Статья

Статья на тему Смерть Пушкина рождение интеллигенции

Работа добавлена на сайт bukvasha.ru: 2015-06-26

А. Л. Осповат

1. Начальная фаза истории русской интеллигенции до сих пор не попадала в фокус внимания публицистов и исследователей. Мы имеем в виду не собственно появление новой прослойки на поверхности социальной жизни — принято считать, что его манифестировали зальцбруннское письмо Белинского к Гоголю (1847), а также собрания в кружке Петрашевского (1845/6-1849), членам которого в особую вину вменялось чтение и обсуждение этого документа, — но процесс зарождения и кристаллизации интеллигентского сознания.

Ниже мы обратимся к источнику, уже давно введенному в оборот и хорошо известному историкам общественной мысли. Летом 1851 г., находясь в Париже, Герцен получает несколько писем из Ниццы от литератора, историка и педагога Александра Чумикова (1819-1902) 1, который привез из России список письма Белинского к Гоголю; еще до того, как он передал Герцену этот список (по нему и была осуществлена первая русская публикация в «Полярной звезде на 1855 год»), Чумиков предложил немецкой газетой «Das Ausland» ряд статей, где дал информацию о самом письме и процитировал его в своем переводе (ЛН56:540-544). Завязывая эпистолярный контакт с Герценом, Чумиков выступает от имени целой группы русских либералов, травмированных делом Петрашевского, но продолжающих надеяться на возможность распространения «по всему отечеству» книг, трактующих необходимость «освобождения крестьян» (ЛН 62: 725). С этой целью он призывает адресата организовать вольную русскую печать, в чем, на его взгляд, должна быть заинтересована и общественность Запада, «ибо деспотизм в России — деспотизм во всей Европе» (доставлять печатную контрабанду предлагается «хоть посредством аэростатов», — ЛН 62: 718). Ореол почтения, которым Чумиков окружает имя Герцена («Ваше слово — для нас закон, вы наш оракул», — ЛН 62: 718), впрочем, не мешает ему достаточно решительно оспорить некоторые пункты из только что вышедшего французского издания книги «О развитии революционных идей в России». Особенно эпатажной выглядит его реплика по поводу характеристики Пушкина как национального поэта, смерть

------------------------------

1 См. о нем: Нефедова 1962; Нефедова 1965.

которого оплакивал весь Петербург «за исключением двора» (Герцен VII: 207): «Неужели это ваше мнение, или вы не нашего поколения; мы полагаем, что он очень кстати убрался ad patres, потому что забыл язык «пророка». Я был в то время в университете — люди с принципами сговорились не идти на похороны» (ЛЯ 62: 721).

2. Здесь, несомненно, имеется в виду тот кружок студентов-разночинцев, в который автор (сын ревельского купца) вошел в 1836 г., семнадцати лет поступив на восточное отделение Петербургского университета (Чумиков 1888:125; спустя несколько лет именно к этой компании примкнул «отец» русского нигилизма Иринарх Введенский). Будучи моложе Герцена семью годами (впрочем, Бакунина — пятью, а К. Аксакова — всего двумя годами), сверстники Чумикова действительно принадлежат другой генерации: первой из тех, что воспитывались в николаевскую эпоху. Уже в начальный период нового царствования соотношение официального и неофициального переформировывается в жесткую оппозицию: дозволенное—недозволенное, причем с середины 1830-х гг. само понятие официальное/дозволенное вводится в рамки интенсивно конструируемой национально-монархической доктрины (публикация программы Уварова резонировала первым исполнениям нового гимна «Боже, царя храни» и постановкам исторических трагедий Кукольника, параллельно — усилиями В. Стасова и К. Тона — утверждался «русско-византийский» стиль в архитектуре и создавалась первая национальная опера «Иван Сусанин», накануне премьеры переименованная в «Жизнь за царя»). Такое идеологизирующее отвердение основных стандартов не только способствовало их безотчетному усвоению, но также порождало реакцию обратного свойства, с ретроспективным сарказмом описанную Яковом Полонским, одногодком Чумикова: «...с детства смотреть на всякую истину как на нечто, запрещенное цензурой и, стало быть, все запрещенное <...> считать несомненною истиной» {Полонский II: 274). И в этой связи показательна восторженная оценка кружковцами философического письма Чаадаева (см. ЛН 62: 721), публикация которого поздней осенью 1836 г. вызвала небывалый цензурный скандал.

Строго говоря, схема, в которой Пушкин выступает символом дозволенного, вполне отвечала современным веяниям, аккумулированным в приписанном поэту высказывании: «Пушкин однажды сказал, что вместе с прекращением его запрещенных стихов прекратилась и его слава» (Белинский 9: 315). Другое дело, что в интересующем нас кругу тексты Пушкина трактуются исключительно с точки зрения их идейного содержания, и, таким образом, биография автора понимается как путь политического ренегата: в молодости он говорил «языком пророка», но в зрелые годы «забыл» о своем призвании обличителя государственных и социальных пороков и переметнулся на сторону власти. Этот перелом (как можно судить по отрывочным замечаниям, разбросанным в том же письме Герцену) Чумиков относит к самому началу 1830-х гг. Создатель целого корпуса запрещенных текстов (вопрос об их аутентичности, естественно, не возникает), сохраняющего статус канона, по степени близости к которому оцениваются все последующие образцы в этом роде (см. ЛН 62: 720; ср.: «Как бы хорошо было, если бы напечатать все то, что ходит рукописно по России под именем Пушкина». — ЛН 62: 721), Пушкин полностью скомпрометировал себя стихотворением, «мерзким» уже по «одному заглавию», — «Клеветникам России» (ЛН 62: 721 2; в ряду низких поступков названа еще «История Пугачева», где автор «соглашался коверкать факты».-ЛЯ 62: 721).

---------------------------

2 Ср. в письме Н. А. Мельгунова С. П. Шевыреву от 21 декабря 1831 г.: после «Клеветникам России» и «Бородинской годовщины» Пушкин «мне так огадился как человек, что я потерял к нему уважение даже как к поэту» (Кирпичников II: }б7). Роль этих текстов в создании социальной репутации Пушкина выявляет и письмо И. В. Малиновского М. А. Корфу от 26 февраля 1837 г.: «Клеветник России повалил автора „Клеветников России". Я с сей пьесы начал уважать в особенности патриотизм его...» (ЛН 58: 142).

3. Как представляется, данный эпизод позволяет конкретизировать вывод, имплицитно содержавшийся в некоторых статьях авторов сборника «Вехи» (а также в работах Г. П. Федотова) и теперь обоснованный в докладе Б. А. Успенского: русская интеллигенция возникает в царствование Николая I — в ответ на строительство регламентирующей базы самодержавного режима. Мы видим, что становление этой прослойки (люди с принципами — не первое ли самоназвание интеллигенции? 3) идет почти синхронно складыванию нового государственного порядка, и, как следует предположить, уже со второй половины 1830-х гг. оба процесса развиваются не только параллельно во времени, но и в тесном переплетении друг с другом. Поясним сказанное одним примером, не выходящим за границы рассмотренного эпизода. Негативистская позиция членов кружка, разумеется, являлась вызовом доминирующему настроению петербургских студентов, которые сначала планировали явиться на отпевание Пушкина в Исаакиевский собор в мундирах (т. е. выразить скорбь от имени всей учащейся корпорации), а затем собраться большой группой возле небольшой Конюшенной церкви; но между тем с некоторой точки зрения — например, неосведомленного наблюдателя — эта позиция могла быть истолкована как исполнение «строгого предписания» администрации, воспрещавшего профессорам и студентам появляться на отпевании поэта (Никитенко I: 196). То обстоятельство, что реакция власти и интеллигенции на смерть Пушкина приняла одну и ту же форму, хорошо иллюстрирует общность утилитарно-политизированного подхода обоих антагонистических лагерей к фактам культуры.

------------------------------------

3 Позднее Чумиков не обинуясь относил себя к «интеллигентной молодежи» 1830-1840-х гг. (Чумиков 1888: 134).

Список литературы

Белинский 9 - Белинский В. Г. Собр. соч.: В 9 т. М., 1982. Т. 9.

Герцен VII - Герцен А. И. Собр. соч.: В 30 т. М., 1956. Т. VII.

Кирпичников II — Кирпичников А. И. Очерки по истории новой русской литературы. М., 1903. Изд. 2-е. Т. II.

ЛЯ 56, 58, 62 - Литературное наследство. М.. 1950. Т. 56; М., 1952. Т. 58; М.. 1955.


1. Реферат Основные свойства и состав почвы
2. Реферат Анализ оборотных средств на предприятии
3. Реферат на тему Стрелковое оружие России автомат Калашникова
4. Реферат на тему Вячеслав Липинський і Дмитро Донцов дві концепції української державності
5. Реферат на тему Ціннісні характеристики соціальних працівників та соціальних педагогів
6. Курсовая Мероприятия антиинфляционной политики государств
7. Реферат на тему История теорий бухгалтерского баланса в Германии
8. Реферат Оценка эффективности занятий лечебной гимнастикой при артериальной гипертензии у больных после о
9. Курсовая на тему Реализация компетентностного подхода в организации внеучебной деятельности учителем начальных классов
10. Реферат на тему Гражданская война в США в 1861-1865