Лекция

Лекция Экономика Киевской Руси

Работа добавлена на сайт bukvasha.ru: 2015-10-29

Бесплатно
Узнать стоимость работы
Рассчитаем за 1 минуту, онлайн



1. Экономика Киевской Руси
1.                       - организация феодального хозяйства в Киевской Руси

2.                       - уровень развития сельского хозяйства, ремесла, торговли.

Лекция

1. Организация феодального хозяйства в Киевской Руси

Особенности процесса феодализации в Киевской Руси.

Формирование феодальной экономики в русских землях относится к периоду существования древнерусского государства - Киевской Руси. Его экономической основой была феодальная собственность на землю, но процесс феодализации имелись свои отличия:

   замедленность развития, обусловленная географическими условиями (открытость границ, отсутствие естественных барьеров в борьбе с кочевниками)  и политическими факторами (доминирование проблем обороны и безопасности, необходимость содержания военного аппарата);

   формирование государства не снизу вверх, а сверху вниз. Нехватка средств для содержания дружины привела к сбору своеобразных налогов с подчиненных территорий в форме дани (полюдья), определяемой сначала обычаем, затем в зависимости от размеров хозяйства (дыма). Позднее к ней добавились торговые и судебные пошлины, а также натуральные повинности (строительство дорог, содержание князя и дружины во время походов и т. д.). В X в. недостаток средств начал компенсироваться раздачей княжеских земель на условиях службы;

   неразвитость отношений собственности. Формально земля и ресурсы принадлежали классу феодалов, фактически оказывались лишь во временном пользовании. Таким образом, формирующаяся феодальная собственность была частной по форме, государственной по содержанию;

   особая роль христианства как государственной религии. Первоначально церковь существовала за счет князя: на ее обеспечение шли отчисления от собираемых даней и других поступлений на княжеский двор. К тому же со времени крещения Руси до 1918 г. церковь обладала правом неотчуждаемости своей собственности. В результате церковь выполняла не только религиозные функции, но определенные социально-экономические.

Социально-экономическая структура общества.

Каждая область имела своего князя, независимого в делах внутреннего управления, но князья эти владели русскою землею сообща и меняли свои княжества, подвигаясь по старшинству к главному столу, киевскому; вследствие этого области находились в тесной связи: смерть киевского князя была событием одинаковой важности как для киевлянина, так и для черниговца, и для смольнянина, и для отдаленного ростовца и новгородца, ибо она влекла за собою перемены в их родных областях; самые усобицы княжеские за старшинство, за обладание Киевом, укрепляли сознание о единстве земли, потому что вследствие их дружины северные стремились на юг, южные - на север; несмотря на огромное расстояние областей русских, например Волыни от Ростова или Новгорода, жители их принимали участие в делах друг друга благодаря этой нераздельности княжеского рода.

Название князя на Руси принадлежало только членам Рюрикова потомства и не отнималось ни у кого из них ни в каком случае; старший между ними назывался великим князем. Князь был призван для того, чтобы княжить и владеть, по словам летописи; он заботился об утверждении порядка в земле, о деле военном, о законах. Князь обыкновенно был главным вождем во время войны и верховным судьей во время мира, он наказывал преступников, его двор был местом суда, его слуги были исполнителями судебных приговоров. Князь собирал дань с жителей своей области; кроме того, в его пользу шли пошлины, которые брались при продаже товаров, с обвиненных при решении дел судебных; наконец, большой доход князьям приносили принадлежавшие им земли, населенные рабами: на этих землях князья устраивали себе дворцы, где складывались всякого рода вещи, нужные в хозяйстве, - мед, вино, медь, железо и т. п. Эти земли, доставлявшие множество съестных припасов, давали возможность князьям угощать беспрестанно дружину, духовенство, иногда всех жителей городских.

Князь имеет дружину, с которою он обо всем советуется, ходит в походы, за данью, охотится, пирует; из членов дружины назначал князь правителей в города, или посадников, воевод для городовых полков, или тысяцких, приставников при разных делах, или тиунов; хороший князь по тогдашним понятиям ничего не щадил для дружины, что получал, все издерживал на нее, ничего не откладывал собственно для себя, потому что с храброю, преданною дружиною никогда не мог быть беден. Дружинник был при князе советником (думцем), получал от него обильное содержание, и денежное жалованье, и доходные места, а если ему что-нибудь не нравилось, то мог свободно переходить от одного князя к другому: это не считалось изменою, ибо князья владели сообща русскою землею. Не будучи привязан к одному какому-нибудь князю, дружинник не был привязан и к одному какому-нибудь княжеству, но сопровождал князя, в службе которого ему нравилось, из одного княжества в другое. Это движение не давало дружинникам возможности усиливаться в качестве постоянных богатейших землевладельцев; не могли они усилиться и как посадники, правители волостей, городов, потому что с самого начала князья - потомки Рюрика чрезвычайно размножаются, вследствие чего все сколько-нибудь значительные города и волости находятся в управлении самих князей, а не посадников их.

 Дружина разделялась на старшую - бояр, советников, думцев князя по преимуществу, и на младшую - людей молодых летами и подвигами (гриди, гридьба); в состав дружины входила также собственная прислуга князя (отроки, детские, пасынки, дворяне). Войско составлялось из дружины и полков, собираемых из остального народонаселения, городского и сельского; ополчения разделялись на конницу и пехоту.

В городе жил князь или его посадник, окруженный дружиною, под стенами города селились промышленные люди, сначала, разумеется, те, которых изделия всего нужнее были для дружины, мастера оружейные; потом, если город находился на выгодном месте, на большой реке, на торговом пути, то число жителей и богатство их увеличивались; так появились большие города на Руси: Киев, Новгород, Полоцк, Смоленск, но жители, селившиеся подле других небольших городов, занимались обыкновенно земледелием; каменные стены у городов были редкостью, большею частью стены были деревянные.

Когда князь предпринимал что-нибудь, то в совет свой вместе с дружиною призывал и городских старцев; так было при первых князьях, но потом, после Ярослава I князья созывают всех городских жителей на вече и предлагают им какое-нибудь предприятие, обыкновенно поход; граждане соглашаются или не соглашаются. Особенно значение веча поднялось во время княжеских усобиц, когда города получили возможность выбирать между несколькими князьями-соперниками, выбирать того, кто был ласковее и уступчивее; сила веча зависела также от многочисленности и богатства жителей: были сильные веча в Киеве, Новгороде, Полоцке, Смоленске, Ростове; маленькие же города или пригороды своего веча не имели, а исполняли то, что решат веча больших городов.

Особенно сильно было вече в Новгороде Великом: во-первых, по богатству и многочисленности жителей, во-вторых, потому что князья менялись очень часто вследствие усобиц, происходивших на юге, и новгородцы могли выбирать из многих; в-третьих, так как главная сцена действия была на юге, князья бились все около Киева и ближайших к нему городов, то новгородцы могли безопасно менять князей и заключать с ними ряды, или договоры: князья, занятые на юге, не имели средств и охоты ходить с большим войском к далекому Новгороду и заставлять его жителей исполнять свою волю.

Управление в Киевской Руси носило недифференцированный характер.

Только к XI в. начинают появляться особые должностные лица. Так, сбор дани осуществляли банщики, сбор торговой пошлины - мытники, сбор "виры" (штраф за убийство человека) - вирники, сбор за продажу лошадей - пятенщики.

Экономическое развитие Киевской Руси было связано с организацией форм крупного земледелия. Период Х - середина XII в. представляет начальный этап складывания индивидуальной крупной земельной собственности в форме вотчины. Феодальная вотчина была формой абсолютного землевладения, поэтому первоначально существовали княжеские вотчины, с XI в. появляются вотчины у дружинников и церкви.

Княжеский домен. К середине XI в. на огромных пространствах Руси, но особенно ощутимо в Среднем Поднепровье и вокруг Новгорода, земли все чаще попадают в частные руки. Первыми здесь, конечно, были князья. Пользуясь силой, влиянием, они в одних случаях откровенно присваивали себе общинные земли, в других — “сажали” на свободные земли пленных и превращали их в своих работников, строили в личных владениях хозяйственные дворы, собственные хоромы, охотничьи дома, поселяли в этих местах своих управителей, начинали организовывать здесь собственное хозяйство. Владения рядовых свободных общинников, связанных ранее с князем и государством лишь узкой ниточкой ежегодной дани, все плотнее окружаются княжескими землями, в княжеское хозяйство переходят лучшие пахотные участки, луга, леса, озера, рыбные ловли. Многие общинники оказываются под покровительством князя и превращаются в зависимых от него работников.

Создается, как и в других странах Европы, княжеский домен, т. е. комплекс земель, населенных людьми, принадлежащими непосредственно главе государства, главе династии.

Такие же владения появляются у братьев великого князя, у его жены, у других княжеских родственников. В XI в. таких владений было еще не много, но они уже появились, знаменуя на Руси наступление новых порядков.

Владения бояр и дружинников. К этому же времени относится появление собственных земельных владений, личных больших хозяйств княжеских бояр и дружинников. В ранний период государственности великие князья предоставляли местным князьям, а также боярам права на сбор дани с тех или иных земель. Эти земли с правом сбора с них дани давались князьям и боярам в кормление. Это было средством их содержания. Позднее в разряд таких “кормлений” перешли и города. А далее вассалы великого князя передавали часть этих “кормлений” уже своим вассалам, из числа собственных дружинников. Так складывалась система феодальной иерархии. Такая система как раз и зарождалась на Руси в XI — XII вв. В это же время появляются первые вотчины бояр, воевод, посадников старших дружинников.

Вотчиной (или “отчиной”) называлось земельное владение, хозяйственный комплекс, принадлежащий владельцу на правах полной наследственной собственности. Однако верховная собственность на это владение принадлежала великому князю, который мог вотчину пожаловать, но мог и отнять ее у владельца за преступления против власти и передать ее другому лицу.

С XI в. отмечено и появление церковных земельных владений. Великие князья предоставляли эти владения высшим иерархам церкви митрополиту, епископам, монастырям, церквам.

С течением времени правители стали жаловать своим вассалам не только право владения землей, но и право суда на подвластной территории. По существу, населенные земли попадали под полное влияние своих господ—вассалов великого князя. А те затем жаловали часть этих земель и часть прав на них уже своим вассалам. Выстраивалась пирамида власти, в основе которой лежал труд работающих на земле крестьян, а также живущего в городах ремесленного люда.

Но по-прежнему на Руси многие земли оставались еще вне притязаний феодальных владельцев. В XI в. эта система лишь появлялась. Огромные пространства были заселены свободными людьми, которые жили в так называемых “волостях”, над которыми был лишь один хозяин — сам великий князь как глава государства. И таких свободных крестьян — смердов, ремесленников, торговцев было в то время в стране большинство.

Феодальная вотчина. Феодальная вотчина- владение, находящееся в полной собственности феодала. Оно передавалось по наследству и могло служить объектом купли-продажи.

Деревни, населенные крестьянами, пахотные земли, луга, огороды крестьян и хозяйственные земли, принадлежащие владельцу всей этой округи, в состав которых также входили поля, луга, рыбные ловли, бортные леса, сады, огороды, охотничьи угодья составляли хозяйственный комплекс вотчины. В центре владений находился господский двор с жилыми и хозяйственными постройками. Здесь были хоромы боярина, где он жил во время приезда в свою вотчину. Княжеские и боярские хоромы, как в городах, так и в сельской местности, состояли из терема (высокого деревянного здания—башни), где находились отапливаемое помещение— изба, “истобка”, а также холодные горницы-повалуши, летние спальни-клети. Сени соединяли избу и летние неотапливаемые помещения, примыкающие к терему. В богатых хоромах, в том числе в княжеских дворцах, на городских боярских дворах была еще гридница — большая парадная горница, где хозяин собирался со своей дружиной. Иногда для гридницы строилось отдельное помещение. Хоромы не всегда представляли собой один дом, нередко это был целый комплекс отдельных зданий, соединенных переходами, сенями.

Дворы богатых людей в городах и в сельской местности были окружены каменными или деревянными оградами с могучими воротами. На дворе же находились жилища господского управителя — огнищанина (от слова “огнище” — очаг), тиуна (ключника, кладовщика), конюхов, сельских и ратайных (от слова “ратай” — пахарь) старост и других людей, входящих в состав управления вотчины. Неподалеку располагались кладовые, зерновые ямы, амбары, ледники, погреба, медуши. В них хранились зерно, мясо, мед, вино, овощи, другие продукты, а также “тяжкий товар” — железо, медь, изделия из металла.

В хозяйственный сельский комплекс вотчины входили поварня, скотный двор, конюшня, кузница, склады, двор, гумно, ток.

Феодально-зависимое население. Феодальное владение было неотделимо от труда зависимого населения, которое за право пользоваться собственными участками пахотной земли, лугами, лесами, реками, которые были отданы великим князем своему вассалу со всеми правами на эти территории, должно было платить владельцу земли определенные платежи натурой. Оно также исполняло подводную повинность, т. е. предоставляло по требованию господина телеги летом и сани зимой, запряженные лошадьми, исполняло различные работы, связанные с починкой дорог, мостов и т. д. Все обязанности, которые ранее население выполняло на великого князя, на государство, теперь выполнялись на нового господина — боярина, дружинника, церковь, монастырь. Оставались и общегосударственные поборы и повинности.

Постепенно в сельской местности появлялся слой людей, которые по различным причинам (неурожай, засуха, военные разорения) теряли собственное хозяйство и либо за взятые у господина в долг деньги, либо за помощь в поддержании своего пошатнувшегося хозяйства (ссуда семенами, предоставление тяглого или молочного скота) обязывались выполнять сельские работы на своего господина. Такие люди назывались рядовичами, так как заключали с хозяином “ряд” — договор, или закупами, так как брали у хозяина “купу” — долг. Они не могли уйти от господина ранее, чем выполнят условия договора.

На господской земле трудились и пленники, отрабатывавшие свой выкуп, “наймиты”, нанимавшиеся за плату; на церковных землях трудились “прощеники” — те, кому были прощены их долги или преступления, или те, кого церковные организации выкупали у государства, скажем, воры, заплатив за них необходимые штрафы.

Наиболее неполноправными людьми, как в городе, так и в сельской местности, были холопы. В XI — XII вв. их стали привлекать к сельским работам, “сажать” на землю и заставлять работать на своего господина. Все больше и больше людей попадало в холопство: свободный человек мог продать себя в холопы от великой нужды; он становился холопом, если женился на холопке, заранее не обговорив свою свободу; если поступал на службу к господину без специального договора. Холопами становились также дети холопов; проворовавшиеся и нарушившие договор “рядовичи” и “закупы”; в состав холопов попадали и пленники. Сельские усадьбы и городские дворы светской и духовной знати были полны такими людьми, которые исполняли многие работы по дому и в поле. И все же русские холопы отличались от рабов в античном мире. Они имели кое-какие права. Их убийство каралось законом. Иногда, в случае отсутствия иных свидетелей, холопы могли давать показания в суде.
Семинар

1. Уровень развития сельского хозяйства, ремесла, торговли.

Развитие сельского хозяйства в древнерусском государстве достигло заметных успехов. Это позволило перейти к двупольной, а затем трехпольной системам обработки земли. Однако сравнительно широко трехпольная система стала использоваться только в XIII-XIV вв. Промыслы сохраняли свое значение, особенно в северных районах, компенсируя нехватку плодородных почв.

По уровню сельскохозяйственной техники, степени развития земледелия и набору культур Киевская Русь стояла на том же уровне, что и современные ей страны Западной Европы. Но суровые климатические условия, недостаток рабочего скота, постоянная военная угроза не способствовали естественному накоплению благ. Хозяйство продолжало развиваться экстенсивными методами.

В эпоху древнерусского государства наблюдался расцвет ремесленного производства. В IX-XII вв. - известны ремесленники 40-60 специальностей. Организация ремесленного производства соответствовала уровню индивидуального работника и простой кооперации, но характеризовалась особыми признаками: общинным самоуправлением и самоорганизацией (вплоть до наделения судебными правами) в форме "концов", "улиц", "сотен", "рядов", "слобод" и т.д. В этот период начинается территориальная специализация ремесла. Выделяются Устюжский район на северо-западе, специализирующийся на литейном производстве, и Овручский район на юго-западе, знаменитый изготовлением шиферных пряслиц.

Развитие ремесленного производства привело к быстрому росту городов. В X-XIII вв. на Руси имелось 1395 укрупненных поселений. Образование древнерусских городов шло несколькими путями:

         из порубежной крепости;

         единовременное строительство города;

         из племенных и межплеменных центров в процессе объединения поселков вокруг одного ядра;

         из укрепленного стана, погоста или центра волости (места торговли).

Своеобразие исторических условий определило отличные от западноевропейских функции древнерусских городов:

         административные центры власти;

         военный оплот государства;

         идеологические и культурные центры;

         исходные пункты колонизации.

Древнерусский город описывается в литературе как "военный центр с крайне развитыми промышленными отраслями и почти исключительно земледельческим населением". Города несли и значительную внеэкономическую нагрузку, связанную с содержанием дружины.

Развитие ремесла и городов способствовало активизации торговли. Не случайно В.О. Ключевский определил Россию этого времени: "Русь Днепровская, городская, торговая".

Значительную часть жителей городов составляло купечество — от богатых купцов, ведущих иноземную торговлю, так называемых “гостей”, до мелких торговцев-разносчиков. В городах зарождались купеческие объединения, имевшие свои уставы, свои общие денежные фонды, из которых оказывалась помощь купцам, попавшим в беду.

В Киеве, Новгороде, Чернигове, других крупных городах Руси находились дворы иноземных купцов. Существовали целые районы, где жили торговцы из Хазарии, Польши, Скандинавских стран. Большую общину составляли купцы и ростовщики евреи и армяне, в руках которых был значительный торговый и ростовщический капитал. Еврейское купечество, пользуясь своим постоянными контактами с единоверцами в других странах, связывало русские торговые центры не только с ближними, но и с отдаленными частями Европы, включая Англию и Испанию. Армянские купцы осуществляли торговые связи Руси со странами . Кавказа и Передней Азии. Немало в русских городах было S и торговцев из Волжской Булгарии, стран Востока — Персии, Хорезма и др. И русские купцы были желанными гостями на рынках Константинополя и Кракова, Регенсбурга и Будапешта, в Скандинавии, Прибалтике и в немецких землях. В КонсГантино-поле существовало русское подворье, где постоянно останавливались торговцы из Руси.

По многим большим и малым городам Руси шумели торги. По широким степным шляхам, по тенистым лесным дорогам, в зимнюю стужу — по ледяной глади замерзших рек к крепостным воротам русских городов тянулись нескончаемые купеческие караваны. В Новгород, вокруг которого было мало плодородных земель, шли возы с зерном; из Волыни по всем русским городам везли соль. С севера на юг шла рыба всех видов. Из Киева, Новгорода и других больших городов коробейники развозили по весям и градам изделия искусных ремесленников. В окрестные страны русские “гости” везли воск, скору (пушнину), льняное полотно, разные поделки из серебра, знаменитые русские кольчуги, кожи, пряслица, замки, бронзовые зеркальца, изделия из кости. Нередко купцы гнали на продажу и челядь — захваченных дружинами во время военных походов пленников, которые высоко ценились на невольничьих рынках.

На Русь же отовсюду иноземные купцы везли свои товары — из Византии дорогие ткани, оружие, церковную утварь, драгоценные камни, золотые и серебряные вещи и украшения, из стран Кавказа, Персии, Прикаспия — благовония и пряности, бисер, который так ценили русские женщины, и вино, из Фландрии — тонкие сукна. Из прирейнских городов, венгерских, чешских, польских земель шли металлические вещи, оружие, вина, кони. Большие мыта (пошлины) собирали с этой разнообразной торговли киевские и местные князья. В торговых делах участвовали и представители княжеских домов: они либо поверяли свои товары купцам, либо имели своих торговых представителей в многочисленных торговых караванах, которые под усиленной охраной шли из русских земель во все концы света.

Каждый город был к тому же центром торговли всей близлежащей округи. К нему тянулись ремесленники из окрестных городов и смерды из сельской местности, чтобы продать плоды своих трудов, купить что-либо необходимое в хозяйстве.

В организации торговли важную роль играли монастыри. Ярмарки, как правило, проводились в дни религиозных праздников при стечении множества людей, среди которых было удобно рекламировать и продавать товар. Торговля охранялась церковью, о чем сообщал специально поднятый флаг. Служители церкви осуществляли и контроль: сделка на рынке была возможна только при свидетеле-весовщике, собиравшем весовой сбор в пользу князя. Официальные меры длины (локоть и т.д.) и веса (коромысловые весы) также хранились в церкви и монастырях. Вывоз предметов грабежа и дани (меха, воска, рабов) и ввоз предметов роскоши являлись основными направлениями торговли Киева с Византией, европейскими и арабскими странами, Персией и т.д. Внешняя торговля сохраняла характер "грабежа", что отразилось и в наименовании торговых людей (воинов и купцов по совместительству) - гости (от латинского "hostis" - враг). В этом плане показательны отношения Киевской Руси с Византией.

На рынках Руси использовали арабские, византийские, немецкие монеты. В северной глуши и на степном юге, как и в старину, еще в качестве денежных единиц принимались шкурки ценных зверей, скот.

С середины X в. на Руси для обслуживания увеличивающейся торговли стали чеканить собственную монету. Денежной единицей служили серебряные слитки определенного веса и формы - гривны весом в 200 граммов. Гривна делилась на 20 ногат, 25 кун или 50 резан. Развитие товарно-денежных отношений привело к возникновению ростовщичества, которое под влиянием народных выступлений пыталась ограничивать княжеская власть.

2.Экономические причины и последствия великих географических открытий.
1.      – предпосылки великих географических открытий

2.      – важнейшие морские экспедиции конца XV - начала XVI вв

3.      - создание первых колониальных империй

4.      – влияние ВГО на хозяйственную жизнь Европы
Лекция

1.      Предпосылки великих географических открытий.


Огромную роль в экономическом развитии Западной Европы сыг­рали географические открытия конца XV-середины XVII в.

Экономические причины великих географических открытий:

§         кризис левантийской торговли итальянских городов;

§         турецкие завоевания в Малой Азии и на Балканах, завершившиеся разгромом Византийской империи;

§         нехватка драгоценных металлов для экономической и политиче­ской деятельности развитых государств, получившая форму пресловутой
"жажды золота";


§         поиск новых рынков сбыта для расширяющегося производства.

Положительно повлияли на великие географические открытия и те важные усовершенствования, которые были сделаны в то время в море­плавании и военном деле: создание каравелл, усовершенствование ком­паса и морских карт, приборов и приспособлений, огнестрельного ору­жия.

В конце XV и на протяжении XVI вв. европейцы открыли неизвестные им до тех пор континенты земного шара, расположенные в них страны и проложили к этим странам новые, пересекающие океаны, торговые пути. Эти открытия были названы великими, потому что они в корне изменили хозяйственную жизнь того времени, послужили возникновению мирового хозяйства, зарождению новых капиталистических форм производства и обращения. Географические открытия стали в конце XV в. необходимыми для Европы, были подготовлены всем ходом ее внутреннего хозяйственного развития, состоянием ее внешнеэкономических связей. 

Экономическая необходимость Великих географических открытий была порождена ростом товарно-денежных отношений, формированием национальных рынков, расширением межстрановой торговли. Между тем денежных средств для обслуживания растущего товарооборота в Европе явно недоставало. Широко были распространены всякого рода бартерные сделки, в каждой стране обращалось множество разных монет, чеканившихся из малоценных сортов металла, да и они часто заменялись такими натуральными средствами платежа, как куски металла, звериные шкурки и т. п. Чертой времени было отсутствие всеобщего денежного эквивалента, и нарастало понимание, что таким эквивалентом могут быть только драгоценные металлы – золото и серебро. Из экономического развития Европы вырастала такая важнейшая предпосылка Великих географических открытий, как жажда золота, и в XV в. она охватила самые различные круги общества. В самой Европе, за исключением небольших рудников юной Германии и Австрии, добычи драгоценных металлов почти не было, и удовлетворить выше указанную потребность можно было только за счет стран Востока, главным образом Индии. О золотых богатствах этой сказочной страны ходили настоящие легенды.

Преградой на пути к золоту стал глубокий кризис Левантийской (средиземноморской) торговли.

Странами  Леванта назывались тогда ближневосточные территории – Палестина, Ливан, Сирия, Иордания, через которые шел основной поток торговых грузов из Азии в Европу, сосредоточиваясь в бассейне Средиземного моря. Старинная монополия на эту торговлю принадлежала итальянским купцам, венецианцам и генуэзцам. Ими был внесен большой вклад в организацию и технику торгового дела. Именно здесь, на севере Италии, впервые появились товарные биржи, был создан первый в Европе банк (банк Святого Георгия в Генуе), выработана техника банковского дела и коммерческого учета, разработана теория и практика бухгалтерии. Исходным моментом становления банковского дела стал меняльный промысел. Сначала он состоял только в обмене различных денежных знаков, а затем расширился до переводных операций, производства платежей, принятия денег на хранение. В результате менялы превращались в банкиров. Новый термин произошел от слова «banco», обозначавшего стол, за которым банкиры производили свои операции.

Северо-итальянские купцы получали восточные товары от арабов, державших в своих руках южные торговые пути в Индию через Египет и Красное море, по Тигру и Евфрату. Это двойное посредничество итальянских и арабских купцов  приводило к двойному удорожанию восточных товаров и к их реализации на европейских рынках по баснословным ценам. Торговля со странами Востока становилась очень невыгодной для европейцев, начинается ее упадок. В XV в. он перерос в настоящий кризис. Виной тому стали завоевания и грабежи турок-османов, захвативших огромные территории в Передней Азии и на Балканах.  Турецкий султан изгнал большую часть европейских купцов из своих владений,  его беи (местные феодалы) обременяли их немыслимыми пошлинами и чинили всяческий произвол.

Но кризис средиземноморской торговли имел и более глубокую причину – экономическую. Она заключалась в хроническом пассиве торгового баланса Европы с Азией. Европа в ту пору значительно больше нуждалась в азиатских товарах, чем Азия – в европейских. Их Азии на Европейский континент  поступали пряности, ювелирные изделия, фарфор, шелковые ткани, которые стали неотъемлемой частью «потребительской корзины» верхних слоев общества. Азия же, не нуждаясь в европейских сельскохозяйственных продуктах, ввозила в небольших количествах лен, пеньку, лесные материалы и очень немного изделий европейских ремесленников, которые лишь в редких случаях превосходили азиатские качеством или не имели аналогов на Востоке (ломбардское сукно, венецианские зеркала). В основном же азиатские торговцы приобретали в Европе в обмен на свои товары не изделия местного производства, а непосредственно денежную наличность - золотую и серебряную монету. Такое положение сохранялось на протяжении столетий, и европейские рудники драгоценных металлов в XV в. стали оскудевать.

Все это толкало европейцев на поиск прямых путей в богатые страны Азии, минуя каких-либо посредников. Возможность эта созрела к концу XV в. и состояла в следующем.

Во–первых, для того чтобы пересечь океан и достичь вожделенных берегов, надо было построить подходящие суда. Отправляясь в далекие плавания, следовало точно определять направление движения и точное расстояние, повысить быстроходность и маневренность судов, и, наконец, снабдить их экипажами, состоящими из опытных и мужественных людей, готовых к борьбе и со стихиями, и с неожиданными трудностями. Решение этих задач потребовало сил и работы нескольких поколений исследователей и первопроходцев.  Мы отметим лишь самые важные достижения.

С точки зрения прогресса кораблестроения наибольшее значение имело создание португальцами в XV в. каравеллы. Гребные и двухмачтовые парусные суда, применявшиеся в бассейнах Средиземного, Северного и Балтийского морей, были малопригодны для океанских просторов. Они требовали больших экипажей, обладали слишком глубокой осадкой, что не позволяло им заходить во многие удобные гавани, и передвигались с достаточно высокой скоростью только тогда, когда ветер дул сзади. В отличие от прежних судов каравелла имела три рабочие мачты, высокие бота и четырехугольные паруса, расположенные в несколько ярусов. Это увеличивало скорость судна и его надежность при шторме, позволяло идти нужным курсом при любом направлении ветра и вделало возможным сокращение численности команды.

Второе условие для проложения новых торговых путей было создано успехами в развитии точных наук и естествознания. Успехи навигационной науки были связаны в основном с изобретением и усовершенствованием следующих инструментов: магнитного компаса, позволявшего определять направление движения, лага для измерения скорости хода корабля, астролябии и гродштока (секстанта) для установления широты и, наконец, хронометра для измерения долготы его местоположения.

Компас, видимо, был известен на европейском Западе уже с X в. Но долгое время он был весьма примитивен, представлял собой простой сосуд с водой, в которую опускалась деревяшка с прикрепленным к ней магнитом, дал возможность лишь приблизительно определять направление движения, и был неприменим во время качки. Кроме того, использование магнитных  стрелок, упорно указывавших на север, ассоциировалось в то время с колдовством, и капитаны поначалу вынуждены были скрывать от команды наличие на борту такого «подозрительного» прибора. В XIII – XIV вв. компас значительно усовершенствовался. В начале стрелка закреплялась на острие и помещалась под стеклянный колпак. Затем кто-то додумался прикрепить к ней бумажный полукруг, разделенный на направления сторон света и на румбы. Так возник прибор, в общем, оставшийся неизменным вплоть до нашего времени. С его помощью можно было точно определять направление корабля во время его хода.

Одновременно с магнитной стрелкой в европейское морское  дело «проникла» астролябия, позволявшая рассчитать широту местонахождения судна через замеры высоты небесных светил над горизонтом. Этот прибор, известный еще древним грекам, был перенят от арабов. Но в отличие от компаса более сложные навигационные приборы совершенствовались довольно медленно.

Большие успехи были достигнуты в географии. Произошло расширение и уточнение географических знаний, более правильными стали  представления о земной поверхности, приобретало все больше сторонников учение о шарообразности земли, были устранены ошибки и внесено много исправлений в географические карты.

Огромное значение имели новшества в промышленном развитии Европы, достигнутое ею военно-техническое опережение других континентов земного шара. В конце XIV – XV вв. здесь было освоено доменное и литейное производство, в результате чего Европа стала единственным в мире обладателем огнестрельного оружия, артиллерии. В ходе Великих географических открытий это дало ей неоспоримые преимущества в подчинении открываемых земель, в покорении населявших их народов, послужило началу эпохи колониализма.

Наряду с возможностями, созданными для Великих географических открытий наукой и техникой, большое значение имели и новые политические условия, сложившиеся в Европе в XIV – XV вв. Главным из них было образование абсолютистских монархий. Организация далеких океанских экспедиций требовала больших средств. Однако риск подобных экспедиций заставлял частных Лиц воздерживаться от их финансирования. Другое дело - государство. Его доходы, поступавшие в государственную казну в виде налогов с населения, были теми  «чужими» деньгами, которыми королевская власть считала себя праве свободно и безбоязненно распоряжаться. И она была кровно заинтересована в снаряжении экспедиций, ибо содержание наемной армии и многочисленной бюрократии, роскошь королевского двора и постоянные раздачи наград и привилегий означали непрерывное увеличение казенных расходов. Централизация государственной власти обостряла «жажду золота» в Европе.

Пионерами Великих географических открытий явились Испания и Португалия.

Непосредственным результатом великих географических открытий было освоение Нового Света, а также пути в Индию и Китай. К концу XVI в. известная европейцам часть земной поверхности увеличилась в шесть раз. Однако последствия этих открытий имеют гораздо большее значение, которое проявилось в развитии торговой революции и рево­люции цен.
2.     
Важнейшие морские экспедиции конца
XV - начала
XVI вв.


Начало европейской колонизации в районе Атлантики было положено еще в 1402 – 1405 гг., когда нормандец Жанде Бетанкур завоевал от имени кастильского короля Канарские острова. Частные плавания в этом районе познакомили европейских мореходов с режимом ветров и удобными путями возвращения домой. Этот опыт в значительной мере облегчил дальнейшие экспедиции.

С 20 –х гг. XV в. португальский принц Генрих, прозванный Мореплавателем, начал снаряжать многочисленные экспедиции к берегам Южного Марокко. После двенадцати лет относительных неудач одному из его капитанов, Эанишу, удалось в 1434 г. обогнуть пресловутый мыс Бохадор, имевший славу непреодолимого рубежа. Далее открытия следовали одно за другим: в 1441 г. Нунью Триштан достиг Кап-Блана, в 1444 г. Диниш Диаш обнаружил Зеленый Мыс. К моменту смерти Генриха в 1460 г. португальцы находились в Сьерра-Леоне и обследовали острова Зеленого Мыса.

Спустя десятилетие продвижение возобновилось. В 1471 – 14щ72 гг. были открыты острова Сан-Томе, Берег Слоновой Кости, затем – Золотой берег и устье р. Нигер. В 1483 г. Диогу Кан дошел до устья р. Конго. В 1487 -1488 гг. Бартоломео Диаш достиг южной оконечности Африки, а спустя десять лет Васко да Гама, обогнув мыс Доброй Надежды, поднялся вдоль восточно-африканского побережья до Малинди, откуда лоцман-араб Ибн-Маджит провел его до Индии (1498 г.).

Тем временем в 1492 г. адмиралом Христофором Колумбом была открыта Америка.

Это событие явилось неизбежным следствием заокеанской экспансии португальцев. Колумб и сложился как мореплаватель в рамках португальской школы. Он был женат на итало-португалке с Мадейры, а его брат, лиссабонский картограф, держал его в курсе всех достижений португальского мореплавания. Первые попытки Колумба добиться снаряжения на запад Атлантики были предприняты им в конце 1470 –начале 1480-х гг. опять-таки в Португалии. Лишь в 1484 г. он ухал в Испанию и начал переговоры с кастильским двором. После долгих неудач отказов и споров он получил, наконец, в 1492 г. возможность снарядить три корабля и отправился на них в Атлантику. Первое же путешествие Колумба привело его в Карибское море. Испанцами был открыт ряд Антильских островов, в том числе Куба, принята ими за Чипанго (Японию). Местное чернокожее население не было знакомо ни с железом, ни с колесом, не знало никаких домашних животных. В то же время у некоторых дикарей находили золотые безделушки, и всюду были видны следы морской торговли. Вскоре испанцам встретился и первый торговый корабль. Он принадлежал индейцам племени майа из Юкатана и был нагружен тканями, медными и каменными орудиями и прочими нехитрыми товарами. Хотя экспедиция принесла мало барыша, ее возвращение в Испанию в 1493 г. было встречено с триумфом. Колумб был вызван ко двору в Барселону, где его приняли с необыкновенными почестями. Адмирал привез с собой в качестве вещественных доказательств богатую коллекцию. Особы интерес возбудили чучела невиданных птиц и млекопитающих, живые попугаи, коллекция целебных трав, жемчужины и шесть раскрашенных дикарей с Испаньолы (ныне о. Гаити).

Ныне все полагали, что найдена дорого к богатейшим странам Азии, гораздо более короткая, чем та, которую столь долго пытались освоить португальцы. Колумбу теперь легко было добыть денег и людей для второго путешествия. Когда в сентябре в 1493 г. он отплыл из Кадикса, у него было уже 17 кораблей и полторы тысячи человек экипажа. Началось великое движение европейцев на запад.

И все же современники Колумба (в отличие от благодарных потомков) не смогли по достоинству оценить его открытия. Больше всего волнений его предприятие вызвало в Португалии, которая в том же 1493 г. добились от папы Александра VI издания Демаркационной буллы, устанавливавшей линию раздела между испанскими и португальскими владениями по меридиану, пролегавшему в 300 милях западнее Азорских островов. Было установлено, что на все вновь открытые земли к востоку от этой линии может претендовать только Португалия, а испанская зона экспансии должна распространяться исключительно на запад.

Несмотря на то, что в ходе последующих экспедиций Колумба (1493 -1500 гг.) были найдены месторождения золота на Испаньоле и открыт, наконец, Американский материк, они не произвели большой сенсации в Европе, а в самой Испании, скорее, вызвали разочарование. Главной виной тому  стали успехи португальцев, которые действительно были так велики, что могли затмить любые другие. Летом 1499г. вернулся из своей экспедиции Васко да Гама. Он достиг настоящей Индии, видел огромные города, беседовал с могущественными раджами. Гама привез в Лиссабон мускатные  орехи и корицу, перец и имбирь, рубины, изумруды, малиновый шелк, трубы из слоновой кости и множество тому подобных предметов. Это доказывало, что он побывал в стране, где находился первоисточник тех самых продуктов, которые европейцы по дорогой цене скупали у арабских купцов в Средиземноморье.

Португальцы посылали в Индийский океан одну эскадру за другой, и уже в начале XVI столетия создали первую постоянную колонию на Индостане – Гоа. Торговое значение этого фактора было огромно. Пришел конец вековой монополии арабов на поставки в Европу индийских и индонезийских товаров, пошатнулось значение северо-итальянских городов и стран Леванта.

Вначале португальские корабли  и оружие имели мало преимуществ перед арабскими и индийскими. Но вскоре положение изменилось. Было обращено чрезвычайное внимание на усовершенствование судов и орудий, и вплоть до конца XVI в. Португалия считалась самой могущественной в мире морской державой.

Тем временем и испанцы не сидели сложа руки. В 1517 г. управление заморскими территориями, располагавшееся в Севилье, получило весьма заманчивое предложение, исходившее от опытного португальского морехода Фернандо Магеллана. Он располагал кармами, доказывавшими возможность достижения индии, плывя на запад и огибая южно-Американский материк. Этот весьма рискованные проект был одобрен, так как его реализация открывала возможность покончить с португальской монополией на торговлю с богатыми странами Азии. Осенью 1519 г. флотилия Магеллана, состоявшая из  5 кораблей, отправилась на юго-запад Атлантики, достигла входа в знаменитый пролив, названный именем ее предводителя, и, миновав его, направилась далее на северо-запад по просторам Тихого океана. Претерпев страшные лишения, голод и болезни, испанцы весной 1521 г. достигли Филиппинских островов, положив начало их испанской колонизации. Для Магеллана и его команды все это имело гибельные последствия – сам он был убит в битве с туземцами, на родину вернулся только один корабль, а из 239 человек команды осталось в живых только 21. Научные последствия плавания Магеллана огромны: была установлена замкнутость Мирового океана, открыт  пролив в Американском материке и начало выясняться истинное значение гидросферы, занимающее 3/4 земной поверхности. Но в чисто хозяйственном плане и эта экспедиция разочаровала испанцев. Оказалось, что новый путь в Азию слишком труден и не годится для торговых операций.

Меж тем состоялись мероприятия, способные, наконец, удовлетворить алчность испанских конкистадоров. В 1515 г. начался поход Эрнана Кортеса на империю ацтеков, быстро решительно уничтожившего это государство. Колоссальные богатства в виде золота пи драгоценных камней, отнятые в храмах и у индейской знати, попали в руки испанцев и хлынули в Западную Европу. В 1524 г. отряды Франсиско Писсаро захватили Перу, где им удалось овладеть еще большими количествами драгоценных металлов. Эти грабежи имели огромное психологическое значение. Они привлекли в Америку массу авантюристов, которые в течение нескольких десятилетий обследовали и присоединили к испанским владениям огромные территории, простирающиеся от нынешней Калифорнии до южной оконечности континента (Ла-Плата).

Эти  новые завоевания открыли, наконец, испанцам глаза на то, что они имеют перед собой доселе совершенно не исследованные и богаты континент. Каждая удачная экспедиция окупалась теперь сторицей. Правда, оказалось, что захваченное золото  накоплено веками из бедных рудников. Зато вскоре были открыты и стали методично разрабатываться богатые залежи серебра. Одновременно испанцы разводят плантации по выращиванию сахара, кофе, табака, и впоследствии и хлопка.

Для работы на рудниках и плантациях поначалу привлекались аборигены, для чего даже была создана специальная система – «энкомьенда» (от испанского – доверять, поручать). Она представляла собой особую форму эксплуатации индейцев, которые формально оставались свободными, но передавались на «попечение» колонизаторам («энкомендеро») якобы для обращения их в христианскую веру. Жестокость некоторых их этих «попечителей» была потрясающей.

И все же неверным было бы полагать, что испанское завоевание обернулось для коренного населения только кошмаром. Необходимо иметь в виду, что к моменту прихода европейцев американские цивилизации находились в состоянии упадка и глубокого морального кризиса. В них царил культ жестокости, основная масса жителей была совершенно затерроризирована и лишена всяких свобод, подчинена мелочной регламентации во всех областях общественной и даже семейной жизни. Поэтому многие индейцы сначала восприняли конкистадоров как освободителей. И было немало испанцев, выступавших за справедливое отношение к туземцам, стремившихся дать им грамоту, приобщить к ценностями христианской культуры. Особенно успешно действовали в этом направлении некоторые служители церкви. Фигурой первой величины в этом ряду был епископ Бартоломе де Лас Касас – человек, предвосхитивший многое идеи гуманизма эпохи просвещения и даже XX в. В частности, по его инициативе стал реализовываться план распространения в Новом Свете европейских ремесел и методов земледелия. В 1533 г., через несколько лет после завоевания Мексики, он основал в этой стране первый в Западном полушарии университет. Но самым большим его достижением стало официальное уничтожение энкомьенды в 1542 г.

При таких противоречивых обстоятельствах начиналось хозяйственное освоение открытого испанцами материка. Но обратимся теперь к португальской колониальной империи. Ее создание мело для европейской и моровой экономики не меньшее значение. Диапазон португальской экспансии был необычайно широк: военно-торговые фактории этой страны растянулись  этой страны растянулись вдоль всего океанского побережья Африки, располагались на Индостане и Индонезии, на многочисленных островах Атлантики и Индийского океана. Кроме того, португальцы принадлежала Бразилия, где, впрочем, характер колонизации не отличался от испанского. Больше того, он служил для испанцев своего рода эталоном, так как впервые «образцовые» латифундии, использовавшие труд невольников, были организованы лиссабонскими ростовщиками. Сначала они появились на острове Сан Томе близ Африки, а затем были перенесены в Бразилию.

Африка интересовала португальцев, прежде всего с точки зрения обеспечения их судов провиантом. Они запасались здесь водой, рисом и рыбой, приобретали также различную дичь, коз и овес, закупали апельсины и лимоны, которые употребляли как средство от цинги. С целью  перепродажи из Африки вывозился золотой песок, слоновая кость, а также кожи, воск, стручковый перец, красящие растения, карамель и страусовые перья. Но особенно выгодной оказалась закупка рабов. Северо-восточный Атлантический пассат круглый год обеспечивал сравнительно быструю их доставку к берегам Америки. Здесь невольники продавались, а корабли загружались колониальными товарами, доставляемыми в Европу.

Чрезвычайно ценные грузы вывозились португальцами из Индии. Здесь они скупали индиго, опиум, драгоценные камни, рис, сахар, перец, имбирь, шелковые и хлопчатобумажные ткани, а также парчу, ковры, камфору, эбеновое дерево. Цейлон давал португальцам рубины, жемчуг, Китай и Япония – чай и фарфор, Индонезия – различные специи: гвоздику, мускатный орех, перец и т. д.

Для оплаты всех этих товаров приходилось вывозить в колонии некоторые продукты европейской промышленности, так как африканцы охотно приобретали в обмен на свои богатства медные и железные изделия, ситцы, старую одежду, янтарь, зеркала, бисер и конечно же ружья, порох и водку. В индию отправлялись шерстяные ткани, оружие, вино, соленая рыба и выменянное в Африке золото. Но многие ценности португальцы, как и все колонизаторы, стремились заполучить даром, действуя методами грабежа, обмана туземцев.

Таковы были основные вехи и общие контуры начала освоения европейцами заокеанских территорий.

Семинар.

1. Создание первых колониальных империй.

В результате великих географических открытий Европа, Африка, Америка и Австралия были связаны между собой торговыми путями. Новый мир стал рынком сбыта для европейской продукции. Начала складываться колониальная система, которая ускорила возникновение капитализма и содействовала накоплению больших денежных средств, необходимых для организации крупных предприятий. Центр мировой торговли переместился со Средиземного моря в Атлантический океан. Пришли в упадок итальянские города-республики, возвысились сначала Испания и Португалия, затем Голландия и Англия.

Великие географические открытия положили начало созданию первых колониальных империй с их ограблением и уничтожением коренного населения, гибелью древней культуры народов Нового Света (Америки). Из колоний в Европу хлынул поток драгоценных металлов, которые, с одной стороны, привели к оживлению предпринимательской деятельности, а с другой — к революции цен — падению цен на золото и подорожанию всех других товаров, что вызвало ухудшение положения покупателей, а их было множество. Особенно ухудшилось положение работающих по найму, мелких чиновников и небогатых дворян.

Великие географические открытия нарушили изоляцию двух миров, сблизили два общества: зарождающееся индустриальное и традиционное. Естественно, что индустриальное общество обладало ведущими позициями в этом процессе, особенно влияние европейского общества на традиционные общества Азии и Африки проявилось в развивающихся процессах колонизации. С этого времени мировая история приобретает свои единые тенденции развития, закладываются предпосылки формирование единого мирового сообщества.

Португалия и Испания первыми среди европейских стран предприняли поиски морских путей в Африку и Индию. В открытии этих путей были заинтересованы различные слои населения, но, прежде всего это были дворяне, купцы, духовенство и короли этих стран. В результате войны с маврами и арабами, которая вошла в историю под названием Реконкиста, в Пор­тугалии и Испании образовалась особая социальная прослойка мелкопоместных дворян — идальго, для ко­торых война была единственным занятием, Многочис­ленные воинственные дворяне, оставшиеся без дела после Реконкисты, представляли серьезную опас­ность для королей и городов, т.к. их могли легко ис­пользовать крупные феодалы в борьбе против объе­динения страны и усиления королевской власти. Поэтому короли Португалии и Испании стремились увлечь дворян идеей открытия и завоевания новых стран и торговых путей. Первыми на океанические пути вышли португальцы. Морской путь в Индию португаль­цами прокладывался постепенно в конце XV в., в тече­ние последнего десятилетия.

20 мая 1498 г. португальские корабли под командо­ванием Васко да Гамы, посланного королем Манюэлем, достигли берегов Индии. С открытием морского пути в Индию Португалия приобрела приоритетное положение на европейском рынке и начала овладе­вать всей морской торговлей Южной и Восточной Азии.

Зависимость колоний от метрополий

В 1492 г. испанские короли Фердинанд и Изабел­ла отправили в далекое плавание через Атлантиче­ский океан экспедицию из трех каравелл под командо­ванием Христофора Колумба с целью открыть западный путь в Индию и Восточную Азию. При этом Колумб назначался «адмиралом и вице-королем всех земель, которые он откроет в этих морях-океанах». 12 октября 1492 г., через 69 дней после отправления из испанского порта Палоса, каравеллы Колумба достигли Сан-Сальвадора, одного из островов Ба­гамской группы, расположенного у побережья ново­го, не известного европейцам материка. С тех пор  этот день считается датой открытия Америки. Всего Колумб совершил четыре экспедиции в Америку. Он считал, что достиг берегов Юго-Восточной Азии, и назвал открытые им земли Индией, а их жителей индейцами.

После Колумба другие испанские конкистадоры в поисках золота и рабов продолжали расширять колониальные владения Испании в Америке, в основном в центральной ее части (Панамский перешеек, Юкатан, Мексика). Активные действия по захвату новых территорий в Мексике, государстве ацтеков, проводил испанский отряд во главе с идальго Эрнандо Кортесом.

В 30-х гг. XVI в. другой испанский конкистадор, Франсиско Писарро, во главе отряда в 200 человек предпринял завоевания «золотого царства», государства инков в Перу. Далее в начале 40-х гг. XVI в. испанские конкистадоры завоевали Чили, а в конце XVII в. — Аргентину (вернее, территории, т.к. тогда этих государств не было).

В этом же веке, в 30-40-х гг., португальцы завоевали Бразилию, которая была открыта Кабралом в 1500 г. во время его неудачной экспедиции в Индию (в то время такого государства еще не было, там проживали туземные племена).

Открыв морской путь в Индию, португальцы захватили несколько поселений на Малабарском побережье (Южная Индия) в начале XVI в. Дальше побережья португальцы не смогли продвинуться, т.к. не располагали достаточными силами. Вслед за португальцами в Индию устремились голландцы, французы и англичане. Голландцы занимались исключительно торговлей, совершенно не вмешиваясь в жизнь индийцев. Голландцы в больших количествах вывозили из Индии пряности, которые очень ценились в Европе.

Быстрое возвышение Голландии произошло XVII в. Его обусловили два основных двигателя перемен. Первым и из них было обладание самым крупным в Европе торговым флотом. В середине XVII в. по количеству судов и их тоннажу голландский флот превосходил все вместе взятые флоты Англии, Франции, Испании, Португалии и Германии. На верфях страны был создан, новый корабль, так называемая «флейта» - прочное парусное судно с округленными бортами, повышенной грузоподъемностью и командой меньшей, чем на обычных судах такого же тоннажа. Для кораблестроения использовалась новейшая техника того времени – механические  пилы, мачтоподъемные механизмы, взаимозаменяемые запасные части, и, конечно, самый квалифицированный кадровый состав в виде мастеров и корабельных рабочих.

Вторым условием возвышения Голландии явилась ее колониальная экспансия. Первый голландский корабль в Индию отправился в 1595 г., и это был исходный пункт для целой серии завоеваний. В 1598 г. сюда направились 22 корабля, и уже вскоре Испания и Португалия были оттеснены со многих позиций, которые они захватили в колониальном мире в конце XV и XVI в. привоз огромных богатств породил в Голландии несколько компаний для торговли с Азией. В 1602 г. они слились в единую Голландскую Ост-индскую компанию, самую мощную торговую компанию в тогдашнем мире: ее первоначальный капитал составил 6, 5 млн. флоринов, по нынешним исчислениям – 64 т. золота, и это в шесть раз превышало капитал созданной на два года раньше Английской Ост-индской компании. Когда по договору Испания предоставила Республике соединенных провинций (так стали называться возглавленные Голландией северные провинции) право торговли со своими колониями, то голландская купеческая олигархия уже обладала в лице Ост-индской компании организацией для захвата этой торговли в свои руки. В Тихом океане опорными пунктами Голландии явились расположенные здесь Зондские и Молуккские острова. Отсюда началось продвижение к Индонезии и захват Явы, колониалистские поиски в Индийском океане и захват острова Цейлон. Вместе с другими странами Голландия приняла участие и в колонизации Американского континента. В Северной Америке она была наименее удачна, зато в Южной Америке, особенно в Бразилии. Были осуществлены очень крупные приобретения. Происходила  колонизация в Африке, у Юго-Западного побережья континента. Голландские колониальные владения, прежде всего в Азии, были настоящим царством пряностей, жемчуга, шелка, драгоценных изделий и других товаров, пользовавшихся спросом в Европе. Голландская  Ост-Индская компания контролировала цены на эти товары, устанавливала надзор над поступающим в продажу количеством товаров (оказавшиеся в избытке попросту уничтожались), в колониях создавались основанные на рабском труде плантационные хозяйства, в которых выращивались корица, перец, мускатный орех, гвоздика и другие ценные растения.

Сочетание высокоразвитого судостроения с обширностью колониальных владений превратило Голландию в главного торгового посредника между Европой, с одной стороны, и Азией, Африкой и Америкой - с другой, в главного наполнителя европейских рынков колониальными товарами. Большие выгоды приносила и торговля  с Россией. Голландские суда нередко выходили из Архангельска, груженые пушниной, хлебом, льном, пенькой, корабельным лесом, и все это в порядке той же посреднической торговли переправлялось в порты Англии, Италии, Испании и других стран.

Если оценивать сложившееся в XVII в. соотношение сфер голландской экономика, то оно явно свидетельствует о преобладании торгового капитализма над капитализмам промышленным .и это соотношение подкреплялось экономической политикой государства, оказывавшего огромную поддержку торговым компаниям. Мак, голландская Ост-Индская компания получила право управления колониальными владениями, право содержания собственного войска, сбора налогов, чеканки монет и другие права, по существу, превращавшие компанию в некое государство в государстве. Подобными правами не обладала ни одна промышленная компания. Государственная казна была прямо заинтересована в поддержке Ост-Индской и других торговых компаний, поскольку получала от них различные взносы и пошлины, весома пополнявшие доходные статьи бюджета.

2.Влияние ВГО на хозяйственную жизнь Европы.

Географические открытия конца XV – начала XVI вв. стали «великими» не потому, что были совершены дальние путешествия. Они совершались и раньше. И не потому, что масштабы и численность экспедиций не позволяли сомневаться в достоверности полученных сведений. Главное значение имел тот факт, что в результате испано-португальских открытий существенно изменились условия хозяйственной деятельности десятков миллионов европейцев. В течение короткого исторического промежутка произошло перемещение мировых торговых артерий, веками продолжавшийся отток золота и серебра из Европы внезапно сменился мощным притоком благородных металлов. Международный хозяйственный обмен невиданно расширился, и все это способствовало развитию как промышленности, так и сельского хозяйства.

Великие открытия привели к тому, что международная торговля европейцев вышла за узкие пределы бассейнов Средиземного, Балтийского, Северного морей и приобрела океанический характер. Главные маршруты торговых перевозок сосредоточились в районе Атлантики, в связи с чем особо выгодным оказалось географическое положение стран, расположенных на крайнем европейском западе. Здесь, помимо Испании, Португалии и Голландии, стали быстро набирать силы такие морские державы, как Англия, Франция. Именно эти государства в течение последующих трех столетий боролись между собой за первое место в мировом торговом посредничестве. Они же лидировали в области использования новых форм производства и обмена.

С XVI в. начинается формирование мирового рынка, и практически все населенные континенты, кроме Австралии, включаются в международные хозяйственные связи.

Первоначально самую большую выгоду от изменения географии торговых сношений получила Португалия. О том, какую прибыль обеспечивали ее экспедиции в районе Индийского океана, говорит хотя бы такой пример: центнер гвоздики, стоивший на Молукских островах 2 дуката, в Лондоне продавался за 336 дукатов. Буквально на вес золота ценился в Европе и перец, который во многих странах Азии был общедоступным продуктом.

Однако довольно скоро торговля со странами Ост-Индии становится общеевропейским делом. Португальское правительство не могло собственными силами справляться со снабжением Европы пряностями и другими товарами из своих владений в Азии. Оно вынуждено было привлекать иностранные корабли для усиления охранных флотилий, доверять ведение дорогостоящих торговых операций богатым негоциантам из Голландии, Франции и южно-германских городов. Одновременно невиданно усилилась международная контрабанда, размеры которой напрямую соответствовали обширности колониальной монополии португальцев для организации корабельных экспедиций и захвата новых территорий португальскому королю постоянно не хватало средств. Он получал их, как правило, под залог будущих поступлений из колоний у крупнейших банкирских и торговых домов. Особенно отзывчивым в отношении этих займов оказался капитал Нидерландов. Впрочем, сама удаленность Лиссабона от главных потребительских центров Европы вскоре заставила португальское правительство признать  за Антверпеном роль главного пункта сбыта индийских товаров. Это окончательно подорвало торговое значение средиземноморских городов и сделало север Европы более оживленным, чем ее юг.

Еще более важным каналом обогащения европейской буржуазии становится торговля в районе так называемого «атлантического треугольника». Здесь выстроилась следующая  цепочка операций. Корабли, загруженные различной мануфактурой (ткани, парики, ружья, одежда, обувь) прибывали в район Гвинейского залива, и здесь  происходил обмен  привезенных товаров на невольников (денежного обращения тропическая Африка не знала). Приблизительная стоимость грузов, обмениваемых на одного невольника, составляла 8 - 12 гульденов. Далее суда следовали в Карибское море, где средняя цена одного раба уже равнялась 300 - 400 гульденам. Закупив на американских рынках колониальные товары, купцы возвращались в Европу и продавали их там с десятикратной выручкой. Хотя все эти цифры очень приблизительны и зависели от политической и экономической конъюнктуры, они все же дают общее представление о масштабах обогащения морских коммерсантов. Достаточно было сделать один удачный рейс на сравнительно небольшом судне, чтобы стать весьма богатым человеком.

Первоначально португальцы пытались монополизировать захват невольников в Африке. Но так как местные племена были воинственными и многочисленными, этот промысел оказался слишком опасен и мало предсказуем. Пришлось налаживать торговлю людьми, используя капиталы, суда и посредническую ловкость английских, французских и голландских купцов. Несостоятельными оказались и неоднократные попытки Испании прибрать к рукам поставку невольников в ее американские владения. Испания не имела для этого необходимых капиталов, ни товаров для достаточного количества  кораблей, ни товаров для сбыта в Африке. В XVI в.  лишь 1/10 необходимых для ее колоний грузов доставлялась на испанских кораблях.

Но не только торговый оборот с колониями оказался в руках иностранцев. Из колоний Испании, располагавшихся в новом Свете, притекали огромные массы серебра и золота. Они не задерживались на Пиренеях и быстро растекались по всем странам европейского запада. А богатства эти были несметны. Так, добыча драгоценных металлов в середине XVI в.  в  3,5 раза превышала их производство в конце предыдущего столетия. При этом ¾  прироста обеспечивалось американскими рудниками. Поступления дополнительного количества золота и серебра в каналы обращения отвечало потребностям расширившегося рынка.

Однако приток драгоценных металлов не решал проблему «жажды золота», охватившую Европу накануне  Великих географический  открытий. Система золотого денежного обращения (или золотого монометаллизма) утвердилась на Западе много позднее. После  великих географических открытий в Европе наступила длительная эпоха биметаллизма, когда роль всеобщего эквивалента использовалась двумя металлами: золотом или серебром. Монеты из них  подлежали свободной чеканке и обращались на равных правах. Общая черта этих драгоценных металлов состояла в том, что они были «дешевыми», ибо приобретались в колониях либо путем прямого грабежа, либо на предприятиях, обслуживаемых подневольным трудом (рабским или крепостным), то есть с низким издержками производства. При этом серебра поступало значительно больше, чем золота, оно было более дешевым и вытесняло дорогое золото.

Приток дешевых драгоценных металлов радикально повлиял на уровень европейских цен. Поскольку цена есть выражение стоимости товара в деньгах, постольку удешевление золота и серебра не могло не повлечь за собой роста цен. В течение XVI в. товары в среднем вздорожали в Европе в 2,5 – 3 раза. Но этот процесс не в равной мере затронул разные виды  продуктов и изделий. Стоимость предметов роскоши мало изменилась, они и раньше были дорогими, а теперь цены на них даже несколько упали. Зато резко подскочили цены на продукты первой необходимости. Например, «революция цен». Торговая революция - резкий скачок в развитии внешней торгов­ли европейских стран, связанный с образованием мирового рынка и характеризуемый радикальным изменением пассивного торгового ба­ланса, присущего средневековой европейской торговле со странами Востока. Революция цен - резкое увеличение цен (особенно на продукты пи­тания) в Европе, вызванное наплывом дешевого золота и серебра из колоний.

Революция цен, то есть инфляционная конъюнктура XV-XVI вв., имеет не глобальный, а сугубо региональный характер, обусловленный специ­фикой политических, экономических и социальных условий, характер­ных для определенного региона. Так, в Испании и Португалии приток заокеанских сокровищ превратился в инструмент войны, отвлекшей эти нации от производства. В итоге - экономическое оскудение богатств, уплывавших в другие государства, поставлявшие завоевательницам необходимые товары. Для Англии и Голландии, наоборот, рост цен сказался благоприятно на деловой активности. В целом, революция цен вызвала перераспределение доходов между старыми и новыми имущи­ми классами в пользу последних - в странах с наиболее размытыми традиционными общественно-экономическими структурами, и между дворянством и третьим сословием в пользу первого - в регионах вос­точноевропейских. Таким образом, она стала экономическим механиз­мом, методом "обложения" политически слабых секторов национальной экономики в пользу секторов, находившихся под покровительством политических структур.

Торговая революция и революция цен явились предпосылками про­цесса первоначального накопления капитала.

 Она имела очень важные социальные последствия: одни слои общества проиграли от революции цен, другие – выиграли.

В проигрыше оказались представители феодального хозяйствования, прежде всего крупные землевладельцы. Их доход состоял из взимавшейся с крестьян земельной ренты, в то время  почти повсюду денежной. Размер ранты не определялся каким-либо законом. Но со временем крестьянских восстаний XIV – XV вв. и коммутации повинностей землевладельцы уже не решались произвольно повышать поборы с крестьян, и вынуждены были довольствоваться так называемой фиксированной рентой. В условиях роста цен это привело к разорению многих земельных собственников.

Революция цен разорила и многих мелких производителей  -  крестьян, ремесленников. Их прежнее натуральное хозяйствование было уже подорвано, а приобретение предметов потребления  на рынке становилось по мере роста цен все недоступнее. Ухудшение условий существования все чаще заставляло сельские и городские низы прибегать к работе по найму, жить продажей своей рабочей силы.

В безусловном выигрыше от революции цен оказалось купечество. Оно держало в своих руках все торговые связи, непрерывно их расширяло, и революция цен позволяло купцам накапливать  огромные денежные состояния. Появление возможности проникновения отношений купли- продажи из сферы обращения в сферу производства означает, что распространялись первые капиталистические предприятия, где средства производства и рабочая сила превращены в товары, которыми купивший их капиталист может свободно манипулировать в целях расширения. Модернизации и повышения прибыльности своего производства.

Великие географические открытия оказали воздействие и на самую распространенную в тогдашней Европе сферу экономики - сельское хозяйство. Из стран, ставших теперь источником пополнения европейских рынков, стало поступать много новых продуктов для повседневной жизни: картофель, кукуруза, томаты, рис, сахар, кофе какао, и др. это уже само  по себе изменило структуру пищевого рациона, сделало его более разнообразным и полезным. Но важнейшим результатом была начавшаяся интродукция растений – процесс сложный. Долговременный, но поднимавший уровень европейской земледельческой культуры, способствовавший повышению специализации и производительности сельского хозяйства. Общий результат открытия и освоения европейцами морских путей в Индию и Америку состоял в том, что уже через несколько десятилетий наметился подлинный переворот в хозяйственной жизни как Старого, так и Нового Света.




3.    
Характеристики мануфактурного периода промышленного производства в Европе.



  1. – период первоначального накопления в Европе
  2. – развитие мануфактурного производства в Англии.
  3. - экономическое развитие Голландии в мануфактурный период.



Лекция
  1. Период первоначального накопления в Европе.

Первоначальное накопление капитала, ставшее исходной точкой формирования капитализма, заняло в странах Западной Европы и Рос­сии около 2-2,5 столетий. Оно имело две стороны.
1.      Процесс отделения производителей от средств производства

2.      Сосредоточение денежного богатства и средств производства населения в руках меньшинства населения.
Первоначальное накопление капитала - исторический процесс превращения общественных средств производства и жизненных средств в капитал, а непосредственных производителей - в наемных рабочих.

Ускорителем рассматриваемого процесса стало государство, кото­рое осуществляло активную экономическую политику, направленную на утверждение капиталистических отношений и создававшую благоприят­ную конъюнктуру для их развития. Первоначальное накопление капита­ла, по меткому замечанию К. Маркса, было записано в летопись челове­чества мечом и огнем. Это проявилось в существовании особой системы источников и методов поддержки предпринимательской деятельности формирующегося капитализма.

Развитие первоначального накопления капитала в разных странах имело свою специфику.

В Англии этот процесс начался в XV в. и закончился во второй по­ловине XVIII в. полным исчезновением крестьянства этой страны в ходе аграрного переворота. Последний, в свою очередь, стал результатом проведения политики огораживания (захвата общинных земель) и се­куляризации (обращения государством церковной собственности в светскую) в период Реформации. При этом правительство с помощью "кровавого законодательства" принуждало лишенных земли крестьян наниматься на работу к капиталистам. Одновременно происходил про­цесс концентрации крупных денежных средств большей частью путем насилия, грабежа, обмана и лжи. Одним из главных методов накопления богатства стало участие Англии в работорговле и пиратстве, которое поддерживалось короной. Кроме этого, накоплению способствовала и система государственного займа, обусловленная частыми займами анг­лийских королей у ростовщиков и купцов, а также так называемая поли­тика способствования развитию отечественной промышленности, за­прещающая экспорт сырья и продуктов питания и ограничивающая большими налогами ввоз готовых изделий.

В Голландии крепостное право не получило большого развития, и крестьяне сохранили личную свободу, поэтому аграрная революция протекала очень быстро при использовании в основном мер внеэконо­мического принуждения (узурпация общинных земель, распространение краткосрочной аренды, активизация ростовщических сделок и т.д.). Важным рычагом первоначального накопления в этой стране также была налоговая система, характеризующаяся повышением доли прямых налогов с городского и сельского населения. Лишенные земли и имуще­ства бедняки под действием законов против бродяг вынуждены были создавать резервную армию будущих наемных рабочих. Вместе с тем сохранение цехово-сословных привилегий и вольностей позволяло вер­хушке цехов накапливать значительные капиталы. Большие средства сосредотачивались и у лиц, занимающихся ростовщичеством. В отличие от Англии, делающей ставку на развитие собственного производства и внутреннего рынка, в Голландии первостепенное значение для экономи­ки имела внешняя торговля. В XVI в. в голландском импорте 30% со­ставляло сырье, 40 % - продовольствие, 30 % - готовые изделия; в экс­порте до 75 % - готовые изделия и лишь 25 % - прочие товары. Вместе с тем разобщенность севера и юга, сохранение многих средневековых пережитков, отсутствие единой денежной системы привело к тому, что элементы меркантилизма в политике Габсбургов не сложились в обще­национальную систему подобно английской. Лидерство в мировой тор­говле и морских перевозках послужило прикрытием для ведения кон­трабандных и военно-пиратских операций на океанских коммуникациях, грабежа колоний и работорговли. Катализатором процесса первона­чального накопления капитала явилась Нидерландская буржуазная рево­люция. В результате Голландия уже в XVII в. стала "образцовой капи­талистической страной".

Первоначальное накопление капитала во Франции началось в XVI в. Однако удаленность страны от основных торговых путей, конкурен­ция передовых стран раннего капитализма, относительная перенаселен­ность, стремление буржуазии в силу экономических и политических условий вкладывать капиталы в сферы землевладения и государствен­ного кредита привели к замедленному развитию данного процесса. Для него не была характерна такая массовая экспроприация крестьянского населения, как в Англии. Имущественное расслоение и обезземеливание французского крестьянства происходило под влиянием роста налогов и усиления ростовщичества. Основными налогами были денежный ценз, натуральный шампар ( 20-25 % урожая), королевский налог - талья, подушный налог, "двадцатина" (1/20 часть прибыли), церковная десяти­на и натуральные повинности, включая барщину. Формирование капи­талистического уклада в этой стране происходило в форме не пере­стройки феодального хозяйства на буржуазный лад, а развития капита­листических отношений среди крестьян (расслоение крестьян и выделе­ние крестьянской буржуазии). Процессы концентрации капитала также не имели благоприятных условий не только по причине отсутствия еди­ной национальной экономики, но и из-за угрозы конфискации. В резуль­тате накопленное богатство могло сохраниться не в промышленности или торговле, а в приобретении поместий, титулов или должностей. Только начиная с 30-х годов XVIII в. происходит ускорение развития капиталистических отношений во Франции.

Германия XVI-XVIII вв. не знала политического единства, не имела хозяйственного центра, единой системы финансов, налогов и денежного обращения. Определяющую роль в ее хозяйственной жизни играли кня­зья. Мощным инструментом их воздействия на экономику и одним из главных источников дохода наряду с феодальной рентой были разнооб­разные "монополии" и «регальные права" на те или иные виды деятель­ности. Тридцатилетняя война 1618-1648 гг. надолго задержала эконо­мическое развитие германских княжеств и стала для них настоящей катастрофой. Выход из тяжелого положения был найден в усилении феодальной эксплуатации крестьян, получившей название второго изда­ния крепостничества. Крестьяне законодательным путем навечно при­креплялись к помещичьим (юнкерским) имениям, в которых они были обязаны выполнять ничем не ограниченную барщину и другие повинно­сти. Во второй половине XVIII в. устойчивый спрос на сельскохозяйст­венную продукцию со стороны наиболее развитых держав стимулировал поиск новых форм ведения хозяйства. На востоке Германии и Пруссии усиливается сгон крестьян с земли, в результате которого расширялась барская запашка и возрастало применение труда крепостных. Упадок производства наблюдался и в городах, тем более что политическая раз­дробленность страны сделала неэффективной типичную для абсолютиз­ма экономическую политику меркантилизма. Поэтому попытки разре­шения экономического кризиса на основе крепостничества были перене­сены из сельского хозяйства и в промышленность. Сохранение феодаль­ных отношений, негативные последствия многочисленных войн на тер­ритории страны, конкуренция со стороны Голландии, Англии и Франции замедляли и процессы накопления денежных богатств. Ускорение формирования элементов капитализма началось с активизации военной деятельности Пруссии в XVIII в.


  1. Развитие мануфактурного производства в Англии.

Англия, как и вся Европа, пережила долгий период аграрной экономики. Ко времени ВГО страна была малонаселенной, со слабо развитой городской жизнью, абсолютное большинство населения составляло крестьянство, проживавшее в деревнях и занимавшееся сельским хозяйством на надельных землях. Вся земля, в том числе и выделявшаяся на крестьянские наделы, была в Средневековой Англии крупной феодальной собственностью, находилась в руках дворян-лендлордов, короны и церкви. Освобождение крестьян от личной феодальной зависимости произошло здесь раньше, чем в большинстве континентально-европейских государств. Несомненно, что часть крестьян добивалась личной свободы благодаря участию в восстании под руководством Уота Тайлера 1381 г., но в целом по стране преобладал выкуп личных повинностей, он практиковался и на королевских, и на церковных землях, и в крупных светских владениях, так называемых манорах. Уже в конце XVI в. личная крепостная зависимость фактически исчезла в Англии, и почти все крестьянство стало свободным. 

В Англии рано началась порайонная специализация сельского хозяйства. В северных и северо-восточных районах страны главным занятием крестьянства было овцеводство. В центральных и южных районах выращивали зерно и различные огородные культуры. Занятию овцеводством способствовала система крестьянского землепользования. Земельные наделы располагались чересполосно, что делало неизбежным принудительный севооборот, в то время повсеместно трехпольный. После уборки урожая все поля становились общими пастбищами, и на них каждый крестьянин выгонял пастись своих овец. Собираемая овечья шерсть сбывалась ремесленникам-сукноделам, городским и сельским, частично, уже в XVXVI вв., вывозилась во Фландрию, Италию. Это в известной мере объясняет всеобщее распространение овцеводства. Небольшие размеры крестьянского землепользования обусловливали незначительный в целом сбор шерсти и соответственно размеры шерстяной промышленности. Положение крестьян усугубил процесс расслоения. В ходе этого процесса выделилось две социальные группы.

Преобладающую группу называли – копигольдеры. 

Семинар
  1. Экономическое развитие Голландии в мануфактурный период. 



 Предпосылки экономического подъема Голландии. Зарождение и становление рыночной экономики в Западной Европе происходило неравномерно. Наиболее далеко продвинулась в этом направлении Голландия (Нидерланды), где феодальный строй раньше, чем в других странах, стал вытесняться буржуазными отношениями. Поэтому развитие экономики Нидерландов можно рассматривать в качестве примера при изучении генезиса рыночных отношений в Европе.

Анализируя предпосылки экономического расцвета Нидерландов, можно назвать прежде всего географические и природные условия, в которых развивалась эта страна. Бедные почвы требовали больших затрат на их улучшение. Ежегодные наводнения заставляли нидерландцев строить дорогие сооружения, защищавшие поля от моря. Все это делало сельскохозяйственную деятельность (особенно в северных провинциях) убыточной и неизбежно подталкивало население к занятиям ремеслом и торговлей. Нидерландские купцы по Рейну, Маасу, Шельде добирались до Центральной Европы, где с успехом занимались торговлей. На побережье Северного моря имелись удобные гавани, которыми пользовались корабли не только из Нидерландов, но и из многих европейских стран. В эпоху Великих географических открытий порты Нидерландов переживали расцвет, поскольку здесь сходились самые важные пути мировой торговли между Европой и завоеванными заморскими территориями.

Исторически все нидерландские провинции развивались по-разному. В ХIV–ХV веках юг страны (провинции Фландрия и Брабант) являлся центром суконной промышленности. На севере (в Голландии и Зеландии) уровень развития промышленности заметно отставал от южных провинций. Население здесь издавна занималось морским промыслом и судоходством.

Во второй половине ХV века экономический центр стал перемещаться на север страны, где не так сильно ощущалось влияние консервативного цехового строя, крепостничества и католической церкви. В городах на побережье Северного моря базировался мощный флот, осуществлявший международные перевозки. Основным центром международной посреднической торговли являлся Антверпен, хотя главную роль в ней играли иностранные (ганзейские) купцы, а местные торговцы лишь обслуживали ее.

В Голландии, Фрисландии и Зеландии крепостничество не получило серьезного развития. Здесь еще сохранялось много свободных крестьян, которые наряду с сельским хозяйством занимались и морским промыслом. Крупные торговые города на побережье притягивали людей из аграрного сектора, в то же время необходимость удовлетворять потребности горожан заставляла крестьян производить в основном продукцию животноводства — молоко, сыр, масло.

Возвышение Нидерландов в конце ХVI века было непосредственно связано с экономическим упадком Испании и Португалии и даже в значительной мере им обусловлено. Нидерланды в ХVI–ХVII веках унаследовали ту роль, которую эти страны ранее играли в мировых процессах. В итоге мировые торговые центры переместились с Пиренейского полуострова на север Европы, что привело к ликвидации монополизма Испании и Португалии в мировой торговле.

Наиболее важной предпосылкой экономического возвышения Нидерландов можно считать революцию, происшедшую во второй половине ХVI века на фоне национально-освободительной борьбы с Испанией. Исторически сложилось так, что еще в конце ХV века Нидерланды попали под власть европейской династии Габсбургов, а в начале ХVI века в результате династических браков — под власть ее испанской ветви. Это давало возможность испанской казне получать огромные налоговые поступления из нидерландских провинций. В свою очередь, нидерландские купцы имели право торговать отечественными товарами в Испании и в испанских колониях на Американском континенте.

Но испанской короне требовалось все больше и больше средств на проведение экспансионистской внешней политики, на бесконечные войны в Европе и за морями, поэтому сбор налогов в Нидерландах постоянно ужесточался. С 1521 года в стране начала действовать инквизиция, которая под видом борьбы с ересью преследовала в основном богатых купцов и ремесленников, конфисковывая у них деньги и имущество. Испания ежегодно получала от Нидерландов 2 млн дукатов (это составляло около 40% испанских доходов), что вызывало сильное недовольство нидерландского бюргерства.

Особенно заметно ухудшилось положение Нидерландов при короле Филиппе II, вступившем на испанский престол в 1556 году. Не желая погашать огромные государственные долги, он объявил в 1557 году свое государство банкротом. Такая акция тут же отразилась на экономике Нидерландов, и прежде всего на банкирах, которые понесли большие убытки. В 1560 году были повышены пошлины на вывоз испанской шерсти, служившей сырьем для суконных мануфактур во Фландрии. Заметное сокращение импорта шерсти отрицательно сказалось на нидерландской промышленности. Затем нидерландским купцам запретили торговлю в испанских колониях.

В 1566 году в 12 из 17 провинций Нидерландов началось народное иконоборческое восстание, которое проходило под знаменем борьбы с инквизицией. Властям восставших провинций удалось добиться запрета деятельности инквизиции на своей территории. Для подавления восстания Испания в 1567 году направила в Нидерланды свои войска под командованием фанатичного католика герцога Альбы, который установил по всей стране кровавый террор. В течение нескольких лет были уничтожены тысячи людей, но это не смогло окончательно подавить сопротивление нидерландцев.

Однако испанская корона по-прежнему нуждалась в денежных средствах для проведения своей внутренней и внешней политики. В 1571 году в Нидерландах была установлена новая налоговая система по испанскому образцу. Теперь надо было платить единовременный 1%-ный налог на недвижимость, 5%-ный — с продажи недвижимости и 10%-ный — с продажи всех товаров — алькабалу. Введение такой налоговой системы означало для Нидерландов полную хозяйственную катастрофу, так как делало отечественные товары очень дорогими и неконкурентоспособными на мировом рынке. Многие предприниматели стали сокращать производство и даже покидать страну.

В апреле 1572 года в Нидерландах началось всеобщее восстание северных провинций, которое вскоре охватило всю страну и переросло в национально-освободительную войну против испанского владычества. В январе 1579 года семь северных провинций во главе с Голландией подписали Утрехтскую унию, целями которой были их объединение и совместная борьба за освобождение от испанской короны. Так начиналась история нового независимого государства — республики Соединенные провинции Нидерландов, в которой центральное место заняла наиболее экономически развитая Голландия. Самостоятельность Соединенных провинций была признана Испанией лишь в 1609 году, и с этого периода данное государство вошло в историю Европы под названием Голландия.

Однако южные провинции оставались под властью Испании (позже они составили основу государства Бельгия). Суконные предприятия по-прежнему зависели от поставок шерсти из Испании, что заставляло часть голландских предпринимателей идти на компромисс с чужеземцами. Постепенно антииспанская война охватила и южные провинции, вызывая большие хозяйственные потери, массовую эмиграцию буржуазии на север страны. Но купечество северных провинций не оказало южанам помощи в самые трудные моменты их борьбы с Испанией, и в 1576 году завоевателям удалось разрушить экономический центр юга — Антверпен. Купеческая верхушка Севера настояла на включении в текст мирного договора с Испанией пункта, объявлявшего устье реки Шельды, где находился Антверпен, зоной, закрытой для торговли. В результате центр международной торговли переместился на север страны, в Амстердам, что положило конец соперничеству этих двух городов.

Развитие рыночной экономики Голландии в ХVII веке. В результате победы буржуазной революции Голландия превратилась в самую богатую западноевропейскую страну, хозяйственной основой которой стала европейская и колониальная торговля. Голландские капиталы превышали совокупные капиталы всех остальных стран Европы. Уже в конце ХVI века Голландия начала успешные «торговые войны» с Испанией и Португалией, чтобы ликвидировать их всемирную колониальную монополию. В 1595 году Голландия послала первую морскую экспедицию в Индию. Для ведения торговли в Азии в 1590-х годах возникло несколько компаний, которые в 1602 году объединились в Ост-Индскую компанию.

Учредительский капитал этой компании составлял более 6,4 млн флоринов, что позволяло ей осуществлять монопольную торговлю со странами, расположенными по побережьям Индийского и Тихого океанов. Компания имела различные привилегии, свой флот и вооруженные силы, ее представители могли назначать губернаторов в колониях и управляющих в торговых факториях. От имени Генеральных штатов Нидерландов (парламента) Ост-Индская компания заключала торговые и мирные договоры с различными странами, воевала, строила крепости, судила своих чиновников и даже могла чеканить свои монеты. Прибыли компании обеспечивали ее акционерам в среднем 18% доходов в год, а ее руководителям — до 100% дивидендов на вложенный капитал.

Постепенно голландцы стали вытеснять из Азии португальцев. В 1605 году начался захват Молуккских островов, закончившийся в 1619 году покорением всей Индонезии со столицей Батавией (Джакартой). В эти же годы голландцы создали свои торговые пункты в Сиаме (Таиланде), а в 1640 году установили торговые отношения с Японией. В 1641 году Голландия присоединила к себе Малаккский полуостров, в 1656 году — остров Цейлон. Кроме того, в этот период голландские торговые фактории обосновались в Индии. С 1651 года, когда Голландия захватила мыс Доброй Надежды и основала там Капштадт (Кейптаун), началось ее проникновение в Южную Африку. В первые десятилетия ХVII века были основаны голландские поселения в Северной Америке, в том числе в 1626 году в устье реки Гудзон — Новый Амстердам, переименованный англичанами в 1674 году в Нью-Йорк.

Ост-Индская компания осуществляла неэквивалентную торговлю с захваченными колониями, откуда вывозились в больших количествах пряности, рис, кофе, шелковые и хлопчатобумажные ткани, сахар, медь, ценные породы дерева и другие товары, приобретаемые там по крайне низким ценам. А на европейских рынках эта продукция продавалась чрезвычайно дорого, с прибылью до 700–1000%. Помимо этого, очень доходной была торговля опиумом. В 1610 году голландцы впервые привезли в Европу из Китая чай, продажа которого вскоре стала для них весьма прибыльной.

Кроме расширения экспансии в Азии Голландия осуществляла колониальные захваты и на Американском континенте, для чего в 1621 году была создана Вест-Индская компания, которая не столько занималась торговлей, сколько грабила испанские корабли в Атлантике. В 1630 году Голландия силами Вест-Индской компании захватила Бразилию, но не смогла удержать эту колонию и в 1654 году уступила ее Португалии. Успехи голландцев в Америке были незначительными по сравнению с их деятельностью в Азии. Торговля Вест-Индской компании не приносила большой прибыли, и в 1674 году она обанкротилась.

Таким образом, Голландия в ХVII веке стала европейским и мировым торговым центром, сменив в этой роли Португалию. Голландия также взяла на себя функции посреднической торговли с Северной и Восточной Европой, которые ранее выполняла немецкая Ганза. Голландские купцы торговали зерном, древесиной, вином, мясом, солью, рыбой, металлами, оружием и т.п. Балтийское направление стало преобладающим в ее европейской торговле: в 1666 году оно поглощало до 75% всех капиталов амстердамской биржи. Половина голландского флота была занята на Северном и Балтийском морях. В 1620 году через пролив Зунд между Скандинавским полуостровом и островом Зеландия прошло 1600 голландских кораблей. Из Скандинавии, Восточной и Северной Германии, Прибалтики, Польши, России вывозились хлеб, скот, лен, воск, меха, кожа, пенька и другие товары.

В голландском товарообороте Россия занимала значительное место, хотя на российском рынке голландские купцы соперничали с англичанами. Основные торговые потоки шли через Архангельск[44]. Кроме перечисленных выше товаров из России вывозились льняное полотно, парусина, икра, щетина, поташ.

После окончания Тридцатилетней войны (1618–1648) Голландия заняла господствующее положение в европейской торговле. Кроме того, имея огромный торговый флот, насчитывавший в середине ХVII века около 22 тыс. судов (что составляло почти 75% европейского торгового флота), она превратилась в мирового перевозчика грузов.

В ХVII веке в Голландии была создана мощная судостроительная промышленность, уровень которой был чрезвычайно высоким. Только в Амстердаме и Зандаме насчитывалось около 130 верфей, где строились первоклассные корабли. Их создание обходилось Голландии в несколько раз дешевле, чем Англии и другим странам, благодаря хорошо отлаженному массовому производству. Во многих городах страны существовали многочисленные мануфактуры, выпускавшие канаты, паруса, пиломатериалы и другую продукцию, необходимую для создания кораблей. На судостроительных предприятиях были заняты тысячи плотников, столяров и других высококвалифицированных мастеров, на эти верфи приезжали люди из разных стран (в частности, из России), чтобы научиться строить корабли. Многие страны закупали корабли в Голландии, в том числе и Англия, пытавшаяся составить ей конкуренцию на море.

Исключительно важное место в экономике Голландии занимало рыболовство, которым жители побережья занимались с незапамятных времен. В 1610 году здесь имелось 1600 морских рыболовных судов, а к середине ХVII века — около 2000 . В этой отрасли было занято более 100 тыс. человек. Особую роль играла заготовка сельди, которую потом засаливали и экспортировали во многие страны Европы.

Однако в целом развитие промышленности в Голландии имело весьма ограниченный характер, за исключением суконного производства, сосредоточенного в провинции Фландрия. В середине ХVII века прославились предприятия города Лейдена, выпускавшие особенно тонкие шерстяные ткани, где более 37 тыс. ткачей обслуживали 3,5 тыс. станков. Но во второй половине ХVII века лейденские предприятия стали испытывать острую конкуренцию со стороны английских сукноделов, которые уже перешли на стадию мануфактур, в то время как в Лейдене еще ощущался консерватизм цехового строя.

Процесс создания мануфактур затронул прежде всего предприятия пищевой и легкой промышленности. Одними из первых возникли мануфактуры по переработке сахара, работавшие на привозном сырье и в основном удовлетворявшие потребности всей Европы в этом продукте. Следует также отметить, что мануфактуры, производившие пиво, сыры, шелковые ленты, кружева, обивку для мебели, кожу и другие продукты и товары, по своему уровню не только не уступали аналогичным предприятиям Англии и Франции, но даже превосходили их.

На достаточно высоком уровне находилось производство льняного полотна, которое широко экспортировалось во многие страны. Со временем в Гарлеме, а потом и в других городах появились шелковые мануфактуры, чья продукция успешно конкурировала по дешевизне и качеству с французскими тканями. Была широко развита переработка так называемых колониальных товаров — кофе, табака, какао, пряностей, приносившая огромные прибыли предпринимателям.

В начале ХVII века наиболее активно развивалась банковская система Голландии. В 1609 году был создан Амстердамский банк, кредитные операции которого получили особый размах. Этот банк очень быстро стал распоряжаться невиданными ранее капиталами, что позволило Амстердаму получить статус не только столичного города, но и мирового финансового центра. Сюда устремились капиталы из многих стран, поскольку здесь были установлены самые низкие ссудные проценты. Эту роль всемирного центра кредитных операций Амстердам выполнял долгое время, являясь одновременно средоточием различных ажиотажных спекуляций. Примером тому можно считать знаменитую тюльпаноманию 1634–1637 годов, когда ажиотаж вокруг тюльпанов принес огромные доходы тем, кто имел монополию на выращивание и продажу этих цветов.

Большие успехи были достигнуты в сельском хозяйстве, которое развивалось в основном на осушенных полях (польдерах). Здесь применялись передовые интенсивные технологии, в частности многопольные севообороты и плодосменная система, совершенно не использовавшиеся в других странах Европы. Процветали также животноводство, огородничество и садоводство (особенно выращивание тюльпанов).


4.    
Экономическое развитие России в
XVI

XVII
  вв.



  1. система землевладения. Этапы закрепощения крестьян
  2. особенности мануфактурного производства в России.
  3. образование единого всероссийского рынка.


Лекция
  1. Система землевладения. Этапы закрепощения крестьян.

Новый период русской истории В.О. Ключевский назвал "Русь Ве­ликая, Московская, царско-боярская, военно-земледельческая", что дос­таточно полно характеризует изменения в политическом и хозяйствен­ном развитии страны. В это время завершился процесс внутренней ко­лонизации, в результате которой в шесть раз увеличилась территория страны. Произошло государственное объединение русских земель под властью Москвы, что позволило ликвидировать феодальную раздроб­ленность и свергнуть татаро-монгольское иго, а также создать систему централизованного управления.

Система землевладения.

В XVI-XVII вв. в системе землевладения начался переход к владению поместьем. Этот переход был вызван военными потребностями. Чтобы выполнить военные задачи объединения, надо было иметь большое централизованное войско. Старый тип войска, когда каждый удельный князь был независим от командующего, и даже каждый боярин имел право отъезда, т.е. право не только отказаться от участия в походе, но даже перейти на сторону противника, конечно, для этой цели не годиться.

Поэтому московский князь на базе своей дружины создал новое большое войско, которое подчинялось только ему. Военнослужащие этого войска назывались служилыми дворянами.

При феодализме военная служба оплачивается землей, феодальными владениями. Поэтому дворянам отводят участки земли с крестьянами – поместья. На Руси такой тип землевладения существовал и прежде; бояре Киевской Руси получали землю в вотчинное владение, а московские дворяне – в поместное. Вотчина соответствовала западноевропейскому феоду: это была полная наследственная феодальная собственность – земля, полученная «в отца место», т.е по наследству от отца. Поместье же соответствовало западноевропейскому бенефицию, т.е. давалась на время несения военной службы в качестве платы за эту службы. Дворянин для этого «испомещался» на землю, а если он уходил со службы, поместье у него отбиралось.

Величине поместья соответствовали служебные обязанности: с каждой 100 четвертей пахотной земли, т.е. приблизительно с каждых 50га, государство должно было получить конного воина.

Таким образом, помещики не были собственниками земли. Земля была собственностью государства и использовалась им для содержания армии. А государственная собственность на землю – признак азиатского способа производства.

В середине XVI в. поместные земли составляли половину феодальных владений, а в конце века – подавляющее большинство. В первую очередь, государство раздает помещикам «черные земли», т.е. свободные, с сидящими на них «черносошными», свободными крестьянами.  Затем, по разным причинам и под разными предлогами, государство отбирает земли у вотчинников-дворян и передает дворянам. Особенно интенсивно перераспределение земель происходило в годы «опричнины», когда оно сопровождалось массовыми казнями.

И все земли на дворянскую армию не хватало. В десятнях, списках регистрации служилых дворян, мы встречаем такие записи: такой-то дворянин «худ, не служит, на службу ходит пеш», другой «худ, не служит, и поместья за ним нет, и служити нечем, живет в городе у церкви, стоит дьячком на клиросе», третий «обнищал, волочится меж двор», четвертый «мужик, жил у Фролова в дворниках, портной мастеришко».

Прямым следствием перехода к поместью было ухудшение положения крестьян. Прежде крестьяне должны были кормить сравнительно небольшую группу дворян, а теперь вынуждены содержать целую армию.

Число феодалов увеличилось многократно. Теперь уже большинство крестьян попадают в феодальную зависимость. К концу XVI в. в центре Русского государства не осталось «черных» земель и черносошных крестьян. «Черные» земли остались только на окраинах – на севере, в приморье, на юге и на востоке, где шла колонизация.

Дворянин обычно имел немного крестьян. В среднем на московского дворянина приходилось 24 крестьянина. Естественно, что мера эксплуатации крестьян здесь была значительно больше, чем у боярина, владевшего многими деревнями. Нужно учитывать, что если дворянину полагалось поместье, то это не значит, что он его непременно получал. Нередко он должен был сам искать землю, и был доволен, закрепляя за собой пустоши, брошенные деревни на «черных» землях.

Увеличение ренты было столь значительным, что крестьяне стали разоряться и массами уходить от помещиков.

Садясь на землю помещика, крестьянин заключал с ним «порядную грамоту» (от слова «ряд» - договор): крестьянин обязывался за пользование землей феодала нести феодальные повинности, обычно в виде оброка. Это были феодальные отношения, но феодальная зависимость была добровольной, основанной на договоре.

Идя навстречу желаниям помещиков, правительство в конце XVI в. делает первый шаг по пути закрепощения крестьян. В 1581 г. впервые устанавливаются  «заповедные годы» - годы временного запрещения крестьянского выхода. Это значит, что на определенный срок (5 лет) устанавливается крепостное право.

Переход к поместью привел к резкому упадку сельского хозяйства в конце 16 в. вдвое сокращается средняя запашка крестьянского двора. Происходит запустение деревень. В центральных районах больше половины деревень превратилось в «пустоши» - деревни без жителей. Жители этих деревень разбежались на окраины страны, на «черные» земли – на север, на Урал, в южные степи – туда, где еще не было помещиков.

 Этапы закрепощение крестьян.  

Итак, к началу XVII в. основная часть  крестьянства находилась в зависимости от феодалов, но официально крепостного права еще не было. И лишь ряд обстоятельств приводит к юридическому установлению крепостного права.

Главной предпосылкой этого был процесс, который принято называть «вторым изданием крепостничества». Он происходил не только в Германии, но и в других странах восточной Европы.

В результате втягивания сельского хозяйства в рыночные отношения в странах Западной Европы происходила ликвидация крепостного права и коммутации, т.е. вся феодальная рента переводилась на деньги. В странах восточной Европы, в том числе и в России, эта же причина вела к установлению или усилению крепостного права. К этому времени в Западной Европе власть феодалов была подорвана «революцией цен» и развитием буржуазных отношений, поэтому в рыночные отношения втягивались крестьяне. В России же власть феодалов не была подорвана ни «революцией цен», ни развитием буржуазных отношений, поэтому в торговлю здесь втягивались сами феодалы. Но для продажи требовалось больше продукции, чем для собственного потребления, поэтому феодалы расширяли свою запашку, а, следовательно, и барщину, ибо поле господина обрабатывалось барщинным трудом крестьян. Поэтому развитие рыночных отношений и привело в России к официальному установлению крепостного права.

Способствовали установлению крепостничества и другие обстоятельства.

Хозяйственная разруха начала XVII в. была продолжением хозяйственного упадка конца XVI в., но теперь она усилилась в результате смуты и польско-шведской интервенции. Центральные районы пришли в такой упадок, что в ряде уезде было заброшено 95% пашни. Только 5% пашни по-прежнему засевалось, остальная, по свидетельству источников, «лесом поросла в кол в жердь, и в дерево». Опустели не только деревни, но и многие города. В Можайском уезде было пустых дворов 478, населенных крестьянами – 17, в Орловском из 752 крестьянских дворов осталось 51, а из 5875 четвертей пашни – 43 четверти.

Чтобы спастись от голодной смерти, крестьяне просили помощи у феодалов в форме ссуды, а за это подписывали кабальные грамоты, превращавшие их в крепостных. Если раньше крестьянин платил феодалу оброк – плату за пользование землей, то, подписывая кабальную грамоту, он обязывался выполнить барщину. Барщина была следствием долгового закабаления крестьян. Но барщина, в отличие от оброка, требует крепостной зависимости. И в кабальных грамотах обычной становится формула «крестьянской крепости»: крестьянин обязуется «за государем своим жить во крестьянех по свой живот безвыходно». Естественно, для закабаленных крестьян уже не существовало права крестьянского выхода.

Сближение вотчины и поместья. После смуты на престол был избран первый царь новой династии – Михаил Романов. В первые же годы, чтобы отблагодарить тех, кто помог избранию, и завоевать расположения других, царь раздал много земель. Земли раздавались не в поместья, что было бы платой за службу, а вотчины, в наследственную собственность. А чтобы привлечь на свою сторону рядовых дворян, «выслуженные» поместье закреплялось за ними тоже в наследственную собственность. Поместье считалось «выслуженным», если уже несколько поколений его владельцев продолжало службу.

Таким образом, вотчина и поместье сблизились по своему юридическому статусу. Сглаживались и разница между боярами и дворянами. Сословие феодалов консолидировалось и обособлялось от других слоев общества. Естественно, и усиливалась и их власть над крестьянами.

Существенное влияние на оформление крепостничества оказал и институт холопства. Именно холопы обычно работали при дворе феодала – конюхами, поварами, плотниками, приказчиками. А приказчик. Естественно, занимал более высокое положение, чем крестьянин. Царские холопы иногда и получали поместья за свою службу. Пашенные холопы вели свое хозяйство и работали на господской пашне, выполняя барщину. Но те холопы, которые жили в деревнях, все больше сливались с крестьянами, и закон часто уже не делал разницы между холопами и крестьянами. В конечном итоге, эти две группы населения слились в одну – крепостных крестьян.

В 1649 г. «соборным уложением», т.е. законодательным актом высшего законодательного органа России, Земского собора, было официально установлено крепостное право: зависимые от феодалов крестьяне становились их собственностью.

Крестьяне, конечно, сопротивлялись закрепощению. Среди форм этого сопротивления особенно массовый характер приобрело бегство крестьян от помещиков на окраины, на «черные земли». С этим бегством была связана единственная форма прогресса в сельском хозяйстве – рост посевных площадей путем крестьянской колонизации. Посевные площади в центре сокращались, а на окраинах росли. Прежде всего на  южных окраинах.

Еще в середине  XVI в. южная граница государства проходила по Оке. По линии границы пролегала «засечная черта»: между крепостями по лесам устраивались «засеки» - валы из подрубленных и поваленных друг на друга деревьев. Чтобы преодолеть такую засеку, надо было ее сжечь, а на столб, дыба собиралось русское войско.

В XVII в. русская граница ушла далеко на юг, дошла до степей. В эти степи, за границу, в «дикое поле», убегали от помещика крестьяне, распахивали пашню, устраивали деревни. Но граница шла за крестьянами, и новые беглецы убегали еще южнее. Их деревни, расположенные за границей, находились в постоянной опасности. В отличие от Западной Европы, городской воздух у нас не делал человека свободным, и ради свободы приходилось рисковать.

На Востоке шла колонизация Сибири и Урала. Правительство поощряло ее. К тому же для сибирских служилых и ратных людей требовался хлеб, а везти его из европейской части страны было слишком далеко и дорого. Поэтому отсюда беглых крестьян возвращать помещикам было не принято.
Семинар.

1. Особенности мануфактурного производства в России.

Наряду с новыми землевладельческими процессами в Московском государстве развивались ремесла, мелкотоварное производство, а также крупная промышленность мануфактурного типа. С наибольшей интенсивностью это развитие протекало в районе Волго-Окского междуречья, где с XVI-XVIIвв. формируется главный промышленный район российского государства – Промышленный центр. Ремесло здесь существовало и развивалось издавна, но в XVI-XVIIвв. растет  число ремесленных специальностей: если в Киевской Руси их насчитывалось 40, то теперь – не менее 200, появляются специализированные промышленные центры, снабжающие своей продукцией всю страну. На этой основе происходит перерастание ремесла в мелкотоварное производство, работающее непосредственно на рынок. Из этой среды выделяется зажиточная верхушка – купцы-скупщики, занимающееся скупкой и перепродажей изделий мелкого производства.

В роли организаторов крупной промышленности выступали государственная казна и крупные феодалы-землевладельцы. Первая создавала предприятия для личного потребления царской семьи (Хамовный двор, Бархатный двор) и предприятия оборонного значения – Пушечный двор, Оружейные палаты, пороховые мельницы и др.

Рассмотрим особенности организации данных видов мануфактур на примере Хамовных (текстильных) дворов:

отсутствие четкой ремесленной специализации, выполнение хамовной повинности связывалось с владением в слободе двора и земельного участка;

население не было закрепощено; была возможность заниматься
торговлей и другими промыслами (предоставление льгот);


производство не было связано с рынком, носило убыточный ха­рактер, не выходило за рамки вотчинного хозяйства.

Хамовные дворы, являясь национальной формой организации ре­месла, претерпели эволюцию от уровня индивидуального производства на дому до становления замкнутого производства с попредметным раз­делением труда в специальном помещении, то есть от рассеянной до смешанной и централизованной мануфактуры.

На мануфактурах оборонного значения, пре­имущественно использовался вольнонаемный труд (крестьян на оброке). Наемный труд применялся и в ремесленном производстве (захребетники и подсуседники).

Развитие ремесла сопровождалось усилением его территориальной специализации. К XVII в. складывается ярко выраженная территориаль­ная структура экономики.

Ремесленные центры:

Тульско-Серпуховский район, Устюжна, Тихвин, Заонежье, Устюг Великий, Урал и Западная Сибирь - центры по производству железа. Наиболее активными предпринимателями в добыче и переработке руды были крестьяне, реже феодалы и государство, монастыри;

Тула - оружейное производство;

Ярославль, Нижний Новгород, Ржев, Псков, Смоленск - обработка льна и производство полотна.

Сельскохозяйственные центры:

Черноземье и северное Поволжье - выращивание хлебов;

западные и северо-западные районы - производство технических культур (лен и конопля).

Использовался и зарубежный промышленный опыт. В1637 г. голландский купец Виниус по договоренности с Московским правительством построил на основе последних достижений западноевропейской техники металлургические заводы в Туле и Каширском уезде. На них впервые в России небольшие домницы были заменены крупными доменными печами, которые по своим размерам и мощности (высоте печей и суточной выплавке чугуна) даже превосходили иностранные – немецкие, шведские и бельгийские. На металлургических заводах Виниуса широко применялась в качестве источника механической энергии сила падающей воды. Заводы строились по берегам рек, на которых возводились плотины. Водной энергией приводились в движение водяные колеса, а от них – воздуходувные меха доменных печей, молоты, сверлильные станы и другое оборудование. В связи с широким использованием водяных двигателей доменные заводы  XVII в. получили название «вододействующих». Впоследствии Петр I при организации уральской  металлургии широко воспользовался производственным и техническим опытом заводов Центра.

Возникновение крупного производства мануфактурного типа было важным шагом вперед в развитии российской экономики: оно означало углубление процесса общественного разделения труда, дало толчок к дальнейшему развитию товарно-денежных отношений, послужило формированию единого всероссийского рынка.
2. Образование единого всероссийского рынка.

В конце XV-началеXVI вв. в стране преобладали мелкие местные рынки. Они обслуживали очень небольшие группы населения, и торговля на них велась самими производителями-ремесленниками и крестьянами. И большей частью обмен происходил в натуральной форме, то есть продукт обменивался на продукт без посредства денег. Во второй половине XVI в. сосредоточение торговли на мелких местных рынках утратило свой исключительный характер. Торговые связи стали шире. Появились крупные областные рынки, в основном в больших хозяйственных областях, способных снабжать страну производимыми в них промышленными и сельскохозяйственными товарами: в Замосковском крае с центром в Москве, на северо-западе во главе с Новгородом, в Поморье, среднем Поволжье и других крупных центрах.

Связи между рынками означали формирование единого всероссийского рынка с крупными центрами торговли общегосударственного значения. Такими центрами стали ярмарки. Самой крупной ярмаркой всероссийского значения была Макарьевская ярмарка близ Нижнего Новгорода, затем шли Ирбитская ярмарка, на которой происходил обмен сибирской пушнины на русские и иностранные товары, Свенская ярмарка около Брянска, Курская и др.

Возникновение единого рынка имело огромное значение. Если до сих пор страна, политически объединенная в одно государство, оставалась раздробленной в экономическом отношении, то с образованием единого рынка происходило действительное, фактическое объединение ее в единое экономическое целое. Завершится оно позднее, в эпоху капитализма, во второй половине XIX в., но начало этому процессу положил XVII в. все это привело к усилению роли купеческого капитала. Купец-скупщик стал хозяином всероссийского рынка, и его операции по скупке и перепродаже товаров обеспечивали накопление капитала – предпосылку будущего капиталистического развития страны.

В XVII в. произошло расширение и внешнеторговых связей России со странами Востока и Запада. В отношении Востока главным отличием времени было расширение русско-китайских связей. В 1687 г. подписан русско-китайский Нерчинский торговый договор. Для Китая это был вообще первый в его истории равноправный, взаимовыгодный договор. Для России он открывал широкий рынок сбыта готовых промышленных изделий, стекла, красок, одежды и пр.

В иных не благоприятных для России условиях осуществлялась торговля со странами Запада. Исходным ее началом послужило строительство в 1583 г. города Архангельска. Он стал главным пунктом русско-английской торговли, и «Московская компания» английских купцов сразу выговорила себе много выгодных условий: право беспошлинной торговли в русских портах и городах, право чеканки английской монеты на монетных дворах России, освобождения иностранных купцов от податей и повинностей, беспошлинного транзита через русскую территорию товаров, следуемых из Ирана в Англию, и др. Использование этих привилегий обеспечивало английской компании огромные прибыли. Вообще для западных стран торговля с Россией имела очень большое экономическое значение.  XVI в. был временем бурного роста судостроения в Англии, Голландии, Испании, и других странах, и вывоз из России таких товаров, как лен, пенька, смола, дёготь, лес имело решающее значение для западноевропейского флота. Для России эти торговые связи не были так жизненно важны. Скромные рыночные потребности ее населения вполне удовлетворялись местными промыслами, а о новых товарах, появившихся в Европе после Великих географических открытий и с открытием мануфактур, большинство населения вообще ничего не знало. И как писал Иван IV в 1570 г. английской королеве Елизавете, «Московское государство покамест без английских товаров скудно не было».

В экономике России в XVII в. возникли капиталистические элементы: начал формировать всероссийский рынок, появились первые мануфактуры. Начался процесс первоначального накопления капитала.           


5. Экономика России в
XVIII

в.



  1. – трансформация форм землевладения в России в XVIII в. Уровень развития сельского хозяйства.
  2. – экономическое преобразование Петра I, содержание и этапы.
  3. – динамика промышленного производства в России в XVIII в.
  4. – кредитно-денежная политика; реформы второй половины XVIII в.



Лекция
  1. Трансформация форм землевладения в России в
    XVIII в. Уровень развития сельского хозяйства.

Значительная часть перемен  в экономической политике, провозглашенных властью экономических реформ, была связана с положением в аграрном секторе. Во второй половине  XVIII в. Россия оставалась, как и в предшествующие времена, страной аграрной экономической структуры, и ее значимость в хозяйственной жизни не умоляется, а даже растет. Россия начинает освоение степных районов северного Причерноморья, продолжается этот процесс на Украине, в среднем и нижнем Поволжье. Земледельческое освоение этих земель происходило за счет их помещичьей колонизации. Она приняла огромные размеры. Так, после образования в 1780 г. Саратовского наместничества 33 помещика получили в его пределах 328 тыс. десятин земли, в том числе граф Зубов – около 90 тыс. десятин, граф Шереметьев – около 40 тыс. десятин и т.п. Но все же основным земледельческим районом России оставался в то время черноземный центр. Происходивший в стране рост промышленности и, соответственно, промышленной занятости определял растущий в стране спрос на хлеб и другую сельскохозяйственную продукцию, и помещики центра усиленно связывались с рынком. Под посевы пошли все остатки целины, кормовые угодья, земли, высвобождаемые от лесных массивов. То, что Центр стал районом абсолютной распаханности, снизило его производительность, но тем не менее позволило ему кормить хлебом всю Россию.

Черноземный центр не только сохраняет, но и усиливает изначально присущий ему барщинно-крепостнический облик. Крепостные составляют здесь 70-80 % сельского населения. Крепостничество распространяется во второй половине  XVIII в. И на новые колонизуемые районы – левобережную Украину, юг Украины и донские степи.

И оно растет не только вширь, но и вглубь. Неограниченными становятся права помещиков в отношении крепостных крестьян – ужесточаются расправы, приговоры, вплоть до ссылок в Сибирь на каторжные работы. Но крестьянство, на которое обрушиваются все эти невзгоды, представляют собой в это время далеко не однородную массу. Оно состоит из нескольких категорий:

1.                  помещичьи крепостные – больше всего сельского населения страны. Эта группа наиболее бесправная, наиболее угнетенная;

2.                  государственные крестьяне, образованные при Петре I как основной костяк рабочей силы для посессионных мануфактур. Они лично свободны, но при ЕкатеринеII и Павле I много государственных крестьян раздается в собственность помещикам;

3.                  удельные крестьяне. Это новая группа, созданная в 1792 г. при  Павле из крестьян, обслуживавших прежде хозяйство царских вотчин. Теперь вотчины были уничтожены, вместо них созданы принадлежащие царской семье имения (уделы), а бывшие вотчинные крестьяне превращались в собственность императорской семьи. Уделы насаждались по всей России, но особенно много их создано на северо-западе, вблизи Петербурга, столицы Российской империи. Удельные крестьяне были лично свободны и по сравнению с крепостными менее угнетены;

4.                  экономические крестьяне. В 1764 г. была проведена секуляризация церковно-монастырской собственности, прежде принадлежавшие церквям и монастырям крестьяне отобраны, названы экономическими и поставлены в зависимость от государства, от казны. Они обязываются, так же как государственные крестьяне, уплатой подушной подати и государственного оброка.

Принципиально новой чертой социальной жизни страны стал процесс имущественного расслоения крестьянства и формирования на этой основе капиталистического уклада в российской промышленности. С наибольшей отчетливостью этот процесс развернулся в Нечерноземном Центре.

Среди помещиков, главной социальной опоры самодержавной власти, тоже происходили во второй половине XVIII в. заметные перемены. Решающую роль в этих переменах принадлежала указу 1762 г «О вольности дворянской».Этот указ, подписанный еще в бытность на троне Петра III, был реализован позднее, при Екатерине II, и под его влиянием дворянство России распалось на три основные группы.

Первую группу (численно наибольшую) составило дворянство, все больше оседающее на земле, в поместьях, занятое барщинно-хозяйственной деятельностью на полях и мануфактурах. За счет этой группы несколько повысились показатели агарной экономики России. Но она усилила крепостнические основы российского сельского хозяйства. Апогей крепостничества второй половины   XVIII в. напрямую связан с этой группой.

Вторую группу, тоже весьма многочисленную, составило так называемой «паразитирующее дворянство» ,захолустное, необразованное. Оно живет, проедая свои барщинные и оброчные активы и погрязая в весьма низменных «удовольствиях». Постоянным требованием этого дворянства к правительству является требование финансовой поддержки.  

И, наконец, в России появилась группа дворян, для которых освобождение от обязательной службы открыло путь к науке, культуре, образованности. Ее представители ездили за границу, чтобы учиться, получать знания в европейских университетах; в России они основывали научные общества и научные журналы. Так, в 1765 г. было основано Вольное экономическое общество, и на страницах его журнала «Труды ВЭО» впервые ставится на обсуждение вопрос о крепостном праве. Российская академия наук развертывает широкую деятельность; под руководством президента Академии княгини Е. Дашковой она  собирает вокруг себя большую группу соотечественников – ученых для обсуждения различных научных проблем.

Екатерина II несомненно понимала, какую роль в судьбах страны может сыграть образованное дворянство. Сама она переписывалась с французскими философами Вольтером, Дидро и неустанно кокетничала своими либеральными взглядами, но на практике гораздо больше прислушивалась к дворянству первой и второй групп, к их требованиям финансовой поддержки от государства. В их интересах проводится одна из важнейших реформ второй половины XVIII в. – образование банковской системы.
  1. Экономическое преобразование Петра I, содержание и этапы



Первая четверть XVIII в., время правления Петра I, - переломная эпоха в экономической истории России. До сих пор, не имея свободных морских выходов, Россия жила совершенно отстраненно от европейской жизни, от ее промышленности, торговли, от ее технической умелости и образованности. Традиции и навыки, устоявшейся в общественной и личной жизни, не изменявшиеся десятками и даже сотнями лет, обрекали страну на отставание и застой. И так оно и было бы, если бы Петр I не выступил преобразователем такой жизни. Удалось это не только благодаря уму и энергии правителя. Два события в жизни Петра I твердо определили его интерес к преобразованиям: во-первых, поездка в 1693-1694 гг. в Архангельск, где впервые им увиденные и восхитившие его морские просторы убедили в необходимости превращения России в великую морскую державу; во-вторых, поездка в 1696-1697 гг. за границу, в составе Великого посольства, где Петр I не только научился на голландских и английских верфях мастерству кораблестроения, но и окунулся в европейскую цивилизацию, почувствовал ее дух, смелость и значение. Практический вывод из этого познания состоял в том, что сделать Россию столь же сильной, как и великие державы Европы, можно лишь переняв у последней, и как можно быстрее, накопленные ею знания и технический прогресс.

Перенимать можно было двояким образом: либо предварительно взрастив на русской почве подобные европейским институты частной собственности, рынка, свободного предпринимательства и опираясь на них ускорить экономический рост, либо делать с помощью уже привычных, утвердившихся в стране методов насилия, принуждения. Для занявших всю жизнь Петра экономических реформ был избран второй путь. И это привело к чрезвычайному усилению роли государства, его активному вмешательству во все сферы экономики, к проведению реформ сверху, по инициативе и воле главы государства и большей частью методами принуждения и насилия. Петр I положил начало той большой роли государственной экономической политики, которая будет всю последующую экономическую историю России XVIII, XIX и начала  XX вв.

Вместе с тем  конкретное содержание петровских преобразований было неодинаково в годы его правления (1689-1725). Их можно разделить на два этапа: первый приходиться на начальный, в целом неудачный, период в ходе Северной войны, когда российские вооруженные силы, армия и флот несли большие потери в боях со шведами. Необходимо было экономически обеспечить перелом в ходе войны. И государство берет на себя подготовку этого перелома.

Государственная идея Петра состояла в этот период в постановке и решении двух взаимосвязанных задач: в создании крупной мануфактурной промышленности, способной стать основой экономического роста страны и ее военных побед; и в привлечении в страну иностранной валюты, серебра, поскольку монетная бедность России сдерживала рост ее промышленности и торговли.

Как решались эти задачи?

Главенствующей отраслью промышленности была признана металлургия, а основным районом ее развития определен Средний Урал. Это был район богатейших естественных ресурсов, изобилующий ценнейшими рудами и громадными лесными запасами. Удобные водные и сухопутные пути связывали Урал с центром, протекавшие на Среднем Урале мелкие реки могли быть использованы для строительства плотин и водяных двигателей.

С точки зрения экономических условий создания уральской металлургии большое значение имела давняя крестьянская колонизация Урала и развитие здесь крестьянской железоделательной промышленности. Крестьянские разведки и промыслы явились той базой, которая была использована для насаждения крупной металлургической промышленности. Не менее важной предпосылкой было наличие к этому времени мануфактурной промышленности Центра, выросших в XVIIв. крупных тульских, каширских, подмосковных заводов. Отсюда, из Центра, вышли квалифицированные кадры, перенесшие на Урал свой большой производственный опыт, отсюда же вначале возили на Урал оборудование и внедряли опыт мануфактурного разделения труда.

Первым строителем уральских заводов выступила государственная казна. В 1701 г. были пущены Невьянский и Каменский заводы, вслед за ними в 1702-1704 гг. – Уктусский и Алапаевский. Для руководства заводским строительством, организации и налаживания производственных процессов были приглашены специалисты из Европы. Их инженерные знания, административно-управленческий опыт очень ускорили строительство и снизили неизбежные в таком деле потери. В целом уральские руды оказались «весьма преизрядны и прибыточны в плавлении на железо», пушками, ядрами, картечью и другой продукцией. В 1702-1703 гг. с помощью уральского металла и оружия были одержаны первые победы Петра I над шведами. Русские войска овладели на Неве крепостями Нотебург и Ниешанц, заняли укрепленные пункты Ям и Копорье, все течение Невы оказалось в руках русских. В мае 1703 г. на Заячьем острове в дельте Невы была заложена Петропавловская крепость, положившая начало строительству Петербурга.

Этот город, объявленный новой столицей Российского государства, должен был по замыслу Петра стать «вторым Амстердамом» - средоточием торгово-промышленной жизни и внешнеэкономических связей, новым, вместо Архангельска, окном в Европу. Решение это, стоившее многих средств и жертв, проводилось, как и почти все реформы Петра, мерами принуждения и насилия. Были опубликованы указы о принудительном переселении в Петербург нескольких тысяч купцов и ремесленников из крупных и малых городов России. Петербургу, который был в два раза ближе к Европе, чем Архангельск, предоставлялись различные льготы и привилегии. Так, пошлины на товары, продававшиеся в Архангельске, устанавливались на треть выше пошлин на те же товары при продаже в Петербурге; было предписано отправлять через Петербург не менее 1/3 всех экспортируемых товаров и не чинить никаких препятствий и обид торговым людям, везущим товары в Петербург; чтобы увеличить количество вывозимых товаров, к Петербургу строились подъездные, водные и гужевые пути. В 1703-1709 гг. был построен Вышневолоцкий канал, соединивший Неву с Волгой. Затем началась прокладка Ладожского канала. По непрерывным водным путям с Урала и из Центра к петербургскому порту двинулось огромное количество грузов. Для отправки их за рубеж в Петербурге необходимо было быстро строить судостроительные верфи. В 1704 г. была заложена верфь главного адмиралтейства, в 1713 г. – верфь для малых судов, в 1720 г. возникло Охтинское поселение, тоже предназначенное для постройки малых судов. Все эти меры были устремлены в будущее и в будущем действительно себя оправдали: Петербург стал одним из главных подлинно европейских центров торговли, самым населенным и промышленно развитым городом России. Но в начале XVIII в. насильно переселяемых сюда купцов ожидало отсутствие жилья, торговых и складских помещений, нехватка рабочей силы, то есть всей той инфраструктуры, без которой не может существовать торговля. Поэтому первоначально переселения приводили к «оскудению» купечества, к падению накопленных деловых связей и сокращению торговых операций.

Строительство Петербурга вызвало принудительное переселение сюда и других слоев населения. Не менее 40 тысяч крестьян со всей России ежегодно переплавлялось в новую столицу пролагать улицы, строить дома, возводить укрепления. Большая часть их умирала от тяжелого труда, недоедания, невыносимых условий жизни. На их место высылались другие.

Исполнение «государственной идеи» требовало огромных финансовых средств. Пополнению государственного бюджета служили налоги. До сих пор, начиная с XVI в., крестьянство, основная масса податного населения, было обязано государству уплату подворной подати. Эта подать была очень тяжела и крестьяне, чтобы избежать налога, стали объединяться несколькими хозяйствами в один двор. Число налогоплательщиков таким образом уменьшалось, и казна много недополучала от обложения. В первые годы петровского правления была сделана попытка смягчить напряженность государственного бюджета за счет применения массы дополнительных, экстремальных налогов и повинностей. Главными из них были:

рекрутская повинность – деревня поставляла одного рекрута и оплачивала его обмундирование и кормежку;

отработная – принудительная отправка крестьян на развернувшиеся в стране стройки – дорог, мостов, каналов, крепостей и в особенности новой столицы – Петербурга. Десятки тысяч жизней было отдано этому строительству;

Провиантская – сбор и отправка провианта, предназначенного для армии. Провиант определялся для каждого района: брянского, тульского, московского и т.д.;

Денежная повинность – ею предусматривалось финансирование определенных объектов, например флота, для чего взимались так называемые «корабельные» деньги.

Все это пополнялось еще повинностями подводными, лошадиными, постойными и многими другими.

Однако этот чудовищный налоговый пресс, до краев наполненный насилием, лишь в известной мере снижал напряженность государственного бюджета. Ибо главной причиной этой напряженности был острый недостаток в стране платежных средств, звонкой монеты, серебра, должного обслуживать все производимые в стране расчеты и платежи.

Поэтому важнейшим направлением экономической политики Петра I стал меркантилизм – политика, признававшая денежные накопления главным показателем, государственного богатства, а внешнюю торговлю – главным источником привлечения серебра. Эта политика, широко распространенная в Европе XVI- XVII вв. и именовавшаяся кольбертизмом по имени французского министра Кольбера, была с юных лет хорошо известна Петру, и столкнувшись с острой проблемой нехватки серебра, он четверть века занимался ее меркантилистским решением. Портовое обустройство Петербурга и привлечение сюда основной массы товаров и переселение купечества занимало первое место в этой политике. Меркантилизму служили и постоянные требования соблюдать выгодную для России структуру экспорта (вывозить преимущественно более дорогие готовые изделия и меньше более дешевого сырья), и меры по экономии серебра (жалованье столичным чиновникам лишь частично выплачивалось в серебряной монете, а остальное – мехами, доставлявшимися из Сибирского приказа), и порча монеты (монету разрубали на куски и платеж производился этими кусочками).

Меркантилистское значение приобретает вторжение в сферу торговли государства. По указам Петра начала 1700-х гг. вводится государственная монополия на большую группу товаров, особенно ценимых на внутреннем и внешнем рынках. Такими товарами становятся соль, табак, лен, смола, мачтовое дерево, парусное полотно, воск, сало, икра и некоторые другие. Разумеется, государство само не занимается торговыми операциями, отдает торговлю этими товарами на откуп небольшой группе купцов. Откупщики, произвольно повышая цены, кладут в свой карман часть торговой прибыли, но государство сразу получает предполагаемую сумму реализации, и это значительно увеличивает его ресурсы. И хотя монополии разоряют массу купцов, крупных и мелких, непричастных к откупной системе, государство идет на это, чтобы увеличить свои ресурсы. Меркантилизм будет сопровождать экономическую политику всю первую половину XVIII в. Он утратит свое положение только во второй половине XVIII в., когда в России будет введена система бумажного денежного обращения.

Второй этап петровской экономической политики, нацеленный на окончательную победу в Северной войне, был ознаменован большими новшествами, определившими общие итоги экономического развития России в первой половине XVIII в. не случайно многие преобразования последних лет петровского правления (1719-1724 гг.) сохранялись на протяжении всего XVIII в. и значительной части XIX в.

Впервые были созданы центральные государственные органы по управлению промышленностью и торговлей, так называемые коллегии: Берг-коллегия, ведавшая делами горнозаводской промышленности, Мануфактур-коллегия, под начало которой передавались все остальные отрасли промышленности, Коммерц-коллегия, управлявшая делами внутренней и внешней торговли и другие. С образованием коллегий повысилось наблюдение и ответственность за выполнением государственных решений (Петр строго взыскивал за их невыполнение). Коллегии сохранялись на протяжении всего XVIII в., только в XIX в. на смену им пришли министерства.

 Изменилась по сравнению с первым этапом политика в области торговли. Упразднены почти все государственные торговые монополии и фактически провозглашена свобода торговли, объявлен своего рода петровский нэп. Это имело огромное значение для возрождения купечества, для накопления торгового капитала. Но политика меркантилизма, с которой Петр связывал все свои акции в области внешней торговли, сохранялась на протяжении всей первой половины XVIII в. В противоположность первому этапу, когда мануфактурная промышленность была в основной казенной, на втором этапе правления Петр проводит политику широкого поощрения частного промышленного предпринимательства.  В интересах развития металлургии в 1719 г. был принят за подписью Петра законодательный акт «Берг-привилегия». Он провозглашал принцип «горной свободы», облегчая предпринимателям недворянского происхождения доступ к разработке полезных ископаемых. Согласно берг-привилегии прав землевладельца-вотчинника распространялись только на поверхность земли, а ее недра объявлялись собственностью монарха, который мог разрешить любому желающему искать и обрабатывать полезные ископаемые на всяких чужих землях. Этим правом воспользовались такие разбогатевшие представители промыслового крестьянства, как Демидовы, Баташевы,  Микляевы, Евреиновы и другие. Они стали крупными предпринимателями, и за заслуги в металлургическом деле Петр наградил их дворянским званием.

Вводится практика передачи государственных мануфактур частным лицам. Она распространяется на отрасли промышленности и сопровождается предоставлением новому владельцу целого ряда льгот: безвозмездной передачей запасов сырья, бесплатным отведением под мануфактуру земли и лесных массивов, предоставлением беспроцентных ссуд с многолетней рассрочкой их оплаты и многие другие льготы.

Особым видом поощрения наиболее отличившихся купцов-предпринимателей становился присвоение им дворянских званий и титулов. Первым такого награждения был удостоен выходец из тульского крестьянства, ставший крупнейшим на Урале предпринимателем Демидов.

В целом, за счет казенного и частного заводского строительства русская металлургия сделала громадный шаг вперед. Было построено 70 железных и медных заводов, что составляло примерно 35 % всех созданных за это время мануфактур. В 1670 г. все заводы и кустарные домницы давали не больше 150 тыс. пудов чугуна. В 1725 г. Россия выплавляла уже 800 тыс. пудов. Русская горнозаводская промышленность теперь не уступала английской по объему продукции и превосходила ее по производительности доменных печей. Ежегодная производительность одной английской домны в 1720 г. равнялась 17 тыс. пудов чугуна, а в 1740 г. – 22 тыс. Домны уральских казенных заводов выплавляли больше английских в 1720 г. в три раза, а в 1740 г. – 2,5 раза. Развитие отечественной горнозаводской промышленности избавило Россию от необходимости ввозить металл из-за границы, в частности из Швеции, что имело особое важное значение в годы Северной войны, когда этот импорт был, естественно прекращен. Вскоре Россия вытеснит Швецию с Английского рынка и первыми успехами в ходе начавшегося промышленного переворота Англия будет обязана ввозу именно русского железа.

Внешняя торговля продолжала привлекать пристальное внимание Петра. В 1724 г. в России был принят таможенный тариф, устанавливавший дифференцированные пошлины на различные предметы ввоза и вывоза. Ввоз готовых промышленных изделий подвергался, как правило, высокому обложению. Пошлины на эти товары дифференцировались в зависимости от степени развития той или иной отрасли внутри страны: чем больше было развито то или иное производство, чем  полнее оно могло насыщать внутренний рынок отечественной продукцией, тем большей таможенной пошлиной облагался ввоз аналогичной продукции. Накануне принятия тарифа в России были собраны сведения о производительной мощности российских предприятий и на продукцию высокоразвитых отраслей – металлургии, оружейного производства, полотняного, писчебумажного и многих других – были установлены очень высокие почти запретительные пошлины (75 % с ввозной цены). Другие промышленные товары, производившиеся в небольших количествах, облагались (за исключением предметов роскоши) низкой пошлиной (5-10% от цены товаров). В противоположность пошлинам на готовые изделия таможенные пошлины на сырье устанавливались в ином соотношении: все виды сырья, недостающие в России, но потребные ее фабрикам, облагались низкими пошлинами и напротив, на вывоз промышленного сырья – кожи, пряжу, шерсть – налагались высокие пошлины. Они должны были стимулировать переработку сырья внутри страны и вывоз за границу уже готовых более дорогих изделий.

С принятием таможенного тарифа 1724 г. высокое таможенное обложение становится традицией русской внешнеторговой политики и почти неуклонно проводится вплоть до октябрьского переворота 1917 г. Но меняется назначение этой политики: если в петровское время тарифная политика была составной частью политики меркантилизма и на нее возлагалась задача обеспечения притока серебра в страну, то в последующие годы, с переходом к системе бумажного денежного обращения, эта меркантилистская направленность сходит на нет и таможенная политика целиком ставится на службу промышленности, ее защите от иностранной конкуренции.

Большой проблемой на протяжении всего петровского правления оставалось финансовое обеспечение реформ. Обдумывая ее в последние годы жизни, Петр нашел надежное, как ему казалось, средство насыщения доходной части государственного бюджета. Таким средством должна была стать замена подворной подати податью подушной. Она была произведена в ходе налоговой реформы 1724 г. Обязывались уплатой подати все лица мужского пола, принадлежащие к податным сословиям. Чтобы выявить число плательщиков, была проведена перепись подушного населения, получившая название «ревизии». Обозначенные в переписи плательщики налога стали называться «ревизскими душами» объявленный принцип взимания «независимо от возраста и трудоспособности», конечно, должен был значительно увеличить и увеличил налоговые поступления. Налоговая реформа обеспечила казне больший и стабильный доход, позволила отметить целый ряд экстремальных налогов, введенных вначале Северной войны. Новая подать действовала в России 163 года (ее отмена произойдет только в 1887 году).

С введением подушной подати связано появление новой категории зависимого крестьянства, так называемых государственных крестьян. В нее были включены крестьяне, не ставшие собственностью помещиков, - черносошные крестьяне европейского севера, крестьянское население Урала и Зауралья, так называемое ясашное крестьянство, населявшее основные районы Поволжья и значительную часть Сибири. Все они оставались лично свободными, но были поставленными в тяжелую экономическую зависимость от государства: платили в казну два налога: подушную подать и государственный оброк (равный оброку помещичьих крепостных).

С налоговой реформы 1724 г. и образованием категории государственных крестьян в значительной мере было связано решение проблемы рабочей силы для частных купеческих мануфактур. Решение это брало на себя государство, распространяя на купеческую промышленность право пользоваться принудительным трудом. Осуществлено это было следующим образом.

В 1721 г. по петровскому указу купцам было разрешено покупать крестьян к своим мануфактурам. В отличие от помещичьих крестьян, покупные не становились собственностью предпринимателя они покупались только для мануфактуры, оказывались ее принадлежностью (если купец решал продать свое предприятие, то обязательным объектом продажи должны были быть и купленные для него крепостные).

В 1720-х гг. началась приписка государственных крестьян к мануфактурам. Крестьяне приписывались оптом, целыми селениями, и обязывались работать на мануфактуре в счет возложенных на них государственных податей – подушной подати и государственного оброка. Приписные освобождались от внесения этих налогов в государственную казну, но на соответствующую сумму должны были отработать в промышленности. Эта категория принудительного труда получила особенно большое распространение на Урале и в Центрально-нечерноземном районе, главным образом на его текстильных мануфактурах.

В послепетровское время, в 1736 г. был издан правительственный указ о «вечноотданных мастеровых». Согласно этому указу люди, поступившие на мануфактуру по найму и обученные там какому-либо мастерству, навечно закреплялись за мануфактурой, причем вечноотданными становились и работающие в момент указа их потомки.

Мануфактуры, пользовавшиеся названными видами принудительного труда (покупных, приписных и вечноотданных), получали название посессионных, то есть мануфактур условного владения. Два условия ставились перед владельцами таких мануфактур: они не имели права увольнять предоставленных по указам мастеровых и были обязаны часть своей продукции (причем большую) продавать государству. В основном речь шла о продаже металла, оружия, сукна, парусного полотна, то есть продукции, нужной государству для оснащения армии и флота. Только при условии выполнения этих требований предприниматель мог владеть мануфактурой. В противном случае государство имело право отнять мануфактуру и передать ее  другому владельцу. Посессионная мануфактура сохранится до отмены крепостного права в 1861 г.

Вторым видом мануфактур, работавших на принудительном труде, была вотчинная мануфактура – мануфактура помещичья, основанная на барщинном труде крепостных крестьян. Петр расширил право помещиков на земельную собственность. Уходит в далекое прошлое условность помещичьего землевладения; указом Петра 1714 г. земля безоговорочно объявляется наследственной собственностью дворянина-помещика, и это стимулирует помещичье предпринимательство. Особенно большое распространение оно получает в центрально-черноземном районе в виде мануфактур по обработке сельскохозяйственного сырья – суконных, кожевенных, салотопенных, свечных и т.п.

Эти два вида мануфактур – посессионные и вотчинные – господствовали в русской промышленности до конца XVIII в.

Общие итоги экономического развития России в первой половине XVIII в.:

1.                  Петровские преобразования, особенно последних лет правления, определили большой шаг вперед в развитии российской промышленности. В 1725 г. в России насчитывается примерно 200 мануфактур (против 15-20 в конце XVII в.). Россия подготавливается в петровское время к широкому выходу на европейский товарный рынок. Это произойдет во второй половине  XVIII в.

2.                  Петровские преобразования задерживали буржуазные тенденции народнохозяйственного развития, поскольку были нацелены на оснащение промышленности не вольнонаемным, а принудительным трудом. Некоторое время это будет служить поступательному развитию российской промышленности, но затем, особенно в первой половине XIX в., приведет к угрожающему отрыву России от европейской экономики.

3.  динамика промышленного производства в России в
XVIII в


Пожалуй, ни на одном из пройденных этапов развития экономика России не была наполнена такими противоречиями, как во второй половине XVIII в. С одной стороны, это было время значительного ускорения  промышленного развития и формирования капиталистического уклада, время крупных экономических реформ, которые будут длительно действующими и окажут влияние на экономику России не только конца XVIII, но и почти всего XIX столетия. Таким образом, многое из экономики второй половины XVIII в. смотрит в будущее России и в известной мере подготавливает реформу 1861 года. С другой стороны, государство в лице правительства Екатерины II всемерно поддерживает дворянство, широко идет навстречу его требованиям земли и крепостных рабочих рук. Во второй половине XVIII в. Россия переживает апогей крепостничества, и это тормозит новые, прогрессивные черты ее экономической жизни.

Первый в России банк был создан в 1754 г. Во многих странах Западной Европы банки тоже появились именно в это время, в середине  XVIII в. Но и по организации, и по характеру кредитных операций они существенно отличались от деятельности российского банка.

В Англии, Голландии, США банки возникали в форме частных кредитных учреждений, их капиталы образовывались за счет взносов частных лиц, и банки  сразу стали одними из зачинателей типичного для наступавшей эпохи акционерного учредительства. Напротив, в России банк создавался как государственное кредитное учреждение и все свои операции осуществлял за счет средств государственной казны. Разность в происхождении и организации банковских систем определяет и их разную социальную направленность. Банки западных стран обслуживали своими операциями капиталистическую торговлю и промышленность, капиталистическое сельское хозяйство. Российский банк предназначался исключительно для кредитования помещиков. Это подчеркивается и в названиях банков: созданный в 1754 г. получил название «Дворянский банк», после некоторой реконструкции, произведенной в 1786 г., социальная предназначенность стала звучать еще более отчетливо: они стал называться «Государственный заемный банк для дворянства». Единственной операцией банка были ссуды под залог земли и крепостных душ. Ссуды эти были долгосрочные, предоставлялись на большие сроки, под низкие, систематически понижающиеся проценты. Большинством помещиков ссуды использовались непроизводительно и не погашались; обычно помещик, много должный банку, спокойно дожидался, когда по распоряжению императора задолженность будет с него списана.

В целом дворянская кредитная система лишь отягощала государственный бюджет и ухудшала общее финансовое положение страны.

Второй важной экономической реформой второй половины  XVIII в. была реформа денежного обращения.

Проведение непосредственно связано с отличающим вторую половину  XVIII в. ростом промышленности и торговли.

Во-первых, расширились возможности и масштабы мелкой крестьянской промышленности. В 1775 г. екатерининское правительство издало указ о свободе промыслов и торговли. Указ 1775 г. был издан в интересах дворянства. Расчет состоял в том, что ремеслом, промыслами занимаются крестьяне-оброчники, объявленная свобода промыслов увеличит их денежные достатки, что позволит увеличить оброки и, следовательно, доходы помещиков. Дворяне действительно выиграли от указа 1775 г., но выигрыш народнохозяйственный был несравненно большим.

Главным районом крестьянских промыслов были в это время расположенные к северу от Москвы нечерноземные губернии, так называемый Нечерноземный центр с входившими в него губерниями Владимирской, Ивановской, Костромской, Ярославской и другими. Издавна существовавшие здесь промыслы были весьма разнообразны: текстильные, канатные, деревообрабатывающие, керамические, солеваренные и другие. Важнейшим событием в истории текстильного производства Нечерноземья было появление в нем новой отрасли – хлопчатобумажной промышленности. Она возникает во второй половине   XVIII в. в виде ситценабивных и ткацких промыслов, сначала в городах нижнего Поволжья – Астрахани, Казани, Саратове, затем в Петербурге, где монопольное право на изготовление ситцев на 10 лет было предоставлено английским предпринимателям, и обретает главное место своего существования и развития – Московскую и Владимирскую губернии. На базе хлопчатобумажных промыслов зарождается и получает развитие во второй половине   XVIII в. совершенно новая для России форма промышленного предпринимательства – капиталистическая мануфактура. Ее владельцами становились выходцы из все той же среды крепостных оброчников-промысловиков, но разбогатевших и на накопленные средства заводивших крупное производство. Эти предприятия пользовались наемной рабочей силой, поставщиком которой было тоже оброчное крестьянство, только нищее, разоряемое непомерно растущими оброчными платежами.

Во-вторых, в текстильной промышленности были сделаны первые шаги в области механизации производства. Так, в хлопчатобумажной промышленности стали водиться каландры - прокатные станки для разглаживания тканей, в Шлиссельбурге на мануфактуре Лимана в 1793 г. была установлена первая бумагопрядильная машина. Несколькими годами раньше на льнопрядильной мануфактуре промышленного Центра были сконструированы и введены в эксплуатацию прядильная и гребнечесальная машины. Производительность труда на прядильной машине в 5 раз превышала производительность труда на самопрялках, для гребнечесальной машины повышение производительности труда по сравнению с ручным чесанием льна и пеньки было пятнадцатикратным. Россия на много лет определила появление подобных машин за границей: в Англии первая механическая прядильная машина была создана 11 лет спустя, а гребнечесальные машины стали применяться только в 1794 году. Капиталистическая мануфактура и сопутствующая ей капиталистическая работа на дому (ее основателями обычно выступали богатые торгующие крестьяне) по темпам роста занимает в конце   XVIII в. первое место в русской промышленности, хотя по объему производства уступает, и еще долго будет уступать отраслям и районам, базирующимся на принудительном труде. На протяжении всей второй половины   XVIII в. в России не только продолжает расти, но и сохраняет преобладающие позиции старая посессионно-вотчинная мануфактура. Основным районом вотчинной мануфактуры являются центральные черноземные губернии, где многие помещики, пользуясь предоставленной им «дворянской вольностью», усиленно занимаются крепостным хозяйствованием.

 Дворянские мануфактуры этого района существовали в основном в отраслях обрабатывающей промышленности, обеспеченных поступающим в порядке барщины даровым сырьем: это суконные, полотняные, кожевенные, винокуренные и другие мануфактуры. Особенно широкое дворянское предпринимательство развернулось в суконной промышленности; эта отрасль была твердыней крепостного труда в конце  XVIII в. 84% рабочих этой отрасли были крепостными. Такой же дворянской промышленностью было винокурение, на которое за дворянством, несмотря на провозглашение «свободы промышленности и торговли», была закреплена исключительная сословная монополия. В грандиозный район крепостной промышленности превратился во второй половине   XVIII в. Урал. На протяжении почти всего этого времени Урал давал 9/10 общероссийской выплавки меди и больше ¼ всей продукции черной металлургии. Здесь строились самые мощные (по сравнению с западными) доменные печи и возводились не менее мощные водяные двигатели. Благодаря Уралу Россия вышла на первое место в мире по выплавке чугуна и железа. Лишь втором месте за ней следовала Англия, на третьем – Франция, за ними – Швеция, Австрия, США.

Почти всю половину  XVIII в. Россия выступала на европейском рынке в качестве крупнейшего экспортера железа, и Англия была его потребителем. Преобладание русского железа объяснялось тем, что до последних десятилетий XVIII в. металлургическая промышленность и в России, и в Западной Европе находилась на одинаковом уровне ручного мануфактурного производства. В таких технических условиях возможность использовать большее количество ручного принудительного труда было, конечно, преимуществом России.

Только к концу столетия в результате промышленного перево­рота Англия приблизится к русским рекордам выплавки чугуна и соответственно сократит свой импорт.

Общий итог рассматриваемого времени — быстрый рост ману­фактурной промышленности.

В конце XVIII в. в России насчитывалось свыше 2 тысяч ману­фактур (по сравнению с петровским временем — 200 мануфактур). Целый ряд обстоятельств способствовал такому росту: нарастание территории государства, влекшее за собой ее освоение, в том числе и промышленное; рост населения, что вкупе с экономической по­литикой государства увеличивало и количество занятой в промыш­ленности рабочей силы, и число предпринимателей, более, чем в петровское время, знакомых с европейским техническим опытом и умеющих переносить его на русскую почву; и, наконец, рост внутреннего рынка, особенно быстрый и значительный в новой и старой столицах, Петербурге и Москве, предъявлял растущие требования к количеству продукции, ее обновлению и качеству. По отраслевой структуре, по качеству продукции, по производительно­сти российская мануфактура выходила на европейский уровень.

Итоги развития промышленности за вторую половину XVIII в. свидетельствуют, что в то время Россия не только не была промышленно отсталой страной, но среди европейских государств, тоже находившихся на стадии мануфактурного развития, занимала одно из первых мест. По своему техническому уровню, организа­ции производственных процессов, объему и качеству выпускаемой продукции русская промышленность достигла степени зрелости, достаточной для перехода к новой машинной технике. Однако про­мышленный переворот развернулся в России только после отмены крепостного права, почти на столетие позже, чем в странах Запад­ной Европы.

Ускорение промышленного развития, естественно, влечет за со­бой расширение рыночных товарных связей. Они реализуются на общероссийских ярмарках, на базарах, на городских и сельских рынках. Увеличиваются обороты внешней торговли, и Россия про­должает политику высокого таможенного обложения импортных товаров. Но идея меркантилизма, пронизывавшая эту политику во времена Петра I, теперь сходит на нет, и высокий уровень тамо­женного обложения нацеливается не на приток серебра в страну, а на защиту растущей промышленности, на ее охрану и рост конку­рентоспособности. Отказ от петровского меркантилизма покоился на двух основаниях: во-первых, на начавшейся в России добыче драгоценных металлов; во-вторых, на введении в обращение бу­мажных денег, исключающих чрезвычайную зависимость экономи­ки страны от наличия драгоценных металлов.

Серебродобывающая промышленность начала свою историю в 1762 г. на Горном Алтае, где два крупных завода — Барнаульский и Колывано-Воскресенский — стали первыми в России добытчика­ми и поставщиками серебра. Однако имевшегося в совокупности иностранного и отечественного серебра было недостаточно для об­служивания внутреннего рынка, и в 50—60-х гг. преобладающими были не серебряные, а медные деньги. Эти монеты, тяжелые, непортативные, были очень неудобны в обращении. Недовольство населе­ния структурой денежного обращения и озабоченность правительст­ва созданием условия для активизации внутреннего рынка определи­ли проведение в 1768 г. денежной реформы. В результате реформы в обращении появились бумажные деньги — ассигнации. Они были объявлены разменными на металлическую монету — медную, сереб­ряную, и выпуск ассигнаций должен был быть равен разменному фонду. В Петербурге был построен Ассигнационный банк, указ о строительстве был издан в 1782 г., руководство строительством по­ручено итальянскому архитектору Джакомо Кваренги (позднее в этом здании разместился Госбанк России). В самом банке и в раз­ных районах города были размещены разменные конторы. Ассигна­ции оказались удобны и быстро влились в рыночный оборот.

Однако вскоре после реформы правительство стало использовать эмиссии бумажных денег в фискальных целях — на покрытие военных расходов, на содержание двора, аппарата управления и т.п. Если в первое десятилетие после реформы выпуск ассигнаций ежегодно составлял 12 млн руб., во втором десятилетии — 26 млн руб., то в 1780-х гг. он увеличился до 50 млн руб. в год. Эмиссии стали пре­вышать разменный фонд, и началось быстрое обесценение ассигна­ций, ускорение сопутствующих ему инфляционных процессов.

К началу XIX в. за один ассигнационный рубль можно было получить только 66 коп. серебром. В последующие годы обесцене­ние бумажных денег еще более усилилось.

Инфляционное бумажно-денежное обращение в России сохра­нилось до конца XIX в., когда денежная реформа Витте освободит экономику от его пагубного влияния.

Во второй половине XVIII в. российское правительство начина­ет использовать для покрытия бюджетного дефицита еще один ис­точник — внешние займы. За займами оно обращалось к европей­ским банкирским домам, главным образом в Голландии. Здесь са­мым крупным кредитором России стала банкирская фирма Гопе и К0. Но западные банкиры, в частности голландские, были не очень хорошо осведомлены о финансовом положении России и не очень-то доверяли ей как заемщику. И это определило тогдашний порядок получения кредитов. Он был таков: Россия от своего име­ни выпускала облигации займа и передавала их фирме, с которой , заключалось кредитное соглашение. Банкирская фирма, в данном случае Гопе и К°, оставляла российские облигации у себя как сво­его рода долговые расписки, и от собственного имени выпускала облигации и выставляла их для продажи на европейском денежном рынке. По облигациям выплачивался высокий процент - 4,5-5%, и они хорошо раскупались. Покупателями были другие банкирские дома, торгово-промышленные предприятия, частные лица, имев­шие свободные денежные средства. Банкирскому дому, возглавляв­шему всю эту операцию, полагалось особое вознаграждение, так называемый куртаж. Поэтому займы становились очень дорогими для России.

В конце XVIII в. внешней государственный долг составил 65 млн руб., фактически было получено 41 млн руб. (остальное по­шло на уплату кредиторам).

Таким образом, с конца XVIII в. начинается история внешней государственной задолженности России. Но порядок получения займов будет уже иной.



1. Реферат Опасные и вредные производственные факторы
2. Реферат на тему Монизм христианской антропологии традиция патристики
3. Реферат Осовбенности правового регулирования внешнеэкономических сделок
4. Курсовая на тему Финансовый менеджмент 4
5. Реферат на тему Свобода и воля в ранних произведениях М Горького
6. Диплом на тему Экономическая сущность прибыли 2
7. Доклад на тему Финансовый учет отход от реальности
8. Реферат на тему Тема маленького человека в русской литературе XIX века
9. Биография на тему Захер-Мазох
10. Статья на тему Особливості діяльності соціального педагога в дошкільному навчальному закладі