, но сам он был убежден в своей невиновности, а сын считал его героем. Но когда мы расставили его систему, стало видно, что отец потерял свое право принадлежать к ней. Тогда мы выставили его за дверь, и вся система успокоилась. Подобные ситуации существуют, но такого, что произошло в семье Тэи, я до сих пор еще никогда не наблюдал.

(Toe): Нет никаких сомнений: твоя мать потеряла свое право при­надлежать к семье, но это еще не означает, что твои обязанности по отно­шению к матери изменяются. Ты должна понять, что система, отравлен­ная убийством, как в случае с мэром, который косвенно был виновен в смерти множества людей, или, как в твоем случае — угрозами убийства, высказанными матерью, имеет тяжелые последствия для ее членов, на­пример, для твоего брата. По этой причине твои сыновья должны перей­ти из отягощенной виной области влияния в здоровую часть системы, то есть к отцу. Там они в безопасности.

Роберт: А аборт в рамках семейной системы тоже является убий­ством?

Б.Х.: Нет. Аборт не имеет таких последствий. Только при особенных обстоятельствах аборт может иметь подобные последствия.

Тэя: У меня еще один вопрос. Я смогла жить с этим дальше только потому, что моя мать загладила свою вину перед нами, детьми, тем, что в конце войны, когда мы оказались в Верхней Силезии, между двух фрон­тов, она старалась защитить нас собственным телом каждый раз, когда вокруг рвались гранаты. То есть в дальнейшем она часто пыталась спасти нас от смерти. Это было для меня как будто заглаживанием вины.

Б.Х.: Этим ничего нельзя исправить. Ее желание защитить вас явля­лось позитивным действием, и ты должна уважать ее за это. Но другое этим не исправляется, о чем свидетельствует самоубийство твоего брата. Часто мы думаем, что у нас есть возможность исправить что-либо таким образом и сделать так, будто этого никогда не происходило, например, путем искупления вины. Но это невозможно. Человек должен признать собственную вину. Иначе нельзя. Вину невозможно отменить или испра­вить. Но признанная вина дает человеку силу совершить что-то хорошее или великое. На систему это действует примиряюще, но сама вина не исчезает. Когда кто-то признает свою вину, это придает ему гораздо боль­шее внутреннее величие, чем прощение или заглаживание вины. Дей­ствительно, как можно простить или загладить что-либо подобное?! У человека нет ни способности, ни разрешения на это. Вина никогда не исчезает и действует в жизни как могучая энергия.

Карл: Я испугался твоих слов о том, что самоубийство брата Тэи яв­ляется чем-то вроде повторения смерти отца. Этого я не понял.

Б.Х.: Мне сейчас стало понятным, что эту систему надо рассматривать по-другому, это мать должна была покончить с собой, но сын сделал это вме­сто нее. В этом и заключается действительная динамика данной системы.

77

(Тэе): Соответствует ли это твоим чувствам?

Тэя: Да.

Клаудия: Значит, самоубийство сына не имеет ничего общего со смер­тью отца, а связано с угрозами убийства со стороны матери?

Б.Х.: Да. И хотя другая динамика, согласно которой сын из верности следует за погибшим отцом, здесь тоже действует, динамика, исходящая от матери, гораздо сильнее. Когда что-то более сильное выходит на пере­дний план, более слабое теряет свое значение. Динамика, имеющая боль­шое значение в других системах, здесь уже не важна, так как большая негативная энергия, вытекающая из угроз убийства со стороны матери, затмевает все остальное. В таких случаях терапевт должен работать с бо­лее сильной динамикой и не заниматься другой. Угрозы убийства со сто­роны матери затмевают все остальное.

Потерявший право

на принадлежность к системе

должен уйти

Георг: Ты сказал, что мать Тэи потеряла право принадлежать к семье. Мне было бы интересно узнать, в каких случаях человек теряет это право и как терапевт должен с этим обходиться.

Б.Х.: Это зависит от конкретного случая. Право на принадлежность всегда теряется в случае убийства одним членом семьи другого ее члена или же постороннего, а также если существует такое намерение или же когда кто-то совершил тяжкие преступления по отношению к другим, особенно к большому числу людей. Тогда виновный должен покинуть систему или быть исключенным из нее. Иначе вместо него исключит са­мого себя невиновный член семьи.

В одном из моих семинаров принимал участие ирландец, дед которо­го застрелил собственного брата во время борьбы за независимость. Но вместо того чтобы исключить из системы, его провозгласили героем. А в настоящее время его внук живет вдали от Родины, будто он не принадле­жит к своей системе, и еще вдобавок этот внук находится в ссоре со сво­им братом. При расстановке этой семьи я выдворил деда и сразу же на­ступил мир не только между братьями, но и в целой системе.

В другом моем курсе участвовала двоюродная внучка Германа Герин­га, который во времени «Третьего рейха» курировал концентрационные лагеря. Когда мы расставили ее семью, его дух все еще присутствовал в системе. Они сохранили драгоценную серебряную посуду, на которой было выгравировано его имя. Наступил мир и покой, после того как Ге­ринг в расстановке был выставлен за дверь и исключен из системы. Кро­ме того, я посоветовал пациентке избавиться от столового серебра, при­чем полностью и с условием, что посуду нельзя было продать, подарить

78

или использовать как-либо еще в собственных целях. Через год она пос­ледовала моему совету.

Георг: А когда какая-либо женщина обманула мужа или наоборот, те­ряют такие люди свое право на принадлежность к семье?

Б.Х.: Иногда они теряют его в рамках их нынешних семей, но не в родительской семье; туда всегда могут вернуться.

Доверие внутренней картине

Франк: Я спрашиваю себя, не должны ли мы в этом случае исходить также из того, что мать Тэи была одержима манией убийства?

Б.Х.: То, что ты сейчас говоришь...

Франк: Я еще не закончил.

Б.Х.: Но ты сказал достаточно для того, чтобы показать нам, какое действие имеют подобные вопросы. Факты не позволяют нам ставить их под сомнение безнаказанно. По моему опыту, происходит следующее: пациент сообщает мне о чем-то и вследствие этого у меня формируется внутренняя картина его системы. Тогда я сразу вижу, где господствует самая сильная аффективная энергия этой системы. Если же в этот мо­мент у меня возникают какие-то сомнения и я ставлю себе какие-либо гипотетические вопросы, эта картина исчезает. Каждый вопрос, постав­ленный картине, не только ведет к ее исчезновению, но и отнимает силу, необходимую для совершения действий, и у терапевта, и у самого паци­ента. Согласуется это с твоими впечатлениями?

Франк: Да, я знаю об этом, но в данном случае у меня остается еще один вопрос. Я тоже занимаюсь подобным видом терапии, и меня инте­ресует, можно ли взглянуть на констелляцию системы Тэи с моей точки зрения.

Б.Х.: Нет, это совсем другое. В данном случае действующая динамика видна. Когда мы задаем себе какой-либо неконкретный вопрос, у нас возникает только представление о соответствующей этому вопросу ситу­ации. Такое представление не обладает энергией реальности. Но если бы у тебя был какой-то конкретный случай и ты сообщил бы здесь о нем, тогда мы смогли бы конкретно им и заниматься. Но без этого вопрос ос­тается гипотетическим и не имеет никакой силы. Вопрос, как могла бы выглядеть гора, становится излишним, когда человек взглянет на нее.

Дагмар: У меня еще один вопрос. Нам известно, что мать Тэи живет с ней, а отца нет в живых. Как следует Тэе вести себя сейчас по отношению к матери?

Б.Х.: Если я отвечу на данный вопрос, то это отнимет силу у Тэи, так как вопрос касается ее самой, а она уже поняла, какой аспект проблемы является для нее самым важным. Задавая такой вопрос, ты отвлекаешь внимание от Тэи на собственную персону, а также от действия на инфор­мацию.

79

1

Дагмар: Но это часть и моего собственного вопроса!

Б.Х.: Нет. Ты присвоила себе чужой вопрос, но это тебе не позволе­но. Если у тебя есть вопросы, которые касаются твоих собственных дей­ствий, тогда ты получишь ответ на них. Но вопросы должны быть кон­кретными.

Ответственность терапевта

Б.Х.: Некоторые терапевты в ходе расстановок семей требуют от па­циента спонтанного поиска решения проблемы, соответствующего их чувствам. Но пациент не найдет этого решения таким образом. Решение требует от пациента мужества посмотреть реальности в глаза. Как прави­ло, таким мужеством обладает только терапевт, при условии, что он не теряет своей независимости, что ему известны законы, стоящие над се­мейными порядками, и он принимает их такими, как есть. Когда же те­рапевт предоставляет участников расстановки самим себе, они ведут себя так, словно заключили между собой тайный сговор, направленный на сохранение существующей проблемы. Терапевт не должен вести себя так, будто не видит того, что на самом деле видит, или скрывать свои позна­ния о данной расстановке за осторожными, туманными и неточными высказываниями, иначе он обманывает пациентов и сам принимает уча­стие в этом сговоре. Терапевт, осознавший системные порядки, увидит решение в картине констелляции. Вначале он может попробовать раз­ные картины, для того чтобы найти правильное решение, но основная динамика, как правило, сразу же становится видна.

В ходе расстановок семей терапевт поступает чисто феноменологичес­ки, то есть он ментально открывается неизвестному контексту и ждет момента, когда к нему внезапно придет ясность данной динамики. Но если терапевт работает только с понятиями и хочет найти решение ис­ключительно путем употребления этих понятий или каких-либо ассоци­аций, решения он никогда не найдет. Иными словами, решение нельзя найти методом дедукции. Каждый конкретный случай требует своего специфического решения. Поэтому решение каждой проблемы является единственным и неповторимым. Когда же терапевт, опираясь на преды­дущий опыт прежних расстановок, говорит себе, что это, вероятно, будет таким-то и таким-то образом, он теряет контакт с реальностью, такой, какой она непосредственно перед ним возникает. Самое важное состоит в следующем: в каждом новом конкретном случае терапевт должен ду­мать по-новому, воспринимать по-новому, а также наблюдать. Это уда­ется ему только при условии, что он учитывает всех присутствующих в констелляции, уважает их всех и прежде всего того, кто несет груз дина­мики констелляции. Если мы сконцентрируемся на нем, то решение най­дется, так как тогда терапевт познает самую суть ситуации.

80

О методе, использованном при расстановке семьи Тэи

Карл: Мои мысли все еще поглощены тем, что мы видели во время рас­становки семьи Тэи. Я довольно хорошо знаю эту семью и в ходе расста­новки отметил, что люди, которые в ней участвовали, часто проявляли чувства и произносили комментарии, совершенно отличные от тех, кото­рые настоящие члены семьи Тэи высказали и показали бы по отношению к ситуации внутри своей семьи. Кроме того, на меня произвел сильное впечатление тот факт, что констелляция, которую ты предложил как экст­ремальное решение, очень точно соответствует тому, что я сам наблюдал в этой семье, даже принимая во внимание то, что у тех, кто играл роли чле­нов этой семьи, были совершенно другие эмоциональные реакции. Ины­ми словами, эта твоя картина экстремального решения, по-моему, абсо­лютно соответствовала обстановке в этой семье. Мне хотелось бы узнать, почему ты в своих представлениях и усилиях не оказался в зависимости от эмоциональных реакций тех, кто играл роли членов семьи.

Б.Х.: Не могу сказать, что я остаюсь абсолютно независимым. Я сра­зу же замечаю, концентрируется ли тот, кто играет роль члена семьи, та­ким образом, что его эмоциональные реакции соответствуют истинным, или его что-то отвлекает.

Карл: Да, я это действительно видел.

Роберт: Я всегда думал, что самое главное для терапевта - как можно скорее найти правильную констелляцию. Сейчас я понимаю, что и про­межуточные картины тоже имеют значение для формирования оконча­тельной.

Б.Х.: Окончательную картину терапевт ищет посредством целого ряда шагов. Часто вначале я показываю экстремальное решение, в направле­нии которого движется система, а потом постепенно веду поиск лучшего решения. Из всех этих фаз вытекает конечная картина. Тем не менее те­рапевт должен постараться найти окончательное решение как можно скорее. В случае долгих поисков энергия исчезает. Иногда сразу же вид­но, где кроется правильное решение. В таких случаях одна-единственная перестановка уже приводит к цели.

Перенятое замешательство

Йонас: Когда я играл роль третьего сына в расстановке семьи Тэи, то находился в сильном замешательстве. В перерыве я постарался понять, в чем же состояло это замешательство. По-моему, я внес в эту расстановку что-то свое, из моей собственной семьи. Мое замешательство состояло в том, что, несмотря на то, что я два раза точно услышал, кто чью роль бу-Дет играть, у меня все-таки было впечатление, что играющий роль отца в

6-3099 81

этой семье был не моим «отцом», а «отцом моей матери». Сейчас я спра­шиваю себя, как это связано с моей собственной семьей, особенно пото­му, что моя мать тоже очень рано потеряла своего отца.

Б.Х.: Я бы сказал, что ты чувствовал то, что происходит в семье Тэи. Не переноси этих чувств на свою собственную семью, а исследуй их от­дельно. Но хорошо уже то, что ты нам об этом рассказал. Возможно, та­кое замешательство существует в отношениях между Тэей и ее мужем и своим замечанием ты сообщил ей об этом.

Лео: Я тоже еще окончательно не вышел из роли брата-самоубийцы в расстановке семьи Тэи, хотя мне понятно, что все это не имеет ко мне никакого отношения.

Б.Х.: Те, кто играют роли членов семьи, должны сознательно разли­чать свои роли в расстановках и свою реальную жизнь. Когда кто-то при­нимает участие в подобной расстановке, он узнает, как быстро можно оказаться вплетенным в чужую систему. Насколько же тогда будет впле­тен ребенок, принадлежащий к этой системе! И как быстро он будет впле­тен в динамику и чувства, царствующие там! Кроме того, участники рас­становки осознают, насколько изменчивы и ненадежны эмоции челове­ка, если в результате одного-единственного нового шага можно тотально изменить аффективную динамику в системе.

(Группе): Теперь эта тема закрыта?

Хартмут: Нет.

Угроза самоубийства матери

Хартмут: Всю жизнь я, грубо говоря, находился под угрозами само­убийства со стороны слабого пола. В этих словах, конечно, есть и доля иронии. После развода с отцом моя мать всегда говорила мне как самому старшему: «Тогда-то и тогда-то я покончу с собой!» Хотя она этого ни­когда не делала, сами угрозы были для меня страшно тягостными. Я все еще хорошо их помню. Это было действительно ужасно! Это началось, когда мне было тринадцать.

Б.Х.: И что, по-твоему, было бы решением проблемы? Твоя мать еще жива?

Хартмут: Да.

Б.Х.: И все еще высказывает подобные угрозы?

Хартмут: Нет, нет. Сейчас она старается продлить не только свою собственную жизнь, но и жизнь других людей.

Б.Х.: Что было бы тогда правильным ответом - ответом, разрешаю­щим проблему? Я дам его тебе. Для этого я здесь. Хочешь его услышать?

Хартмут: Конечно.

Б.Х.: Тебе следовало бы тогда сказать матери: «Дорогая мама, тебе не нужно об этом беспокоиться; я постараюсь сделать это в назначенное время за тебя».

82

(Группе): Вы чувствуете воздействие этих слов? Какие причины для самоубийства могли быть у матери после таких слов сына? И сын тоже был бы освобожден. Как ни странно, воздействие такого высказыва­ния позитивное. Я работаю и с трюками, если они ведут к хорошим ре­зультатам.

Хартмут: Подобное повторилось и с моей первой женой, матерью моих детей.

Б.Х.: Сейчас меня это не интересует.

(Группе): Вам понятно, что Хартмут сейчас делает?

Вильгельм: Зацикливается на своей проблеме.

Б.Х.: Он знает ответ. Он мог бы использовать эти слова и по отноше­нию к жене, но остается со своей проблемой.

Йоханн: Если я правильно понял, эта фраза воздействует только тог­да, когда Хартмут планирует ее как трюк, который он не должен действи­тельно осуществить?

Б.Х.: Эта фраза воздействует только в том случае, если пациент про­износит ее, зная, что он имеет дело с трюком; а для этого ему нужна боль­шая сила. Произнести такую фразу всерьез может каждый, но играть ею, словно она какой-то волшебный трюк, - искусство. Хотя это только трюк, от пациента требуется большая сила. Представь себе, как он идет к мате­ри и всерьез говорит ей эту фразу: тогда он и осознает ту опасность, кото­рая ему угрожает, то есть опасность самоубийства.

Йоханн: Не может ли так получиться, что, произнося подобную фра­зу, он подумает, будто и в самом деле должен покончить с собой? Иначе говоря, на самом деле он не думает о том, что имеет дело с «трюком».

Б.Х.: Я подозреваю, что пациент и вправду подумывал об этом, когда был ребенком. Эта фраза могла бы спасти его и избавить от бессозна­тельного желания покончить с собой вместо матери.

(Группе): Расскажу вам небольшую историю на тему самоубийства. Одну из тех, которые нас очень трогают. Когда мы слышим подобные истории, нам иногда кажется, что смерти и расставания больше не суще­ствует. Они приносят нам такое же облегчение, как бокал вина перед от­ходом ко сну. Одни спят лучше, а на следующее утро встают, как обычно, и идут на работу. Другие же после выпитого вина утром, вместо того что­бы подняться, остаются лежать и нуждаются в ком-то, кто знает, как их разбудить. Этот кто-то рассказывает такие истории немного по-другому, превращая сладкий яд в противоядие. Тогда они просыпаются и избав­ляются от колдовства иллюзий первоначальной версии истории.

Конец

Хэрольд, молодой человек двадцати лет, охотно притворяющийся, будто он со смертью «на ты» и шокирующий этим других, расска­зал другу о своей большой любви, восемнадцатилетней Моуд. О том,

83

как они отпраздновали день ее рождения и их помолвку и как она в разгар веселья призналась ему, что приняла яд и в полночь все бу­дет кончено. Тогда друг немного подумал и рассказал ему следую­щую историю:

«На одной крошечной планете жил один маленький человек, и так как он являлся единственным ее обитателем, то называл себя прин­цем, что значит самый важный и лучший. Но кроме него на планете жила еще одна роза. Прежде эта роза источала чудесный аромат, но сейчас была на грани увядания, и у Маленького Принца ~ малень­кого, так как он был еще ребенком - было очень много хлопот, что­бы сохранить ее живой. Днем он должен был ее поливать, а ночью — защищать от холода. Но когда ему чего-то хотелось от нее так, как прежде, она показывала ему шипы. Ничего удивительного, что через несколько лет он был сыт этим по горло и решил уйти. Сначала он посетил соседние планеты. Они были такими же кро­шечными, как и его собственная, а их принцы были почти такими же странными, как и он сам. Там его ничто не могло удержать. В конце концов он приземлился на красивой планете Земля и очу­тился на дороге, ведущей в розовый сад. Там росли тысячи роз, одна красивее другой, и воздух был сладок и тяжел от их аромата. Прежде он даже мечтать не смел о том, что столько роз может вообще существовать, потому что до сих пор знал только одну. Он был просто очарован их числом и великолепием. Там, среди этих роз, его обнаружил один хитрый Лис. Он притво­рился робким и боязливым, и когда понял, что может легко обвести маленького незнакомца, то сказал: «Тебе кажется, что все эти розы очень красивы, но они не представляют собой ничего особенного. Они растут сами по себе и мало нуждаются в уходе. Но твоя роза, там, далеко, — единственная в своем роде, так как она очень при­тязательна. Возвращайся к ней!»

Тогда Маленький Принц, сбитый с толку и огорченный, отправился по дороге, ведущей в пустыню. Там он встретил одного летчика, которому пришлось приземлиться, так как что-то случилось с его самолетом. И Маленький Принц надеялся, что летчик позволит ему остаться с ним. Но летчик оказался ветрогоном и хотел лишь по­болтать - все равно с кем. Скоро Маленький Принц сказал ему, что собирается домой, к своей розе.

Но как только наступила ночь, он тайно ушел, для того чтобы най­ти где-нибудь змею. Когда же его поиски увенчались успехом, он притворился, что хочет наступить на нее, и тогда змея ужалила Маленького Принца. Он вздрогнул коротко и затих. Так он умер.

На следующее утро летчик нашел его тело. «Маленький хитрец!» — подумал он и захоронил останки в песке».

Хэрольд, как это позже стало известно, не присутствовал на похо­ронах Моуд. Вместо этого он первый раз за много лет возложил розы на могилу своего отца.

84

Я думаю, следует еще добавить, что многие из тех, кто заключил в своем сердце историю Сент-Экзюпери о Маленьком Принце, не только охотно играют в мыслях с самоубийством, но иногда и действительно совершают его. В этой истории они находят необходимые детали, кото­рые преуменьшают серьезность такого действия и приукрашивают его, словно это игра, исполняющая какую-нибудь детскую мечту. Так, они мечтают о том, что их тоска и надежды сильнее, чем смерть, и что она, возможно, отменит расставание, а не сделает его неоспоримым. Но при этом они забывают, что бессмертным для нас считается лишь то, что уже потеряно и ушло.

Игра со смертью

Лео: Моя проблема состоит в том, что в моей семье считают: после тридцати лет жизнь не доставляет человеку больше никакой радости. Моя мать недавно сказала мне об этом по телефону.

Б.Х.: Да, подобное мнение иногда встречается в христианских семь­ях. Там они умирают с Иисусом.

Лео: Тем не менее мне не так просто наблюдать, как мои родители позволяют себе умирать в соответствии с этим принципом. Сегодня ут­ром мне хотелось рассказать о том, что недавно мой отец снова попробо­вал водить машину. Он очень упрямый, и я думаю, что у него преждевре­менный упадок физических и умственных способностей. Иногда он не может найти приборов. Например, на днях он не смог найти, где вклю­чаются фары. Тогда я сказал матери (возможно, мои слова были немного двусмысленными): «Прекрасно, тогда мы его между Гисеном и Фульдой и похороним, когда будем там проездом!» Но в этой иронии крылась и доля серьезности. Такая ситуация для меня непривычна. Иногда я не знаю, стоит ли просто пошутить или же отстраниться и предоставить родителей самим себе.

Б.Х.: Мы подобным образом относимся к смерти, когда для нас в ней нет ничего ужасного и серьезного. Вот так ты вел себя сегодня утром, по­этому я и прервал тебя тогда. В том, что ты рассказал о своих родителях, содержалось что-то невообразимо деструктивное. Людей, которые гово­рят в таком тоне, я причисляю к потенциальным самоубийцам. Они ка­жутся милыми и веселыми, но чувствуется, что внутренне они направле­ны совершенно в другую сторону. За всей этой веселостью скрывается абсолютно другая динамика. Тон, в котором ты говоришь, показывает, что в твоей семейной системе действует что-то ужасное, и то, что ты ска­зал, только усиливает впечатление.

Сейчас же ты серьезен. Ты замечаешь разницу между тем, каким ты был сегодня утром, и тем, каким стал сейчас, замечаешь, как ты серье-Зен, собран?

85

(Группе): Важно, чтобы терапевт не позволял переключаться на шут­ки, когда речь идет о серьезных вещах. Он должен немедленно вернуть группу к серьезной тематике. Ведь здесь речь идет о жизни и смерти.

Лео: Но то, что я сказал сегодня утром, было не в шутку. (Смеется.)

Б.Х. (группе): Видите, он опять занимается тем же самым! Он это снова для нас продемонстрировал. А это очень опасно. Я сразу же вижу, что та­кие пациенты находятся в опасности в том смысле, что они бессозна­тельно что-то замышляют. Ими как будто управляет какая-то неизвест­ная сила.

(К Лео): Ты не можешь не смеяться. Что-то заставляет тебя. В таких случаях терапевт должен найти корень проблемы. Что особенного было в семьях, из которых произошли твои родители?

Лео: Отец моей матери был шахтером и очень рано умер от силикоза.

Б.Х.: Ребенок, у которого рано умер отец или мать, часто считает, что ему тоже не позволено жить дольше, чем умершему. Ему даже хочется пос­ледовать за родителем. Если же один из детей чувствует или предполага­ет, что у матери есть желание умереть, тогда у него возникает стремление сделать это вместо нее. Такой ребенок смеется при мысли о смерти.

Могила

Утэ: Я все еще думаю о том, что ты говорил в течение последних трид­цати минут. Я очень взволнована. Мои чувства имеют что-то общее с по­нятиями «вина» и «самоубийство», но точнее я сказать не могу. Они свя­заны также с глубоким поклоном перед моей матерью, на который я не способна; я не знаю, что меня от этого удерживает.

Б.Х.: Поклон вытянул бы тебя из могилы. Есть у тебя еще что-то?

Утэ: Не знаю. Твои слова расстраивают меня. Я не знаю, до какой степени они соответствуют истине. Я ничего не могу сказать, кроме того, что они меня расстраивают. Разумеется, ведь они связаны со смертью. (Плачет.)

Б.Х.: Оставим это пока.

Расстановка: Изгнанные родственники

Франк: Меня зовут Франк. Я знаю Берта Хеллингера уже довольно давно. Я разведен и у меня двое детей, двадцати одного года и четырнад­цати лет, с которыми у меня, к счастью, очень хорошие отношения. У нас с Дагмар собственный дом, и после проведенных вместе тяжелых лет сей­час мы в куда более мирных отношениях. Как терапевт я очень часто ис­пользую метод семейно-системной терапии. Во время работы с пациен­тами я много раз замечал, как определенные аффективные ситуации

86

очень сильно волнуют меня, и боюсь, что у меня самого есть неразре­шенные проблемы. На этом семинаре меня тоже очень трогают некото­рые вещи. Например, судьба сестры Роберта, которой было суждено так рано умереть, или случай с подозреваемым военным преступником. Как-то раз я настолько сильно переживал, что даже не мог записывать, и те­перь мне непременно хочется узнать, какая динамика за этим кроется.

Б.Х.: Тогда ты должен расставить свою систему. В случае такой силь­ной динамики нужно немедленно этим заняться.

Франк: Я имею в виду семью, в которой я родился.

Б.Х.: Точно. Кто к ней принадлежит?

Франк: Мои отец, мать, старшая сестра, я сам (я второй ребенок), мой младший брат и самая младшая сестра.

Б.Х.: Был ли кто-то из родителей прежде женат, помолвлен или имел серьезные отношения до брака?

Франк: Нет.

Б.Х.: Кого-то еще не хватает?

Франк: Вообще-то, в нашей семье были люди, которых из нее изгнали.

Б.Х.: Начнем с основной семьи. Позже мы посмотрим, и если кого-то не хватает, добавим их в расстановку.

Рис. 5.1:

О - отец; М - мать; 1 — первый ребенок (дочь); 2 — второй ребенок, сын

(Франк); 3 — третий ребенок (сын); 4-----гетвертый ребенок (дочь).

Б.Х.: Если при какой-либо расстановке все члены семьи смотрят в одном направлении, как здесь, то это значит, что некоторых людей там не хватает. На кого же они все смотрят? Кто должен стоять там, впереди? В семье твоей матери произошло что-нибудь особенное?

Франк: Да. Дедушка погиб в Первую мировую. Матери тогда было Двенадцать. Кроме того, еще важно, что ее брат считался в семье парши­вой овцой.

87

Б.Х.: Что именно ты имеешь в виду?

Франк: Во-первых, он был гомосексуалистом. В нашей семье это счи­талось серьезной проблемой. Кроме того, его считали очень неспособ­ным, что также было большой проблемой в глазах семьи.

Б.Х.: Его мы сейчас и добавим в расстановку. Что еще случилось в семье матери?

Франк: Двоих братьев дедушки семья отослала в Америку из-за их неработоспособности. Один из них пил и считался неудачником, а дру­гой вел слишком раскованный образ жизни.

Б.Х.: Как раз этих двоих здесь и не хватает. А брат матери просто сыг­рал роль их «заместителя» в системе. Их мы должны поставить сюда, пе­ред остальными членами семьи. Значение этих двух лиц для системы оп­ределяется не их образом жизни, но судьбой. Тот факт, что их просто из­гнали, отослав в Америку, в данном случае играет решающую роль.

Франк: Кстати, мой брат тоже уехал жить в Америку.

(Б.Х. добавляет в расстановку изгнанных из семьи.)

Рис. 5.2:

БМ — брат матери; СДМ — старший дядя матери; МДМ — младший дядя

матери

Б.Х.: Что изменилось для отца?

Отец: Прежде мой взгляд терялся в пустоте, и я здесь просто «лежал в дрейфе». Сейчас же здесь передо мной все спокойно, стабильно, и я могу тут остаться.

88

Б.Х.: Как чувствует себя мать?

Мать: Мне плохо видно этих троих и хотелось бы их получше рас­смотреть.

Б.Х.: Стань так, чтобы ты смогла их действительно хорошо видеть.

Мать: Да, сейчас все хорошо.

Б.Х: Как чувствует себя самый старший ребенок?

Первый ребенок: Сейчас все стало лучше. Прежде передо мной все было настолько открыто, что оттуда могла прийти опасность, и мне казалось, что вся эта свора выставила меня вперед. Мне пришлось стоять впереди всех. Теперь все мои позитивные эмоции направлены на этих троих лю­дей. С тех пор, как они здесь, я чувствую себя хорошо.

Б.Х. (играющему роль Франка): Как чувствует себя второй ребенок в этой констелляции?

Второй ребенок: Я еще не знаю, как я должен к этому отнестись и есть ли в этой ситуации что-то притягивающее или же отталкивающее.

Б.Х.: Какие у тебя чувства? Тебе лучше или хуже?

Второй ребенок: Лучше.

Б.Х: Как чувствует себя младший брат? Тот, которому хотелось эмиг­рировать в Америку.

Третий ребенок: Вначале мне было довольно хорошо. Я не знал, что происходит со всеми этими людьми там, позади меня. Я не чувствовал себя связанным.

Б.Х.: Ну, тогда мы и пошлем тебя сейчас в Америку!

Третий ребенок: Я бы с удовольствием сейчас же поехал! Как только эти трое людей пришли туда, я понял, что мне тоже туда нужно.

Франк: Кстати, мой младший брат постоянно ездит в гости к род­ственникам в Америку и хочет меня тоже туда перетянуть.

(Б.Х. ставит младшего брата к группе «изгнанников».)

Б.Х.: Как чувствует себя младшая сестра?

Четвертый ребенок: Я рада тому, что там, впереди, вообще кто-то сто­ит. Для меня было ужасным, когда там никого не было, потому что с се­мьей позади у меня не было абсолютно никакой связи, и я чувствовала себя очень потерянной. Сейчас мне кажется, что я как будто между эти­ми двумя группами, но мне это не мешает.

Б.Х.: Эта констелляция — только исходная позиция для нашей рабо­ты, и мы можем продолжить.

(Франку): В семье твоего отца было что-то особенное?

Франк: Мой отец был национал-социалистом, и я никогда не знал точно, чем он, собственно, занимался. Но, должно быть, у него была до­вольно высокая должность, потому что его так и не призвали на военную службу.

Б.Х.: После войны он был интернирован?

Франк: Да, его интернировали, и в течение многих лет он все ругался, как несправедливо обошлись с ним самим и с Германией.

89

Рис. 5.3

Б.Х.: Сейчас я переставлю членов семьи так, чтобы изгнанные оста­лись в поле зрения матери, но исчезли из поля зрения детей.

Рис. 5.4 90

Б.Х.: Как чувствует себя мать?

Мать: Здесь, возле мужа, я чувствую себя хорошо.

Б.Х.: Как чувствует себя отец?

Отец: Тоже гораздо лучше, чем прежде.

Б.Х.: Как чувствуют себя дети?

Все: Хорошо.

Б.Х. (Франку): Хочешь сейчас встать на свое место в констелляции? Ну, как тебе там?

Франк: Прекрасно.

Б.Х.: Это было бы правильным порядком в данной семье. Изгнан­ным оказано уважение, хотя они и не находятся в поле зрения осталь­ных.

Франк: Мне совершенно не нравится, что мой дядя-гомосексуалист стоит рядом с остальными изгнанными и все трое — вместе.

Б.Х.: Один из членов семьи может сменить сексуальную ориентацию, если ему приходится замещать собою кого-то из членов семьи, изгнан­ного из нее в результате какого-либо проступка. Это тяжелая судьба, и у тебя нет права вмешиваться.

Франк: Хорошо. По-моему, было бы хорошо позволить будущему по­мочь нам разрешить все эти проблемы.

Б.Х.: Показать тебе, как нужно правильно смотреть в будущее? Все четверо детей отвернутся в другую сторону. Тогда они оставят родителей позади себя. Это значит, что родители останутся там, где они сейчас, а дети могут уйти. Это и есть будущее. Но будет неплохо, если вы еще не­много побудете с родителями.

5.5

91

Б.Х.: Хорошо. Это констелляция, решающая твою проблему. Зари­суй ее для себя. Иногда это очень помогает.

\

И

Члены семейной системы

Б.Х.: Кто принадлежит к семейной системе? Кто нужен терапевту для расстановки семьи?

Семейная система подразумевает группу людей, связанных друг с другом общей судьбой. Такая группа включает в себя несколько поколе­ний, члены которых могут быть бессознательно сплетенными с судьбой других членов той же системы. Радиус действия какой-либо системы рас­познается по радиусу действия судеб, приведших к аффективным пере­плетениям в этой системе. К подобной группе принадлежат, как прави­ло, следующие лица:

Ребенок, его родные и сводные братья и сестры, как умершие, так и мертворожденные. Это самый низкий уровень.

На следующем уровне находятся родители, их родные и сводные бра­тья и сестры, включая умерших и мертворожденных.

Одним уровнем выше находятся родители родителей, иногда кто-

нибудь из их родных братьев и сестер и редко — сводных.

Иногда тот или иной из прадедов. Но это бывает тоже довольно редко.

Из всех упомянутых выше особенно важны те лица, у которых была тяжелая судьба или с которыми другие члены системы обошлись несправедливо (например, при разделении наследства), или же они были изгнаны, отданы в чужие руки, презираемы или забыты.

Затем идут (чаще всего это самые важные лица в констелляциях) все те, кто уступил в определенной системе свое место другим членам этой системы, даже если они не являлись их родственниками. На­пример, женщина или мужчина из прежней связи родителей и пра­родителей, даже если их уже нет в живых. Отец или мать сводных братьев и сестер также входят в констелляцию. Кроме того, все те люди, потери которых обернулись выгодой для какого-то члена си­стемы. Например, когда кто-либо получил наследство в результате ранней смерти другого члена системы или в результате того, что этот человек был лишен наследства.

К системе принадлежат и все те, с которыми обошлись несправедли-

во и благодаря которым кто-то в ней получил какую-либо прибыль, например, наемные работники. Но это правило действует только в случае действительно огромной несправедливости и ущерба.

Не принадлежат к системе родственники тех лиц, которые вошли в систему путем брака, то есть их дяди, тети, двоюродные братья и сестры.

92

Некоторые терапевты считают особенно важными тех членов систе­мы, которые все время жили в одной семье с другими ее членами, напри­мер, бабушку или тетку. Но в случае переплетений никакой роли не иг­рает то, насколько близко или далеко живет такой родственник. Наобо­рот, часто один из членов семьи может быть переплетен с судьбой друго­го ее члена, о котором первый даже никогда и не слышал.

Живые и мертвые, убийцы и их жертвы, связанные между собой общей судьбой

При расстановках семей постепенно выяснилось, что между живы­ми и мертвыми и между убийцами и их жертвами развивается глубокая связь, воздействующая не только на лиц, непосредственно вовлечен­ных в эти отношения, но и на их потомков. Например, вернувшиеся домой солдаты чувствуют себя связанными какой-то особенной свя­зью со своими погибшими товарищами и — такого же рода связью — с врагами, которых они сами убили. Это ведет к тому, что тот или иной из потомков выживших солдат во время расстановки испытывает жела­ние повернуться к погибшим товарищам и врагам их отцов и дедов, встать или же лечь возле них. При этом у них возникает ясно выражен­ная и странная тоска по смерти или же (в некоторых случаях) желание покончить с собой. Потомки солдат перенимают бессознательное или вытесненное желание их отцов и дедов быть со своими мертвыми това­рищами и врагами.

Решение таких констелляций состоит в том, что потомки позволяют своим отцам и дедам (которых чаще всего уже тоже нет в живых) лечь рядом со своими мертвыми товарищами или врагами. Во время расста­новок семей часто наблюдается трогательное «братание» людей, которые чувствуют себя состоящими на службе у сил, превышающих наши обыч­ные идеи или суждения, или же их жертвами.

И живые, и мертвые осознают себя не способными противостоять судьбе, в союзе друг с другом подчиняются чему-то высшему, планы ко­торого они не могут распознать, и относятся друг к другу с любовью и уважением, как совершенные души, В качестве мертвых они оставляют прошлое позади себя и сдаются в мире тому, что их сейчас со всех точек зрения объединяет. Подобные принципы действуют и по отношению к Убийцам и их жертвам, например, убежденным национал-социалистам и тем, кого они презирали, преследовали и убивали. И убийцы и их жер­твы ощущают себя пальцами какой-то сверхчеловеческой руки, которая, независимо от наших представлений о справедливости и несправедли­вости, управляет историей согласно законам, превосходящим наши на­дежды и желания и разоблачающим наши представления о добре и зле как слишком узкие.

93

Воздействие внутренней картины на семейно-системную динамику

Роберт: У меня есть еще один вопрос: как мне поступать по отноше­нию к моей жене? Мне хочется действовать или что-то предпринять, а не просто ждать, как сейчас. Меня это беспокоит. Или же я должен продол­жать искать решение проблемы с моей умершей сестрой? Но мне трудно отложить проблему с моей женой.

Б.Х. • Изменения в системах осуществляются путем правильной внут­ренней картины. Я приведу пример из другого курса.

После того, как я обратил внимание участников на то, что внутрен­няя картина оказывает свое воздействие, одна из участниц рассказала: «Когда два года назад в Вене я принимала участие в семинаре, посвя­щенном методу семейного сценария, я сделала расстановку моей тепереш­ней семьи. В первой констелляции мой самый младший сын, который родился через много лет после двух своих братьев, стоял между мною и моим мужем. Дело в том, что он спал с нами в одной кровати, несмотря на то, что был уже достаточно большим. Нам с большим трудом удава­лось выдворить его из нашей спальни и даже приходилось закрывать дверь на ключ. Когда я вернулась домой из Вены...»

В этот момент я прервал ее и спросил: «Что именно произошло во время расстановки твоей семьи?»

Участница ответила: «Малыша поставили к двум старшим. А вернув­шись домой, я спросила у себя, что мне сейчас делать. Но с тех пор он никогда больше не просился спать в нашей спальне. Я его ни о чем не расспрашивала, а он больше не приходит к нам и спит в своей собствен­ной комнате. Я вспомнила об этом, когда ты сказал, что внутренняя кар­тина оказывает воздействие».

Требуется особенная внутренняя дисциплина, чтобы доверять пра­вильной внутренней картине и не уничтожить ее воздействия неосторож­ными речами и действиями. Только в этом случае мы можем повлиять на ситуацию, не совершая никаких действий.

Угроза самоубийства со стороны жены

Хартмут: Моя первая жена часто угрожала покончить с собой и даже предлагала сделать это вместе. Я все еще в ярости, так как ее угрозы са­моубийства и предложение совместного самоубийства принудили меня в то время пойти на уступки, которые запутали всю мою жизнь. Я все еще никак не могу избавиться от возмущения, вызванного ее шантажом.

Б.Х.: В семейной терапии мы работаем по одному основному прин­ципу. Каждую ссылку пациента на хорошее и злое в семье терапевт дол­жен рассматривать с противоположной позиции. Ты зол, потому что твоя

94

жена пригрозила самоубийством. Спрашивается: кому в твоей семье сле­довало бы покончить с собой — тебе или твоей жене? Как насчет того, если бы это был ты? Когда пациент находится в состоянии такого аф­фекта, то есть подозрение, что его реальная ситуация является противо­положной тому, о чем он рассказывает. Иначе аффективная реакция не была бы такой бурной.

Сейчас я предоставляю тебе немного времени, чтобы все обдумать.

Расстановка:

Дочь замещает бывшую невесту отца

Ума: Меня зовут Улла, я замужем. Моя тема — несбывшееся желание иметь детей. Скоро я встречусь с бывшей невестой моего отца, которая была у него до брака с моей матерью. Он не сдержал слова, а она ждала его и так никогда и не вышла замуж. Она живет недалеко от сестры моего отца, то есть моей тетки, в бывшей ГДР.

Б.Х.: Итак, эта невеста служит для тебя примером по семейно-сис-темному сценарию?

Ума: Я не знаю.

Б.Х.: Ты слышала, что я сказал?

Улла: Что эта невеста служит для меня примером.

Б.Х.: Точно.

Ума: Нет.

Б.Х.: Меняет ли твое «нет» что-либо в этой ситуации?

Ума: Конечно!

Б.Х.: Хорошо, расставь свою семью, и тогда ты сможешь это проверить.

рис. 6.1:

О - отец; М - мать; 1 — первый ребенок, дочь (Улла); 2 — второй ребе-

н°к, сын; БНО — бывшая невеста отца.

95

Б.Х. (Улле): Твоя мать была замужем или помолвлена с кем-либо до брака с твоим отцом?

Улла: Нет. Но у нее было два выкидыша до моего рождения. После этого она испугалась, что у нее больше не будет детей, и поэтому начала принимать какое-то лекарство. С тех пор она находится в состоянии деп­рессии.

Б.Х.: Но ты все-таки родилась!

Улла: Да, сразу же после того, как она начала принимать этот лекар­ство. После моего рождения она принимала еще какое-то лекарство, а потом родился мой брат.

Б.Х. (группе): Когда при расстановке семьи муж и жена стоят напро­тив друг друга, как здесь, это значит, что брачных отношений между ними больше не существует.

(Отцу): Как чувствует себя отец?

Отец: Ужасно. У меня нет никакого контакта с моей женой, а слева и справа от меня - тоже пустота. У меня такое чувство, как будто меня кто-то сверлит сзади, а я не могу повернуться. Я чувствую себя ужасно, слов­но меня разорвали на части. Меня не любят и не обращают никакого вни­мания.

Б.Х.: Это справедливо.

(Группе): У него больше нет шансов. После того, как он отнесся к своей невесте подобным образом, он потерял все свои шансы. Здесь он все про­играл.

(Участнице, играющей роль матери): Как чувствует себя мать?

Мать: Я чувствую себя изгнанной, изгнанной моим мужем. Я рада, что мой сын тут, возле меня.

Б X. • Как чувствует себя сын?

Второй ребенок: В общем, неплохо. Как это ни странно, но мне здесь хорошо.

Б.Х. (Участнице, играющей роль Умы): Как чувствует себя дочь?

Первый ребенок: Очень странно. Я не хочу иметь ничего общего со всеми этими людьми.

Б.Х. (группе): Нечто подобное могла бы чувствовать и бывшая невес­та отца.

(Невесте): Как чувствует себя бывшая невеста отца?

Бывшая невеста отца: Когда ты поставил меня сюда, я подумала, что все-таки выиграла.

(Б.Х. ставит дочь рядом с бывшей невестой.)

Б.Х. (Участнице, играющей роль Уллы): Как ты себя сейчас чувству­ешь?

Первый ребенок: Когда ты справился о чувствах бывшей невесты, это было первым, что меня здесь действительно заинтересовало. Тогда я по­смотрела в ее сторону, но сейчас это для меня очень неприятно.

96

Рис. 6.2

Б.Х.: Подойди к ней поближе.

Первый ребенок: Хорошо, я попробую. У меня странное впечатление, будто она прислонилась ко мне, а мне приходится ее поддерживать. Я в замешательстве. Нет, так не пойдет!

Б.Х.: Как чувствует себя сейчас мать?

Мать: Лучше. Агрессивность исчезла.

Б.Х.: Кто должен бы был стать рядом с бывшей невестой отца?

Мать: Не знаю.

Б.Х.: Ты! Теперь пойди-ка туда!

(Мать становится рядом с бывшей невестой мужа. Дочь возвращает­ся на свое место.)

Рис. 6.3

Мать: Сейчас все в порядке.

Б.Х.: Точно. Это и было причиной депрессии.

7 - 3099

97

(Группе): Она снова почувствует себя хорошо только при условии, что будет чувствовать себя солидарной с бывшей невестой мужа. Там ее место. (Бывшей невесте отца): А как ты себя чувствуешь? Бывшая невеста отца: Хорошо. (Б.Х. переставляет участников расстановки по-новому.)

Рис. 6.4

Б.Х.: Как чувствует себя отец?

Отец: Изгнанным. Но передо мной как будто открыто будущее.

Б.Х.: Сейчас ты чувствуешь себя лучше или хуже?

Отец: Как-то двояко.

Б.Х.: А как чувствует себя сейчас бывшая невеста?

Бывшая невеста отца: Справа от себя я ощущаю позитивную энер­гию. Мне это нравится. Но по отношению к моему бывшему жениху я все еще испытываю сожаление.

Б.Х.: Его ты больше не можешь получить.

Бывшая невеста отца: Кроме того, стоящие справа от меня привле­кают мое внимание больше, чем он.

Б.Х.: Давай попробуем, как это будет, если....

(Б.Х. ставит отца и его бывшую невесту как пару напротив остальной семьи.)

'БНО) I M

Рис. 6.5 98

Б.Х.: Как сейчас отцу?

Отец: В первый раз я почувствовал себя сносно.

Б.Х.: А как мать?

Мать: Я чувствую себя намного лучше.

Б.Х.: А как чувствует себя бывшая невеста?

Бывшая невеста отца: Хорошо.

Первый ребенок: Для меня такая констелляция — самая лучшая из тех, что до сих пор были. Но сейчас мне самое время уйти и встать на соб­ственные ноги.

Б.Х. (Уме): Встань-ка сейчас сама в расстановку.

Ума (стоя на своем месте в расстановке): Мне здесь нравится.

Благоприятное место для детей

Ян: Когда в расстановке какой-либо семьи дети находятся во фрон­тальной позиции по отношению к своим родителям, это вызывает у меня ощущение конфронтации.

Б.Х.: Это просто твое личное впечатление. Сами участники не вос­принимают это как конфронтацию. Родители представляют собой одну группу, а дети являются другой группой, и обе они стоят согласно оче­редности происхождения. Такая очередность семейных групп всегда об­разует круг, в котором они выстраиваются по часовой стрелке. Эта оче­редность сохраняется даже в том случае, если родители стоят в опреде­ленном пункте такого круга, а дети - напротив них. Ты мог наблюдать это только что во время расстановки семьи Уллы. Сначала идет отец, по­том его бывшая невеста, затем его жена, потом первый ребенок и в конце - второй ребенок. Но то, как они расположены в констелляции, зависит от обстоятельств. Если дети, согласно динамике их системы, должны пе­рейти в поле влияния отца, то они стоят ближе к отцу. А если же они дол­жны перейти в поле влияния матери, то ближе к матери. В данном случае они должны стоять ближе к матери, и поэтому в расстановке их место не было прямо напротив нее. Но в других случаях, в отсутствии такой необ­ходимости, дети стоят напротив своих родителей.

Ян: Раньше идеалом семьи для меня была такая картина, когда дети стоят не во фронтальной позиции, а скорее в полукруге справа от роди­телей.

Б.Х.: Нет, нет. И в тех случаях, когда родители и их дети стоят напро­тив друг друга, круг замкнут. Ситуация изменяется, когда кого-то не хва­тает. Тогда эти лица должны быть добавлены в расстановку между роди­телями и их детьми, как, например, умершая сестра-близнец матери.

Ян: Когда система так замкнута, каким образом дети могут освобо­диться из нее? Им это удастся, если они повернутся?

Б.Х.: Да, правильно. Когда приходит время освобождения, дети по­ворачиваются и уходят от родителей вперед. Родители же остаются на

7*

99

своем месте и смотрят вслед своим детям с любовью. Это подходящая для всех констелляция.

Кстати, в жизни правильным порядком будет, если родители сидят за столом с одной стороны, а дети - напротив них согласно очередности рож­дения, то есть первый ребенок — справа с краю, второй — слева от него и так далее. Такой порядок расположения членов семьи за столом поддер­живает в ней мир.

Бессознательная идентификация

с бывшим партнером одного из родителей

Утэ: Почему дочь начинает идентифицировать себя с бывшей невес­той или женой своего отца, даже если она ее не знает?

Б.Х.: Человеку необязательно быть знакомым с тем лицом, с кото­рым он идентифицируется. Это объясняется тем, что та энергия, которая подталкивает индивидуума к идентификации, возникает из системы и оказывает воздействие, даже если человек ничего не знает о том лице, которое он вынужден замещать. Иными словами, если у отца до брака были серьезные отношения с какой-либо другой женщиной, то можно предположить, что если позже в браке у него будет дочь, то ей придется играть роль этой женщины и замещать ее в семье, даже не замечая этого. А если у матери были серьезные отношения до брака, то ее сыну придет­ся играть роль того мужчины, тоже не замечая этого. В результате дочь становится соперницей матери, но так, что ни она сама, ни мать об этом ничего не знают, и сын становится соперником отца, хотя ни он, ни отец ничего не замечают.

Давление на дочь, которое принуждает ее идентифицироваться с быв­шей женой или невестой отца, уменьшается, если ее мать признает ту бывшую женщину и уважает ее, но в то же время сама становится между нею и своим мужем и полностью принимает его как мужа. Но независи­мо от отношения матери к бывшей жене или подруге отца у дочери всегда существует возможность освободиться от идентификации самостоятель­но, если только она осознает эту идентификацию и скажет матери, пусть даже только про себя: «Ты — моя мать, ая- твоя дочь. Ты — единственная мать, которая мне подходит! С другой же у меня нет ничего общего!» Отцу же она должна сказать (пусть тоже только внутренне): «Это — моя мать, а я - ее дочь. Она - единственная мать, которая мне подходит! С другой же у меня нет ничего общего!»

Тогда дочь будет в состоянии любить мать как свою мать, а мать мо­жет любить свою дочь как дочь, не боясь найти в ней соперницу. Кроме того, дочь может внутренне открыться отцу и любить его как своего отца, и отец в состоянии открыться дочери и любить ее как дочь, не пытаясь найти в ней бывшую жену или подругу.

100

То же самое действует в случае с сыном. Давление, принуждающее его замещать бывшего мужа или друга матери путем идентификации, уменьшается, как только его отец признает и начнет уважать этого муж­чину как занимающего в системе более высокий ранг, чем он. Но в то же время он становится между ним и своей женой и принимает ее полнос­тью как жену. Независимо от поведения отца по отношению к бывшему мужу или другу матери сын всегда может самостоятельно избавиться от идентификации, как только осознает эту идентификацию и скажет отцу, пусть только внутренне: «Ты - мой отец, ая- твой сын. Ты - единствен­ный отец, который мне подходит! С другим же у меня нет ничего общего!» А матери: «Он — мой отец, ая- его сын. Он — единственный отец, который мне подходит! С другим же у меня нет ничего общего!»

Тогда сын будет в состоянии любить отца как своего отца, а отец смо­жет любить сына как сына, не боясь найти в нем соперника. Кроме того, сын сможет внутренне открыться матери и любить ее как свою мать, и мать в состоянии открыться сыну и любить его как сына, не пытаясь найти в нем бывшего мужа или друга.

Бессознательная идентификация с бывшим партнером одного из ро­дителей иногда ведет к психозу, особенно в тех случаях, когда сын вы­нужден замещать бывшую жену или подругу отца, потому что в семье нет дочери, или же в случаях, когда дочь вынуждена замещать бывшего мужа или друга матери, так как в семье нет сыновей.

Воля Бога и человек

Рут: Меня зовут Рут, я пастор, но в последние годы многое в моей жизни изменилось, так как я была избрана членом управляющего коми­тета церкви и приняла на себя больше административной ответственно­сти. Я знаю, что мне еще нужно найти свое место среди них, и это на­столько занимает меня, что я даже вижу это во сне.

Б.Х.: Так как ты последней вошла в состав этого комитета, ты должна сначала приобрести авторитет в глазах других, пока не сможешь достичь влияния на дела комитета. Поэтому тебе следует еще некоторое время позволить другим членам комитета принимать решения самостоятельно и соглашаться с ними.

Рут: Все время, пока мы здесь работаем группой и ты говоришь с нами, я физически присутствую здесь, но мысленно как будто заседаю в управляющем комитете нашей церкви.

Б.Х.: Давай я расскажу тебе о ситуации в церковных администраци­ях. Они отличаются тем, что мало надеются на Бога, но выполняют боль­шую часть своей работы, опираясь лишь на собственные способности. Если же Бог есть, церковной администрации необязательно так много мучиться и планировать.

101

Ты, конечно, знаешь библейского Петра. В «Деяниях апостолов» есть одно место о нем: когда он стоял перед судом в Иерусалиме, фарисей по имени Гамалиил произнес мудрые слова. Ты помнишь, что именно он сказал?

Рут: Я знаю, что ты имеешь в виду.

Б.Х.: «Если это предприятие и это дело от человеков, то оно разру­шится само, а если от Бога, то вы не сможете разрушить его».

Рут: Я еще не закончила.

Б.Х.: Вижу. Когда ты осознаешь все это, то сможешь занять свою по­зицию в таком комитете, как будто тебя там в реальности нет, а поступая подобным образом, ты сможешь оказывать воздействие на события, не совершая каких-либо действий.

Рут: В принципе я, конечно, согласна, но мне что-то мешает каж­дый раз, когда я придерживаюсь такой позиции.

Б.Х.: Ты хочешь понять пути Господни. Но, возможно, что как раз в тех случаях, когда нам что-то не удается, просто выполняется Его воля. Кто знает?

Рут: Это волнует меня, но я не понимаю, в чем здесь дело. Почему это так?

Б.Х.: Существует еще одно соображение по этому поводу: как может кто-то вмешиваться в дела Бога? Выражаясь теологически или философ­ски, какой человек со злыми намерениями в состоянии пойти против Бога или препятствовать Ему в чем-то? И какой человек с добрыми на­мерениями в состоянии это делать?

Рут: Я не понимаю, почему мне сейчас хочется плакать.

Б.Х.: Это я могу тебе сказать. Я вспоминаю наш последний сеанс, когда мы говорили о влиянии событий, произошедших с тобой в самом раннем детстве.

Рут: Я все время думаю об этом.

Б.Х..■ Ты должна распрощаться с мечтой маленькой девочки о том, что силой своей любви она может вернуть отца с войны, то есть ты долж­на распрощаться с мечтой о том, что подобное в твоих силах. Насколько я помню, это было твоей проблемой. Как раз эту проблему тебе следует решить немедленно. Я имею в виду прощание с твоей красивой мечтой. Ты понимаешь, как все это взаимосвязано?

Рут: Нет, еще не совсем. И, кроме того, с тех пор, как ты рассказал о внутренних картинах, у меня постоянно возникают противоречивые чув­ства.

Б.Х.: Прежде я тоже бывал на административных церковных конфе­ренциях, где иногда позволял себе мимоходом сказать что-то, что я счи­тал правильным. Тогда остальные недоверчиво качали головами, а через год кто-то из них произносил то же самое и остальные поддерживали его, как будто то, что он сказал, само собой разумеется. Быть свидетелем того,

102

как человеческие слова могут незаметно оказывать воздействие, прино­сит тайное удовольствие. Таким образом, ты можешь тайно оказывать влияние в подобных группах. Но эти слова должны действительно отра­жать внутреннюю истину положения!

Мать, страдающая наркоманией, и ее ребенок

Клаудия: Я нишу заключение об одной девочке четырех с половиной лет и ее матери-наркоманки и для этого мне нужно точно сформулиро­вать текст.

Б.Х.: А что с отцом этой девочки?

Клаудия: Он не живет с ними. Отец заботился о ребенке каждый раз, когда мать была на лечении в клинике. Но когда она его оставила, он нашел себе другую — женщину с двумя детьми.

Б.Х.: О чем идет речь в заключении?

Клаудия: С кем должен остаться ребенок.

Б.Х.: С отцом.

Клаудия: Даже если девочка большую часть времени будет проводить только с его родителями?

Б.Х.: Нет. Он должен принять ее в свою новую семью. У его новой подруги двое детей, и если он сейчас войдет в эту новую семью вместе со своей дочерью, то оба партнера будут в равновесии, что поможет их от­ношениям. Это полезно не только отношениям отца девочки с этой жен­щиной, но и самому ребенку.

Клаудия: Значит, ребенок не должен оставаться со своей матерью-наркоманкой?

Б.Х.: Нет, ребенок не должен с ней оставаться.

Клаудия: А что ты можешь посоветовать в случае, если мать выздоро­веет через год или два?

Б.Х.: И в этом случае ребенок должен остаться с отцом.

Клаудия: Даже если этот ребенок — девочка?

Б.Х.: Она все равно должна остаться с отцом.

Клаудия: А как насчет права на посещение ребенка? Как часто долж­но быть позволено матери посещать дочку?

Б.Х.: Как мать она имеет полное право на это. Это право должно со­храняться. Но пока она страдает наркоманией, для ребенка существует определенная опасность. Поэтому нужно найти разумное решение. Толь­ко если она избавится от этой зависимости, она может свободно пользо­ваться своим правом.

Клаудия: А что мне делать, если новая семья отца девочки не по­нимает и не принимает болезнь ее матери? Я рассматриваю пристрас­тие этой женщины к наркотикам как болезнь. Но новая семья отца Девочки Считает ее мать ничего не стоящей личностью, которой нельзя Доверять.

103

Что приводит к наркотической зависимости

Б.Х.: Человек может стать зависимым от наркотиков в тех случаях, если мать дала ему понять: то, что дает ему отец, ничего не стоит и он должен брать все только от нее. Тогда ребенок мстит матери тем, что бе­рет от нее так много, что это его разрушает. Значит, пристрастие к нарко­тикам является местью ребенка матери за то, что она препятствует ему принимать что-либо от отца. Понимаешь?

Кпаудия: Да, понимаю, но я хотела спросить о другом. Хотя, я думаю, это тоже очень важно знать. Я спросила, что я могу сделать для ребенка или его матери, если семья, в которой будет расти девочка, совершенно не уважает ее мать. Как я могу повлиять на эту ситуацию?

Б.Х.: Ты могла бы, например, объяснить отцу ребенка, каким обра­зом развивается пристрастие к наркотикам. Тогда он посмотрит на все другими глазами. Кроме того, ты могла бы сказать ему, что для девочки будет хорошо, если он будет уважать и любить в ней ее мать.

Вот тебе еще один пример. Одна женщина заставила мужа пойти к терапевту, чтобы наконец попытаться получить хоть какую-то помощь. Он был простым человеком и работал в сфере услуг. Сама она уже много раз участвовала в различных семинарах, прошла индивидуальную тера­пию... Тогда муж пришел наконец на один из моих семинаров, я его уви­дел и немедленно спросил: «Что ты здесь делаешь? Взглянув на тебя, лю­бой скажет, что с тобой все в порядке. Я думаю, тебе здесь нечего делать!» Мужчина обрадовался моим словам. Но несколько дней спустя он заме­тил, что не понимает, почему у него нет никаких проблем, принимая во внимания то, что он никогда не видел своего отца. Тот погиб на войне за пять недель до его рождения. Тогда я предположил, что он не чувствовал, что ему недоставало отца, так как мать, вероятно, очень любила и уважа­ла своего мужа. «Да, — ответил мужчина, — она его любила и уважала».

(Группе): Сейчас я покажу вам расстановку, которая у нас тогда полу­чилась.

Рис 7.1:

+0 — отец, погиб на войне; М - мать; С — сын (пациент).

104

Б.Х.: Такой была та расстановка. Мать этого человека сказала: «Я чув­ствую себя так, будто одна половина меня — это мой муж». Тогда я поста­вил мужа позади жены.

Рис. 7.2

Б.Х.: В этой расстановке женщина сказала: «Теперь мы - одно це­лое». Сын был счастлив. Так всегда бывает, когда родители уважают друг друга. Каждый из них может заместить другого.

Мать: Я чувствую то же самое.

Б.Х. (сыну): Как ты себя чувствуешь?

Сын: Я чувствую приятную теплоту.

Б.Х: Сын не страдал от отсутствия отца, потому что мать уважала его.

(Группе): У детей все в порядке психологически, когда отец любит и уважает жену в детях и когда мать любит и уважает мужа в них. Только тогда дети чувствуют себя цельными личностями. Поэтому в случае раз­вода ребенок должен остаться с тем из родителей, кто любит и уважает партнера в детях. Это, как правило, муж. Но женщины могут тоже удос­тоиться этого права.

Клаудия: Каким образом?

Б.Х.: Если и они будут любить и уважать партнера в детях.

ТЪя: У меня еще один вопрос о пристрастии к наркотикам. Ты сказал, что пристрастие к наркотикам отражает верность ребенка отцу и возни­кает из-за того, что мать говорит ребенку, что от отца не следует ожидать ничего хорошего. Но ты еще сделал одно очень важное замечание, кото­рое я, к сожалению, забыла, а именно замечание о том, что происходит внутри человека при наркотической зависимости.

Б.Х.: Ребенок принимает от матери так много, что это становится даже вредным для него. В этом и состоит пристрастие к наркотикам. Поэтому таких пациентов следует лечить только мужчинам-терапевтам. Женщи­ны-терапевты просто не в состоянии вылечить такого больного. Это воз­можно только в том случае, если они будут уважать отца пациента. Толь­ко при таких условиях они смогут быть его заместителем, как в нашем примере.

Дагмар: Это вообще в принципе так или же существует разница меж-ДУ тем, страдает мужчина или же женщина пристрастием'к*наркотикам?

105

Б.Х.: Принципиально такой разницы не существует.

Дагмар: Значит, дело всегда в том, что мать ребенка-наркомана дает ему понять: все то, что он получает от отца, ничего не стоит, и он не дол­жен ничего принимать от отца, а только от нее. А если сам отец страдает какой-либо зависимостью, например, если он алкоголик, и мать гово­рит сыну: «Твой отец — никчемный человек»?

Б.Х.: Тогда мать должна сказать сыну. «Я люблю твоего отца, и если ты станешь таким, как он, я ничего не имею против». Воздействие этих слов удивительно: когда мать уважает отца, тогда у сына нет никаких при­чин для того, чтобы стать алкоголиком. Но этот метод, который следует применять в таких случаях, является прямо противоположным тому, что обычно встречается на практике.

Томас: Значит, по твоему мнению, массовый рост проблем наркома­нии во всех странах Запада связан с этим?

Б.Х.: Именно. Значение мужчин в современном западном обществе уменьшается. Женщины все чаще испытывают к ним презрение, и по­этому увеличивается число наркоманов. Это и есть та цена, которую при­ходится платить за то, что женщины как' бы лишают мужчин их значи­мости в обществе. Это просто нормальный процесс.

Пристрастие к наркотикам как самонаказание

Гертруда: До тех пор, пока ты не произнес фразу «пристрастие к нар­котикам», я верила, что у меня нет никаких наболевших проблем. Но мой отец был алкоголиком, а мать все время говорила мне, что я точно такая, как отец. Но она говорила это скорее из страха, что я тоже могу стать ал­коголичкой. И в самом деле, у меня в течение какого-то времени были довольно серьезные проблемы с алкоголем, а сейчас — с никотином.

Б.Х.: Однажды у меня была пациентка, на первый взгляд, без каких-либо психологических проблем, но позже ей стало очень плохо. У нее был приступ психоза, она начала пить. Поэтому она захотела пройти не­сколько сеансов психотерапии у меня. Я согласился. Обнаружилось, что ребенком она однажды видела свою мать, лежащую пьяной на полу, и отца, беспомощно стоявшего возле нее, Тогда она очень рассердилась на мать. Я посоветовал ей: «Представь себе, что твоя мать лежит здесь на полу. Теперь ляг рядом с пьяной матерью и смотри на нее с любовью». Она это сделала и почувствовала любовь к матери. Таким образом она смогла освободиться от принуждения к самонаказанию. Что-то похожее ты можешь применить в твоем случае с отцом. Тебе надо только предста­вить себе его пьяным и лечь, стать или сесть рядом с ним, и все это в воображаемом присутствии матери, и посмотреть на него с любовью.

Гертруда: Значит, мать должна быть там?

Б.Х.: Да, в этой воображенной картине.

106

Гертруда: Отец всегда был очень агрессивным.

Б.Х.: Это меня не интересует. Я дал тебе решение твоей проблемы, и этого достаточно. Когда уже известно решение, больше не нужно гово­рить о каких-то дополнительных проблемах.

Интуиция связана с любовью

Б.Х. (Гертруде): Интуиция у человека срабатывает лишь тогда, когда его ум направлен на решение проблемы, потому что только при таких условиях он направлен и на любовь, и на уважение. Тогда человеку боль­ше не нужны истории о ком-либо. Но когда у нас возникает любопыт­ство и мы хотим больше узнать о нашей проблеме, интуиция подводит. Интуиция зависит от уважения и любви.

(Группе): Угрожающее жизни пристрастие к наркотикам — напри­мер, когда кто-то принимает очень сильные наркотические средства, та­кие, как героин, — это иногда замаскированная попытка самоубийства. Часто такой человек подчиняется динамике, знакомой нам из семейно-системных переплетений: «Я следую за тобой», или: «Лучше я, чем ты», иногда также: «Я умру вместе с тобой».

Приведу пример. У меня была молодая пациентка, принимающая героин, которая мне рассказала, что у ее матери рак и она умирает. Тогда мы с ней сделали расстановку, при которой дочь и мать стояли на неко­тором расстоянии напротив друг друга. На меня произвело большое впе­чатление то, с какой глубокой любовью дочь смотрела на мать. Она про­тянула к ней руки и сказала: «Я пойду с тобой». Было очевидным, что дочь хотела умереть вместе с матерью.

Исцеление путем движения любви к матери

Утэ: Твои слова о том, что поклон перед матерью мог бы вытянуть меня из могилы, все время волнуют меня. Сейчас я чувствую себя немного луч­ше, но еще очень слабой. У меня начались боли в области таза и в грудной клетке. Сейчас эти боли немного уменьшились. Сначала, когда я вспом­нила о матери, мои представления... Я все еще об этом думаю... Я очень...

Б.Х.: Мне не нужны никакие описания родителей, потому что это ни к чему не приводит. Важны только события.

Утэ: Первый раз в жизни я подумала о том, что моя мать могла бы покончить жизнь самоубийством в каких-то экстремальных обстоятель­ствах, по крайней мере, у нее могла возникнуть такая мысль. И это ново Для меня.

Б.Х.: Значит, мы нашли суть твоей проблемы.

(Утэ плачет.)

107

Утэ: Раньше я испытывала все это по-другому.

Б.Х.: Видишь, как ты ее любишь?

(Группе): Сейчас у Утэ возникает болезненное чувство, которое все­гда появляется, когда у пациента снова открывается детская любовь.

Утэ: Для этого мне нужно очень много сил.

Б.Х: Нет, ничего не говори! Это хорошее чувство, которое действует само по себе. С этим я оставляю тебя.

(Утэ поднимается со стула и собирается выйти из комнаты.)

Б.Х.: Нет, останься здесь! Так для тебя будет лучше. Здесь ты в безо­пасности. Сядь рядом со мной. Прислонись ко мне.

(Она всхлипывает.)

Б.Х.: Дыши глубоко, открытым ртом! Обними меня обеими руками! Да, так. Вот так лучше. Дыши с силой, открытым ртом. Выдыхай с си­лой. Как ты называла свою мать, когда была маленькой? «Мама»? «Ма­мочка»?

Утэ: Мама.

Б.Х.: Скажи: «Мама!»

Утэ: Мама! Мама!

Б.Х.: Дорогая мама!

Утэ: Дорогая мама!

(Б.Х. обнимает ее, пока всхлипывания не затихают.)

Б.Х.: Как ты чувствуешь себя сейчас?

Утэ: Благодарной.

Б.Х. (группе): Мы только что наблюдали прерванное движение люб­ви ребенка к матери, которое достигло цели. Вы заметили, насколько это было больно? Насколько глубоко? И как человек скрывает и защищает в себе это? Насколько он боится вернуться назад еще раз?

Проблема прерванного движения к любимому человеку и ее решение

В случае диагноза прерванного движения ребенка к одному из ро­дителей, которое должно быть доведено до конца, лучше всего может помочь сама мать этого ребенка, потому что прерванное движение, как правило, направлено именно к ней. Для матери это не трудно, если ре­бенок еще маленький. Тогда она должна обнять ребенка, прижать его к себе с любовью и держать так долго, пока любовь, которая была пре­вращена прерыванием в гнев и печаль, не сможет снова свободно течь в виде любви к матери, а ребенок не будет в состоянии расслабиться в ее руках.

Если ребенок уже большой, мать тоже может помочь ему закончить прерванное движение и исправить его последствия с помощью объя­тий. Только в этом случае объятия должны быть будто перенесены в про-

108

шлое, в тот момент, когда произошло прерывание. При этом важно, что движение ребенка к матери как будто продолжится в тот момент, когда оно было прервано вначале и приведено к своей тогдашней цели. Ины­ми словами, речь идет о том ребенке из прошлого, все еще желающем обнять ту мать. Поэтому и ребенок, и мать во время объятий должны снова стать теми ребенком и матерью и чувствовать ток, как тогда. Для терапевта вопрос состоит в том, что же является средством, позволяю­щим объединить мать и ребенка. Приведу пример. Одна из моих паци­енток, мать взрослой дочери, была озабочена своими отношениями с ней, так как дочь избегала и редко навещала ее. Я посоветовал матери представить себе, что она обнимает дочь так, как мать обнимает своего ребенка, когда тот в удрученном состоянии, но она не должна делать этого физически, а хранить такую исцеляющую картину в своей душе до тех пор, пока она сама по себе не воплотится в физическое действие. Позже клиентка рассказала мне, что через год ее дочь вернулась домой, тихо и с любовью прижалась к ней, а она долго и тоже с любовью дер­жала ее в объятиях. Потом дочь поднялась и ушла. При этом никто не произнес ни слова.

Решение проблемы

с помощью заместителей родителей

В тех случаях, когда родители отсутствуют, другие люди могут их за­местить. Для маленького ребенка такими людьми могут быть родствен­ники или другие ответственные за ребенка лица. Для взрослых ими мо­гут быть терапевты, знакомые с проблемой. В любом случае такой по­мощник или терапевт должен дождаться подходящего момента. Он словно внутренне объединяется с матерью или отцом ребенка и исполняет свой долг в качестве их заместителя и как будто по их заданию. Он любит ре­бенка любовью родителей и отводит поток любви ребенка, который ка­жется направленным на него самого, мимо себя — к его родителям. Как только ребенок внутренне наконец присоединился к родителям, терапевт или помощник тихо покидает сцену. Таким образом он, при всей интим­ности этого аспекта терапии, сохраняет дистанцию и остается внутренне свободным.

Терапия с помощью глубокого поклона

Что касается взрослых, нуждающихся в терапии детской травмы, вызванной прерванным движением любви ребенка к родителям, исце­ление иногда усложняется тем, что пациент презирает своих родителей или упрекает их в чем-то, так как считает себя лучше их, или желает быть лучше, чем они, или же хочет получить от них что-то другое, луч-

109

ше того, что они были в состоянии ему дать. В подобных случаях исце­ление с помощью глубокого поклона предшествует терапии при помощи объятий.

Этот глубокий поклон является внутренним процессом. Но он ста­нет более глубоким и полным энергии, если будет совершен в реальнос­ти, например, когда в группе понимающих помощников будет расстав­лена родительская семья ребенка, и «ребенок» опустится на колени пе­ред участниками, играющими роли своих родителей, поклонится им до самого пола, вытянув вперед руки с раскрытыми ладонями, и останется в этой позиции до тех пор, пока не будет готов сказать одному из них или обоим: «Я уважаю тебя» или «Я уважаю вас обоих». Иногда он добавляет еще: «Мне жаль», или: «Я этого не знал», или: «Не сердитесь на меня», или: «Мне вас очень не хватало», или же просто: «Пожалуйста!». Только тогда «ребенок» может подняться, приблизиться к ним с любовью и с любовью же обнять их, говоря при этом: «Дорогая мама», «Дорогая ма­мочка», «Дорогой папа», «Дорогой папочка» или просто: «Мама», «Ма­мочка», «Папа», «Папочка», в зависимости от того, как он называл роди­телей в детстве.

Очень важно, чтобы в течение всего этого процесса участники, игра­ющие роли родителей, ничего не говорили и, главное, не старались при­близиться к «ребенку» во время поклона, но приняли его уважение, как если бы были его настоящими родителями, — до того момента, пока то, что их разделяло, не растаяло бы. Они могут обнять «ребенка», только когда он уже обнимает их.

Терапевт, проводящий расстановки, управляет этим процессом. Он принимает решения о том, нужно ли осуществить только движение «ре­бенка» к родителям или еще и предшествующий ему глубокий поклон. Он говорит «ребенку» слова, которые тот должен произнести во время покло­на или объятия. Кроме того, он обращает внимание на сигналы сопротив­ления со стороны «ребенка» и помогает ему преодолеть сопротивление, например, советуя глубоко дышать, слегка приоткрыв рот и опустив голо­ву вниз. Сопротивлением считаются все ослабляющие чувства, выражаю­щиеся путем плача или неясных звуков при таком дыхании. Терапевт при­зывает ребенка противостоять слабости, отдаться силе и дышать без ка­ких-либо звуков. Все, что ослабляет клиента, способствует повторному пре­рыванию потока чувств «ребенка», вместо того чтобы лечить его. Иногда, в случае необходимости, терапевт кладет руку между лопаток клиента, что­бы осторожно поддержать его движение и дать возможность почувство­вать себя в безопасности. Когда же он замечает, что «ребенок» еще не вполне готов оказать уважение родителям, то прерывает процесс. Он может оста­новить процесс и после поклона, не совершая каких-либо последующих действий, — например, если ребенок совершил что-то плохое по отноше­нию к родителям и в долгу перед ними.

110

Если при расстановке оказывается, что пациент не способен покло­ниться и совершить движение к родителям, тогда тот, кто играет его роль в расстановке, замещает его и здесь: говорит и делает вместо него то, что тре­буется. Такой вариант может оказаться даже более действенным для паци­ента, чем когда он сам совершает это.

Движение через родителей дальше

Движение любви к родителям находит свое завершение, если оно идет через родителей дальше. Когда это движение завершено, мы восприни­маем его, как полное согласие с нашей судьбой и принятие нашего про­исхождения и его последствий. Теперь «ребенок» может встать рядом с родителями с достоинством, на одном уровне с ними — не выше и не ниже.

ДЕНЬ ВТОРОЙ

Мстить, играя жертву

Хартмут: Вчера ты как-то между делом сказал: «Верность препятствует жизни».

Б.Х.: Я этого не помню. Но для того, чтобы произнесенные мною слова не были опрометчиво обобщены, вот тебе еще одно выражение: «Практика препятствует теории».

(Смех в группе.)

Хартмут: Мне не до смеха, потому что вчерашний день закончился для меня тем, что после того, как я рассказал о шантаже моей первой жены (ее угрозе самоубийства), ты сказал, что клиенты часто разделяют события или людей своей системы на «хороших» и «плохих», а в реальности бывает как раз наоборот. И может быть, это я должен был покончить с собой. Сначала эта мысль показалась мне неприемлемой, я долго размышлял, но не пришел ни к какому выводу. Более того, лично я никогда не играл с идеей о самоубийстве. Наоборот, меня всегда это шокировало в других.

Б.Х.: Это, кстати, то же самое.

Хартмут: Я понимаю. Но в течение примерно трех лет после развода с первой женой я видел кошмарные сны о самоубийстве. В этих снах я совершал самоубийство всеми возможными способами, но никогда не смог этого принять. В них всегда появлялась моя вторая дочь, с которой у меня очень сердечные отношения.

Б.Х.: Как бы то ни было, внутренне ты оказался связанным с этой проблемой. Сейчас ты можешь посмотреть на нее открыто. В ходе расстановки твоей семьи стало ясно, что ты избран на роль жертвы. Католики, которые изучают теологию... Ты католик или протестант?

Хартмут: Протестант, но с ограничениями.

Б.Х.: Итак, те, кто изучают теологию, в большинстве случаев избраны на роль жертвы, особенно когда они позже становятся священниками. Это напоминает библейские жертвоприношения детей во благо семьи. У католиков этот принцип выражен сильнее, чем у протестантов.

Хартмут: Да, приношение в жертву первенца... Вчера для меня стало абсолютно ясным, что я внутренне принял роль жертвы, от которой очень ., трудно освободиться. Во всяком случае сейчас я знаю, что всегда интерпретировал события своей жизни с позиции жертвы.

Б.Х.: Позволь мне сообщить тебе однуважную истину: роль жертвы — вид мести в самой хитрой ее форме.

112

(Хартмут смеется.)

Б.Х.: Ты смеешься? В борьбе за власть побеждают жертвы. Что-то еще?

Хартмут: Сейчас у меня, по крайней мере, есть о чем подумать.

Уверение

Софи: Мне хочется сказать, что вчера вечером я рассказала мужу о том, что я здесь вчера чувствовала. Наш разговор был очень приятным, и он мне сказал, что я всегда должна думать о том, что он есть и всегда будет моим мужем.

Компенсация

Бригитта: Вчера вечером я была настолько уставшей, будто сама целую неделю проводила семинар с расстановками семей.

Б.Х.: Это от того, что ты была только наблюдателем.

Бригитта: Я все время думаю о своей старшей дочери, которая из протеста (против меня) переехала в другой город. Сначала она — тоже из протеста — не хотела учиться в университете, из протеста хотела иметь пятерых детей (у меня самой четверо), а потом все же начала изучать психологию, но сейчас не хочет работать. Она — единственная из моих дочерей, с которой я не могу найти общего языка.

Б.Х.: Поскольку ты отказываешься от расстановки своей семьи, я ничем не могу помочь. Вот сейчас я тебе отомстил!

Бригитта: Ах, вот как? Думаешь, я не работаю над своими проблемами!

Б.Х.: Правда? Здесь?

Бригитта: Да.

Б.Х.: Хорошо, позже мы займемся этим.

Неожиданное облегчение

Гертруда: Сегодня ночью первый раз за долгое время моя рука не затекла. Но я все же смогла думать о муже с любовью. Утром я очень удивилась тому, что ночью ни разу не проснулась.

Достижение миролюбивой позиции

Роберт: Я чувствую себя хорошо, очень хорошо, а еще чувствую рядом маленькую Адельхайд. Это прекрасное чувство. Я замечаю, что и по отношению к своей жене становлюсь более миролюбивым. Эта связь между умершей маленькой Адельхайд и моими чувствами к жене кажется мне просто удивительной.

8-3099 113

Б.Х.: Логика работает по другим законам, чем душа или реальность. Ты узнаешь истину по ее воздействию.

Роберт: Такое воздействие удивительно, но в то же время оно очень хорошее.

Б.Х.: На всякий случай я расскажу тебе одну предостерегающую историю. Ты знаешь сказку о маленьких человечках? Некогда^-лзнь в Кельне была прекрасной. Люди ложились спать вечером, вставали утром, а вся работа была уже сделана. Это продолжалось до тех пор, пока кому-то не захотелось узнать, как же все это получается...

Распознать динамику двойного переноса

Клаудия: У меня начались внутренние диалоги. Еще вчера мне было довольно легко сознаться в том, что это я испортила жизнь моему мужу так сильно, как только смогла. Сейчас же я начала упрекать его в том, что он тоже не без греха по отношению ко мне... И из-за этого прежние конфликты снова возродились.

Б.Х.: Это называется продлеванием процесса.

Клаудия: Вчера мы не успели заняться моим случаем. Сегодня я стояла в пробке на дороге и сильно злилась. А потом вспомнила, что в нашей семье была целая куча теток, старших сестер моего отца, которые были в бешенстве из-за того, что дедушка плохо занимался финансовыми делами семьи, поэтому они даже не смогли выйти замуж. Им пришлось очень тяжело работать по хозяйству, а выходить замуж им запретили. Дедушка превратил нашу семью из очень богатой в нищую.

Б.Х.: Это и есть те женщины, права которых ты стараешься отстоять в борьбе против собственного мужа, несмотря на то, что он здесь совершенно ни при чем.

Расстановка:

Исцеление двойного переноса

Лаура: Я страшно разгневана, но не знаю почему.

Б.Х.: Разгневана? Ты имеешь в виду, что ты действительно в ярости?

Лаура: Да. Ты смеешься?

Б.Х.: Ты бы предпочла, чтобы я плакал? Хорошо, расставим твою семью.

Рис. 8.1:

М - муж; Ж — жена (Лаура); Д - дочь.

114

Б.Х.: Эта расстановка указывает на то, что существует системное переплетение. Подобные отношения между мужем и женой невозможно представить себе даже в самых страшных снах.

(Лауре): Можешь ты себе это как-то объяснить?

Лаура: Раньше у меня часто бывало такое впечатление, будто в нашей семье кто-то что-то скрывает. Стараясь раскрыть эту тайну и задавая вопросы, я всегда наталкиваюсь на неудовольствие родственников. Но все же у меня сильное подозрение, что моя мать что-то скрывает.

Б.Х.: Тогда это переплетение исходит из ее семьи.

Лаура: У дедушки со стороны матери было семеро детей, и все дочки. Ему это совсем не нравилось. Он хотел сына и всегда настаивал на том, чтобы все его дочери имели детей, не выходя замуж. Он надеялся, что одна из них родит сына, который носил бы его имя и передал дальше по наследству. И все дочери поступили по его воле, кроме моей матери. Она вышла замуж, и у нее единственной родились сыновья. Все остальные родили дочерей.

Б.Х.: Итак, кого в твоей расстановке должен был замещать твой муж? Твоего деда! Если это верно, то ты в большом долгу перед своим мужем.

(Группе): Мне хотелось бы еще раз затронуть тему динамики двойного переноса. Как терапевт сначала я спрашиваю себя, какими должны были быть чувства этих дочерей по отношению к отцу. Они были в ярости, но эта ярость была обоснованной. И на кого спроецировалась эта ярость?

Лаура: На моего бывшего мужа.

Б.Х.: Вот именно. Ты перенимаешь чувства этих женщин. Это проецирование в субъекте, то есть от твоих теток на тебя. Но ярость, вместо того чтобы быть направленной на деда, направлена на твоего мужа: это проецирование в объекте, то есть от твоего деда на мужа. Иными словами, ты в большом долгу перед своим мужем. В большинстве случаев, когда пациент считает себя правым (действительно правым — так, как ты прежде), тогда в системе происходит двойное проецирование. Когда речь идет о его собственном праве, пациент не так сильно вступается за него, как в случае, если это касается прав других.

Б.Х.: Сейчас мы выполним с тобой одно упражнение. Расставь всех своих теток и сама встань к ним.

(Лауре): Сейчас ты должна с любовью посмотреть на каждую из них и каждой сказать так, как маленькая девочка обратилась бы к любимой тете: «Дорогая тетя!»

Лаура: Я бы не сказала, что я их так уж люблю.

Б.Х.: Тогда повторяй эту фразу до тех пор, пока ты не сможешь сказать ее с любовью.

(Лаура повторяет фразу до тех пор, пока ей это, наконец, удается.)

Б.Х.: Сейчас встань на колени перед тетями, поклонись до самого пола, положи перед собой руки с обращенными кверху ладонями и скажи своим тетям: «Я вас уважаю!»

8* 115

Рис. 8.2:

Т1 - первая тетя и т. д.

Рис. 8.3

Лаура: Я вас уважаю.

Б.Х.: «Дорогие тети, я вас уважаю».

Лаура: Дорогие тети, я вас уважаю.

Б.Х. (через некоторое время): Теперь поднимись, встань рядом со своими тетями и скажи каждой из них: «Дорогая тетя».

Лаура: Дорогая тетя, дорогая тетя.

(Лаура глубоко взволнована. Только сейчас ее любовь, боль и сочувствие могут течь к этим родственницам. Тогда Хеллингер возвращает мужа в поле ее зрения.)

116

Рис. 8.4

(Лаура подходит к мужу, обнимает его за шею и говорит, всхлипывая: «Прости, пожалуйста!»)

Б.Х.: Скажи только: «Мне жаль». Не больше. «Мне жаль».

Лаура: Мне жаль.

Б.Х.: Скажи ему: «Я не знала».

Лаура: Я не знала.

Б.Х. (после того, как Лаура успокоилась): Встань рядом с ним, а я поставлю вашу дочь к вам.

Рис. 8.5

Б.Х.: Как вы себя сейчас чувствуете?

(Все чувствуют себя хорошо.)

Б.Х.: Хорошо. Нашли решение проблемы.

(Группе): Сейчас мне хотелось бы более подробно рассказать о данном случае. При двойном переносе пациент больше не живет собственной жизнью. Он идентифицируется с другим членом семьи. Идентифицироваться — значит быть чуждым себе, быть как то лицо, с которым человек идентифицируется. Это лицо больше не является чужим «Я» для пациента. Он чувствует как тот другой человек, то есть его чувства — это чувства того чело-

117

века. Поэтому в данной расстановке было необходимо сначала расставить всех родственниц как пять индивидуальных «Я». Когда пациентка сказала каждой из них «Я тебя уважаю», она больше не смогла сохранять идентификацию, потому что тетки снова стали ее тетками, а она — самой собой. В тот момент шесть родственниц снова стали для нее взрослыми, ответственными за собственные достоинство и права, а она снова была маленькой и могла любить своих теток так, как любила в детстве.

Играющая роль одной из теток: В качестве тетки в этой расстановке для меня было очень важно чувствовать, как это хорошо, когда тебя кто-то уважает.

Б.Х.: Мы все видели красоту теток, когда они стояли здесь, полные собственного достоинства. Без этого ничего не получилось бы. При отсутствии уважения со стороны пациентки — уважения, которое предшествует любви, - «дезидентификация» не стало бы для нее возможной. Тот же самый принцип соблюдается в тех случаях, когда «ребенок» снова находит в себе способность любить своих родителей: прежде всего он должен уважать их, например, когда его проблема состоит в том, что он их презирал или чем-то обидел. Только когда уважение предшествует любви, между людьми могут складываться хорошие отношения. Иначе проблемы не решаются и отношения остаются пустыми.

Большинство серьезных трудностей в отношениях между мужем и женой базируется на двойном проецировании. Все усилия устранить подобные трудности окажутся напрасными, если терапевт не может распознать существующие в системе идентификации и лечить их. Только после этого возможно возобновление отношений. При идентификации один из членов системы живет как будто в другом мире, к нему никто не может проникнуть, так как он больше не является своим собственным «Я», а становится «Я» другого лица. Кроме того, такой человек не может по-настоящему видеть своего партнера, потому что и в нем он видит кого-то другого. Иными словами, в таких переплетениях все перепутано и фальшиво.

Лаура: Я в совершенном изумлении! Первый раз в жизни я чувствую странное спонтанное тепло в пояснице; для меня это совершенно новое чувство.

Играющий роль мужа: Меня очень тронули ее слова: «Мне жаль, я не знала».

Прощение не рекомендуется

Б.Х. (Лауре): Я не позволил тебе произнести: «Пожалуйста, прости меня!», потому что это неприемлемо. Нельзя просить о прощении. У человека нет права на то, чтобы прощать. Ни один человек не имеет такого права. Когда кто-то просит о прощении у другого, он перекладывает на

118

него ответственность за собственную вину. Некоторые пациенты каются своему терапевту в своих грехах. И если он им это позволяет, то берет все на себя. Однако он может защититься, ответив пациенту: «Я не хочу ничего об этом знать».

Тот, кто прощает, находится как будто на более высоком уровне по сравнению с тем, кого прощает, и из-за этой разницы нормальные равноценные отношения невозможны. Но если мы говорим другому человеку: «Мне жаль», два индивидуума оказываются на равных друг с другом. Тогда каждый из них сохраняет собственное достоинство и каждому будет гораздо легче иметь нормальные отношения друг с другом, чем в случае, когда кто-то просит о прощении.

Лаура: Точно так я и чувствовала. Я чувствовала эту огромную разницу! Сейчас я понимаю, что произнести слова «Мне жаль» - самое правильное.

Б.Х.: Твоя боль выражает уважение к мужу, и этого достаточно для решения твоей проблемы.

Последствия для ребенка

Лаура: Сначала мне хотелось с восторгом сказать тебе, как хорошо я себя чувствую. Но это продолжалось всего минут десять. Сейчас же я стою перед чем-то и мне нужен твой совет. Я не последовала за мужем в его семью, это он пришел со мной в нашу семью. После развода я вернула свою девичью фамилию, и моя дочь тоже носит ее. Во время бракоразводного процесса его родители постоянно вмешивались. Все мы очень сильно перессорились. После этого я запретила дочери встречаться с его родителями, но сейчас у меня такое чувство, что это была огромная глупость с моей стороны.

Б.Х.: Да, действительно, но эту глупость еще не поздно исправить.

Лаура: Мне хотелось бы еще кое-что добавить. Вот уже полгода, как 4 моя дочь не имеет никакого контакта с моим бывшим мужем из-за того, что он совершил сексуальное посягател! ""ню. И я до сих пор не доверяю ему до такой степени, чтобы позволить км видеться. Но сейчас у меня такое чувство, будто моя дочь должна жить вместе с отцом у его родителей, несмотря на то, что у меня нет доверия к нему. Еще вчера я просто рассмеялась бы, если бы кто-то сказал мне что-нибудь подобное. У меня уже раньше было чувство, что я пожертвовала своим ребенком. Мне знакома подобная ситуация: в нашей семье это происходило из поколения в поколение, и мне хотелось положить этому конец. Но уверенности в том, что я своевременно защитила свою дочь, у меня больше нет. Сейчас же я просто не могу сказать ему: «Забери свою дочь и иди вместе с ней к своим родителям. Там ее место».

Б.Х.: Что касается сексуального посягательства, ты должна сказать Дочери: «Ты сделала это для меня».

119

Лаура: Мне действительно необходимо ей это сказать!

Б.Х.: Да, ты должна сказать ей: «Ты сделала это для меня, но сейчас мы можем это исправить». Кроме того, ты можешь еще сказать ей: «Дети никогда не виноваты». Таким образом ты примешь ответственность за случившиеся в прошлом события на себя и своего мужа, а дочь станет свободной, сразу же. (Вероятно, в данном случае воздействует еще идентификация с бабушкой, которая предоставила своих беззащитных дочерей своему мужу и его планам.)

liHiill

Расстановка:

Умершие в детстве братья

Утэ: С тех пор, как мы говорили с тобой о могиле, я поняла, что в моей семье смерть являлась в необычайно разнообразных и трагических видах.

Б.Х.: Об этом я не хочу ничего знать.

Утэ: Мне тоже не хотелось говорить об этом подробнее, у меня только вчера возникла одна идея. Кроме моего родного старшего брата, у меня был еще сводный брат, который являлся внебрачным ребенком моего отца. Старший брат умер через полгода после моего рождения: у него был поражен мозг. А о внебрачном сыне моего отца, который тоже умер в детстве, я даже никогда и не думала. Только после того, как ты упомянул других членов моей семьи, я в первый раз вспомнила о нем.

Б.Х.: Этот сводный брат — самый старший ребенок в семье?

Утэ: Нет, мой родной брат — самый старший. После него родился этот сводный брат, а потом я. Я самая младшая.

Б.Х.: А что с матерью твоего сводного брата?

Утэ: Я почти ничего не знаю о ней. Знаю только, что она была секретаршей у моего отца, потом она вышла замуж и жизнь у нее сложилась нормально. Обо всем этом я узнала после смерти отца.

Б.Х.: В подобном случае порядком, отражающим отношения в системе, было бы то, если бы твой отец развелся с твоей матерью и женился на этой женщине, у которой от него был ребенок. Тот факт, что твоя мать сохранила для себя старшинство и муж остался с ней, представляет собой несправедливость по отношению к другой женщине.

Утэ: Моя мать хотела забрать этого ребенка к себе.

Б.Х.: Нет, нет, это невозможно! У нее просто нет никакого права на это.

Утэ: Да.

Б.Х.: Расставь сейчас свою родительскую семью. Мы посмотрим на ситуацию.

(Утэ начинает расстановку.)

Б.Х.: Кто-то из твоих родителей прежде состоял в браке или был помолвлен?

120

Утэ: Да, мой отец. Отец был женат. Обо всем этом я услышала только после его смерти.

Б.Х.: У них были дети?

Утэ: Нет. Но и у моей матери были очень серьезные отношения с кем-то до брака с моим отцом. Тот мужчина был на 25 лет старше матери.

Б.Х.: Эти люди также нужны нам для расстановки.

Обвинял ли кто-либо из родителей другого в том, что ребенок родился инвалидом?

Утэ: Я думаю, моя мать чувствовала себя виноватой из-за успокаивающих таблеток, которые по ее просьбе ей дала повитуха.

Б.Х. (участникам курса): Что думают медики по этому поводу? Могли такие таблетки послужить причиной поражения мозга?

Врач: Если рождение ребенка было таким образом задержано, то да.

Утэ: Ребенок, можно сказать, застрял, попросту застрял, а она это позже отрицала!

Рис. 9.1:

О - отец; М - мать; +1 — первый ребенок, рано умерший сын-инвалид; +2 — второй ребенок отца, рано умерший внебрачный сын; 3 — третий ребенок, дочь (Утэ); М2 — мать умершего внебрачного ребенка; 1ЖО — первая жена отца; БДМ — бывший друг матери.

Утэ: Неожиданно я вижу так много людей, а всегда чувствовала себя такой одинокой.

Б.Х.: Как чувствует себя отец?

Отец: Мне просто плохо. У меня плохое настроение, и ситуация как будто безвыходная. Мне кажется, что я застрял и не могу двинуться ни вперед, ни назад.

121

Б.Х.: Как чувствует себя мать?

Мать: Ужасно. Просто ужасно. Совершенно ужасно.

Б.Х. (играющему роль умершего старшего сына): Как чувствует себя умерший старший сын?

Первый ребенок: Хорошо. Я чувствую себя уютно и тепло между ними. Мне ничего больше не нужно. ^

Б.Х.: Как чувствует себя мать внебрачного сына?

Мать второго ребенка: Как будто меня бросили с ребенком. У меня сейчас очень большая ответственность.

Б.Х. (играющему роль умершего внебрачного сына): Как чувствует себя умерший внебрачный сын?

Второй ребенок: Я чувствую ужасную подавленность. У меня слезы на глазах. Все это нехорошо.

Б.Х.: Как чувствует себя первая жена отца?

Первая жена отца: Странно. С одной стороны, я предпочла бы не иметь ничего общего со всем этим, абсолютно ничего. Но с другой стороны, если уж мое присутствие здесь так необходимо, то мне бы хотелось быть бабушкой всех этих людей.

Б.Х.: Как чувствует себя бывший друг матери?

Бывший друг матери: С правой стороны от меня приходит много тепла, как будто кто-то ласково гладит меня или я кого-то глажу. Я чувствую, что меня как будто что-то тянет к этой женщине. Все остальное для меня неважно.

Б.Х. (играющей роль Утэ): Как чувствует себя дочь?

Третий ребенок: Мне кажется, что я как будто расщеплена пополам. Одна половина меня, правая, — теплая и спереди и сзади. Вторая — ледяная, и я чувствую себя совершенно бессильной.

(Б.Х. ставит первую жену отца напротив остальных.)

Рис. 9.2 122

Б.Х.: Как чувствует себя сейчас отец?

Отец: Мне нравится, что она сейчас находится в поле моего зрения. Когда она стояла позади меня, мне это совсем не нравилось.

Мать: Мне на этом месте все еще плохо, но все же лучше, чем прежде.

Третий ребенок: Я рада, что могу направить свой взгляд на кого-то.

Б.Х.: Как чувствует себя сейчас первая жена?

Первая жена отца: Когда я стояла позади всех, мне было холодно, а когда ты поставил меня сюда, сразу стало тепло. Сейчас я могу интересоваться всем, что происходит. Между нами возникли какие-то отношения.

(Б.Х. ставит мать рядом с первой женой отца.)

Рис. 9.3

Отец: Так лучше. Сейчас я могу первый раз за все время по-настоящему видеть мою вторую жену. Прежде я не понимал, зачем она здесь. Но сейчас я ничего не имею против нее, но и особой привязанности к ней я тоже не чувствую.

Третий ребенок: Сейчас я могу свободнее дышать.

Первый ребенок: Мне все безразлично.

(Б.Х. изменяет констелляцию, посадив умершего старшего сына на пол перед родителями и прислонив его к ним спиной.)

Б.Х.: Как чувствует себя сейчас старший сын?

Первый ребенок: Эта позиция мне подходит.

Б.Х: А как чувствует себя мать?

Мать: Мне грустно.

(Б.Х. ставит умершего внебрачного сына рядом с его отцом, а дочь — Рядом с ее матерью.)

123

Рис. 9.4

Рис. 9.5

Б.Х.: Как чувствует себя отец сейчас?

Отец: Странно. То, что мой внебрачный сын здесь, рядом со мной, для меня скорее тягостно. А сын, лежащий на полу, не представляет для меня никакой проблемы. Целью моих отношений с женой является главным образом забота о ребенке. Я чувствую симпатию к ней, но все же у меня такое впечатление, что между нами что-то ненормально, но что именно— не знаю.

124

Б.Х.: С точки зрения семейной системы между вами все кончено. (Играющей роль Утэ): Как чувствует себя дочь? Третий ребенок: Плохо.

(Б.Х. расставляет членов семьи в решающую проблему констелляцию.)

Рис. 9.6

Б.Х.: Как чувствует себя дочь?

Третий ребенок: Лучше.

Мать: Мне тоже лучше.

Б.Х.: Как чувствует себя умерший внебрачный сын?

Второй ребенок: Я рад, что снова могу быть возле матери. Там, рядом с отцом, я чувствовал себя очень одиноким.

Третий ребенок: То чувство разделения пополам у меня исчезло.

Б.Х.: Как чувствует себя мать внебрачного ребенка?

Мать второго ребенка: Неплохо. Прежде мне было грустно, потому что мой сын так далеко от меня. Но сейчас лучше.

Мать: Это наводит на меня грусть.

Б.Х..• Как чувствует себя первая жена отца?

Первая жена отца: Все это меня больше не касается.

Б.Х.: Динамика событий, которые происходили в этой семье после первого брака отца, так сильна, что связь отца с его первой женой больше не играет никакой роли.

(Бывшему другу матери): А для тебя это еще играет какую-то роль?

Бывший друг матери: У меня теплые чувства, я могу взглянуть на нее, но между нами все кончено.

125

Б.Х. (к Утэ): Стань на свое место в расстановке, пожалуйста.

(Утэ становится на свое место в расстановке и долго смотрит на всех.)

Утэ: Мне приятно, что есть возможность контакта с членами семьи, стоящими слева и справа от меня. И приятно стоять между мужчинами. Моя мать оказала на меня большое влияние и очень офаничила в самовыражении. Я думаю, что если бы мать могла занять место рядом с отцом, для нее это было бы лучше, чем заботиться обо мне. Меня потрясло то, что участница, игравшая мою роль, испытывала то же чувство расщепления, что и я. У меня и в самом деле очень часто возникало чувство, будто я расщеплена или поперек, или вдоль туловища. Но в данный момент ничего подобного я не чувствую. А то, что у меня сейчас есть брат, тот, слева, — совершенно новая ситуация для меня. Я осознаю это в первый раз. Я по-прежнему нахожу это грустным, но в данный момент меня это не очень волнует.

Б.Х.: В систему пришел покой.

(Утэ осторожно гладит по щекам отца и обоих братьев.)

Утэ: Сейчас все в порядке.

Б.Х. (группе): Сейчас я расскажу вам еще одну историю. В ней говорится о полноте времени.

Полнота времени

Спросил юнец у старика: «Что различает нас: тебя, что век свой прожил, и меня, чей день лишь настает?»

Старик ответил: «Я был больше.

Хоть нам и кажется в час предрассветный, что больше юный день, раз прежний позади. Но этот день грядущий, пусть он лишь настает, лишь тем становится, чем был вчерашний, и чем богаче тот был, тем богаче этот будет.

Как день когда-то прошлый, он сначала наверх, к полудню держит путь. До зноя он зенита достигает, и там на время в вышине, нам кажется, он тихо замирает, пока, отяжелев, не покатит к закату — и вот он весь такой же как вчера был старый.

Но то, что было, не прошло. Оно осталось, потому что было. Оно живет, хотя и позади, и, наполняясь вслед идущим новым, растет. Так капля, что из облака упала, уже была ведь, но упала в море, которое осталось.

И только то, чему не суждено было стать чем-то, что мы все упустили, не узнав, подумали, не сделав, растратили не в плату за свой выбор, — то миновало: от него и следа не осталось.

126

Бог верного момента поэтому для нас двулик — он юноша с лица кудрявый, а со спины — старик. И руку протянув вперед, его за локон схватишь, а сзади подойдешь и схватишь пустоту».

И юноша спросил: «Что ж делать мне, чтобы стать тем, кем был ты?»

Старик ответил: «Будь!»

Б.Х.: Хорошо, Утэ?

Утэ: Из этой истории я узнала нечто важное для себя.

Напрасная борьба

Улла: Я чувствую себя хорошо. Как будто очнулась после расстановки моей родительской семьи. Но кое-что я еще не поняла. До того, как я расставила участников, играющих роли членов семьи, ты сказал, что мое внутреннее сопротивление против превращения бывшей невесты отца в мой идеал является напрасным усилием. Этого я не понимаю; но саму констелляцию я поняла.

Б.Х.: Этого уже достаточно. Я только хотел обратить внимание на то, что некоторые считают, что они могут избавиться от нежелательных фактов, просто отрицая их.

Ума: Мне приятно видеть бывшую невесту отца, и то, что она получила подобающее место.

Б.Х.: Вам, вероятно, известна библейская история о Якове. Целую ночь он боролся с ангелом на берегу реки.

Улла: Это был архангел Гавриил?

Б.Х.: Нет, не думаю, что это был Гавриил. Имя этого существа не указывается. Точнее сказать, ангел здесь — только образ Бога.

Ангел сказал Якову: «Отпусти меня!» А Яков ответил: «Я не отпущу тебя до тех пор, пока ты меня не благословишь». Только тогда они смогли разойтись. Понимаешь?

Перенятый траур ослабляет

Ума: В моей жизни сейчас переломный период, и вот уже некоторое время меня преследует грусть. После «пробуждения», о котором я уже говорила, у меня было намного больше энергии, и я пришла сюда полной сил. Но при расстановке семьи Утэ, в которой я играла роль ее матери, мне стало очень грустно - ведь ее история действительно очень грустная, - и я сразу же начала использовать это для работы над собственной грустью. Но при этом вся моя новая энергия исчезла, а сейчас я снова чувствую ее.

127

Б.Х.: Это как в случае с чужой виной. Обоснованная собственная грусть делает человека сильным. Она всегда полна энергии. Чужая же грусть ни к чему не ведет. Например, когда кто-то один плачет, а другие плачут вместе с ним, они становятся слабыми. Только тот, кто плачет, потому что у него есть веская личная причина для этого, приобретает силу.

Проблему можно решить, если не зацикливаться на ней

Франк: Когда я шрал роль отца в расстановке семьи Утэ, у меня закружилась голова, стало очень неприятно. Такое чувство мне знакомо.

Б.Х.: Оставь это чувство тому, кого ты замещал в этой расстановке. Это очень важно. Одним из принципов семейно-системной терапии является то, что при расстановке семьи участники группы, играющие роли членов семьи, не должны принимать на себя чувства ее членов. Даже если есть какая-то аналогия, необходимость защищать собственную душу от негативных влияний не позволяет участникам группы, играющим роли членов семьи, поддерживать эту связь. Мы должны работать с чувством грусти, только когда оно возникает само по себе и никогда не заниматься чувствами, приходящими к нам извне. Ты должен сохранить полную внутреннюю нейтральность, иначе будут открыты все двери собственным фантазиям и иллюзиям.

Это важное предостережение.

Франк: Ты хочешь сказать, что я не должен присваивать себе чужие чувства, которые находятся в резонансе с моими собственными?

Б.Х.: Да, верно. Однако весь значимый человеческий опыт находит отзвук во всех людях, и то, что становится очевидным в наших расстановках, всегда значимо с точки зрения человеческой жизни. Присваивая себе эти чувства, ты ведешь себя так, словно у тебя особый талант абсорбирования чужих эмоций.

Франк (смеется): Спасибо большое!

Б.Х.: Нет, я не приписываю тебе такого таланта. Я привел этот пример только в качестве предостережения. Мы не должны позволять чужим эмоциям возникнуть в нас; нам необходимо отграничиться от них.

Франк: В связи с этим меня беспокоит, что в течение последних лет во время ходьбы у меня часто и совершенно внезапно возникает головокружение, и я должен где-нибудь присесть. Меня это беспокоит, так как причины не могут быть физическими. Мне бы хотелось узнать, почему это так.

Б.Х.: Ты просто не должен на этом зацикливаться. Говоря о «незацикливании», мне пришло на ум следующее выражение. Оно очень действенное, потому что проникает в самую душу и, возможно, поможет тебе:

128

«Не зацикливаться на проблеме — значит продолжать свой путь новым человеком».

Ксьда мы перегружены счастьем

Франк: Со вчерашнего дня меня волнуют разные чувства, связанные с расстановкой моей родительской семьи. Но я сознательно старался избегать мыслей о них, потому что они слишком тяжелы для меня психологически. Я заметил, что со мной часто случается нечто подобное: когда психологические ситуации слишком тяжелы для меня, я сразу начинаю читать запоем, стараясь найти спасение.

Б.Х.: Подобное может произойти и тогда, когда мы переполнены счастьем.

Франк (смеется): Это, конечно, тоже возможно. Могу сказать, что когда я нахожусь в большом кругу людей, я все время пытаюсь их пересчитывать. Но сегодня на семинаре я этим не занимаюсь.

Б.Х.: А это было бы хорошо — отвлекло бы твои мысли от нахлынувшего на тебя чувства счастья. Я расскажу тебе сейчас одну небольшую историю о Насреддине. Ты когда-нибудь слышал о нем?

Он был восточным мудрецом. Однажды ему приснилось, что кто-то отсчитывает ему десять золотых монет прямо в руку. Но когда тот человек остановился на девятой, Насреддин громко закричал: «Я хочу все десять!» Из-за этого он проснулся, но сразу же быстро закрыл глаза и прошептал: «Ладно, хватит и девяти».

Еще, что-нибудь, Франк?

Развод и вина

Франк: Ах, да! Когда я играл роль отца Утэ в ее расстановке, мне пришло в голову, что я точно не знаю, как чувствуют себя мои собственные дети в связи с тем, что мы развелись с их матерью. Мне трудно говорить с ними об этом.

Б.Х.: Это совершенно их не касается.

Франк: Но все же мне хотелось бы узнать, как они себя чувствуют!

Б.Х.: Ты можешь спросить их о том, как они чувствуют себя, но не должен спрашивать, что они чувствуют относительно вашего развода. Развод — всегда дело исключительно родителей. Родителям нельзя оправдываться перед детьми в случае развода.

Мне хотелось бы уточнить один важный аспект этой проблемы. В случае развода всегда присутствует чувство вины. Если ты спросишь своих Детей, чувствуют ли они себя хорошо, ожидая, что они ответят положительно, то это значит, что ты пытаешься снять с себя вину с помощью Детей, что не является их делом. Это им не по силам и недопустимо.

9-3099 129

Франк: Это и не входило в мои намерения. Но что-то меня все-таки беспокоит, я только точно не знаю, что.

При легкомысленном разводе родителей дети наказывают самих себя

Б.Х.: Говоря о разводах, следует обратить внимание еще вот на что. Если один из партнеров легкомысленно покидает другого, рассуждая примерно так: «Я делаю это во имя собственного самовыражения и то, что будет с вами, - ваше дело, это меня не касается», в результате часто бывает, что один из их детей кончает жизнь самоубийством. При легкомысленном уходе одного из партнеров остальные члены семьи переживают это как тяжкое преступление в семейной системе, за которое кто-то из них должен подвергнуться наказанию.

Франк: Наказанию за легкомыслие?

Б X.: Да, наказанию за легкомыслие. Это нужно принимать во внимание. Ребенок, подвергающийся опасности самоубийства, может быть освобожден от груза ответственности тем, что уходящий из семьи партнер обратится к другому, для того чтобы по-дружески вместе разрешить оставшиеся между ними проблемы. «По-дружески» значит, что каждый партнер принимает на себя ответственность за то, что не получилось, в соответствии со своей виной. Кроме того, дети должны знать о том, что родители действительно приняли на себя ответственность. Только в таких случаях ни от кого не требуется никакого искупления.

Инстинктивное уравновешивание посредством искупления

Б.Х.: Искупление является одним из видов уравновешивания, более того - слепого уравновешивания. Существует закон природы, согласно которому при перепаде энергий требуется уравновешивание. Этот закон применим и к психике, в которой тоже наблюдается стремление к уравновешиванию. Таким образом, искупление представляет собой попытку что-то уравновесить, но эта попытка исключительно инстинктивна и часто не связана со стремлением управлять. Но существует возможность освободиться из сети инстинктивных сил и перейти к уравновешиванию с помощью принципов высшего порядка. Я называю это порядком любви. На этом уровне происходит уравновешивание, которое делает искупление излишним. Значит, когда родители принимают на себя ответственность за то, что не получилось, и каждый из них полностью принимает последствия разрушения связи, а также ответственность за собственную вину (не только в моральном смысле), тогда дети больше не испытывают необходимости искупления.

130

Вина как средство отрицания реальности

Но когда партнеры отказываются от ответственности за свои действия, их вина принимает форму отрицания реальности в том смысле, что человек не допускает факта своей вины и ведет себя так, будто он обладает полнейшей свободой и вовсе не входит в семейную систему. Если человек ведет себя так, будто он свободен, несмотря на то, что связан семейно-системными отношениями, это и есть отрицание реальности. Связь между партнерами по своей природе принадлежит реальности.

Франк: То же самое происходило и со мной. Я помню, как с гневом отрицал факт моей несвободы.

Б.Х.: У тебя еще есть возможность это исправить: ты должен признать, что связь между тобой и твоей бывшей женой существовала и продолжает существовать, и только при условии признания этой связи ты сможешь начать новую связь, которая, однако, будет иметь уже другое качество.

Гертруда: Играет ли какую-то роль возраст детей при разводе родителей?

Б.Х.: Конечно. Когда дети уже взрослые и больше не живут с родителями, те являются более свободными, чем когда дети еще маленькие.

Дагмар: А кому принадлежит право решать, был ли уход партнера проявлением легкомыслия?

Б.Х.: Это решение не принадлежит никому, потому что легкомыслие просто чувствуется; в подобной ситуации все члены семьи знают, был ли уход партнера проявлением легкомыслия. Что касается тебя, ты действительно действовал легкомысленно.

Дагмар: Нет.

(Тишина в группе.)

Б.Х.: Хорошо. Не моя задача это решать. Просто у меня сложилось подобное впечатление. У Гельдерлина есть одно стихотворение, лучше сказать, изречение:

Расстаться задумав, уверены были

Мы в правоте и мудрости своей.

Час расставанья позади.

Но почему поступок этот

Страшней убийства кажется теперь ?

Ах! Как себя мы мало знаем,

В нас некий Бог царит.

Как бы мы ни толковали это стихотворение, оно отражает тот опыт, который я имел в виду.

131

Значение сексуальных отношений при создании системных связей

Реальная связь между мужчиной и женщиной возникает посредством сексуальных отношений и оказывает более сильное воздействие, чем кровная связь между детьми и их родителями. Это сильнейшая из всех связей. Разлука детей с родителями не причиняет так много боли и не вызывает такого сильного чувства вины, как расставание с партнером, с которым у нас была связь. Многие вступают в половые отношения как в какой-то кружок, в который можно легко войти и так же легко выйти из него, то есть без каких-либо серьезных обязанностей или ответственности. Но это не так. Тот, кто состоит в связи с кем-либо, действительно связан. Он уже больше не может выйти из этой связи без боли и вины. Интенсивность боли и глубина чувства вины показывает, как сильна эта связь.

Область влияния матери

Ида: Все, что здесь происходит, меня очень волнует. Когда мы занимались проблемой с моими умершими братьями и сестрами, у меня начался определенный внутренний процесс. Я сейчас в таком состоянии, что могу ответить себе на некоторые вопросы, которые до сих пор приводили меня в замешательство. Моя мать всегда заботилась о нас. Она была тем человеком, который зарабатывал деньги в семье. Мы жили за ее счет. Из-за этого у меня неясная картина, какую роль выполняет мужчина в семье и какую — женщина.

Б.Х.: А что с твоим отцом?

Ида: Мой отец был просто прикован к своей родительской семье. Еще я могу добавить, что он очень часто сидел в тюрьме.

Б.Х.: По какой причине?

Ида: Из-за своих политических взглядов, но все-таки это не было настоящей причиной.

Б.Х.: А какая же настоящая?

Ида: Моя бабушка, то есть его мать, родила ребенка от мужа своей сестры, и этого ребенка убили.

Б.Х.: Кто?

Ида: Вероятнее всего, его собственная мать. Бабушка родила этого ребенка, а потом одни говорили, что он умер сам, а другие, что его убили. В этом и состоит причина семейно-системного переплетения моего отца.

Б.Х.: Он пытается искупить вину, но это не имеет ничего общего с твоим вопросом о разделении ролей мужчины и женщины в семье. Решение твоей проблемы состоит в следующем: ты должна позволить отцу возвратиться в его семью, а тебе самой следует примкнуть к матери. В области ее влияния ты находишься в безопасности. Этого достаточно.

132

Ида: Вчера у меня было ясное представление о моей ситуации, а также о моем стремлении делать карьеру. Обо мне говорят, что я очень честолюбива.

Б.Х.: В твоем случае хорошо, что ты берешь пример с матери.

Ида: Я тоже так думаю. Ты прав. Это у меня не от отца.

Б.Х.: Многие были бы рады иметь такой образец, как у тебя.

Ида: Да. Это и было до сих пор моей проблемой. Я думала, что прикована к отцу, но это не так. Я — в области влияния матери.

Различные способы «давать» другим и «брать» от других в семье

Ида: У меня еще один вопрос. Ты сказал, что дети «берут» от своих родителей. А если я получаю что-то от моей сестры, словно она для меня мать? Брать что-то от родителей для меня естественно. А если я беру что-то и от сестры?

Б.Х.: Родители отдают своим детям только то, чем они являются. Они не могут ничего ни добавить, ни отнять от того, что дают детям. Поэтому дети могут принимать своих родителей только такими, какие они есть, и тоже не могут ни добавить, ни отнять ничего из того, что получают от родителей — таких, какие они есть. Этот факт представляет собой процесс совершенно другого качества, чем когда мы просто делаем кому-либо подарок. Иначе говоря, мы должны принимать наших родителей такими, какие они есть. Если мы согласны с этим принципом, то наши родители как будто являются составляющей частью нас самих. И только безоговорочно принимая этот факт, мы внутренне становимся цельными индивидуумами.

Родители, кроме жизни, в течение многих лет дают детям заботу, и дети берут ее. Все это создает такую разницу между тем, что родители отдают, и тем, что дети берут от них, что дети никогда не смогут ее уравновесить и возместить. Под действием этой разницы дети позже отделяются от родителей, не выдерживая такого давления. А равновесия они достигают тем, что в дальнейшем передают то, что получили от родителей, собственным детям или каким-то другим лицам.

И все-таки у родителей есть то, что принадлежит только им и никак не касается их детей. Например, какая-то личная вина или личное се-мейно-системное переплетение, как в случае с твоим отцом, или же личная заслуга. Этого ребенок не должен и не может брать от родителей просто потому, что не имеет на это никакого права. Иными словами, ребенок не должен принимать на себя ни вину родителей или ее последствия, ни их заслуги. В случае заслуг родителей ребенок, естественно, имеет определенные преимущества, но только тогда, когда это передается ему как дар от родителей, точно так же, как и жизнь. Ребенок, не умеющий рисовать, не может сказать: «Я великий художник!» — только потому, что

133

его отец был известным мастером. В таких случаях ребенок должен от этого отграничиться. Такое отграничение — одно из проявлений уважения к родителям. С другой стороны, когда ребенок использует то, что получил от родителей, для создания чего-то нового, то это его личная заслуга. Если же он сам в чем-то виноват, то это только его собственная вина.

Кроме того, между родителями и детьми существует нечто общее просто потому, что семья функционирует подобно предприятию, в котором каждый сотрудник играет определенную роль и имеет определенные обязанности. Поэтому и дети в семье тоже должны «отдавать» в соответствии с возникающими ситуациями, то есть родители имеют право потребовать от детей вносить свой вклад в пользу семьи. В этом смысле твоя сестра приняла на себя миссию заботиться о тебе, когда мать отсутствовала, а у тебя было право и обязанность «брать» от нее.

Наоборот, когда родители требуют от детей чего-то, что превосходит их обязанности (например, утешения), тогда дети становятся как будто родителями собственных родителей, а родители — детьми собственных детей. Это искажает отношения между родителями и детьми. Дети не могут защищаться от подобного поведения родителей. Они оказываются втянутыми в определенное переплетение и вынуждены совершить то, на что у них нет права с семейно-системной точки зрения. Позже они начинают наказывать самих себя за это, например, не позволяя себе быть счастливыми в личной жизни или успешными в карьере. Иногда самонаказание может обернуться даже гибелью. Только когда ребенок становится взрослым и понимает, что в его жизни что-то не в порядке, он может попробовать избавиться от такого переплетения, например, с помощью психотерапии. Тебе это ясно?

Ида: Да.

Любовь к проблемам

Вильгельм: Меня зовут Вильгельм, я муж Иды. У нас один ребенок — маленькая дочь. По профессии я инженер. У нас собственное предприятие по производству измерительных приборов для компьютерной техники. Сейчас я работаю по 12-14 часов в день. Мне это очень не нравится, но я осознаю, что ситуация требует. Я не могу все так просто оставить, хотя и сам себе начальник.

Б.Х.: Все это не так просто. Существует внутренняя ориентация на правильное, и ты не можешь отступить от этого принципа, не навредив себе, если то, что ты оставил, было единственно правильным. Когда мы отвечаем за какую-то фирму, даже если она наша собственная, мы не свободны.

Вильгельм: Но когда я открыл собственное дело, то надеялся быть свободным в решениях, касающихся работы фирмы.

Б.Х.: Это было ошибкой с твоей стороны. Предприниматель, имеющий собственное дело, не до конца свободен. У тебя обязательства перед

134

своей фирмой, семьей и перед самим собой. Проблема состоит в том, что необходимо найти равновесие между этими важными областями...

Вильгельм: Я уже довольно давно так занят, что думаю, мне следует разделить мои задачи на небольшие «порции»...

Б.Х.: Ты прервал меня в тот момент, когда я собрался сообщить тебе решение твоей проблемы, и снова стал анализировать свои возможности. Я вижу, что ты счастлив со своими проблемами, и не отваживаюсь нарушить это счастье.

Принять на себя роль жертвы

Вильгельм: Я думаю, что просто перевозбужден.

(Он всхлипывает и, кажется, вот-вот заплачет.)

Б.Х.: Посмотри-ка на меня и попытайся улыбнуться!

(Группе): Мысленно он здесь отсутствует. Вам заметили? Когда человек не в состоянии посмотреть на меня, значит, он в этот момент чувствует то, что не имеет ничего общего с настоящим.

Вильгельм: Ты прав.

Б.Х.: Я знаю. Если бы ты только взглянул на меня, у тебя сразу же возникло бы другое чувство.

(Группе): Он не смотрит на меня. Видите? И даже когда смотрит, он меня не видит. Если бы он посмотрел на меня, то не смог бы больше сохранять владеющего им чувства.

Вильгельм: Теперь я тебя вижу.

Б.Х.: Нет, еще нет.

Вильгельм: Неправда!

(Он делает движение рукой, как бы стараясь отвести какой-то туман от лица.)

Б.Х. (группе): Он все еще меня не видит. Вам заметно, что он меня не видит? Он все еще находится в своей внутренней картине.

Б.Х. (Вильгельму): Ида, например, стоит рядом с тобой и может меня видеть. Это заметно. Но ты меня не видишь.

Вильгельм: Я пришел сюда сегодня в хорошем настроении. Но то, что произошло сегодня утром... Я имею в виду историю с Хартмутом... Вчера меня все это еще не так волновало, но когда сегодня я услышал слово «жертва», оно меня задело.

(Продолжительная тишина.)

Б.Х.: Ты считаешь себя жертвой?

Вильгельм: Да.

Б.Х.: Во имя чего или кого?

Вильгельм: Думаю, я создал такую технику, при которой так комбинирую жизненные ситуации, что всегда в конце остаюсь жертвой.

Б.Х.: Жертва служит искуплению. Вопрос в том, искупаешь ли ты собственную вину или вину какого-то другого члена твоей системы. Чув-

135

ствуешь ли ты себя в чем-то виноватым? Кто-то погиб по твоей вине? В автокатастрофе, например?

Вильгельм: Нет. Но мой отец был внебрачным ребенком, а о моем дедушке в семье было запрещено даже упоминать. Я его никогда не видел. Недавно мне сообщили, что у него была собственная семья и один из его сыновей покончил жизнь самоубийством.

Б.Х.: Видишь, в твоей системе что-то не в порядке. Поэтому сейчас мы рассмотрим ее поближе.

Расстановка:

Отец — внебрачный ребенок,

отец отца - запрещенная тема в семье

Вильгельм: Кого я должен расставить?

Б.Х.: Отца, мать, детей. Состоял ли кто-то из твоих родителей в другом браке или был помолвлен с кем-то другим до брака друг с другом? Были ли в вашей семье дети, умершие в раннем детстве?

Вильгельм: Нет.

Б.Х.: Кого-то еще не хватает?

Вильгельм: Я только знаю, что мой дед со стороны отца являлся запрещенной темой в семье.

Б.Х.: Лучше подождем результатов расстановки. Сначала расставим основных членов семьи.

(В начале расстановки Вильгельм помещает участника группы, который играет его роль, напротив отца, а потом удаляет его на некоторое расстояние от других и ставит позади отца.)

Рис. 10.1: _

О - отец; М - мать; 1 — первый ребенок, дочь; 2

(Вильгельм).

136

второй ребенок, сын

Б.Х.: Твои родители разведены?

Вильгельм: Нет.

Б.Х.: В родительской семьей матери происходили какие-то необычные события? Например, смерть при необычных обстоятельствах?

Вильгельм: Первая жена моего деда умерла при родах первого ребенка, сына. После этого дед женился снова, и у них было трое детей: моя мать и еще две дочери.

Б.Х.: Первая жена деда - самое важное лицо здесь. Ее необходимо сразу же добавить в расстановку.

Рис. 10.2:

+1ЖОМ — первая жена отца матери Вильгельма, умершая при родах.

Б.Х: Как чувствует себя отец?

Отец: Каким-то потерянным.

Б.Х. (группе): Если бы кто-то захотел отделить членов семьи друг от друга, он не смог бы сделать этого лучше, чем мы видим в данной расстановке.

Как чувствует себя мать?

Мать: Поначалу я чувствовала себя как мертвая.

Б.Х.: Это идентификация с первой женой деда.

Мать: У меня еще остается контакт с мужем, а после того, как сына поставили сюда, напротив меня, у меня наконец возникло чувство связи с одним из членов этой семьи.

Б.Х.: Как чувствует себя дочь?

Первый ребенок: Не особенно хорошо, но и не совсем плохо.

Б.Х. (играющему роль Вильгельма): Как чувствует себя сын?

137

Второй ребенок (играющий роль Вильгельма): Пока здесь не появилась первая жена деда, я даже не мог понять, жив я или нет. Я не чувствовал никакой связи ни с кем из членов семьи. С того же момента, как она пришла сюда, я чувствую приятную и теплую связь с ней.

Первая жена отца матери Вильгельма: Я чувствую гнев. А еще как будто повисла на этой женщине. Я чувствую себя важной.

Отец: Вначале, когда система только выстраивалась, у меня были теплые губы, и мне хотелось к моей жене. Но потом это чувство стало постепенно уходить, пока полностью не исчезло.

Б.Х. (Вильгельму): Сейчас мы добавим в расстановку деда Вильгельма с отцовской стороны.

(Б.Х. переставляет членов семьи и добавляет к ним деда Вильгельма со стороны отца.)

Рис. 10.3:

00 — отец отца Вильгельма

Отец: Сейчас мне лучше. Констелляция стала более гармоничной. Б.Х: Точно.

(Дочери): У тебя что-то изменилось? Первый ребенок: Да. Сейчас ситуация нравится мне больше. Б.Х.: Как себя чувствует мать? Мать: Как будто я воскресла из мертвых. Б.Х. (играющему роль Вильгельма): Как ты себя чувствуешь? Второй ребенок: Хорошо.

Первая жена отца матери Вильгельма: Вначале я могла согласиться с тем, что эта женщина повернется в другую сторону, но большего я не могу

138

ей позволить. (Смеется.) Мне хорошо. Эта женщина важна для меня, а все остальное не имеет значения.

Б.Х.: Как сейчас чувствует себя мать?

Мать: Существенно лучше, но я все еще отдалена от других и одинока.

Отец: Эта дистанция по отношению к жене мне нравится. Для меня важно то, что сейчас она смотрит в правильном направлении.

Отец отца Вильгельма: Мне нравятся те двое впереди — мой сын и внук. И особенно приятна моя внучка слева от меня. Однако я больше всего сосредоточен на сыне и внуке.

Второй ребенок (играющий роль Вильгельма): Я думаю, мне не нужно стоять так близко к отцу, как сейчас. Дед же очень важен для меня. Когда он сюда пришел, я сразу смог ориентироваться.

Б.Х. (Вильгельму): Он наилучший пример для тебя.

Ида (жена Вильгельма): Он был деловым человеком!

Б.Х.: В самом деле? Прекрасно!

(Смех в зале.)

Рис. 10.4

Отец: Прежде мне было теплее. Теперь мой сын стоит напротив меня, и я должен с этим согласиться. Кроме того, я что-то утратил.

Второй ребенок: Я снова почувствовал дрожь в теле, и у меня такое впечатление, что это хорошо. Здесь намного лучше, чем рядом с отцом.

Б.Х. (Вильгельму): Ты парентифицирован, то есть замещаешь отца для своего отца. Поэтому ваши позиции в семье были взаимозаменяемы.

(Матери): У тебя что-то изменилось?

Мать: Мне очень нравится, что сейчас я могу видеть моих детей.

139

Отец: Я не привык к тому, что моя жена так близко от меня. Но я могу принять эту ситуацию.

Рис. 10.5:

ОМ — отец матери Вильгельма; ММ

мать матери Вильгельма.

Б.Х. (участникам, играющим роли членов семьи Вильгельма): Как вы все себя сейчас чувствуете?

Мать: Хорошо.

Отец: Хорошо. Я совершенно доволен. Сейчас все сбалансировано: мне приятно чувствовать, что моя жена рядом со мной. Раньше между нами отношения были не в порядке.

Второй ребенок: Мне очень странно видеть моих родителей, стоящих так близко друг к другу. Я к такому еще не привык.

Отец отца Вильгельма: Мне нравится то, что я так ясно могу видеть моих внуков, и то, что я не только чувствую сына, но и могу так ясно воспринимать его присутствие. А все эти женщины не имеют для меня никакого значения. У меня даже возникает какой-то страх при взгляде на них.

Б.Х. (Вильгельму): Ты хочешь занять свое место в расстановке?

Вильгельм: С удовольствием.

Б.Х. (группе): Мне хочется сказать несколько слов о действующей здесь динамике. Когда женщина умирает при родах, члены ее семейной системы переживают это как убийство, которое требует искупления. Из-за этого, как правило, один из представителей последующего поколения данной системы умирает. В данном случае это Вильгельм. Это и есть причина его чувства самопожертвования, и он будет в смертельной опасности до тех пор, пока члены его семьи не выразят уважение к этой женщине.

140

(Вильгельму): Ты будешь в большей безопасности, если покинешь об-

|ласть влияния матери и перейдешь в область влияния отца. Твой дед со стороны отца как бы вытягивает тебя из этого вредного переплетения и обеспечивает твою безопасность. Осознание этого и является решением твоей проблемы.

Парентифицирование:

ребенок принимает на себя роль родителя

по отношению к собственным родителям

Ида: Что ты имеешь в виду под парентифицированием? Правильно я услышала это слово?

Б.Х.: Да. Скажем, например, что отцу Вильгельма не хватает собственного отца. Тогда сын, Вильгельм, замещает отца для своего собственного отца и как бы становится одним из его родителей, вместо того чтобы выполнять свои функции сына. Это и называется парентифицированием*. Такой процесс всегда наблюдается в тех случаях, когда у одного из родителей не было нормальных отношений с их собственными родителями, как, например, у отца Вильгельма.

Искупление за смерть при родах

Франк: А ребенок этой женщины, умершей при родах, не имеет для Вильгельма никакого значения?

Б.Х.: Нет, не в данном контексте. Эта женщина, умершая при родах, оказывает слишком сильное влияние в системе.

Георг: За исключением того, если ребенок тоже умирает.

Б.Х.: Правильно. Но даже в таких случаях умерший ребенок отступает на задний план на фоне своей умершей матери.

(Вильгельму): А ребенок тоже умер?

Вильгельм: Нет. Он — мой самый старший дядя со стороны матери.

Франк (Вильгельму): И что с ним?

Вильгельм: Ничего особенного.

Франк: Странно, что не он, а другой член этой семьи чувствует себя плохо.

Вильгельм: Да, он натворил сумасшедших вещей, но тем не менее у него не возникло никаких проблем. Он здоров.

Б.Х. (группе): «Творить сумасшедшие вещи» в данном случае, конечно, означает, что он делает это, рискуя собственной жизнью. Это всегда наблюдается в подобных случаях.

В такой системе создается определенное системно-динамическое «засасывание», поэтому мужчины и сыновья в этой семье принимают на себя искупление за смерть женщины. Подобная динамика коренится в опреде-

* От лат parentes — родители - Примеч переводчика

141

ленных извращенных фантазиях. Эти представления всегда враждебны по отношению к женщине и унижают ее. Удивительно, что они так распространены в нашей культуре! Возможно, это происходит потому, что сам акт зачатия рассматривается как что-то неприличное и грязное, хотя это действие является самым великим из человеческих действий вообще. Не существует более великого человеческого акта, чем этот, а также более рискованного! Все пары, собирающиеся стать родителями, знают об этом риске. Совершая акт зачатия, они сознательно идут на него. Обоим партнерам известен риск, что и придает этому акту определенное величие. Иными словами, женщина тоже осознает этот риск и соглашается с ним. В том же случае, когда все действительно приходит к страшному результату, его последствия ужасны именно для женщины, так как это ей придется умереть. Если же в контексте культуры считается, что мужчина, подчинившись природному инстинкту, убил женщину, то есть принес ее в жертву своим сексуальным инстинктам, то тогда смерть женщины рассматривается как несправедливость по отношению к ней и преступление против ее достоинства. Конечно, это является преступлением и против достоинства мужчины, потому что при этом не признается фактего любви к женщине. Иначе говоря, возникает широко распространенная фантазия, что женщина была убита мужчиной. Однако в расстановках семей всегда становится ясным, что умершие при родах женщины осознают собственное достоинство; они ни в чем не обвиняют партнера. С другой стороны, они обвиняют тех, кто не уважает их судьбу из-за страха перед смертью. Этот страх остальных членов семьи оказывает воздействие и искупается из поколения в поколение зачастую очень странным образом.

В связи с этим мне хотелось бы сказать несколько слов об одной из возможных причин гомосексуализма. Один из моих пациентов расставил свою родительскую семью — отца, мать и троих братьев. Участники группы, игравшие роли братьев, во время расстановки проявили очень сильное беспокойство и были по-настоящему возбуждены. Мы долго искали причину и в конце концов нашли свидетельство того, что первая жена прадеда умерла при родах. Тогда я поставил эту женщину позади трех братьев, и они сразу успокоились. Все трое были гомосексуалистами, и один из них покончил жизнь самоубийством. Этот пример показывает одну из возможных динамик, являющихся причиной гомосексуализма: когда в семье нет дочерей, которых система могла бы использовать для идентификации с умершей, происходит идентификация со стороны детей противоположного пола. Тогда мальчик часто идентифицируется с умершей и действует в качестве ее заместителя. В таком случае он становится гомосексуалистом. Можно сказать, что за смерть женщины, умершей при родах, приносят себя в жертву во имя искупления другие члены системы, вплоть до внуков и правнуков. То есть во всех тех случаях, когда женщина умирает при родах, ее смерть будет искуплена представителями последующих поколе-

142

ний ее семьи: потомками мужского пола, которые наказывают сами себя за предполагаемую сексуальную инстинктивность мужа умершей, или женского, идентифицирующимися с умершей. При отсутствии дочерей или внучек сыновья или внуки могут стать гомосексуалистами.

(Вильгельму): Поэтому я и посоветовал тебе перейти из области влияния матери в область влияния отца и деда, талантливого в финансовых делах. Там ты сможешь избежать своего переплетения и избавиться от чувства самопожертвования и необходимости искупить чужую вину.

Вильгельм: Собственно, я узнал об этом таланте дедушки совсем недавно.

Б.Х.: Я только знаю, что семейно-системные переплетения не образуются на основе устных сообщений, но у всех членов семьи существует «прямое знание» о причинах таких переплетений. Иначе мы не смогли бы осуществлять расстановок семей вообще; расстановки функционируют исключительно благодаря этому «прямому знанию».

Франк: У меня еще один вопрос о предполагаемой вине в случае таких переплетений. Ты говоришь, что потомок, с одной стороны, идентифицируется с умершей, а с другой - с предполагаемой виной мужчины. То есть с двумя лицами?

Б.Х.: По-моему, невозможно определить, идентифицируется ли потомок с одним или с двумя лицами. Я рассматриваю все это как единое целое. В системе подобной семьи существуют следующие извращенные представления: это дедушка должен был покончить жизнь самоубийством, но так как он этого не сделал, другой член системы вынужден сделать это вместо него. Но дело в том, что дедушка, то есть мужчина, жена которого умерла при родах, не разделяет таких представлений. Он осознает, что он не виноват. Действующие вредные фантазии наблюдаются только у других потомков.

Но на заднем плане таких фантазий действует еще одно представление: в случае потери одного из членов семьи какой-то другой ее член должен, в пользу равновесия, тоже исчезнуть. Это примитивный архаический принцип семейно-системного уравновешивания, глубоко укорененный в человеческой душе. Такую архаическую потребность в уравновешивании можно заместить и преодолеть с помощью другого уравновешивания — уравновешивания согласно порядку любви. Если члены семьи, уступившие в пользу других свое место в системе, сознательно ценятся и уважаются остальными членами семьи, больше ничего не требуется. Если же совершается что-то еще дополнительно, например, какое-то искупление, — уважение будет уничтожено. Необходимо только уважение. Все остальное совершенно излишне. Значит, каждый из нас может сам легко избавиться от подобной проблемы.

Франк: Значит, дело только в уважении?

Б.Х.: Правильно.

143

Карл: Ты говоришь, что достаточно только выразить уважение по отношению к умершему и не нужно привлекать других членов семьи для совершения каких-то действий, выражающих уважение. Не так ли?

Б.Х.: Вильгельму достаточно выразить свое уважение. То есть он должен признать, что умершая первая жена деда фактом своей смерти уступила место бабушке Вильгельма, а следовательно, и его матери.

Анне: Играет ли роль то, в чьей родительской семье произошло несчастье — матери или отца?

Б.Х.: Нет, это не играет никакой роли. Тут нет никакой разницы.

(Группе): Сейчас я расскажу вам одну историю, которая одновременно и прячет и раскрывает нашу тему. Речь пойдет об обманчивой внутренней картине: как будто достаточно только желать чего-то и тогда можно достичь его... Но если человек соблазняется такой иллюзией, он увлекается действиями, и они вместо счастья, которого он желал, приносят ему несчастье, которого он боится.

Тем, в чьих умах действуют подобные картины, станет понятным, что наши желания имеют свои границы. И человек неизбежно потерпит провал, если позволит себе действия, на которые у него нет права. Мы опускаемся с неба на землю и осознаем наши границы.

Самообман

Один старый король-вдовец собрался умирать. Беспокоясь о будущем своего королевства, он призвал к себе самого верного слугу по имени Йоханнес, поведал ему одну тайну и сказал: «Позаботься о моем сыне, когда он останется сиротой. Тебе известно, что королева-мать умерла при его рождении. У него еще нет никакого опыта. Служи же ему так же верно, как мне!»

Верный Йоханнес преисполнился важности, — ведь он был только простым слугой, - и, не подозревая ничего плохого, поднял руку и поклялся: «Я сохраню твою тайну и буду так же верен твоему сыну, как и тебе, даже если это будет стоить мне жизни». Король умер и после того, как его оплакали, верный Йоханнес провел молодого короля через весь замок, открыл перед ним все двери и комнаты и показал все сокровища королевства. Но одну комнату он оставил под замком, а когда молодой король попросил открыть и ее, Йоханнес предупредил, что старый король запретил это. Но когда молодой король пригрозил взломать ее, Йоханнес сдался и, скрепя сердце, открыл эту дверь. Однако он вбежал в комнату первым и попытался заслонить собой картину, которая там находилась, чтобы молодой король не увидел ее. Но молодой король отодвинул его в сторону, взглянул на картину и упал без чувств. На картине была изображена принцесса королевства Золотой Крыши. Когда молодой король пришел в сознание, он был вне себя и думал только о том, как получить ее в жены. Но открыто попросить руки

144

принцессы казалось ему слишком рискованным, так как ее отец, как ему сообщили, до сих пор отказывал всем женихам. Тогда верный Йоханнес и молодой король решили прибегнуть к одной хитрости. Им удалось разузнать, что сердце принцессы было склонно ко всему, что сделано из золота. Поэтому они взяли из королевской сокровищницы все золотые украшения и золотую посуду, отнесли на корабль и поплыли к городу, в котором жила принцесса. Верный Йоханнес взял несколько золотых вещей, пошел в город и сделал вид, будто ищет, кто бы купил у него это золото. Как только принцесса об этом услышала, она пришла, чтобы лично осмотреть товары. Тогда Йоханнес рассказал ей, что у них есть много другого добра, и уговорил ее пойти с ним на корабль. Молодой король принял ее на корабле, переодевшись торговцем, и обнаружил, что она еще прекраснее, чем на картине. Он завел принцессу внутрь и показал ей золотые сокровища.

Пока они осматривали богатства, на корабле подняли якорь и паруса и вышли в море. Принцесса заметила это и очень растерялась. Но через некоторое время она поняла: то, что произошло, отвечало ее тайным желаниям.

Осмотрев сокровища, принцесса выглянула наружу, обнаружила, что корабль уже далеко от берега, и притворилась испуганной. Но молодой король взял ее под руку и сказал: «Не бойся! Я никакой не торговец, а король. Ты мне очень нравишься, и я хочу, чтобы ты стала моей женой!» Она взглянула на него, нашла его любезным, потянулась к золоту и сказала: «Да».

Верный Йоханнес стоял за штурвалом и весело насвистывал, так как его хитрость удалась. Мимо пролетали три ворона, они уселись на мачту и начали разговор. *

Первый ворон сказал: «Молодой король еще не скоро получит принцессу. Когда они пристанут к берегу, навстречу выбежит огненно-рыжий конь. Молодой король сядет на него, чтобы въехать в замок. Но конь быстро умчится вместе с всадником, и молодого короля больше никто никогда не увидит».

Второй ворон сказал: «Но этого не случатся, если кто-то опередит его, вскочит на коня, выхватит ружье, прицепленное к седлу, и убьет животное!»

Третий ворон сказал: «Но если кто-то об этом узнает и расскажет, его ноги превратятся в камень до колен». Второй ворон сказал: «Даже если молодой король избежит первого испытания, он все равно еще не скоро получит принцессу. Когда он прибудет в замок, то найдет там красивые праздничные одежды и захочет их надеть. Но одежды эти сожгут его, как сера, до костей1»

Третий ворон сказал: «Но этого не случится, если кто-то опередит его, схватит эти одежды в перчатках и бросит в огонь!» И первый ворон сказал: «Но если кто-то об этом узнает и расскажет, то превратится в камень от колен до сердца».

Ю-3099 145

Третий ворон сказал: «Даже если молодой король избежит второго испытания, он все равно еще не скоро получит принцессу. Когда молодая королева начнет танцевать в день свадьбы, то побледнеет и упадет как мертвая. И если кто-то не подойдет, не расстегнет ей корсаж и не высосет три капли крови из ее правой груди, а потом выплюнет их, она умрет!»

И второй ворон сказал: «Но если кто-то об этом узнает и расскажет, то превратится в камень от сердца до макушки!» Верный Иоханнес сразу понял, что сейчас дело нешуточное. Но, верный своей клятве, он решил сделать все для того, чтобы спасти короля и королеву, даже если это будет стоить ему жизни. Когда они причалили к берегу, все свершилось точно по словам воронов. Огненно-рыжий конь выбежал навстречу, но не успел молодой король сесть на него, как верный Иоханнес сам вскочил на коня, выхватил ружье и застрелил животное. Тогда остальные слуги сказали: «Что он себе позволяет?! Король хотел въехать в замок на таком красивом коне, а этот его застрелил! Такое не должно остаться без наказания!» Но король сказал: «Он мой верный Иоханнес, и кто знает, чему это могло послужить». Войдя в замок, они нашли там праздничные одежды. Но не успел король подойти и надеть их, как верный Иоханнес схватил их в перчатках и бросил в огонь. Тогда другие слуги сказали: «Что он себе позволяет?! Наш король хотел одеть свадебные одежды, но он бросил их в огонь на его глазах. Такое не должно остаться без наказания!» Но король сказал: «Он мой верный Иоханнес, и кто знает, чему это могло послужить».

Начали играть свадьбу, и квк только королева пошла танцевать, она упала наземь как мертвая. Верный Иоханнес бросился к ней, и не успел еще король что-то предпринять - ведь он был еще неопытным в подобных делах, - расстегнул королеве корсаж, высосал три капли крови из ее правой груди и выплюнул их. Королева открыла глаза и снова стала здоровой.

Но молодому королю стало стыдно, когда он услышал, как его слуги сплетничают между собой о том, что на этот раз было уже слишком и что если король спустит ему и такое, то попросту потеряет свою честь. Тогда он созвал суд и приговорил верного Йо-ханнеса к смерти. Когда верного Йоханнеса вели к месту казни, он обдумывал, стоит ли ему рассказать о том, что услышал от воронов. Ведь он должен был умереть в любом случае: если не расскажет, то умрет на виселице, а если расскажет, то превратится в камень. В конце концов он решил все рассказать, потому что верил, что истина делает свободным.

Когда он предстал перед палачом, ему, как всем преступникам, разрешили сказать перед смертью последние слова. И он рассказал перед всем народом, почему так поступил, а когда закончил свой рассказ, то превратился в камень. Так он умер.

146

Весь народ вскричал от боли. Король и королева вернулись в свои

покои. Королева взглянула на короля и сказала: «Я тоже слышала,

что говорили вороны, но ничего не сказала, боясь превратиться в

камень».

Король приложил ей палец к губам и прошептал: «Я тоже слышал».

Но это еще не конец истории. Король не осмелился похоронить превратившегося в камень верного Иоханнеса и поставил его как памятник перед замком. Каждый раз, проходя мимо, он всхлипывал и говорил: «Ах, мой верный Йоханнес!» Но скоро ему в голову пришли другие мысли. Королева забеременела и родила близнецов, двух прекрасных мальчиков.

Когда детям исполнилось три года, король больше не мог молчать и сказал жене: «Мы должны сделать что-то для того, чтобы воскресить верного Иоханнеса, и нам это удастся, если мы принесем в жертву самое дорогое, что у нас есть». Королева испугалась и сказала: «Ведь самое дорогое, что у нас есть, - это наши дети!» «Да», — ответил король.

На следующее утро он взял свой меч, отрубил своим сыновьям головы и полил их кровью каменного Иоханнеса в надежде, что тот воскреснет. Но камень остался камнем.

Тогда королева закричала: «Это конец!» Она вернулась в свои покои, собрала все свои вещи и отправилась назад, в королевство своего отца. Король же пошел на могилу своей матери и долго там плакал.

Если кто-то захочет перечитать эту сказку в оригинале и будет читать внимательно, то обнаружит в ней то же самое, что сейчас услышал. Но одновременно найдет и настоящую сказку со счастливым концом: люди страшатся изложенной в ней правды, и поэтому стараются превратить ужасное в хорошее, меняя страх перед тем, что никакого спасения для человека нет, на обманчивую надежду.

Отец и сын

Вольфганг: Я последовал твоему совету и сразу же поговорил с сыном вчера вечером. Это оказалось совсем не трудно. Он только сказал: «Ты же психолог и сам должен был это знать».

Я ему ответил: «Иногда и мне нужен какой-то толчок». Вечером мы еще немного поговорили, и он, подумав, сказал: «Наверное, я все-таки буду изучать психологию». Моя жена ответила: «Но для этого тебе нужен хороший аттестат». А я добавил: «Если он действительно в этом заинтересован, то хороший аттестат у него будет».

Б.Х.: С точки зрения психологии это было хорошо. В связи с этим я хочу привести пример. Участник одного из моих семинаров сказал, что

Ю* -147

сын его не уважает. Я ответил ему: «Решение твоей проблемы не составит никакого труда. Если он снова будет так себя вести, ты просто должен стукнуть кулаком по столу и сказать: «Послушай, мальчик, я твой отец, а ты мой сын!» Этот человек пошел вечером домой, а утром вернулся и сказал: «У меня с сыном состоялся такой разговор, какого у нас с ним не было еще ни разу в жизни. Мне не понадобилось стучать кулаком по столу».

Значит, внутренне у этого человека что-то изменилось, и поэтому между ним и его сыном наконец установился какой-то контакт.

Неизвестный дедушка

Вольфганг: Я все еще думаю о том, что никак не могу осознать. Моя мать была внебрачным ребенком. Однажды я спросил, что случилось с ее отцом. Сначала она отказывалась, так как ей трудно было об этом говорить, но потом все же сказала: «Он рано умер». Сейчас мне вспоминается, как она рассказала еще о том, что этот мужчина женился на ком-то после ее рождения и его младший сын погиб на фронте в восемнадцать лет».

Б.Х.: Этот дед для тебя важен. Ему-то ты и должен позволить занять место в твоем сердце.

Вольфганг: Мне трудно.

Б.Х.: Не думаю. Я расскажу тебе одну историю о Конраде Лоренце*. Ты слышал о нем? У него был пес со странной кличкой Штази. В то время это слово еще ничего не значило. Пес этот сдох, и Лоренц очень сожалел о том, что у него не было потомства. Тогда он сказал себе, что не допустит подобного со следующей собакой. Следующий его пес носил кличку Тито. От этой собаки уже было потомство, и Лоренц оставил у себя одного щенка, а от этого - еще одного. Однажды, когда щенок играл невдалеке от него, Лоренц подумал, что этот пес ведет себя совсем как Тито. Но вдруг в его голове промелькнула мысль: «Нет! Это же и есть Тито».

Вольфганг: Все это очень сложно для меня.

Б.Х.: В самом деле? Ребенок всегда знает своих родителей, даже если он их никогда не видел. Он и есть эти родители и прародители.

Уважение к матери

Вольфганг: Я постепенно начинаю понимать, как важно для меня уважать членов моей семьи. Уважать отца мне сейчас относительно легко. Что же касается матери, я понимаю, что не способен на это и отношусь к ней с неуважением.

* Конрад Лоренц (1903 — 1989) — известный австрийский ученый, исследователь поведения животных, лауреат Нобелевской премии.

148

Б.Х. (группе): Описывая свою проблему, он только осложняет ее. Вместо того чтобы уважать мать, он описывает, как это для него трудно.

(Вольфгангу): Я уже несколько раз произносил здесь «волшебную фразу». Ты еще помнишь ее?

(Вольфганг отрицательно качает головой.)

Б.Х.: Хорошо, я повторю ее еще раз для тебя: «Яуважаю тебя!» Ничто не мешает тебе слиться с этой фразой и повторять ее до тех пор, пока ты не будешь в состоянии произнести ее от всей души.

Смещенное усердие

Дагмар: Меня зовут Дагмар. Я терапевт, у меня собственная врачебная практика. Мы с Франком живем вместе уже десять лет. Сюда я пришла как по профессиональным, так и по личным причинам. Как терапевт я с энтузиазмом занимаюсь расстановками семей, но этот метод очень утомителен и всегда длится по нескольку часов. Я думаю, что для меня было бы полезным научиться какому-то способу, позволяющему терапевту полностью отграничиться от влияния психических проблем клиентов и провести весь процесс в гораздо более короткое время. Надеюсь, что ты мн